«Нам пора менять формат счета. Отказаться от партий до шести геймов и играть до четырех – возможно, вообще без «больше-меньше». Пятисетовый матч в такой системе спокойно уложится в двухчасовой лимит. От этого выиграют абсолютно все», – сказал Новак Джокович на Fanatics Fest 2026 в Нью-Йорке.
Слышать такое от человека с 24 титулами «Большого шлема» непривычно, ведь именно классический формат с сетами до шести геймов позволил Джоковичу стать величайшим игроком в истории.
С другой стороны, в 39 лет Новаку уже не так просто выдерживать пятичасовые битвы с соперниками почти вдвое моложе. Неслучайно 19-летний Жоао Фонсека, комментируя слова серба, со смехом заметил: «Мне-то формат сетов до четырех геймов на Next Gen понравился, так что жаловаться не на что. Но мне кажется, он говорит это из-за своего физического состояния – возраст все-таки дает о себе знать».
Так Джокович прав или просто стареет?
Есть ли вообще проблема?
Матчи на ТБШ действительно стали длиннее – это единственный пункт, по которому практически нет споров. По данным ATP, которые проанализировал The Athletic, средняя продолжительность мужского матча на турнирах «Большого шлема» выросла с 2 часов 21 минуты в 1999 году до 2 часов 54 минут в 2023-м. Это 33 дополнительные минуты, или 23,4%. Важно, что речь в проведенном исследовании шла не о нескольких марафонах вроде Изнер – Маю. В основе – база ATP, включающая более 12 тысяч матчей суммарно и более 100 матчей на каждом турнире «Большого шлема».
Но сколько матчей действительно слишком длинные?
И здесь возникает первая проблема: средняя продолжительность матчей на «Шлемах» сама по себе почти ничего не говорит. Если половина матчей регулярно длится больше трех часов – это одна история, если же пятичасовые марафоны случаются лишь несколько раз за сезон, а большинство встреч укладываются в два часа – совсем другая. Поэтому следующий шаг – посмотреть не на среднее значение, а на распределение матчей по продолжительности.
Чтобы это проверить, мы проанализировали 2513 мужских матчей в сезоне-2025 на базе открытых данных теннисного аналитика Джеффа Сакманна, отдельно выделив матчи ATP и турниры «Большого шлема».
На уровне всего тура проблема выглядит гораздо менее масштабной, чем может показаться. Почти 61% всех матчей ATP заканчиваются быстрее чем за два часа, а более трех часов продолжаются лишь 7,2% встреч – примерно одна из 14.
Если исключить ТБШ, картина становится еще показательнее. На турнирах ATP 250, ATP 500 и «Мастерсах» лишь 1,9% матчей продолжаются более трех часов. Иными словами, в регулярном туре трехчасовой матч – скорее исключение, чем правило.
На турнирах «Большого шлема» длина матчей действительно особенность формата. Более 55% матчей продолжаются дольше двух с половиной часов, а 36,8% превышают трехчасовую отметку. Почти каждый третий матч на «Шлемах» – марафон.
То есть когда Джокович говорит о необходимости сокращать матчи, он фактически говорит не обо всем мужском теннисе, а прежде всего жалуется на «Шлемы». Но даже с учетом «Шлемов» сегодня «спокойно уложиться в двухчасовой лимит» получается более чем в 60% случаев.
А есть ли доказательства, что длинные матчи хуже смотрят?
Это, пожалуй, самый важный вопрос. Практически все сторонники реформ исходят из предположения, что современный зритель не готов смотреть пятичасовой теннис. На это не так давно жаловался Патрик Муратоглу, попутно продвигая свой формат UTS: «Молодежь не смотрит теннис, все исследования это показали. Теннис – пережиток прошлого. Он зародился до 1900 года, формат с тех пор почти не менялся. Даже профессиональные игроки, когда я их спрашиваю, все отвечают, что больше не смотрят матчи – игры слишком затянуты. Они смотрят только лучшие моменты. Продукт не адаптирован. Он адаптирован под нас, под меня, но не под людей моложе 30 лет».
Однако выводы по «всем исследованиям, которые это показали» сделать не так-то просто. В свободном доступе есть лишь результаты, посвященные отдельным турнирам, и статистика просмотров по конкретным вещателям, чаще всего американским, вроде ESPN, но никакой обобщенной статистики просто нет и, скорее всего, никогда не будет.
Одно из немногих количественных исследований на эту тему в 2016-м провели экономисты Цюрихского университета. Они проанализировали 8563 минуты телевизионных трансляций 80 мужских матчей «Уимблдона», сопоставив поминутные рейтинги с тем, что происходило на корте.
Рост аудитории объяснялся не продолжительностью матча, а двумя другими факторами: напряжением (suspense) и неожиданностью (surprise).
Оба фактора статистически значимо увеличивали телевизионную аудиторию. Более того, неожиданность влияла на интерес зрителей даже сильнее, чем напряжение, а эффект обоих факторов возрастал по мере приближения к концовке матча. В итоге увеличение уровня напряжения на одно стандартное отклонение приводило примерно к 1,2% росту аудитории, а аналогичный рост неожиданности – примерно к 2,5%.
Другими словами, это исследование не подтверждает гипотезу о том, что длинные матчи сами по себе отпугивают зрителей. Наоборот, публика готова проводить у экрана несколько часов, если матч остается непредсказуемым.
Что изменится, если принять предложение Джоковича?
Даже если мы допустим, что проблема все-таки есть, придется подумать о цене такой реформы.
Самое подробное моделирование альтернативных систем счета провела статистик Tennis Australia Стефани Ковальчик. Вместе с коллегой Мартином Инграмом они разработали симуляцию, которая учитывает не только количество разыгранных очков, но и реальное время между розыгрышами, смены сторон, длительность геймов и сетов. Они прогнали через модель девять разных форматов – от классического пятисетового до придуманного в Австралийской федерации тенниса Fast4, где сеты играются до четырех геймов, нет «больше-меньше» и переподач в случае касания троса. По сути то, что и предлагает Джокович.
Чем короче дистанция:
● тем выше вероятность сенсации;
● тем меньше преимущество сильнейшего игрока;
● тем больше значение одного-двух неудачных геймов.
В цифрах это выглядит так: в классическом пятисетовом формате фаворит проигрывает только в каждом десятом матче. В трехсетовом – уже в каждом восьмом. А в Fast4 – в каждом пятом. То есть с уменьшением времени вероятность неожиданного результата удваивается.
Так выиграл бы Джокович 24 «Шлема» в Fast4?
Конечно, такой мысленный эксперимент очень условный: если бы тур десятилетиями играл по правилам Fast4, Джокович наверняка бы адаптировался и к нему. Но даже с этой оговоркой сокращение дистанции, скорее всего, ударило бы по его показателям.
Новак Джокович – величайший марафонец в истории тенниса. Он выиграл 14 из своих 24 титулов «Большого шлема» в пятисетовых матчах, он единственный в Открытой эре, кто выиграл 50 пятисетовых матчей на ТБШ, восемь раз он делал камбэки уступая 0:2 по сетам на «Шлемах». Джокович брал свое за счет выносливости, способности перетерпеть соперника в длинных розыгрышах и ментальной устойчивости в концовках.
По расчетам Ковальчик, в Fast4 вероятность того, что андердог победит, составляет 20%. Применим эту логику к Джоковичу: сколько из его 24 титулов были бы «украдены»?
Фото: Gettyimages/Clive Brunskill / Staff, Matthias Hangst / Staff
Комментарии
Давно нужно сделать нормальный счёт, играть до 20 геймов, для пауз делить матч на четверти (или даже на 5 частей), но чтоб это не влияло на счёт, счёт нужно сквозной.
Кто первый выбьет 20й гейм, тот и победитель. Или при опережении соперника на 7 геймов (например победа фиксируется при счёте 15:8).
Если нужно матчи подлиннее, играть четверти по 7 геймов и заканчивать матч 28-м геймом.
Сейчас теннис настабилен, матч может идти и 1 час, и 4 часа. Кто-то выигрывает 6:4 + 6:4, то есть за 12 геймов, хотя такой счёт показывает, что у соперника были хорошие шансы и на дистанции он мог выиграть 18:20 например. То есть одних игроков теннис лишает шансов, а другие играют часами тай-брейки, и всё в формате идиотского счёта, который не удобен никому, так как вне классического формата xx:zz, который прост и привычен всем, как в киберспорте, так и даже в кёрлинге.
А вот тотал Победа до 20 геймов вполне резонное предложение
Если дойдет до обсуждения, то еще и туалетные и мед перерывы увидим
он в теннис много людей не привлечет, на его игру глядя теннис не полюбишь. ну, и весь антураж завистника, вечно обделенного любовью...