«Мама Лены все время говорила: ее надо заставлять». Монолог Федченко о 19 днях с Костылевыми
В прошлом декабре Елена Костылева громко покинула академию Евгения Плющенко. Перешла к Софье Федченко, но проработала с ней лишь 19 дней. Теперь 14-летняя фигуристка снова с Плющенко.
Федченко в шоу «Каток» рассказала, как пришла и ушла Лена.
«Для Лены важно прыгать – и все»
– Лена – интересная девочка. С ней интересно работать, как с любым талантливым ребенком. Потому что всегда классно, когда ты даешь задания – и спортсмен может это сделать. Но очень много «но» в этой истории.
Нет, жалеть я вообще не жалею. Мне очень нравится, когда все спокойно на тренировках, когда родители вмешиваются в рамках дозволенного.
Лена переживает сложный период, как мне кажется. Ей 14 лет, у нее пубертат активно, у нее проявляется характер, она хочет уже свои границы четко отстаивать. И мама хочет, чтобы эти границы были под ее контролем, а Лена хочет так, как она хочет.
Сложно работать, когда разные понимания фигурного катания. Для Лены важно прыгать – и все. Честно, она скользит хуже половины моей группы. И мои девочки тоже были очень удивлены, потому что по телевизору все совершенно по-другому выглядит, а в жизни, когда сложные связки, даешь задания, она это делает не то что…
Она могла бы, и она могла бы это делать классно, но просто она этим не очень, видимо, любит заниматься. И этому не уделялось внимания столько, сколько нужно. И она просто: прыгать-прыгать-прыгать. Прыгает она хорошо, высоко, уверенно. И пока ей этого достаточно для того, чтобы побеждать, ее это устраивает.
Плюс есть разные спортсмены. Например, Алина (Горбачева) любит катать красивые программы. Ей важно, чтобы у нее была программа, которая ей нравится, и она будет ее проживать – и она от этого кайфует. А есть спортсмены у меня в группе, которым важно прыгать классно. И неважно, что там у них: «Цыганочка» или вальс – все одно, главное, прыгать.
«Привыкла к тусовкам, шоу, отсутствию режима». Костылева вернулась к Плющенко – спустя 19 дней
«Переход – это шантаж предыдущего штаба ради условий, которые хочет мама»
– С Леной было очень быстро. Я уже через 10 дней уехала в Германию. Мы с ней обсуждали и программы, и работу, и то, что нужно сделать. Я плюс-минус изначально понимала, что переход – это, по сути, шантаж предыдущего штаба пойти на условия, которые хочет ее мама.
Ну и для себя я понимала, что от этого перехода ничего не теряю вообще. Она покатается, у меня будет какой-то пиарчик. Останется кататься, будет работать – классно. Не останется, не будет работать – тоже неплохо. Минусов никаких от этой истории.
Ну да, родители у нас, конечно, поудивлялись на трибуне чуть-чуть. Неспокойно (было), они так не привыкли – они сидят, книжки читают, в телефоны смотрят, делами занимаются. А тут было эмоционально, ярко, потому что мама Лены присутствовала на тренировках.
Но сама Лена сначала очень хотела здесь кататься. И пока все шоу у них не начались, она писала, когда я в Германию уехала, звонила каждый день, мы разговаривали.
Потом они выступали на шоу. Естественно, ей мало лет, у нее там классные условия, она живет в прекрасном коттедже, ей за все платят, у нее шоу, главные роли, куча спонсорских контрактов – зачем ей здесь просто пахать? Потому что здесь у нее была бы история работать-работать-работать. А там, кроме того, что ей нужно работать, она еще и получает кучу плюшек.
За день до того, как она ушла, был конфликт на тему того, что она не пришла на тренировку (меня-то здесь не было). А когда пришла в итоге, отказалась делать те задания, которые мы ей подготовили по тренировочному плану – там нужно было сколько-то прокатов, какие-то куски катать. И она не хотела это делать.
На этой почве случился конфликт, потому что у нас так не работает. Если мы обсуждаем со спортсменом план – а со взрослыми спортсменами я план обсуждаю всегда лично – если мы договорились, что работаем вот так, то мы работаем так. Не будет такого: я сегодня пришла – мне лень, я не выспалась, мне тяжело, я не хочу, я устала, у меня рука-нога-голова… Нет.
«Мама считала, что я строгая и буду Лену воспитывать так же, как она. А у нас демократия»
– Я при нашей первой встрече, когда мы уже заканчивали разговор, сказала, что готова ей помочь, но она должна самостоятельно работать. А мама… Это не было сказано прямым текстом, но, я думаю, что многие считают, что я тренер – деспот и садист, и у нас тут детей убивают. Думаю, что мама считала, что я очень строгая и буду Лену воспитывать примерно так же, как мама это делает.
А у нас все ровно наоборот – здесь полная демократия, я не хочу никого заставлять. Я могу, конечно, надавить на спортсмена, чтобы он доделал работу, но если ребенок в целом не хочет и упирается, никто жесткими методами здесь работать не будет.
Поэтому мама была, как мне кажется, немножко удивлена происходящим. Она даже мне сказала: я думала, что тут Алина ест только яблоки и пьет воду. А Алина может пасту наворачивать, она вообще ест нормально. И когда все удивляются: вот, Алину не кормят, она супертощая… Я думаю: ну да, Алина 3 тысячи калорий в день ест – Алину вообще не кормят.
И когда приехала Лена – Алина только-только травмировалась – она весила больше, чем Алина. И мама как бы: вот смотри, Алина худая, ты сейчас тоже тут у Софьи Анатольевны похудеешь. А у Софьи Анатольевны в холодильнике все что угодно, и не в холодильнике тоже. И Лена не особо худела.
Мама все время (говорила): ее надо заставлять. Я говорила: не надо ребенка в 14 лет заставлять, он должен сам понимать. И у нас на этой почве с мамой тоже были разные понимания – она от меня ждала другого, а получила то, что с Леной разговаривают, объясняют, что ей нужно поменять.
Такую цену не платил за победы еще ни один ребенок. О ситуации с Леной Костылевой
Она, кстати, девочка внушаемая. Я ей показала видео, я ей объяснила, что хочет видеть федерация, что хотят видеть судьи, что хочет видеть современное фигурное катание. Показала ей на сравнении видео, как это выглядит.
И она говорит: да, давайте пробовать, я раньше прыгала с короткого захода. Она не упиралась. Что касается прыжков и каких-то изменений, мы пытались. Но, конечно, когда мы попытались вставлять шаги в заходы на прыжки, тут было сложнее.
«Перед первенством она подсушилась, месяц работала. В этом возрасте этого достаточно»
– Победа на первенстве России – можем рассматривать только Ленин прокат: она смогла сделать максимум – 5 ультра-си (в произвольной).
В целом, те прыжки, которые она делала, она их прыгает лучше, чем те, которые не делала. Даже если посмотреть предыдущий прокат в Санкт-Петербурге – она упала там с лутцев. У нее плохо получались зубцовые прыжки – ввиду травмы, технических особенностей.
«Позор». Костылева провалила первый турнир после воссоединения с Плющенко
На первенстве России они упростили часть с тройными прыжками – уже не помню, по-моему, она делала риттбергер и сальхов в конце, но это не были зубцовые. А то, что она делала – она это уже катала, и катала весь прошлый сезон. Она подсушилась, есяц работала. В этом возрасте этого достаточно.
У меня Алина много раз готовилась к соревнованиям неделю или две. Просто я не блогер, поэтому мы не кричали об этом на весь интернет, что мы к первенству России, которое Алина выиграла, после сотряса катались полтора дня.
Фото: РИА Новости/Пелагия Тихонова, Александр Вильф
Комментарии
Перед ПР уехала с Алиной, расставила приоритеты.
провалила бы Ленка ПР - свалила бы всё на Плющенко.
" тренер мечты", мда...
Маму Любы заставлять было не нужно )))))
Ещё и новые интересные подробности про выигранный ПР после сотрясения. Судя по тому, как в этом сезоне до последнего её Алина каталась на обезболивающих с её же слов, ещё неизвестно какое восстановление было после того сотрясения.