Трибуна
23 мин.
0
Джефф Безос – акционер «Ливерпуля». А кто еще в сделке на £1,6 млрд?

Ответы на главные вопросы.

От редакции: один из богатейших людей мира Джефф Безос стал акционером «Ливерпуля». Но не только он: в состав инвесторов вошли бизнесмен Амит Бхатия, семейные трасты Миттал и компания предпринимателя Эдуардо Саверина и его жены Элейн, EE Capital. Из-за чего такие масштабные перемены и к чему они приведут? Объясняют ребята из «Шесть Элче». Читайте, подписывайтесь и ставьте плюсы!

***

Когда в конце июля Financial Times сообщила о переговорах Fenway Sports Group (FSG) о продаже доли клуба консорциуму во главе с бизнесменом Амитом Бхатией, новость быстро превратилась в очередные слухи о возможной полной продаже «Ливерпуля». В публикациях фигурировали 6 млрд долларов, семья индийского сталелитейного магната Лакшми Миттала и даже имена основателя Amazon Джеффа Безоса и сооснователя Facebook (принадлежит Meta, признанной запрещенной и экстремистской в РФ) Эдуардо Саверина. Достаточно, чтобы создать впечатление готовящейся смены владельца.

В реальности речь шла не о продаже «Ливерпуля» целиком, а о крупной миноритарной доле. Консорциум 1892 Holdings во главе с Амитом Бхатией приобрел около 30% акций клуба – о сделке официально объявила FSG и сам клуб. Стоимость пакета составит примерно 1,65 млрд фунтов, что соответствует общей оценке «Ливерпуля» примерно в 5,5 млрд фунтов. Сделка еще должна пройти регуляторное одобрение, однако ее основные условия уже согласованы.

Изначально аналитики рассчитывали, что консорциум скорее приобретет пакет в 8-10%, но вместе с 30% акционеры получили и три места в расширенном совете директоров, так что эта сделка – не просто финансовое вложение со стороны партнера, а появление группы, которая будет прямо оказывать влияние на решения. 

Почему FSG готова продать столь крупный пакет? Как это скажется на «Ливерпуле»? Может ли появление Бхатии, Митталов, Безоса и Саверина стать первым шагом к будущей полной продаже клуба?

Давайте разбираться.

Что именно продают и откуда взялись 5,5 млрд фунтов?

Еще в июле американские владельцы «Ливерпуля» подтверждали сам факт обращения к ним, назвав заявку предложением о «стратегической миноритарной инвестиции».

Теперь основные параметры сделки известны: 1892 Holdings приобретает около 30% «Ливерпуля» примерно за 1,65 млрд фунтов. Это соответствует оценке всего клуба примерно в 5,5 млрд фунтов.

Первоначально в медиа фигурировали более низкие цифры. Financial Times писал о стоимости клуба свыше 6 млрд долларов (около 4,4 млн фунтов), а позднее британские источники сообщали о предложении примерно 1,35 млрд фунтов. Однако окончательно согласованная цена оказалась выше.

Масштаб роста стоимости клуба особенно заметен на фоне того, что FSG приобрел весь клуб в 2010-м примерно за 300 млн фунтов. Теперь только 30-процентный пакет стоит в пять с половиной раза дороже.

Оценка в 5,5 млрд фунтов не выглядит совершенно оторванной от современного футбольного рынка. Она немного превышает оценку «Манчестер Юнайтед» в момент приобретения Джимом Рэтклиффом первоначальной 25-процентной доли клуба. Однако прямые сравнения всегда условны: влияют долговая нагрузка, дополнительные обязательства покупателя, права голоса и управленческие полномочия, которые передаются вместе с акциями – все это редко становится известно простым обывателям, поэтому нам остается соизмерять доли лишь в подобных сопоставлениях.

Кто стоит за консорциумом 1892 Holdings?

Для сделки была сформирована структура 1892 Holdings – название, разумеется, отсылает к году основания «Ливерпуля». В нее входят семейные структуры Бхатии и Митталов, K5 Sports, через которую участвует Джефф Безос, и EE Capital семьи Элейн и Эдуардо Саверин. При этом именно Бхатия остается главным партнером FSG и лицом всего консорциума.

Предполагаемое распределение ролей выглядит логично. Бхатия – организатор и публичное лицо заявки, обладающее реальным опытом внутри английского футбола. Миттала обеспечивает значительную часть капитала. Присоединение Безоса способно добавить консорциуму финансовый, технологический и, возможно, главное – медийный масштаб потенциальной сделки. Саверин же, как кажется, выступает скорее в качестве опытного инвестора, который умеет точно оценивать перспективу и качество активов, в которые вкладывается.

Бхатия и Миттала в «Куинз Парк Рейнджерс»

Амит Бхатия – не случайный инвестиционный менеджер, выбранный только благодаря родственным связям с семьей Миттала. Он освоил программу по экономике в Корнеллском университете США и работал в банковском секторе в Нью-Йорке и Лондоне. После свадьбы на дочери магната Лакшми Миттала он основал венчурную компанию Swordfish Investments, позднее ставшую AyBe Capital. В портфель ее инвестиций входили 25 компаний в различных сферах, в том числе и спорта: сюда относится доля в крикетном клубе «Дух Лондона» и, например, в лиге по индор-гольфу TGL. К слову, с 2023-го эта лига полностью принадлежит FSG.

Но наиболее интересен в свете сделки опыт Бхатии в «Куинз Парк Рейнджерс», в структурах которого он провел 18 лет совладельцем и председателем совета директоров. В тот же день, когда появились слухи о заинтересованности в покупке доли «Ливерпуля», Бхатия передал свою долю мажоритарному владельцу Рубену Гнаналингаму и вышел из совета директоров клуба.

Формально этот уход на тот момент не был гарантией сделки с «Ливерпулем», но «совпадение» явно было не случайным. Бхатия расстался с активом, поскольку это сразу снимало множество потенциальных проблем, связанных с участием одного инвестора сразу в двух клубах английской футбольной системы.

За время присутствия Бхатии и Миттала КПР пережил самый яркий спортивный период последних десятилетий. В сезоне-2010/11 команда выиграла Чемпионшип и вернулась в Премьер-лигу после 15-летнего отсутствия. В следующем сезоне клуб сохранил место в элите в знаменитом последнем туре, когда проиграл «Манчестер Сити» после двух голов в компенсированное время, но избежал вылета благодаря результату параллельного матча.

Попытка быстро поднять уровень команды при помощи известных и дорогих футболистов не сработала. КПР подписывал Жулио Сезара, Пак Чжи Суна, Гранеро, Лоика Реми, Кристофера Самба и других статусных игроков, но занял последнее место в сезоне-2012/13. Масштабные расходы не привели к созданию команды, способной закрепиться в АПЛ, и позже обернулись серьезными финансовыми последствиями.

При этом клубу потребовался всего год, чтобы вернуться. В финале плей-офф Чемпионшипа 2014 года КПР вдесятером победил «Дерби» благодаря голу Бобби Заморы на последней минуте. Таким образом, всего за четыре сезона команда дважды поднялась в Премьер-лигу.

Закрепиться среди лучших снова не получилось: по итогам сезона-2014/15 КПР вылетел и с тех пор не возвращался в высший дивизион. Как итог, наследие Бхатии и Миттала сложно оценить однозначно, особенно, учитывая нашу небольшую вовлеченность в дела клуба.

При этом нельзя обойти стороной вопрос инфраструктуры КПР, которая сделала большой шаг вперед при индийских инвесторах. В 2023 году КПР открыл тренировочный центр в Хестоне, где впервые удалось объединить первую команду и академию на одной базе (ничего не напоминает?).

Показательно и отношение к Бхатии со стороны фанатов. Одна из трибун «Лофтус Роуд» носит его имя, а после объявления об уходе многие болельщики благодарили бывшего совладельца за длительную вовлеченность в жизнь клуба. Это не отменяет смешанных спортивных результатов, но позволяет понять, что Бхатия не был отстраненным финансовым инвестором.

Связь семьи Бхатия и Миттала со спортом не ограничивается КПР. В 2026-м консорциум Лакшми Миттала и Адара Пунаваллы договорился приобрести 93% группы «Раджастхан Роялс» за 1,65 млрд долларов. Семья Миттала должна получить около 75%. В сделку вошли не только команда Индийской премьер-лиги по крикету, но и связанные франшизы из Южной Африки и Карибского региона. Завершение покупки ожидается после получения регуляторных разрешений.

Шурин Бхатии – Адитья Миттал, генеральный директор семейного сталелитейного бизнеса ArcelorMittal, только что инвестировал 1 млрд долларов в сделку по поглощению баскетбольной команды «Бостон Селтикс» руководителем частной инвестиционной компании Биллом Чизхолмом.

Вот и получается, что за 2026-й семья из Индии вошла в спортивный мир громкими приобретениями, но каковы будут итоги, последствия и результаты, говорить пока преждевременно. При этом роль консорциума в «Ливерпуле» будет совершенно другой. Бхатия не покупает проблемный клуб Чемпионшипа, который необходимо заново перестраивать. Он входит в уже сформированную систему одного из крупнейших клубов мира, где спортивные и коммерческие процессы все равно останутся под контролем FSG – по крайней мере, в краткосрочной перспективе.

В чем интерес Безоса?

Самое громкое имя среди инвесторов – Джефф Безос. Теперь его участие подтверждено: он входит в сделку через K5 Sports и, по данным CNBC, является ведущим инвестором фонда, вложив в него более 1 млрд долларов. При этом роль Безоса пока остается скорее инвестиционной: он не войдет в совет директоров «Ливерпуля». Его интересы там представит сооснователь и управляющий партнер K5 Global Брайан Баум.

The Athletic ранее выдвигал альтернативную версию, что потенциальным участником может быть не Джефф, а его брат Марк Безос – бывший рекламный руководитель, акционер Amazon и сооснователь инвестиционной компании HighPost Capital. Она финансирует потребительские компании, медиа и спорт, а сама компания описывает Марка Безоса как специалиста по развитию брендов и масштабированию бизнеса. Reuters также отмечал, что платформы HighPost работают в том числе со спортивными и медийными активами.

Но по итогу представлять в руководстве «Ливерпуля» одного из богатейших людей мира будет Брайан Баум, что не исключает возможностей использования всех активов семьи Безосов. Во этом потенциальную связь с экосистемой Amazon нельзя игнорировать – Prime Video активно работает со спортивными трансляциями, показывал матчи Премьер-лиги в Великобритании, обладает футбольными правами на нескольких европейских рынках и инвестирует в американские соревнования.

Теоретически сотрудничество могло бы затронуть производство документального контента, электронную коммерцию, продажу клубной атрибутики, международное продвижение и технологические решения AWS, но пока это все на уровне теории и наших с вами догадок.

В чем роль Саверина и при чем здесь «Челси»?

Кандидатура одного из бывших основателей Facebook (принадлежит Meta, признанной запрещенной и экстремистской в РФ) на первый взгляд кажется максимально неожиданной. Большинству людей он знаком лишь по персонажу Эндрю Гарфилда в фильме «Социальная сеть» (считайте это внезапной рекомендацией к просмотру). Его художественный образ и прошлая карьера не так много значат для клуба, но пару деталей все же отметить стоит.

Формально представлять интересы семьи Саверин внутри клуба будет не Эдуардо, а его супруга Элейн. Она входит в EE Capital и станет одним из трех представителей 1892 Holdings в расширенном совете директоров «Ливерпуля».

В 2022-м Саверин был среди группы инвесторов, подавших заявку на приобретение «Челси». В итоге выбрали не их, но это как минимум показывает интерес Эдуардо к инвестициям в спорт и футбол в частности.

О деловой активности Саверин в последние годы известно не так много: он один из руководителей американской венчурной компании B Capital Group, которая занимается поддержкой стартапов в области ИИ, здравоохранения и финансов. Общее состояние оценивается в 32,4 млрд долларов (24,3 млрд фунтов).

Можно найти и неожиданные точки пересечения с владельцами «Ливерпуля», FSG: компания Северина – стратегический партнер Boston Consulting Group (BCG), которая входит в «большую тройку» крупнейших консалтинговых компаний мира. Кроме того, что с FSG их объединяет расположение штаб-квартиры. Плюс руководство Премьер-лиги привлекало BCG привлекалась для проведения реформ, последовавших в 2020-м после провала проекта Broad Picture, разработанного «Ливерпулем» и «МЮ».

В любом случае, интерес Саверина к участию в консорциуме продиктован скорее финансовой логикой: у него нет таких больших активов, как у Безоса или Бхатии с Митталом, зато есть опыт инвестиций в перспективные отрасли и проекты. Вероятно, таким в его глазах может быть и «Ливерпуль».

Почему доля «Ливерпуля» стоит так дорого?

На первый взгляд оценка может показаться завышенной. Инвестор заплатил более миллиарда фунтов за пакет, который, по сути, не позволит самостоятельно определять стратегию клуба и принимать иные управленческие решения.

Однако в нашем случае потенциальный покупатель получает не только часть текущей прибыли, но и доступ к одному из наиболее дефицитных спортивных активов мира. Клубы с глобальной аудиторией, современной инфраструктурой и регулярным участием в крупнейших турнирах почти никогда не появляются на рынке.

«Ливерпуль» способен зарабатывать более £700 млн за сезон, но почти вся выручка уходит на зарплаты, трансферы, содержание команды и операционные расходы. За годы владения FSG завершила и основные инфраструктурные проекты: расширены главная трибуна и Anfield Road, а первая команда и академия получили современную тренировочную базу в Киркби.

Главная особенность «Ливерпуля» заключается в сочетании характеристик, которые фактически невозможно воспроизвести с нуля: богатая история, огромная международная аудитория, регулярная борьба за трофеи, еще и участие в самом коммерчески успешном чемпионате.

Вероятно, основная ставка инвесторов и заключается не только в получении дивидендов, но и в дальнейшем росте стоимости самой доли. FSG купила весь клуб за £300 млн, а теперь даже 10% могут оцениваться примерно в £550 млн.

Потеряет ли контроль FSG?

На первом этапе – нет.

FSG сохранит около 70% клуба и останется мажоритарным владельцем. Повседневная управленческая структура «Ливерпуля» не изменится. Сделка также не означает пересмотра нынешней трансферной стратегии.

Однако нельзя называть 1892 Holdings пассивным миноритарным инвестором – уже сейчас Амит Бхатия станет вице-председателем «Ливерпуля», а вместе с ним в расширенный совет директоров войдут Элейн Саверин и Брайан Баум. Новый акционер получает сразу три места в руководящем органе клуба и очевидную возможность влиять как минимум на обсуждение долгосрочной стратегии.

При этом FSG не взяла на себя обязательство в дальнейшем продавать 1892 Holdings дополнительную долю. При этом The Times пишет, что документы предусматривают различные варианты развития отношений и фактически ставят Бхатию в преимущественное положение, если FSG когда-нибудь решит продать больше акций.

CNBC, в свою очередь, сообщает о еще более серьезной конструкции: соглашение содержит положения, позволяющие консорциуму в течение следующих 12 месяцев приобрести контрольный пакет при оценке клуба примерно в 8 млрд долларов (6 млрд фунтов). Если такая трактовка условий верна, нынешние 30% могут оказаться не просто возможной первой ступенью, а заранее предусмотренным этапом потенциальной смены контроля.

Зачем продажа доли нужна FSG?

Самый очевидный мотив – возможность частично монетизировать актив, который за 16 лет многократно подорожал. Продажа около 30% принесет FSG примерно 1,65 млрд фунтов — в пять с половиной раз больше 300 млн фунтов, которые американская группа заплатила за весь «Ливерпуль» в 2010-м. При этом у FSG остается около 70% клуба и контроль над ним.

При этом FSG не обязана уходить в тень – группа вернет значительно больше первоначальных вложений, снизит концентрацию собственного капитала в одном активе и продолжит участвовать в росте стоимости оставшегося пакета, а также в управлении общим развитием клуба.

С экономической точки зрения конструкция выглядит почти идеальной и ранее уже использовалась. FSG – привлекала внешних инвесторов. В 2021 году RedBird Capital Partners приобрела около 10% самой Fenway Sports Group. В 2023-м Dynasty Equity получила небольшую долю уже непосредственно в «Ливерпуле». Ни одна из этих сделок не привела к потере контроля даже частично.

Есть и практичная причина. Несмотря на рекордную выручку, современный топ-клуб не генерирует сотни миллионов доступных свободных средств. В чемпионском сезоне-2024/25 «Ливерпуль» получил 703 млн фунтов дохода, но заработал только 8 млн фунтов чистой прибыли. Один неудачный сезон или отсутствие Лиги чемпионов способны быстро превратить небольшой плюс в крупный убыток.

Самоокупаемая модель, которую придерживаются нынешние владельцы клуба, остаётся рабочей, но её запас прочности ограничен, поскольку стоимость футболистов и зарплаты растут, а «Ливерпуль» конкурирует в том числе с клубами, за которыми стоят государства, суверенные фонды и так далее. Напомним, что FSG даже близко не находится к топ-5 владельцев клубов АПЛ по ресурсам.

Сюда же накладывается и общая корректировка условий управления футбольным клубом: возможности заключения больших спонсорских соглашений появляются не часто, планы по новому расширению «Энфилда» пока не называются, а параллельно Премьер-лига вводит новые правила управления финансами клубов.

Наконец, отметим и недавний провал или, как это называли журналисты, «заморозку» мультиклубной модели. Руководство особенно в лице бывшего директора FSG по футбольным операциям Майкла Эдвардса более полутора лет анализировало возможность покупки различных клубов Испании, Португалии и Франции, которые стали бы возможностью для снижения издержек на трансферы за счет подписания молодежи и направления ее в дочерний клуб для развития. Сам проект оказался крайне затратным с организационной и финансовой точки зрения, поскольку у FSG нет столько свободных ресурсов для подъема еще одного клуба на высокий уровень.

В этих условия приток новых инвестиций будет необходимым способом поддержания высокой конкурентноспособности «Ливерпуля». Тем самым в Бхатии и других партнерах видят тех, кто поможет расширить финансовую базу клуба и снизит зависимость от одной FSG.

Индия может быть главным скрытым активом сделки

Возможности семьи Миттала не ограничиваются финансированием – не менее важным может оказаться их происхождение, связи и положение на рынке.

Индия – одна из крупнейших и наиболее быстро растущих экономик мира, но европейский футбол пока не сформировал там настолько же зрелый коммерческий рынок, как в Европе, США или отдельных странах Восточной Азии.

У английских клубов в Индии безусловно есть аудитория, однако ни один из них не может назвать себя главной футбольной командой страны. The Athletic выдвигает достаточно убедительную гипотезу: если «Ливерпулю» удастся занять это положение, то он сможет значительно превысить нынешнюю оценку в £5,5 млрд.

Бхатия в данном случае представляет редкое сочетание идентичностей и опыта. Он связан с Индией, получил образование в США, много лет работает в Лондоне и почти 20 лет провел внутри английского футбола. Семья Миттала обладает бешеной узнаваемостью, деловыми связями и теперь формирует собственный портфель спортивных активов. Добавьте сюда возможности медийной империи Безоса, и можно получить вполне привлекательную стратегию по завоеванию нового рынка.

Для «Ливерпуля» это может открыть новые возможности в сфере спонсорства, лицензирования, торговли, локального контента, футбольных школ и партнёрств с индийскими компаниями. Возможна и обратная ситуация, где не FSG и клуб будет получать дивиденды от развития интереса в Индии, а сам Бхатия видит в клубе идеальный актив для реализации собственных спортивных и коммерческих амбиций.

Кому достанутся деньги?

Это главный вопрос, который заботит болельщиков. Если инвесторы заплатят £1,65 млрд, появятся ли эти деньги у самого «Ливерпуля»?

Нет – во всяком случае, непосредственно в рамках этой сделки. Речь идет не о выпуске новых акций и не о прямом привлечении капитала клубом, а о продаже FSG части принадлежащего ей пакета – £1,65 млрд получает нынешний собственник, а не трансферный отдел «Ливерпуля».

В этом отношении можно вспомнить сделку с Dynasty Equity в 2023 году. Тогда клуб официально объявил, что привлеченные средства будут использованы для сокращения банковского долга и компенсации расходов на пандемию, реконструкцию «Энфилда», строительство базы в Киркби и другие проекты. Нынешняя сделка устроена иначе, однако она в любом случае укрепляет финансовое положение FSG и расширяет возможности владельцев поддерживать клуб при необходимости.

При этом появление Безоса, Бхатии и других инвесторов не означает, что «Ливерпуль» теперь сможет просто резко увеличить расходы на трансферы. С сезона-2026/27 в Премьер-лиге действуют новые финансовые правила, включая squad cost ratio – SCR. Они ограничивают расходы клубов на игроков и главного тренера – зарплаты, амортизацию трансферов и агентские выплаты – на уровне 85% от доходов, связанных с футбольной деятельностью, включая прибыль от продажи футболистов. Одновременно действует SSR – набор тестов, оценивающих финансовую устойчивость клуба как бизнеса.

Ценность новых партнеров может проявиться иначе. Столь состоятельные владельцы способны предоставлять займы, участвовать в финансировании инфраструктуры и помогать привлекать внешний капитал на более выгодных условиях, но еще важнее может оказаться возможность увеличить собственные доходы «Ливерпуля» – через коммерческие связи, новые партнерства, спонсорские соглашения и развитие на перспективных рынках.

Именно на этот аспект обращает внимание финансовый аналитик Мо Чатра. По его мнению, сама структура сделки показывает, что 1892 Holdings приходит не в роли молчаливого партнера. Новый акционер получает не только долю в стоимости клуба, но и возможность непосредственно участвовать в обсуждении его долгосрочного развития.

Одним из первых направлений, где влияние новых инвесторов может стать заметным, Чатра считает коммерческую деятельность. В ближайшие 12 месяцев заканчиваются два крупных спонсорских соглашения – со Standard Chartered и Expedia, поэтому появление у клуба акционеров с такими корпоративными связями может оказаться особенно своевременным. В качестве одного из потенциальных сценариев аналитик допускает даже будущее партнерство с Amazon.

Нынешнее соглашение со Standard Chartered оценивается примерно в 55 млн в год фунтов, тогда как крупнейшие титульные контракты конкурентов могут приносить значительно больше – у «Сити» с Ethihad, например, – около 100 млн фунтов, поэтому даже без прямых вливаний в трансферный бюджет участие новых инвесторов способно дать клубу новый коммерческий импульс. Чем больше будет зарабатывать сам «Ливерпуль», тем больше пространства он получит для расходов на команду в рамках действующих финансовых правил.

Главный финансовый эффект сделки для клуба заключается в том, что появление рядом с FSG группы партнеров способно помочь «Ливерпулю» увеличить доходы, выйти на новые рынки и получить доступ к новым источникам финансирования. Насколько активно 1892 Holdings станет пользоваться этими возможностями, станет понятно уже по первым крупным коммерческим и управленческим решениям после завершения сделки.

Партнерство или первый шаг к продаже клуба?

После публикации условий сделки вопрос о возможной полной продаже «Ливерпуля» перестал быть исключительно умозрительным.

Официальная позиция на сегодняшний день однозначна: FSG сохраняет контроль, не берет на себя обязательство продавать дополнительные акции, а повседневное управление клубом не меняется. Более того, источники The Times подчеркивают, что сделку внутри FSG не рассматривают как часть стратегии выхода из «Ливерпуля».

Однако сама конструкция соглашения оставляет дверь для дальнейшего изменения структуры собственности открытой. Джону Генри и Тому Вернеру уже по 76 лет, а публичного плана преемственности внутри FSG нет. Еще в 2023 году Генри заявлял следующее на фоне новостей о возможной продаже клуба:

«Навсегда ли мы останемся в Англии? Нет. Продаем ли мы «Ливерпуль»? Нет. Обсуждаем ли мы его с инвесторами? Да. Произойдет ли что-то связанное с этим? Думаю, да, но это будет не продажа».

При этом FSG уже продемонстрировала готовность продавать свои крупные спортивные активы. В конце 2025 года группа достигла соглашения о передаче контрольного пакета «Питтсбург Пингвинз». Стоимость клуба оценивалась приблизительно в 1,7-1,8 млрд долларов, тогда как FSG приобрела его в 2021 году примерно за 900 млн долларов.

Вокруг самого «Ливерпуля» тоже начался переходный период: сменился главный тренер, ушли или готовятся уйти несколько руководителей клуба, а проект по мультиклубной системе отложен в долгий ящик.

Кроме того, главным источником дохода для собственника клуба нередко становится не ежегодная деятельность, а последующая продажа доли по более высокой цене, что может быть интересным для FSG. Собственно, часть расходов FSG и восполнит в случае согласования обсуждаемой сделки, однако говорить о полной продаже уж точно преждевременно.

Сама FSG также продолжает долгосрочные инвестиции в спорт, включая участие в многомиллиардном соглашении с PGA Tour. Это не похоже на поведение группы, которая полностью сворачивает спортивный бизнес.

Возможны несколько сценариев.

В рамках первого продажа миноритарного пакета может уменьшить необходимость полного ухода американских владельцев из клуба. FSG остается владельцем примерно 70% клуба и контролирует его, тогда как 1892 Holdings участвует в стратегических решениях через совет директоров, помогает развивать коммерческую сторону бизнеса и расширяет финансовые возможности «Ливерпуля».

Второй сценарий предполагает постепенное увеличение доли нового консорциума. Бхатия и его партнеры несколько лет работают вместе с FSG, получают все большее влияние и по мере появления такой возможности приобретают дополнительные акции, при этом американская группа еще какое-то время сохраняет статус крупнейшего владельца.

Наконец, третий вариант – нынешняя сделка уже является переходным этапом к полной смене контроля. Еще несколько недель назад такой сценарий можно было обсуждать лишь применительно к горизонту нескольких лет. Теперь, после информации о предусмотренном соглашением механизме дальнейшего приобретения акций, он выглядит значительно менее фантастическим.

Покупка 30% клуба заставляет задуматься, что это как раз первый шаг к будущему постепенному приобретению контрольной доли акций. В пользу этого говорит, например, тот факт, что FSG уже в конце 2022-го – начале 2023-го якобы прощупывала почву на предмет продажи клуба, но позднее изменила подход на поиск инвесторов. В частности, клубный журналист Джеймс Пирс писал тогда, что в «Ливерпуле» открыты для разных мнений, но в FSG настаивают на своей приверженности принципу, что решение будет принято из того, что «отвечает наилучшим интересам «Ливерпуля» как клуба».

При этом подчеркивалось, что подходящий партнер будет найден для совместной работы с FSG над развитием клуба, и миноритарный акционер на начальном этапе должен будет принять роль, которая предполагает отсутствие контроля. Наводит на определенные мысли, да?

Многое будет зависеть от того, как сложатся отношения между двумя группами владельцев, насколько активно Бхатия станет участвовать в управлении, какие финансовые обязательства готова брать на себя 1892 Holdings, насколько успешно новые инвесторы помогут развивать коммерческие доходы клуба и будут ли стороны одинаково видеть долгосрочное будущее «Ливерпуля».

Но принципиально ситуация уже изменилась – впервые за время владения FSG рядом с американской группой появляется акционер, который одновременно обладает очень крупным пакетом, значительным представительством в совете директоров и финансовыми возможностями для дальнейшего увеличения своей доли.

Нынешнюю сделку правильнее воспринимать сразу в двух плоскостях. В краткосрочной перспективе это партнерство: FSG остается у руля, а 1892 Holdings помогает клубу сделать следующий коммерческий и финансовый шаг. В долгосрочной – это еще и вполне реальный механизм смены владельца, если однажды обе стороны решат, что пришло время для следующего этапа.

Для FSG нынешняя конструкция в любом случае выглядит выгодно: группа продает часть актива за сумму, многократно превышающую первоначальную стоимость всего клуба, снижает собственные риски и при этом на данном этапе сохраняет управленческий контроль. Если же сотрудничество с 1892 Holdings в будущем приведет к продаже большей доли, FSG получит возможность окончательно монетизировать актив, который за время ее владения вырос в цене почти в двадцать раз.

Для самих инвесторов это прежде всего вложение в один из крупнейших и наиболее успешных европейских клубов с огромной международной аудиторией и все еще значительным потенциалом коммерческого роста, а перспектива в обозримом будущем возглавить новую эру в развитии «Ливерпуля», кажется, может быть привлекательна даже для людей масштаба Безоса, которые способны позволить себе практически все.

Конечно, для полноценного успеха этого партнерства должно сложиться множество факторов. Тем интереснее будет посмотреть, сможет ли обновленная структура собственников не только вывести «Ливерпуль» на новый уровень с точки зрения коммерции и стоимости клуба, но и поддерживать его успехи там, где для болельщиков это действительно имеет значение, — на футбольном поле.

Если вам понравилось прочитанное, подписывайтесь на «Шесть Элче».

А еще у нас есть свой подкаст, где мы говорим о «Ливерпуле», АПЛ и футболе в целом: он доступен на YouTube и всех музыкальных площадках.

Фото: IMAGO/Dennis Van Tine/Global Look Press

logoКуинз Парк Рейнджерс
logoПремьер-лига Англия
logoЛига чемпионов УЕФА
logoЛиверпуль