Когда сегодня ЦСКА в очередной раз упускает победу, спотыкается на аутсайдерах или выдает блеклую игру, мы по привычке совершаем ошибку: препарируем тактические схемы тренера, ругаем недобегающих футболистов или считаем секунды до увольнения очередного штаба. Но всё это — лишь внешние симптомы. Проблема армейского клуба глубже и трагичнее. ЦСКА перестал быть Командой-Идеей. Он перестал быть уникальным, дерзким и математически выверенным Проектом, каким являлся в золотую эпоху Евгения Гинера.
Вспомните тот ЦСКА десяти-пятнадцатилетней давности. Это был не просто футбольный клуб, а монолитный, закрытый орден, державшийся на трех незыблемых китах:
Футбольный алхимический прагматизм: Жесткий, почти спартанский потолок зарплат внутри раздевалки и гениальная скаутская магия, когда за адекватные деньги из Латинской Америки или Африки привозились будущие звезды европейского уровня. Клуб относительно сыто жил на регулярные чеки от Лиги чемпионов и последующие перепродажи в Европу.
Священный принцип семьи: Железобетонное правило «сор из избы не выносить». Информационное поле вокруг Песчанки контролировалось с хирургической точностью, любые внутренние пожары тушились в зародыше, а лозунг «Когда мы едины — мы непобедимы» был не картонной речевкой, а реальным кодексом чести.
Абсолютное единоначалие: понятная управленческая вертикаль: Гинер — Бабаев — Главный тренер. Все остальные службы, включая пиар и спортивный департамент, были строго функциональными винтиками, а не генераторами хаоса.
Что от этого осталось сегодня? Ничего, кроме вывески и ностальгии. Великий уход «старой гвардии» — Игнашевича, братьев Березуцких, Дзагоева, Вернблума и других — образовал на поле и в раздевалке жуткий, звенящий вакуум лидерства. И этот вакуум моментально спроецировался на клубный офис. Когда из раздевалки ушли стержневые мужики, способные переломить матч одним рыком, из офиса одновременно ушли большие идеи. Игорь Акинфеев в этом смысле лишь «тень отца Гамлета» блуждающая где-то за кулисами главной пьесы.
Современный ЦСКА застрял в каком-то концептуальном лимбе, превратившись в классический, сытый корпоративный клуб. Управленческий туман сгустился до предела: кто реально держит штурвал? Каково реальное влияние Гинера? Что решает Бабаев в тени тяжеловесных структур Максима Орешкина и ВЭБа? Когда у побед становится слишком много потенциальных кураторов, в моменты кризисов команда всегда оказывается сиротой. В итоге клуб беспомощно мечется между попытками включить прежнюю «гинеровскую» экономию и абсолютно хаотичными, неэффективными трансферными тратами. Прежняя скаутская магия испарилась, уступив место серости.
В этом вязком, безвоздушном пространстве наша новая «золотая молодежь» — Матвей Кисляк, Кирилл Глебов, Кирилл Данилов — рискует банально завязнуть, словно в болотце. Да, они талантливы, да, в них чувствуется мотивация и голод до побед, но их юношеской харизмы и неокрепших усилий сейчас физически недостаточно, чтобы сдвинуть с места этот грузный корпоративный маховик. Нельзя требовать от вчерашних дублеров ментальности победителей, когда вокруг них нет системы, которая эту ментальность генерирует.
Из года в год руководство продолжает дежурно декларировать борьбу за самые высокие места. Но сыпать лозунгами перед прессой и реально претендовать на чемпионство — это абсолютно разные вселенные. Нельзя выиграть золото на одном лишь багаже славного прошлого и честном слове Игоря Акинфеева. Особенно сейчас, когда активное ядро болельщиков из-за бойкота уже который год не ходит на трибуны, лишив стадион его грозного, первобытного триггера ярости.
ЦСКА незаметно для самого себя согласился на роль благополучного, но ментально бесплодного середняка РПЛ. Из огромного механизма просто испарилась душа. И пока клуб не обретет новую Большую Идею и единый центр силы, мы так и будем смотреть, как угасают в этой рутине молодые таланты, а былая армейская магия окончательно превращается в архивные видео на YouTube.
Фото. Владимир Астапкович © РИА Новости.
Комментарии