Афганская футболистка-беженка о жизни в Англии: «Я всегда чувствовала давление, будто нужно оправдываться, кто я. Хочу, чтобы люди понимали, через что проходят беженцы»

Четыре года назад Элаха Сафдари, которой было 17 лет, приехала в Англию. Она была вратарем женской сборной Афганистана. После прихода талибов к власти команду эвакуировали в Пакистан, а затем переправили в Великобританию. Недавно Сафдари переподписала контракт с «Ротерхэмом».

«Я чувствовала себя потерянной. Я никого не знала, но постепенно футбол дал мне силу и энергию начать заново, начать с нуля, строить, продолжать идти вперед.

Я была еще ребенком, но мне пришлось повзрослеть в одночасье. Для меня было очень тяжело оставить все позади – свою семью, родителей, друзей, связи. Потом стать беженкой в Англии тоже было нелегко, потому что я не говорила по-английски, у меня не было друзей, и я совсем ничего не знала о культуре и людях.

Я проходила просмотры в нескольких клубах. Один из них меня особенно воодушевил, и, думаю, тренеры были довольны моей игрой. Но я не говорила по-английски, а я вратарь. Вратарю нужно общаться даже больше, чем другим. И я думаю, что одной из причин, по которой они отказались от меня, стал именно языковой барьер.

Это было так грустно – когда видишь, что у тебя есть талант, но из-за трудностей с языком ты не можешь попасть в команду», – сказала Сафдари. 

Она также рассказала о дискриминации и о том, что не чувствовала себя комфортно ни в одной из команд, за которые играла или где проходила просмотры. По ее словам, в одном клубе, куда она попала на просмотр, на нее почти не обращали внимания.

«Я сказала им, что три месяца усердно работала, отсылала туда-сюда письма по электронной почте, только чтобы приехать на этот просмотр. Но они не дали мне показать, на что я способна.

Куда бы я ни приходила, я чувствовала давление как беженка, будто мне всегда нужно оправдываться, кто я. Я принимаю, что я беженка, но ведь мне пришлось покинуть страну, пришлось начинать заново, и я просто хочу, чтобы люди понимали, через что проходят беженцы. Я не должна рассказывать свою историю снова и снова», – говорит Сафдари.