Интервью Пабло Эррероса (el4set) с Лукасом Кампаньоло
Пабло: Огромное спасибо, что пришел. Расскажи, как твои дела?
Лукас Кампаньоло: Эй, спасибо огромное за приглашение! Слушай, у меня всё супер. В профессиональном плане я сейчас переживаю отличный период. На корте чувствую себя прекрасно, физически – в идеальной форме. И я очень рад новому проекту с Момо Гонсалесом.
Пабло: Да? А почему именно Момо? Как вообще возник этот союз? Кто сделал первый звонок или написал сообщение?
Лукас Кампаньоло: Ну, начнем с того, что это результат качественной работы, которую мы проделывали с Хайро – я хочу заявить об этом максимально четко. Если мне звонят с предложением играть вместе, значит, я хорошо выполняю свою работу в паре со своим текущим напарником. В этом кроется и плюс, и минус нашей профессии. Ведь если всё идет хорошо, зачем что-то менять? Многие люди рассуждают именно так. Но для меня это была огромная возможность. Момо – великолепный игрок. В итоге у него с Мартином всё сложилось не так, как они планировали. Я знал, что у него было несколько вариантов, он взвесил их вместе с Габи (Габи Река, тренер Момо Гонсалеса – прим.), своей командой, семьей, а потом позвонил мне. Как только раздался звонок, я сразу согласился, и мы тут же включились в работу.
Пабло: Я очень хорошо помню твой первый этап с Хави Гарридо. Когда Хави решил разойтись с тобой ради Чинготто, ты тогда дал интервью и был очень, очень раздражен. Точно не помню твои слова, но отлично помню твою реакцию. Я до сих пор помню то чувство, которое от тебя исходило.
Лукас Кампаньоло: Понимаешь, проблема в том, что я очень эмоциональный человек. Я говорю то, что думаю. И в тот момент меня поймали - я был зол, разочарован, расстроен. Я наговорил лишнего и сейчас об этом жалею. На самом деле я извинился перед Хави. У меня тогда возникли проблемы и с другими людьми, но, надеюсь, сейчас всё уже улажено.
Пабло: Да, с тех пор утекло много воды. Я говорю об этом скорее потому, что вижу, как сильно ты изменился за это время. К тому же в то время падел еще не был таким, как сейчас, в плане постоянных смен партнеров. Тогда еще оставались какие-то зачатки «командного духа», верно? Мысли вроде: «Мы тренируемся у одного тренера, строим проект на год...»
Лукас Кампаньоло: Сегодня этого больше нет. Команд в паделе не существует, за исключением буквально двух-трех пар. У всех остальных всё завязано исключительно на сиюминутный результат. Если выгодно – мы объединяемся, если нет – расходимся. Это превратилось в сугубо индивидуальный спорт. Тогда меня это сильно ранило, но я извлек урок из своей ошибки. Падел эволюционировал в эту сторону, так что всё нормально.
Пабло: Тебе хотелось бы вернуть тот прежний падел? То ощущение долгосрочного сотрудничества и настоящей команды?
Лукас Кампаньоло: Я бы ответил «да», но буду лицемером, если скажу так в моей нынешней ситуации. Смотри: мы отлично работали с Хайро, у нас было прекрасное взаимопонимание не только между собой, но и с нашими командами, я ладил со всеми на 10 из 10... И при первом же звонке от игрока, стоящего в рейтинге выше, я соглашаюсь. В этом много лицемерия с моей стороны. Мне бы хотелось вернуть те времена, но реальность такова, как ты и сказал: сегодня падел стал индивидуальным спортом. А я уже в том возрасте, когда хочу подняться как можно выше за те немногие годы карьеры, которые мне остались. И если ради этого мне нужно думать больше о себе, а не о других, то, пожалуй, это первый раз в жизни, когда я ставлю собственные интересы на первое место.
Пабло: Что ж, Кампа, давай поговорим о тебе. Давай вернемся назад в твое детство. Алегрети – это город с каким населением? Тысяч 90?
Лукас Кампаньоло: Да, около 90 тысяч жителей. Для Бразилии это вообще ничто. Он находится у самой границы с Уругваем и Аргентиной, примерно в 150 километрах. То есть на самом юге страны.
Пабло: И ты пришел в падел немного случайно, потому что твои родители играли в местном клубе. Ты влюбился в этот спорт с первого же дня?
Лукас Кампаньоло: Слушай, я даже не помню своего самого первого дня на корте, потому что был совсем крошечным. Но я действительно безумно полюбил этот спорт. С самого детства я постоянно пропадал в клубе: родители много играли, ездили на турниры, а я всегда сопровождал их. Помню, когда мама наказывала меня дома, она забирала у меня не PlayStation или телевизор – она запрещала мне играть в падел!
Пабло: Падел!?
Лукас Кампаньоло: Да, потому что она знала: лишиться падела для меня больнее всего. В то время в Бразилии об этом спорте практически никто не знал. Даже позже, когда я уже поступал в университет, я и представить себе не мог, что смогу зарабатывать этим на жизнь. Вообще никогда. Но падел полностью изменил мою жизнь. Я поехал в Испанию на три месяца, а в итоге живу здесь уже десятый год.
Пабло: Но всё же, зачем ты приехал тогда? Если ты не мечтал стать профессионалом и это не было твоей конечной целью, почему ты это делал?
Лукас Кампаньоло: У меня просто была эта заноза в душе, спорт мне безумно нравился. Гато (Хуан Телльо – прим.) позвал меня приехать после того, как мы сыграли друг против друга на Панамериканских играх, кажется, в 2012 году. Но родители поставили жесткое условие: я должен поступить в университет, успешно отучиться первый семестр и только потом взять академический отпуск, чтобы уехать на три месяца в Испанию. Отец сначала был очень строг и непреклонен. Но мама настояла: «Думаю, тебе нужно поехать. Используй эту возможность, познакомься с другой культурой. Ты будешь в чужой стране, еще дальше от дома» (а я ведь уехал из родительского дома уже в 14 лет). Она видела в этом отличную школу жизни. В итоге я поехал, но вообще без каких-либо ожиданий. К тому же меня никто не знал. Но всё сложилось гораздо лучше, чем мы могли предположить.
Пабло: А ты до этого пересекался на корте или тренировался с Пабло Лимой в сборной?
Лукас Кампаньоло: Да, в 2000-х... На самом деле сразу после той поездки как раз проходил чемпионат мира в Пальма-де-Майорке (2014), и мне довелось впервые сыграть с ним в паре. Но мои главные воспоминания о Пабло другие: каждый январь он возвращался в Бразилию на предсезонку, а я отправлялся в тот же город, чтобы тренироваться у того же тренера. Я начал делать так с 11 лет. Помню, у Пабло тренировка стояла, скажем, на 10 утра, моя – на 12. Но я приезжал к 10, садился у корта и просто смотрел, как он работает. Ждал, что мне разрешат перекинуться с ним хотя бы парой мячей. В большинстве случаев не везло, но мне безумно нравилось наблюдать за ним, за тем, как он выкладывается и отдается делу. Его отношение к работе стала для меня главным ориентиром на всю жизнь.
Пабло: И как ты объяснял школьным друзьям в 11 лет, что едешь в другой город посмотреть на профессионального спортсмена, играющего в спорт, о котором они, скорее всего, даже не слышали? Бразилец, играющий в сугубо «испано-аргентинскую» игру. Как ты это доносил до людей?
Лукас Кампаньоло: Они понятия не имели, о чем речь. Когда я совсем маленьким говорил одноклассникам, что еду на детские чемпионаты мира, они вообще не понимали и не придавали этому значения – об этом ведь нигде не писали. Потом я переехал в другой город, чтобы закончить последние три класса школы. И там тоже говорил ребятам: «У меня чемпионат мира», «Я играю в падел», «В эти выходные не могу, у меня турнир». Никто не понимал. А сегодня, клянусь богом, большинство из них сами играют в падел!
Пабло: Сейчас, когда ситуация так сильно изменилась, чувствовал ли ты когда-нибудь, что люди, которые раньше относились к тебе или к твоему спорту пренебрежительно, теперь пытаются сблизиться с тобой просто потому, что падел стал популярным, а ты стал звездой?
Лукас Кампаньоло: Нет, думаю, нет. Я умею фильтровать людей. Мой круг друзей остался прежним – и в Алегрети, и в Санта-Марии, и в Порту-Алегри (это три города в Бразилии, где я жил). И в этих городах, особенно в Алегрети и Санта-Марии, большинство моих друзей даже не следили за спортом. Они общались со мной просто как с человеком, и это лучше всего. Они знают Лукаса, а не Кампу. Когда я возвращаюсь домой, Кампа исчезает. Я просто Лукас. И это то, что я больше всего ценю в своих друзьях: они относятся ко мне абсолютно так же, как и в самый первый день.
Пабло: Знаю, что ты уже много раз пытался это объяснить, но все-таки: кто такой Лукас и кто такой Кампа? В чем разница и в чем сходство?
Лукас Кампаньоло: Лукас - это спокойный парень со своими ценностями, которые ему привила семья. Я стараюсь ни с кем не конфликтовать, относиться ко всем с максимальным уважением, кем бы ни был человек. Я не общаюсь с людьми ради выгоды. Хотя в нашей сфере это часто приходится делать, лично мне это претит. Я совершаю много ошибок в личной жизни, но всегда стараюсь работать над собой.
А Кампа – это тот, кто выходит на корт. Честно тебе скажу: когда я пересматриваю свои матчи, мне часто становится стыдно за то, что я там делаю.
Пабло: Ты это признаешь?
Лукас Кампаньоло: Да, мне стыдно за свои жесты, празднования... Но в то же время мне уже всё равно. Я такой, какой есть, и я лучше умру самим собой, чем буду притворяться или меняться из-за того, что скажут условные А, Б или В.
Пабло: И как мальчику из Алегрети – города, где паделом практически не пахло, в стране с очень слабой культурой этого спорта – удалось оказаться на вершине? Что в тебе есть такого особенного, что позволило тебе этого достичь?
Лукас Кампаньоло: Думаю, колоссальный труд. Это было очень нелегко. Меня точно не запомнят как лучшего игрока в истории падела, далеко нет. Но я могу стать отличным примером, особенно для ребят в Бразилии. Примером того, что благодаря упорному труду и огромным усилиям можно если и не стать лучшим в мире, то как минимум обрести гармонию и быть довольным самим собой. Сегодня я спокойно смотрю на себя в зеркало, потому что знаю: я всегда отдавал на корте всё до последнего процента, не пропустил ни одной тренировки. В свои 30 лет я каждый день стараюсь стать лучше, чем был вчера. Это моя главная мотивация. Моя семья всегда учила меня: чтобы чего-то добиться, нужно идти и брать это самому. С этой философией я иду по жизни, и именно она помогла мне оказаться здесь и играть на таком прекрасном турнире Premier Padel.
Пабло: Помнишь ли ты какой-то конкретный совет от родителей, который всегда держишь в голове?
Лукас Кампаньоло: Их много. Но помимо родителей, в моей жизни был человек, который покинул нас в этом году. Она вела меня в паделе с самого детства в Алегрети – тетя Вера. Мы её так называли. Она невероятно верила в меня, всегда поддерживала. На самом деле я здесь во многом благодаря ей и ради неё. Её главный совет – всегда верить. Мне никогда ничего не давалось легко, но нужно было продолжать верить и идти к своим целям и мечтам, несмотря ни на что. Всё, что я делаю на корте сейчас – это мой подарок для неё. Где бы она ни была, она смотрит на меня и радуется.
Пабло: Вы познакомились в клубе?
Лукас Кампаньоло: Да, она была моим первым тренером и стала моей второй мамой. Она была рядом не только на корте – она возила меня на турниры, когда родители не могли, откладывала свои дела, чтобы забрать меня из дома и отвезти в клуб. И всё это начиналось как простое хобби, без какого-либо финансового или корыстного интереса, она никогда ничего не просила взамен. Каждое утро перед игрой и после неё я получал от неё сообщение. Я этого никогда не забуду.
Пабло: Чувствуешь ли ты после её ухода еще большее желание побеждать?
Лукас Кампаньоло: Да, клянусь, это дает мне силы, источник которых я даже сам не могу объяснить. Сразу после турнира в Майами ей стало совсем плохо. Её последнее сообщение мне было с вопросом о том, как у меня дела... И я не успел ответить. Поэтому, когда я вернулся, я сказал себе: теперь всё будет ради неё. Я посвящаю ей всё.
Пабло: Когда ты узнал о её кончине, у тебя уже был диагноз по твоей травме?
Лукас Кампаньоло: Да, был.
Пабло: Ты уже знал, что травма оказалась не такой серьезной, как ты изначально боялся?
Лукас Кампаньоло: Да, знал.
Пабло: Если бы твоя травма оказалась действительно тяжелой и в этот же момент ты узнал о её смерти, ты бы продолжил играть в падел?
Лукас Кампаньоло: Честно? Не знаю. Думаю, нет. Потому что это означало бы начинать всё сначала. Мне уже было безумно тяжело восстанавливаться после травмы в 2023 году. К тому же сейчас мне часто бывает очень трудно уезжать из дома. Мне так нравится быть дома с семьей – с женой, с собаками. Я чувствую, что упускаю слишком много важных моментов в Бразилии, где мне хотелось бы присутствовать. Так что, возможно, тяжелая травма стала бы для меня знаком свыше о том, что я уже сделал на корте всё, что должен был, и пора заняться чем-то другим. Но я вижу и другую сторону: травма оказалась легкой, и это было послание мне двигаться дальше. Я продолжу бороться благодаря её благословению и ради всех людей, которые помогли мне оказаться здесь, особенно ради Веры.
Пабло: Ты сам только что сказал, что сейчас находишься в своей лучшей форме.
Лукас Кампаньоло: Да, чувствую себя отлично. Наша игра во многом строится на физических кондициях. И физически, думаю, я никогда не был в лучшей форме, хоть я и старше, чем в прошлые годы. Это заслуга моего тренера по физподготовке Мартина. Он для меня не просто тренер, он близкий друг. А в академии у меня есть еще один друг, который готов работать со мной 24 часа в сутки, если нужно – Рести. Он верит в меня гораздо больше, чем я сам. Мне невероятно повезло с этими людьми. Они умеют выжимать из меня максимум. Когда мне плохо – в личной жизни или в профессиональной – они меня вытаскивают. Это потрясающе, они всегда поднимают мой боевой дух и заставляют бороться. И я борюсь, в том числе и ради них, потому что они всегда за моей спиной.
Пабло: То есть ты хочешь сказать, что Лукас Кампаньоло – это человек, который верит в Лукаса Кампаньоло меньше всего?
Лукас Кампаньоло: Меньше всех. Это всегда было моей главной проблемой. Не знаю почему, но я всегда недооцениваю себя, а других вижу в лучшем свете. Мне всегда кажется, что моя работа – самая простая и комфортная, а другие люди делают всё намного лучше. Очевидно, это мешает мне на корте. Так было всегда, но я стараюсь над этим работать. Я уже взрослый и вряд ли сильно изменюсь, но пытаюсь становиться лучше.
Пабло: Прямо перед нашей встречей мы разговаривали с тренером другой пары, и он сказал, что твоя бахада (bajada de pared) – одна из лучших в туре. Пусть это послужит тебе заслуженным комплиментом. Да, возможно, воллей слева у Але Галана лучше, чем у тебя. Но если оценивать конкретные удары и, помимо них, другие качества игроков – тысячи людей мечтают оказаться на твоем месте.
Лукас Кампаньоло: На все 100%. Думаю, это происходит со многими из нас, каждый в своей сфере часто смотрит только наверх, а не вниз или хотя бы по горизонтали, забывая, как нам повезло. Да, сейчас я, возможно, хотел бы быть в Бразилии по личным причинам, но моя работа позволяет мне быть здесь, заниматься любимым делом. И я знаю, что это звучит немного эгоистично с моей стороны – говорить, что я хотел бы сейчас быть в Бразилии, в то время как тысячи людей мечтали бы оказаться здесь, сидеть и разговаривать с тобой.
Пабло: Тем не менее ты здесь, и я уверен, что сегодня на корте ты отдашь все силы.
Лукас Кампаньоло: На 100%, всегда. Я просто не умею по-другому. Даже когда мы играем дружеские «пачанги» с Рести, Габи или кем угодно, я не умею играть вполсилы. Мне нужно бегать, потеть, бросаться головой вперед, кричать – иначе это не Кампа, это, возможно, просто Лукас.
Пабло: Что ж, Лукас, хотелось бы больше узнать о твоей личной жизни. Важнейшую роль в ней играет Эдуарда. Кто она для тебя? Как вы познакомились?
Лукас Кампаньоло: Она – моя опора. Это то чувство, когда приходишь домой после травмы, она обнимает тебя, и ты понимаешь, что всё хорошо. Она знает именно Лукаса. Я безумно по ней скучаю, потому что мы очень мало виделись в последние недели, и мне бы очень хотелось, чтобы она была здесь со мной.
Мы познакомились, когда она еще жила в Бразилии. У нас были общие друзья, она приехала учиться в тот же город, что и я. Мы начали переписываться в соцсетях, просто флиртовали. А потом, во время ковида (точнее, прямо перед тем, как Испания закрылась на карантин), мне повезло улететь в Бразилию за два дня до закрытия аэропорта Барахас. Я приехал и отправился знакомиться с ней в её город, это около 100 километров от моего.
Пабло: То есть вы договорились о свидании?
Лукас Кампаньоло: Да, мы пошли поесть мороженого, потом попили кофе. И с того дня я начал мотаться туда-обратно каждый день, чтобы увидеться с ней. 100 километров туда, 100 обратно. Иногда уезжал ночью втайне от мамы, пока она дежурила в больнице (она врач). Я уезжал, ничего ей не говорил, возвращался под утро. Был по уши влюблен, уже тогда хотел жениться.
А потом появилась возможность поехать в Испанию. Она поехала со мной. Честно говоря, до этого я не воспринимал Испанию как дом, это было временное место. Я сказал ей: «Поехали со мной в Испанию, побудем там 2–3 года и вернемся в Бразилию». К тому же тогда ситуация в паделе была такой, что разницы, где тренироваться – здесь или в Бразилии, особо не было. Мы поехали на время, но ситуация изменилась, наше финансовое положение улучшилось, и мы остались. Всё, что я делаю – это ради того, чтобы обеспечить лучшую жизнь ей и себе.
Пабло: Ведь она уехала в Испанию ради тебя, не зная языка, без работы, без какого-либо плана, кроме как быть с тобой.
Лукас Кампаньоло: Да, она оставила всё: свою работу, семью, друзей. Это заслуживает гораздо большего уважения, чем мои действия, ведь я ехал осуществлять свои мечты, а она поехала просто поддерживать меня, чтобы свои мечты осуществил я. Иногда мы не ценим людей, которые стоят за нами и жертвуют всем ради нас. Но она заслуживает всех аплодисментов мира. Она – еще одна причина, почему я выхожу на корт и бьюсь. В ключевые моменты матча я думаю о ней и о наших собаках. Клянусь, я говорю себе: «Этот розыгрыш они у меня не заберут». И это мотивирует.
Пабло: Осуществил ли ты свои мечты?
Лукас Кампаньоло: Осталась одна.
Пабло: Какая?
Лукас Кампаньоло: Стать отцом. Это то, о чем мы мечтаем в ближайшем будущем. Но такие вещи нужно оставлять в руках Бога – пусть он благословит нас, когда сочтет нужным. Иметь полноценную семью с детьми – моя самая большая мечта. У нас уже есть собаки, которые для нас как дети. Моя семья всегда была очень сплоченной: папа, мама, сестра. Благодаря маме у нас очень сильное понятие семьи. Обязательно собираться по воскресеньям на барбекю, проводить вместе праздники. Я хочу перенести эту модель и в свою семью.
Пабло: Ты несколько раз упомянул собак. Что для тебя значат животные, Кампа?
Лукас Кампаньоло: До переезда я учился на ветеринара. Мне очень нравятся животные, но я хотел работать с коровами и лошадьми. Я много времени провел в деревне с отцом. Мои каникулы проходили не в городе, а на ферме с папой. Мы вставали в 6 утра, работали в поле, возвращались в полдень без сил, а в 3 часа дня снова шли работать. Это мне нравилось так же сильно, как и падел. Думаю, мой характер во многом сформировался благодаря тем моментам с отцом, он меня многому научил.
С тех пор у меня сильная связь с животными. Мне нравится бывать в деревне, где не слышно шума машин, телефонов или людей – только звуки природы, лошадей, коров, собак, птиц. Это мое умиротворение. Рядом с животными я расслабляюсь и чувствую себя отлично. Там я – стопроцентный Лукас.
Сейчас у нас с Эдуардой две собаки: Аврора и Бартоломеу. Бордер-колли и голден-ретривер. Они абсолютно разные, но отлично дополняют друг друга. Клянусь, я люблю их всем сердцем. И мы их ужасно разбаловали – они настоящие хозяева в доме. Бордер-колли спит с нами в кровати. Я иногда просыпаюсь с разбитой спиной, потому что она ложится на мою половину, а «толстяк» голден делает вообще всё, что хочет. Сейчас летом он приходит с улицы и сразу прыгает в бассейн, ему всё равно, потом заходит в дом и всё мочит. Но мне всё равно, мы их очень любим.
Пабло: Чему ты научился на работе с отцом, что помогает тебе в профессиональном спорте?
Лукас Кампаньоло: Отец всегда учил меня, что работу нужно делать самому. Даже будучи «боссом», он шел и делал всё сам, потому что понимал: лучше него никто не сделает. Пожалуй, главное, что я перенял – это ответственность за свою работу и умение держать удар. Если нужно потренироваться лишние 2 часа вечером – я пойду и сделаю это, потому что за меня мяч на ту сторону никто не перекинет. Ответственность перед делом – это про него, он для меня главный пример.
Пабло: Кампа, однажды ты сказал мне (не знаю, изменил ли ты мнение), что хотел бы стать президентом Федерации падела Бразилии. Ты всё еще думаешь об этом?
Лукас Кампаньоло: Да.
Пабло: Почему?
Лукас Кампаньоло: Потому что падел в Бразилии может развиваться гораздо сильнее. Я не хочу сказать, что нынешнее руководство работает плохо, нет. Но с тем опытом, который я накопил за эти годы, видя развитие падела на мировом уровне, я могу многое дать бразильскому спорту. Мне бы очень хотелось развивать школы, привлекать детей, делать этот спорт популярным в Бразилии. Надеюсь, однажды я смогу это реализовать.
Пабло: И главный офис будет в Алегрети?
Лукас Кампаньоло: Да, именно там. Если бы пришлось переносить его в другое место, я бы отказался – хочу быть рядом с семьей.
Пабло: Что произошло на последнем чемпионате мира? Ведь всё прошло не так гладко.
Лукас Кампаньоло: Мы заняли шестемо место – это один из худших результатов в нашей истории. Если честно, другие сборные просто сильнее, а шестыми мы стали чудом. В первый день против Швеции мы могли проиграть, выиграли решающее очко в третьем сете, иначе боролись бы за места ниже десятого. Другие сборные сильно выросли, а Бразилия осталась позади. Новых игроков очень мало, мало кто работает профессионально.
На мой взгляд, имея такого ориентира, как Пабло Лима, в Бразилии, нужно активнее использовать его опыт для детей. Зачем ехать тренироваться к какому-то приятелю в Испанию, когда у вас под боком Пабло Лима? Но молодые игроки пытаются перепрыгнуть этапы последовательного развития, сразу уехать в Европу ради красивой фотки в Instagram с тренировки, хотя в Бразилии они еще ничего не добились. Вместо того чтобы выжать максимум из работы с Пабло, они делают всё наоборот.
Пабло: А что будет на чемпионате мира в этом году?
Лукас Кампаньоло: Не знаю. Это нужно решать с тренером. Тренер у нас – Пабло Лима. Я не уверен, поеду ли сам по личным причинам. Но если сборная поедет в том же формате, что и в прошлые годы, то я точно не поеду. Смысла нет. Если есть шанс что-то изменить ради будущего – я готов подставить голову под удар и пойти на бой с кем угодно. Но ехать, чтобы делать то же самое или даже хуже – это пустая трата времени. Я и так путешествую каждую неделю, не вижу семью. Мое тело – мой рабочий инструмент. На прошлом чемпионате я бегал так, что на следующей неделе был просто выжат. Чтобы сыграть на прошлом ЧМ, я за свой счет привез своего физиотерапевта. Люди потом будут говорить обо мне плохо, что я не поехал, но они не знают, каких усилий и денег мне это стоило. Я оплатил физио из своего кармана, потому что иначе я бы не смог доиграть ни ЧМ, ни следующий турнир. А следующий турнир – это то, чем я зарабатываю на жизнь.
Пабло: Разве игрокам не платят за участие в чемпионате мира?
Лукас Кампаньоло: Ноль. Ничего.
Пабло: То есть это чисто за любовь к родине?
Лукас Кампаньоло: Да. Мне безумно нравится играть за сборную Бразилии, носить желтую футболку, но сейчас мне нужно подходить к вещам более взвешенно. Мне уже не 20 лет.
Пабло: Ты говорил об этом с кем-то из руководства?
Лукас Кампаньоло: С федерацией – нет. С Пабло – да, мы немного поговорили, когда я был в Бразилии. Он поделился своими мыслями, мы договорились обсудить это подробнее позже. Но с ним у нас полное взаимопонимание.
Пабло: Мне бы очень хотелось увидеть вас вместе с Бергамини, ведь лидерами бразильской сборной являетесь именно вы. На прошлом ЧМ вас разделили, что казалось логичной стратегией.
Лукас Кампаньоло: Да, мы проиграли первое очко Португалии. Я играл с Чико. Чико – настоящий феномен, он вытащил тот матч на своих плечах. Это была игра под огромным давлением, мы с Пабло решили, что Чико лучше всего справится в тех условиях, и он выложился на все 100%. Помню, матч закончился, мы пошли в раздевалку, я лежал под льдом, потом пошел смотреть игры ребят, а у Чико сводило судорогой всё тело от пальцев ног до ушей. Безумие. Но это отличный опыт. Чико очень недооценен в Бразилии, хотя ему, как и Пабло, и Марсело Жардиму – нашим первопроходцам – нужно ставить памятники.
Пабло: Кампа, ты сказал, что твое тело – твой инструмент, а твоя работа – это турниры Premier Padel. Но для игроков также очень важны другие мероприятия, помимо Premier Padel. Как ты балансируешь поездки на выставочные матчи, понимая риск получить травму и пропустить основные турниры? Насколько это важно финансово?
Лукас Кампаньоло: Это очень важно, они приносят существенную часть дохода. Будем реалистами: на призовые никто не живет. Я играю в Premier Padel, потому что бренд платит мне за это. Я живу за счет своего бренда и спонсоров. Если бы всё зависело только от призовых, было бы очень тяжело. Часто мы ездим на турниры FIP, где буквально теряем деньги. Даже выиграв турнир, ты уходишь в минус. Это выматывает. Система распределения очков и призовых сейчас устроена неправильно, она вынуждает нас идти на такие шаги.
Поэтому частные выставочные турниры становятся всё важнее. При желании можно было бы играть их каждые выходные по всему миру, но нужно беречь тело. Я живу благодаря своим спонсорам – Dropshot и другим. Dropshot платит мне не за участие в выставках, а за то, чтобы их ракетка была видна в Premier Padel. Поэтому, если поездка на выставочный турнир выгодна и тело позволяет – я еду. Но в приоритете всегда здоровье.
Пабло: А как ты управляешь своими финансами? Ведешь учет доходов и расходов? Планируешь бюджет на год вперед с учетом турниров и трат? Ты знаешь в конце года, сколько заработал и сколько инвестировал?
Лукас Кампаньоло: В этом плане у меня полный хаос, но мне повезло, что в агентстве у меня есть свой ангел-хранитель – Сильвия. Она управляет абсолютно всем. Я даже не всегда знаю, на какие турниры поеду. Вот сейчас мне придется поехать на FIP Platinum, хотя в начале года этого не было в планах. Цели изменились, теперь нужно играть почти всё. Сильвия получает мои гонорары, распределяет их, платит налоги, покрывает расходы, откладывает на инвестиции. Мне так намного проще, потому что я доверяю ей на все 100%. После жены она – человек, с которым я общаюсь больше всего в повседневной жизни, она делает для меня всё. Благодаря этому я могу полностью сосредоточиться на своем деле – бегать и попадать по мячу.
Пабло: Ведь раньше ты давал уроки паделя практически до самой пандемии, до 2019 года.
Лукас Кампаньоло: Я тренировал по 5 часов в день. Пять часов тренировок на корте с учениками, плюс мои собственные тренировки, плюс... Домой я добирался только в полдвенадцатого ночи. И это при том, что в тот момент, в 2018 году, мы играли в паре с Лукасом Бергамини и закончили сезон, кажется, девятой парой в рейтинге.
Пабло: Девятая пара в мире, и тебе приходилось подрабатывать по 5 часов в день тренером!
Лукас Кампаньоло: Мой контракт с Dropshot на тот момент... Вообще я с ними уже 12 лет.
Пабло: А в то время, если не секрет, сколько ты получал по контракту?
Лукас Кампаньоло: На тот момент, будучи игроком топ-9 пар мира, я зарабатывал около 21 000 евро в год. На следующий год мне немного подняли контракт, так как я стал играть с Хуаном Мартином Диасом. Но подняли совсем чуть-чуть. Представь себе – 21 000.
Пабло: И конечно, эти 21 000 евро полностью уходили на поездки, то есть чистыми там почти ничего не оставалось.
Лукас Кампаньоло: Ну, тогда мы тратили значительно меньше, потому что ездили практически только по Испании. Но всё равно, мы и близко не могли позволить себе ту роскошь, которая есть у сегодняшних игроков. Совершенно другие времена, даже сравнивать глупо.
Пабло: Могу я спросить тебя про 2017 год? Если не ошибаюсь, ты тогда играл с Мартином Ди Ненно. Как сложился ваш дуэт? Почему именно он?
Лукас Кампаньоло: Я уже смутно помню, как именно всё закрутилось, но помню, что Мартин искал варианты, чтобы перебраться в Испанию. Я к тому моменту, в 2016-м, уже опустил руки. Понимаешь, в 2014 году я приехал с Гато на 3 месяца. В 2015-м вернулся снова, уже с бразильцем Лукасом Куньей, пытался оформить документы, чтобы остаться жить в Испании. Но с документами ничего не вышло, и мне пришлось улететь обратно в Бразилию. А так как у меня была снята квартира до конца года и не было документов, мне пришлось выплатить аренду за весь год вперёд наличными. Потом я вернулся ещё на 3 месяца с другим напарником, потом снова в Бразилию, и в 2016 году я сказал себе: «Всё, хватит. Падел будет моим хобби. Я сосредоточусь на ветеринарии, и на этом закончим. Буду работать ветеринаром в Алегрети вместе со своей семьёй.».
Пабло: И ведь ты бы тоже неплохо устроился.
Лукас Кампаньоло: Да, я был бы счастлив и жил бы хорошо. Ну, надеюсь, хорошо. Правда, наверное, осталась бы эта заноза в сердце, что я так и не осуществил свою мечту.
Пабло: Да, но этого мы никогда не узнаем.
Лукас Кампаньоло: Вот именно. И в конце 2016 года проходил чемпионат мира в Кашкайше. Я играл со своим тогдашним партнёром Жулио – Жулианотти из Бразилии, он всегда творил на корте что-то безумное. И в командном матче против Аргентины мы выигрываем решающее очко у Макси Санчеса и Адриана Алеманди. На тот момент Макси Санчес был игроком третьей пары мира, а Алеманди – четвёртой или пятой. В общем, они были в самом топе.
Пабло: Да, абсолютный топ.
Лукас Кампаньоло: И после этого матча у меня снова зашевелилась эта мысль в голове: «А что, если поехать и выложиться на полную? Что, если это мой шанс?» И я не помню точно, как именно зашёл разговор про Мартина Ди Ненно, но помню, что он сам позвонил мне и предложил играть. Он тогда как раз возвращался после травмы.
Пабло: Конечно, после той страшной автомобильной аварии и тяжелейшей травмы, когда никто даже не представлял, сможет ли он вообще играть.
Лукас Кампаньоло: Да. И когда мне выпала такая возможность, я сразу сказал: «Я буду играть с тобой».
Пабло: Но вы уже были знакомы до этого? Поддерживали общение?
Лукас Кампаньоло: Мартин обыгрывал меня всю мою сознательную жизнь по юниорам! Мартин, Ступа [Франко Ступачук], Хуан Леброн... Они всю жизнь меня побеждали. Я ведь из того же поколения, что и они. Мне «повезло» в кавычках застать этих ребят, и они просто разносили меня на каждом турнире. Поэтому, когда появился этот вариант, я подумал: «Мартин, да будь ты хоть в инвалидной коляске, я буду бегать за двоих!» Я прекрасно знал, что когда он бьёт справа, мяч летит ровно туда, куда нужно. Я ни секунды не сомневался. К тому же он всегда был потрясающим парнем, мы отлично ладили. Так мы и начали. Приехали в Испанию вместе с Мартином.
Пабло: И как он начинал играть после этой аварии?
Лукас Кампаньоло: Слушай, поначалу ему было безумно тяжело двигаться. Но всё, что летело близко к его корпусу, он обрабатывал просто идеально. Я же был его полной противоположностью: бил коряво, срывал удары. Я безумно много бегал, старался за двоих, но ему всё равно требовались месяцы, чтобы полностью прийти в норму. И я помню, что в то время он был супертребователен ко мне, просто уничтожал меня! Скажем так, все эти гримасы и претензии, которые Пако [Наварро] сейчас позволяет на корте с ним... Мартин заслужил это! Заслужил, потому что в своё время он заставил изрядно помучал меня (смеётся). Но если без шуток, я у него многому научился. Мартин – прирождённый победитель, и я говорю не только про спорт. Он из тех людей, кто заслуживает самого большого успеха, и я буду счастлив просто быть рядом и аплодировать ему.
Пабло: Кампа, а это правда, что на одном из своих празднований, когда ты полез на ограждение корта, ты получил травму?
Лукас Кампаньоло: Не прямо напрямую, но во время прыжка. Это случилось в Вальядолиде, когда мы с Хави вышли в полуфинал. На тот момент это был пик моей карьеры, потому что победа выводила нас в топ-8 пар мира, а я никогда раньше не заходил в восьмёрку сильнейших. И вот когда мы выиграли матч, я отбрасываю ракетку и на полной скорости бегу к металлическому ограждению корта. Абсолютно неосознанно, на чистых эмоциях. В порыве безумия. Бегу и чувствую резкую боль в квадрицепсе, но продолжаю бежать и запрыгиваю на решётку. И когда я уже там, наверху, понимаю, что всё – я порвался. Залез туда, и привет. На видео даже видно, как я спускаюсь, прижимаю руку к ноге и думаю: «Чёрт, я сломался». Поприветствовал соперников, Хави, тренера соперников... В тот момент с нами на скамейке сидел Родри. Он кричит: «Давайте, ребята, вперёд!» А я ему тихонько: «Родри, я порвался». – «О чём ты говоришь, Кампа?» – «Я порвался на все 100%». На следующий день мы пытались что-то предпринять, но я просто не мог двигаться. Там был небольшой надрыв, но играть дальше было нереально. Я не мог ходить. Весь следующий турнир пришлось пропустить, и я начал форсировать восстановление, чтобы успеть к Premier Padel в Риме.
Пабло: И там ты окончательно порвал мышцу.
Лукас Кампаньоло: Именно. Но это произошло не на самом турнире, а на тренировке прямо перед ним. Я приехал туда, зная, что снова травмирован, но никто об этом не знал. Это была моя личная ошибка, очень безответственный поступок, и я должен взять всю вину на себя. Многие тогда подумали, что дело в неправильном восстановлении. Но на самом деле и мои физиотерапевты, и мой тренер по физподготовке Мартин проделали идеальную работу. Я был готов играть уже во вторник. Мы договорились посмотреть на моё состояние во вторник. И в воскресенье, кажется, перед самым вылетом (мы должны были улетать в понедельник), я тренировался с Родри и тренером из клуба. Он кинул мне мяч довольно далеко, я добежал, пробил обводящий удар и закричал: «Давай! Я готов играть!» А рядом со мной лежал мяч, и я с досады или от переизбытка эмоций ка-а-ак пну его ногой! На тренировке ещё был Мартин Питильяс. И в момент этого удара я почувствовал тот же самый щелчок и просто замер. Мартин подбегает: «Что ты сделал?!» И давай меня материть на чём свет стоит: «Ты с ума сошёл? Придурок! Как можно было это сделать? Ты травмировался?» Я говорю: «Нет-нет, всё нормально». И никому ничего не сказал. Тренировка закончилась.
Пабло: Но ведь по твоему лицу всё было понятно!
Лукас Кампаньоло: Нет, я изо всех сил симулировал, что всё хорошо. Клянусь, сдерживал эмоции. Приезжаю домой, Эдуарда спрашивает: «Ну как тренировка?» Я говорю: «Я снова порвался». – «Как?! Ты же только что был в порядке!» – «Вот так». Она говорит: «Не лети в Рим. Не лети». Но как я мог не полететь, если Хави уже там со всей семьёй? Я сказал: «Я полечу играть, даже если придётся прыгать на костылях». Она: «Ты сумасшедший, Лукас, ты сделаешь себе только хуже». Об этом я никому не говорил. Не знаю, в какой момент признался Мартину. Если честно, не помню, до матча или после, но никто не знал. Вообще никто. Я никому не хотел говорить.
Пабло: Потому что тебе было стыдно, в кавычках? На самом деле, оглядываясь назад, это довольно забавно: травмироваться дважды из-за празднований и глупостей. С одной стороны – обидно, с другой – смешно.
Лукас Кампаньоло: Ну да, это смешно, хотя и полная подстава. Но знаешь, что хуже всего? Я ничему не научился. Я всё такой же.
Пабло: Ну конечно! Первый раз ты травмируешься, когда празднуешь победу, а второй раз – когда празднуешь, что восстановился после первой травмы! Это же нарочно не придумаешь. И обидно, и безумно смешно, дружище.
Лукас Кампаньоло: Да, ничему жизнь не учит (смеётся). На самом деле, когда мы играли в Таррагоне с Галитой [Давид Гала] и обыграли Тельо и Кардону в третьем сете со счётом 7-6, я опять со всех ног бегу праздновать, а Галита мне кричит: «Нет, нет, нет, стой!», а я уже несусь как сумасшедший. Потом меня материли и Мартин Питильяс, и Рести, и сам Галита. Ладно, всё, больше так не делаю. На следующий день мы выиграли в четвертьфинале у Толито и Чосаса, тоже 7-6 в третьем сете, матч – просто валидол. Я опять бегу праздновать, а потом резко останавливаюсь прямо перед трибунами и говорю себе: «Нет-нет, сегодня не надо, сегодня без глупостей». Но если честно, я думаю, это никак не было связано с риском травмироваться. Просто я уже был на пределе физических сил.
Комментарии