Дмитрий Комбаров: «Каррера говорил голосом людей, которые хотели бабла заработать. Он ничем не управлял с какого-то момента»

Экс-защитник «Спартака» Дмитрий Комбаров, сейчас выступающий за «Крылья Советов», высказался о бывшем главном тренере красно-белых Массимо Каррере.

– Скажи: как у тебя за все это время не испарилась любовь к «Спартаку»? Столько ведь говна на тебя вылилось.

– Ну, во-первых, не согласен, что прям много говна. Во-вторых, к «Спартаку» я так отношусь, потому что это мой клуб с шести лет. Как я могу ставить на чашу весов то, что меня критиковали болельщики, которые, в большинстве случаев, вообще ничего не понимают в футболе и лишь выплескивают свои эмоции.

– О твоей ситуации в «Спартаке» ты много говорил, но я не слышал, чтобы ты рассказывал о том, как тебя хотели убрать сразу после чемпионского сезона. Правда ли, что кто-то позвонил Глушакову и сказал, что принято решение расстаться с Комбаровым?

– Да. Тогда уже начались эти агентские игры. Каррера подпустил к себе людей, у которых была одна цель: заработать денег любыми способами. В тот день мы сидели у Глушака в гостях за одним столом. Внезапно ему позвонил Гурцкая, который вместе с Трабукки и работал с Каррерой. Гурцкая не знал, что я рядом с Глушаком, и сказал ему, мол, поговори с Комбаровым, потому что Каррера не хочет, чтобы он играл в «Спартаке». Хотя я сейчас понимаю, что это не Каррера был инициатором, а именно агенты, их игры.

– Ты уверен, что Глушак передал все так, как говорил Гурцкая?

– Сто процентов. Мы ж рядом были. И дело вообще не в том, что Карреру что-то не устраивало. Я вскипел из-за другого: почему Каррера мне лично об этом не говорит? Боится моей реакции?

– Почему ты сам не подошел к Каррере и не спросил: «Массимо, от вашего имени звонят и говорят, что я не нужен. В чем дело?».

– А зачем мне к нему подходить? Мы же видели, что происходит. С какого-то момента Каррера не управлял вообще ничем. Им управляли люди. Он говорил голосом людей, которые хотели бабла заработать. Вот и все.

Да, конечно, я мог к Каррере подойти. Но я понимал: это то же самое, что со столбом разговаривать. Он будет кивать головой, может, что-нибудь скажет, только в его голове будет другое.

– Тебе не казалось странным, что Гурцкая решал вопросы именно с Глушаком? Он вообще почему решал какие-то вопросы?

– Нет. Во-первых, не Глушак же звонил же, а ему звонили. Во-вторых, он капитан команды. Может, они прощупывали почву, как отнесется коллектив. В-третьих, возможно, хотели дезориентировать меня, вывести из равновесия. Они думали, что я узнаю, расстроюсь и сам скажу: «Пошли вы», – и сам уйду, потребую выставить меня на трансфер. Но у меня был действующий контракт.

Они, Каррера или агенты, должны были как-то себя проявить не только в звонках. Если я вам действительно не нужен, выгоняйте, выставляйте на трансфер сами. Но мне никто из руководства и слова не сказал.

– Хорошо, ты не хотел подходить к Каррере, но почему сам не выступил в прессе и не рассказал о странных течениях в команде?

– Я прекрасно понимал, что если вынесу это в прессу, то все выльется в огромный скандал. Я всегда стоял на стороне команды, чтобы не было никаких скандалов. Сам я человек нескандальный. Если бы я это сказал, а это очень резонансная новость, началась бы массовая атака на «Спартак». У нас тогда была Лига чемпионов. Мы должны были бороться за золото. Плюс, Каррера стал царем и богом «Спартака», вступать с ним в конфликт было странно.

Я понимал, что если сейчас сделаю это, то ##### будет всем – и мне, и команде… – сказал Комбаров.