Дивок Ориги прощается с футболом: о Клоппе, голах против «Барселоны» и сборной России и силе веры
Прощальное письмо легенды «Ливерпуля».
Дивок Ориги завершил карьеру в 31 год. Он уходит чемпионом Англии, а также обладателем трофеев Лиги чемпионов, кубка Англии, кубка Лиги, клубного Чемпионата мира и суперкубка УЕФА.
Бельгиец заканчивает с футболом в статусе одного из культовых героев современной истории «Ливерпуля», и эта связь бельгийца с главным клубом его жизни проходит красной нитью через всю колонку для The Players’ Tribune, в которой Ориги прощается с футболом. Вашему вниманию ее перевод.
• О матче против сборной России на Чепионате мира в Бразилии в 2014 году:
«22 июня 2014 года. Второй матч группового этапа Чемпионата мира в Бразилии, Бельгия против России. Чтобы выйти в 1/8 финала, нам нужна была победа, но матч складывался тяжело.
То, что я вообще попал в состав на тот турнир, было чудом. Мне было 19 лет, на тот момент я ни разу даже не тренировался с главной сборной. Когда мне позвонили, мы с мамой ехали в машине домой из магазина. Я только что купил ей подарок, чтобы отпраздновать успешный сезон в «Лилле». И вот позвонил Марк Вильмотс, тогдашний тренер сборной Бельгии. И он говорит: «Эй, я собираюсь вызвать тебя в сборную. Я в тебя верю».
Мы с мамой просто не могли в это поверить. Честно. Мы поспешили включить радио и начали слышать все эти имена… Это был расцвет нашего «золотого поколения». Это Дембеле, а это Компани, который был капитаном, это Азар, это Кевин, это Тибо Куртуа…
И сразу после них — Ориги. Это был нереальный момент — услышать свое имя по радио в этот день. И вот мы переносимся вперед, в Рио, на матч против России. Счет 0:0, остается примерно 3 минуты. Помню, я прорвался вглубь, получил мяч, отдал его Эдену. Эден завершил свою атаку слева, отпасовал мне назад, и на 88-й минуте я забил.
Только представьте: вы выходите на замену вместо Ромелу, который первым взял вас под свое крыло. Вы находитесь на «Маракане», стадионе мечты вашего отца — вашего отца, которому так и не удалось попасть в крупные европейские лиги. Вашего отца, который совершил невероятное и заложил фундамент, чтобы вы могли пойти по его стопам. Вашего отца, чьим любимым игроком был Пеле.
Для него это был стадион Пеле. И вот я забиваю гол в доме Пеле.
Я пронес наследие своего отца до этого момента. Это было чистое блаженство, чистое блаженство. Это определенно был момент, посланный мне Богом. Я так и называю его: момент Бога».
• О первом моменте славы:
«Король и королева Бельгии были на стадионе. Они праздновали после матча. Я нарушил протокол и попросил короля сделать селфи — он согласился. Я увидел своих родителей и обнял их, вытирая слезы на глазах моей матери. И это так забавно, ко мне подходили товарищи по команде и приглашали меня в свои клубы!
Типа: «Братан, хочешь перейти в «Атлетико»?» Ха-ха, это было просто безумие.
После моего гола Бельгия буквально взорвалась. Помню, как я купил все бельгийские газеты, которые нашел онлайн, и во всех них на первой странице было мое лицо. У меня дома была съемочная группа. У моей сестры брали интервью. Я видел, как Марвин Виллем, мой лучший друг, давал комментарий. Вся нация была со мной. Парикмахерские раздавали бесплатные купоны на то, чтобы нарисовать на волосах желтую полосу, как у меня.
Это было нереально. Я стал самым молодым бельгийским игроком, забившим гол на Чемпионате мира, одним из десяти самых молодых в истории турнира и первым игроком кенийского происхождения, забившим гол на Чемпионате мира — последнее для меня очень много значит. И на мгновение я стал одним из героев Бельгии.
Черт, просто вдумайтесь в это! Невозможно написать сценарий лучше этого! Голливуд, позвоните мне!
Только Бог способен на такое. Только Бог может создать историю вроде истории Дивока Ориги. Он вручил мне этот невероятный подарок. И этот подарок превзошел мои самые смелые ожидания».
• О детстве и исполнившихся мечтах:
«Я появился на свет с мячом у ног. Мяч стал моим лучшим другом. Ночью, когда я спал, мяч лежал прямо рядом со мной. Я укладывал его спать. Потом закрывал глаза и представлял, как показывают мои лучшие моменты в программе «Match of the Day». Футбол был всей моей жизнью. «Кем ты хочешь стать, когда вырастешь, Дивок?» Пфф, да ладно, разве нужно спрашивать?
Когда ты молод и мечтаешь стать профессиональным футболистом, ты представляешь себе самые яркие возможные моменты. Ты фантазируешь обо всем этом. У тебя весь сценарий уже написан. Но ты никогда по-настоящему не представляешь, как и когда это закончится.
В своих мечтах ты никогда не стареешь, ты никогда не завершаешь карьеру и не выбираешь новый путь. Ты просто зависаешь во времени, на поле, в момент славы — выигрывая Премьер-лигу или Лигу чемпионов, или получая вызов в сборную на Чемпионат мира. Но правда в том, что ничто не длится вечно.
Я оглядываюсь назад и просто в изумлении качаю головой, глядя на все, чего я достиг в этой игре, которую люблю. Даже сейчас, когда я пишу это, для меня невероятно, что маленький мальчик из Бельгии и Кении осуществил все свои мечты.
Все, что я могу сказать, — это «спасибо, Боже». И спасибо тебе, футбол».
• О переходе в «Ливерпуль» и первых трудностях:
«После чемпионата мира я подписал контракт с «Ливерпулем», и это было просто нереально. Помню, я посетил их базу, и они показали подборку моих лучших моментов, начиная с того времени, когда мне было 15 лет. Они знали мой стиль игры. Они знали меня. И я просто почувствовал это всем своим существом: мне нужно быть здесь.
Брендан Роджерс, тогдашний тренер «Ливерпуля», очень верил в меня и писал мне: «Слушай, у меня есть Дэниел Старридж, у меня есть Рахим Стерлинг, и я хочу видеть тебя в следующей версии моей команды».
«Лилль» не хотел отпускать меня сразу, поэтому мы договорились, что я останусь в аренде на год. И этот год был нелегким. Умерла моя бабушка, мама моего отца. Я не особо об этом говорил. Оглядываясь назад, это, наверное, было не самым здоровым поведением. В 2018 году я начал ходить к психотерапевту, чтобы иметь возможность проработать свои эмоции. Но тогда у меня этого не было. Я рассказывал об этом друзьям, но не открывал перед ними свою уязвимость. Я бы тогда в этом не признался, но я действительно тяжело переживал это. Я замкнулся в себе.
Это было так, будто надо мной нависла туча, психологически. И я думаю, что, поскольку у меня не было понимания, как выбраться из этого, это будто задушило мою креативность, то, как я выражал себя на поле. Мне было трудно найти ту передачу. И поэтому я еще больше замкнулся в себе. Лилль — это место, где я вырос. Это было для меня как второй дом. Было тяжело понимать, что свой последний сезон там я провожу ниже своих возможностей. Я хотел бы дать больше.
Я помню, как однажды я сказал отцу, что мне нужно что-то предпринять, чтобы вернуться на свой уровень. И он ответил: «Знаешь что? Давай поработаем над завершением атак, ты и я». И мы тренировались вместе. Затем, через две недели после того, как ушла из жизни моя бабушка, я забил хет-трик. Это был один из немногих моментов в том году, когда я немного выдохнул. Я всегда вспоминаю этот момент, потому что я чувствовал, что это как-то связано с моей бабушкой, а также с тем, что мы с отцом снова тренировались вместе, как в детстве».
• Об отце:
«Позвольте мне немного рассказать о моем отце. В детстве я знал только одно: «Папа выиграл чемпионат».
Это было в 1999 году. Это мое самое раннее воспоминание об отце. Его зовут Майкл, но все называют его Майком. В 90-е годы он играл за бельгийский «Генк» и за сборную Кении. Мне было три года. В этом возрасте почти невозможно формировать воспоминания. Но все же я помню, как был на стадионе и чувствовал эмоции. Я был там с мамой, сидел у нее на коленях, и с нами была одна из ее подруг. И я помню, как они очень возбужденно обсуждали, что «Генку» нужно набрать определенное количество очков, чтобы выиграть чемпионат. В том возрасте я, конечно, не мог понять, что это значит, но это было захватывающе.
После их победы он стал настоящей легендой. Когда я подрос, и мы гуляли по городу, я помню, как к нам подходили случайные люди и кричали: «Эй, Майк!»
У моего отца был талант. А потом я играл в школе и понял: «О, у меня тоже есть этот талант».
Когда я был ребенком, каждый раз, когда я играл в футбол, люди говорили: «Это сын Майка Ориги». Прошло время, и все изменилось. Люди видят моего отца и говорят: «О, вы отец Дивока Ориги».
Это была его мечта. Боже мой, это все, чего он желал. И это сбылось. Сначала имя его сына прославилось на «Маракане». А потом оно стало легендой на «Энфилде».
• О своих отношениях с «Ливерпулем» и его болельщиками:
«You’ll Never Walk Alone» — для меня это не просто слова. Они действительно что-то значат. И когда весь «Энфилд» собирается вместе и поет это хором… Боже. Это так красиво, что сердце разрывается.
Я называю «Энфилд» храмом, и каждый матч в этом храме футбола заряжает тебя энергией, переносит на совершенно другой уровень. Город, культура рабочего класса, скаузерский акцент — все это делает Ливерпуль особенным, более приземленным. Более настоящим. Болельщики — это душа города.
Когда я только переехал в Ливерпуль, я жил в Формби, на окраине, но потом переехал в центр города. Болельщики окликали меня так же, как когда-то моего отца в Генке — круг замкнулся. Они всегда видели меня и говорили: «Эй, Дивок» – конечно, с акцентом –, «если сможешь принести нам победу в Премьер-лиге, ты станешь здесь легендой!!!»
Когда я забивал, а на следующий день шел пить кофе, это было просто безумие. Я был в центре событий, в самой гуще, и чувствовал эту энергию. Я обычно натягивал кепку на глаза и ездил на велосипеде по докам или гулял там. У меня было маленькое любимое кафе. Ливерпуль стал моим домом».
• О Юргене Клоппе:
«Первый месяц в «Ливерпуле» пошел совсем не так, как я ожидал. Уровень тренировок был в пять-шесть раз выше того, к чему я привык. Помню, как я сказал Коло Туре: «Чувак, я не знаю, выдержит ли мое тело такое!»
Французский футбол имеет другой темп. Если сравнивать его с музыкой, то французский футбол — это скорее медленная, техничная музыка, тогда как Премьер-лига — это скорее хэви-метал или трэп-рэп. Так это ощущало мое тело. Нужно думать быстрее. Тренировки более интенсивные. Все на самом высоком уровне. И поэтому я просто адаптировался. Я не так много играл. И это было очень разочаровывающе. Я пережил взлет на чемпионате мира, затем не очень удачный сезон в «Лилле», а потом наконец оказался в «Ливерпуле» и с трудом пытался найти свой ритм.
Пока не пришел Клопп.
Если Премьер-лига — это хэви-метал или трэп, то футбол Клоппа — это все вдвойне. Это самый интенсивный футбол в мире, с таким прессингом. Я помню первую тренировку, я подумал: «Черт, надо быть сверхчеловеком, чтобы играть в его командах».
Его стиль — это он сам. Я думаю, это полностью соответствует тому, как он видит футбол. И я хочу кое-что сказать о Юргене: так же открыто, как он скажет тебе, если что-то не так — и он будет кричать, говорить на повышенных тонах — точно так же он подойдет и крепко обнимет тебя. Это работает в обе стороны. Как человек, он один из лучших в мире. Как тренер — просто лучший. Точка. А тогда его стиль футбола был новым. Тогда на коне был Гвардиола, у которого все по-другому, тики-така, все такое. А у Клоппа мы будто брали регулятор интенсивности и просто выкручивали его до упора».
• О травме в матче против «Эвертона» и ее влиянии на карьеру:
«Какое-то время все шло здорово. Да, была травма задней поверхности бедра, но я набрал пару килограмм мышц, вернулся обратно. И выдал один из лучших периодов в жизни. Я забил «Дортмунду» в четвертьфинале Лиги Европы 2016 года, сыграв свою роль в том невероятном матче. Потом я забил пять голов в пяти матчах. Я был основным игроком. Я играл и наслаждался, а потом, ближе к концу апреля, случилась травма лодыжки в матче против «Эвертона».
Меня пришлось увозить с поля на носилках и все такое. Это было ужасно. Кто-то просто влетел в меня. И это было прямо перед Евро. Мне пришлось бы бороться за место с Ромелу, но у меня были хорошие шансы – я мог быть основным форвардом сборной Бельгии на Евро. А потом в мгновение ока — травма лодыжки, бум. Связки, два с половиной месяца вне игры. Ты можешь не попасть на Евро, а если и попадешь, то пропустишь финал Лиги Европы, в который мы вышли.
Я поехал на Евро, но не был готов на все 100%. А в следующем году я уже не попадал в стартовый состав. И у нас был только один матч в неделю, потому что мы не играли в Лиге чемпионов. Я оказался в тишине, и она была оглушительной. Это было тяжело выносить».
• Об аренде в «Вольфсбурге» и возвращении в «Ливерпуль» перед легендарным сезоном 18/19:
«Перед сезоном 2017/18 я по сути не был частью состава «Ливерпуля», поэтому решил уйти в аренду. Я отправился в «Вольфсбург». И с одной стороны, это было тяжело. С футбольной точки зрения это был самый сложный год в моей карьере. Мы боролись, чтобы не вылететь из Бундеслиги. Но как личность я развился так, как не ожидал сам от себя.
Дело в том, что Вольфсбург находится в четырех часах езды от всего. Это красивый город с прекрасными людьми, но он немного изолирован. Это не Берлин. Но для меня это было именно то, что мне нужно. Я просто много читал и узнавал больше о своей вере и о том, каким человеком я хочу быть.
И я вернулся в «Ливерпуль» с миссией. Я расскажу вам о том, о чем никогда раньше не говорил публично.
Когда я вернулся из Вольфсбурга, я должен был покинуть «Ливерпуль». «Вулверхэмптон» сделал предложение на 30 миллионов, и уходить было логично. Я не попадал в состав. Я вообще не играл. Но когда я сообщил об этом Богу в молитве, по какой-то причине мне показалось, что это неправильно. Что-то подсказывало мне, что я должен остаться. И тогда именно моя вера взяла верх. Я не могу это объяснить, но я просто почувствовал, что Ливерпуль — это то место, где Бог хочет, чтобы я был. Я подумал: «Возможно, сейчас это не имеет смысла, но из этого выйдет что-то хорошее».
• О сложностях в сезоне 2018/19:
«Я остался в Ливерпуле, и первые шесть месяцев были чрезвычайно тяжелыми. Как я уже сказал, я почти не играл. Я бегал по 5 км, когда не попадал в заявку на матч. Даже в тренировочных играх 11 на 11 я не мог участвовать. Мне приходилось стоять на краю поля и смотреть.
Но Клопп всегда был рядом. Я знал, что он верит в меня. Он всегда говорил: «Эй, продолжай тренироваться так же. Не сдавайся».
На самом деле я тренировался даже больше, чем кто-либо знал. Это было как маленький секрет. Команда обычно тренировалась днем, а утром я отправлялся на это маленькое поле в городе примерно раз в два дня просто отрабатывал завершение атак — ничего, кроме завершения. Когда восходило солнце, я загружал мячи в машину и ехал на поле, надеясь, что там не будет слишком много людей. Я молился, чтобы папарацци меня не сфотографировали.
На этом небольшом комплексе было шесть синтетических полей. Иногда можно было арендовать все шесть, но обычно это было невозможно. Ставишь двое маленьких ворот рядом – вот и большие ворота. А теперь просто представь себе момент и забей. Представь и забей. Представь и забей. И так в течение часа.
Я делал это в октябре, когда даже не был в основном составе. Но эти повторяющиеся упражнения просто преобразили меня. Это дало мне особый вид самообладания, выходящий за рамки простого спокойствия. Я начал по-настоящему овладевать своим даром. В какой-то момент я стал забивать левой ногой почти так же хорошо, как и правой. Внутренняя сторона стопы, завершение. Внешняя сторона стопы, завершение. Очень просто».
• О легендарном камбэке против «Барселоны»:
«И вот мы в полуфинале Лиги чемпионов против «Барселоны» весной 2019. Вокруг царит хаос. Мы уступаем 0:3 после первого матча. У нас куча травм. И Клопп ставит меня в состав.
Представь себе момент и забей. Представь и забей. Представь и забей.
Остальное уже история – наша история. К концу того сезона я стал победителем Лиги чемпионов. И я забил один из двух голов в финале.
Я бы только хотел сесть в машину времени, вернуться назад и сказать тому шестилетнему мальчику в Бельгии, укладывающему свой мяч на ночь и молящемуся, чтобы он вырос таким же, как его футбольные кумиры: Ты сделал это — ты выиграл Лигу чемпионов! Ты выиграл Премьер-лигу! Твои голы даже показывают в программе «Match of the Day»! Просто расслабься, парень. Иди спать. Все будет хорошо».
• О решении закончить с футболом и том, что будет дальше:
«Когда ты можешь оглянуться назад и наслаждаться всеми сладкими моментами, испытывая только благодарность и ни капли сожаления, тогда ты понимаешь, что пришло время прощаться.
Мой отец был первым человеком, которому я сказал, что собираюсь уйти из футбола. Это было еще в феврале. Он спросил меня: «Как ты себя чувствуешь?» Думаю, он хотел убедиться, что я не принимаю решение под влиянием плохого периода. Но когда я сказал ему, он полностью меня понял. Он сказал: «Это очень личное дело. Решение, о котором только ты сам знаешь, когда нужно его принять».
Мне посчастливилось побывать на почти всех великих стадионах и почти всех крупнейших турнирах мира. Я выполнил свое предназначение как футболист – мой путь завершился. Забивать голы и выигрывать трофеи — одно из лучших чувств в мире. Я буду оглядываться назад и улыбаться, вспоминая все эти моменты — моменты, посланные Богом, — и просто наслаждаться ими вечно.
И я все еще пишу свою историю. Я с нетерпением жду того, что будет дальше. У меня есть новая цель и другие вещи в жизни, которым я хочу посвятить себя с той же страстью, с которой я занимался футболом все эти годы.
Во-первых, я действительно увлечен модой как ремеслом. Я уже полностью погрузился в изучение истории и индустрии. Я стремлюсь к самому высокому уровню и надеюсь, что у меня будет возможность учиться у лучших дизайнеров в мире.
Я также собираюсь продолжать развивать свою предпринимательскую деятельность с помощью DLF — футбольного агентства, которое я создаю вместе со своим партнером и совладельцем Марвином Виллемом Офори.
И также я ищу любую возможность стать связующим звеном — либо для следующего поколения футболистов, либо в более широком смысле, через свою благотворительную деятельность. Или даже просто как человек.
В футболе я всегда находил способ выйти на новый уровень, и я продолжаю делать это в этой новой главе своей жизни. Я искренне увлечен всем этим. И я с нетерпением жду начала. Увидимся, ваш Дивок».
Комментарии
(а вот Эвертон точно не будет скучать :D)
Дивок классный, успехов ему в дальнейшей жизни! Легенда!