Сегодня 35 лет со дня трагедии на матче «Спартак» – «Харлем»

"Мне всегда так тяжело рассказывать об этом… На глаза наворачиваются слезы…

Было две лестницы и площадочка между ними. Вокруг - сплошные трупы, несколько десятков человек. Сами перила выгнулись. Мы стояли с каким-то солдатиком. Я видел: возле нас лежит мужик, на нем еще один, под ним третий. Разглядел безумные глаза нижнего, который задыхался под давлением. У меня самого была истерика. Я сделал движение в сторону, он меня схватил за ногу. Прохрипел: "Спаси, умоляю, я тебе дам много денег". Мы с солдатом попытались его вытащить, но не могли сдвинуть даже на сантиметр. Чуть потянешь - ему становилось намного больнее. Остальные в него вцепились, тоже хотели выжить.

Мне только чудо помогло уцелеть. Между прочим, в то утро в нашу квартиру впорхнул воробей. Бабушка всполошилась: "Скверная примета". Я не придал этому значения. Только потом узнал, что птица, залетевшая в окно, - к покойнику… Мне просто повезло. Хотя толпа была совершенно неконтролируемой. Ее качало, как на волнах, то в одну сторону, то в другую. Я говорил себе: главное - удержаться на ногах. Тех, кто падал, затаптывали насмерть. И ничего нельзя было сделать. Страх был жуткий. Сначала меня прижало к стенке, затем увидел свободное пространство. Тот самый солдатик протянул руку. Я сделал огромный шаг и, перемахнув через ограждение, кое-как выбрался.

Я потерял счет времени. Запомнилось другое. Мы вытащили паренька. Я видел, как у него движется взад-вперед грудная клетка, он еле дышал. Приволок его к "Скорой помощи". Говорю врачам: "Спасите мальчишку". Доктор нагнулся к нему, раскрыл зрачок. Равнодушно произнес: "Все, труп". И отошел в сторону. А я достал из его нагрудного кармана паспорт, раскрыл. Фамилию не помню, врезалась в память дата рождения - 1965-й. Он был всего на год старше меня. Я оглянулся - на асфальте в ряд метров тридцать длиной лежали люди. В основном - такие же молодые ребята.

Жил я с мамой и бабушкой. Когда добрался до дома, они обомлели от моего вида. Потом еще долго харкал кровью. И дубленка была вся в крови, - больше никогда ее не надевал. Говорить своим ничего не стал: "Пожалуйста, не надо меня ни о чем спрашивать. Я жив и здоров. Остальное - позже". Лишь через месяц нашел силы рассказать о том, что же произошло. Наутро после матча спустился в киоск и купил все газеты - о трагедии в Лужниках не было ни слова! Единственное упоминание обнаружил в "Вечерке". Отчет об игре заканчивался коротеньким - дескать, по окончании матча на стадионе случилось ЧП, пострадало несколько болельщиков. И все. Знаете, о чем тогда подумал? Может, и впрямь ничего не было? Может, это сон?

Когда исполнилось 25 лет с момента трагедии, я приехал в Лужники. У памятника погибшим собрались родители. Я видел, они сами - не старые люди. И для них эта боль не утихла"

(c) Андрей Чесноков - бывший теннисист, финалист Кубка Дэвиса-1995 в составе сборной России.

Глянул я список и возраст погибших. Мама дорогая, там больше половины подростки от 14 до 17 лет. Пацаны и девчонки. Ужас..