«В СССР все было по талонам, а в США – изобилие. Культурный шок». Безбородов об учебе за границей

Арбитр РПЛ Владислав Безбородов вспомнил период учебы в США.

– Расскажите про период в Америке. Вам 18 лет. Вы уже знали английский язык?

– Знал на уровне спортивного спецкласса, был какой-то набор слов, может, десяток фраз.

Конечно, это был культурный шок – из Советского Союза попасть в Соединенные Штаты. Были ожидания на основе фильмов, историй. Все же было закрыто. Я был если не первый, может быть, второй студент из Советского Союза, который поехал по обмену.

В то время институт имени Лесгафта был очень сильным спортивным институтом. Если бы они отдельно участвовали на Олимпиаде-1988 в Сеуле, сам институт был бы на шестом месте по медалям. И американцы решили – на фоне того, что все открывалось, страны друг к другу поворачивались лицом – пригласить спортсменов, раз такой высокий уровень, давайте создадим русскую диаспору из спортсменов из разных видов спорта. И я был один из них – футболист.

– Расскажите про первые месяцы, год. Это был культурный шок. А тоски по родине не было?

– Не скрою, было сложно, когда ты по сути не мог еще даже коммуницировать с людьми. Люди, конечно, улыбались, всем было интересно, некоторые вообще русского первый раз в жизни видели. Многое было интересно спросить, потрогать даже.

– Ходят ли медведи по улицам?

– Ну да, про медведей – это классика. Было очень трудно адаптироваться. Было все другое, абсолютно все. Сам подход к обучению, регламенты очень строгие.

Да и сам быт был как небо и земля. Если отсюда, из Советского Союза, я уезжал – все было по талонам, то там такое некое изобилие. 18 лет – у тебя глаза на лбу.

Надо было адаптироваться. Представляете, сейчас есть социальные сети, телефоны, видеозвонки. Тогда не было ничего. Я строчил письма каждый день. Они у меня пачкой собирались, и кто-то летел обратно в Россию, я пачку отдавал – и сестра дома эту пачку постепенно читала, я описывал все свои действия.

Через какое-то время, через полгода, и учеба увлекла. Независимо от того, спортсмен ты или нет, ты должен средний балл иметь выше четверки. Если ты получаешь по своим дисциплинам тройку, ты не допускаешься к своему спорту, не можешь тренироваться – должен сперва повысить свои показатели в учебе.

И у меня двойное давление – надо и учиться, и тренироваться, показывать хороший результат. Стоимость моего обучения была в три раза выше, чем для любого местного американца. И так квота, которая была выделена тренеру на стипендии... Он условно мог три стипендии на меня разделить на 6-10 человек, по чуть-чуть, и они все были бы счастливы. Это помогло мне в жизни – развиться, ставить цели, не опускать руки.

Каждый год я приезжал практически на месяц, недели на две-три, и в Санкт-Петербурге отдыхал душой, набирался энергии. Улетать обратно из дома было тяжело. Но если бы все бросил, никто бы не понял. Вытащил счастливый билет, уехал в Америку, появились трудности – и сдался? Все сказали бы: «Ну, парень, ты слабак».

– А вы учились там на тренера? Или это было какое-то управление?

– У меня в институте имени Лесгафта было педагогическое образование. Со временем я решил поменять специализацию – на спортивный менеджмент, добавил еще бизнес-администрирование. Свой диплом бакалавра получил в этих двух сферах, – поделился воспоминаниями Безбородов.