7 мин.
0

Самый сложный бой для Усмана Нурмагомедова – с Хабибом и Гейджи в углах

Соперник – непобежденный борец из США.

PFL слилась с лигой MVP, и теперь нам нужно присмотреться к новому промоушену. Но последний турнир PFL (следить можно на Okko в ночь на 1 августа) может оставить самого младшего Нурмагомедова с первым поражением в карьере и зажечь новую звезду в легком весе.

28-летний Усман Нурмагомедов получает очень сложный тест в лице Арчи Колгана. «Это очень хорошая проверка для Усмана, – уверен Хабиб. – У него [у Колгана] 13-0 в PFL, последние 10 лет тренируется с Джастином Гейджи, и, как я слышал, тот дает ему очень хорошие спарринги. Это самый крепкий соперник Усмана из всех, кто был у него в карьере. У Колгана хорошая борцовская база, его никогда не роняли».

Усман действительно проводит последний бой по контракту с PFL, где вырос в одного из лучших легковесов мира. По сути, большой вопрос, чемпион какой лиги сейчас сильнее: пояс UFC принадлежит Джастину Гейджи (37 лет, 28-5), а у PFL в ответ на это есть молодой и непобежденный Усман, который с детства наряду с борьбой улучшался в тайском боксе.

– Чувствуется, что с каждым годом физические кондиции набираются, ощущаю себя все лучше и лучше, как будто бы ты в 24 года и в 28 – два разных бойца, – говорит Усман Спортсу”.

– А ментально? Было такое, что в 24 видели себя «молодым из зала Хабиба», а теперь ощущаете себя чемпионом, который смотрит на соперников как на жертв?

– Как на жертв точно не смотрю, но, думаю, у меня накопился опыт, уверенности в себе больше появилось.

– Хабиб сказал, что это будет стилистически очень интересный бой. Как думаете, что он имел в виду?

– Самое главное: базовый борец против базового ударника. Он крепкий парень. Конечно, он стилистически неудобен для любого бойца. Посмотрим, какую работу мы проделали.

– Как думаете, чем он может быть опасен для вас?

– В первых двух раундах он довольно крепкий. Может заставить устать, а потом будет навязывать свою игру.

– Говорят, есть дагестанская борьба, а есть – американская. Верите, что есть разница?

– Мне кажется, наша борьба отличается, она более впечатляющая, что ли. А у них – в две ноги прыгнуть и повалить.

– Удивитесь, если он вас переведет в первом раунде?

– Нет. Если переведет, я встану и буду работать дальше.

– Показалось интересным, что на вашего соперника в соцсетях подписан Заурбек Сидаков. Обращали на это внимание? Заходили в его соцсети?

– В принципе, я об Арчи слышал раньше и заходил вроде бы, но на такие вещи внимания не обращал. Не смотрю, кто и на кого подписан или не подписан. Наверное, это больше для фанатов.

Бой Усмана с Колганом может оказаться самым недооцененным поединком этого лета. Пока в UFC реанимируют карьеру Джастина Гейджи, маринуют Армана Царукяна и упрашивают Ислама Махачева подняться в 77 кг, в PFL сводят двух молодых скилловых легковесов.

Арчи Колган занялся борьбой в четыре года (Усман только родился), рассказывал, что его брат принес домой листовку о наборе в секцию, после чего они вместе записались. Колган остановился в шаге от звания All-American и перешел в ММА, отдав борьбе, как сам говорит, 19 лет жизни.

«Махачев стал потяжелее, но мы еще сильнее рубимся в клетке»

Если Усмана будут секундировать Умар, Хабиб, Ислам Махачев и Хавьер Мендес, то в углу Арчи будет Джастин Гейджи и тренер Тревор Уитман, который уже стал автором одной из главных сенсаций года. Под его руководством Гейджи в 37 лет забрал главную победу в карьере, уничтожив Илию Топурию.

Уитман производит впечатление одного из самых погруженных тренеров-теоретиков в современных ММА, и он на 100% мотивирован первым победить Нурмагомедова. У него был шанс сделать это с Гейджи – пять лет спустя он может сделать это с Колганом.

– В UFC чемпионский пояс взял Джастин Гейджи, в PFL титул у вас. Спрашивали у Хабиба, как бы сложился ваш бой против Гейджи?

– Зачем об этом спрашивать, если Хабиб уже показал, как драться с Гейджи? Я бы тоже его повалил и забил бы. Что здесь можно придумать?

– Вы пока вообще довольно легко побеждаете оппонентов. С кем сложнее всего было драться?

– Первый бой с Полом Хьюзом получился тяжелым. Там пришлось заходить в глубокие воды и оставить всего себя.

– Чувствуете, что после этого боя стали другим бойцом?

– 100% да.

– Вы один из самых высоких бойцов в команде Нурмагомедовых. Это сказывается на весе в межсезонье? Хоть раз были больше 90 кг?

– Нет, я свой вес контролирую, 90 кг у меня никогда не было.

– Какой у вас был максимальный вес?

– А вы с какой целью интересуетесь?.. Считайте, средний.

– Ислам Махачев поднялся в 77 кг. Обсуждался ли когда-то ваш переход в полусредний вес?

– Нет, я пока думаю только про свой бой в пятницу. Живу в реальности, а не в мечтах.

– Вы все так же спаррингуете с Исламом?

– Он стал потяжелее, но это не сильно отразилось и не делает наши спарринги редкими. Наоборот, мы еще сильнее рубимся в клетке.

– Вы выложили фотографию из московской клиники доктора Дзукаева. У вас была травма или вы что-то профилактировали?

– Я был у него в прошлом году, у меня болела шея, и я прошел там 10-дневную профилактическую программу, но серьезных травм нет.

«Сложнее, когда дерется Умар, чем драться самому»

На пресс-конференции Колган назвал себя всесторонне укомплектованным бойцом с абсолютно равными навыками по сравнению с Усманом. Это не совсем так, и тут скрыта главная уязвимость претендента: у Нурмагомедова досрочных завершений поединков больше (восемь нокаутов, семь приемов), чем у Колгана боев вообще. Как только у Арчи появились серьезные оппоненты, он вышел на серию побед решениями, которая тянется с июня 2023-го.

Типичный Арчи Колган забирает ногу соперника, валит его и крадет раунды. Повторить это с Усманом будет нелегко: за сокращение дистанции придется расплачиваться, а в партере – отдавать много сил, чтобы контролировать и обороняться в грэпплинге.

Возможно, единственное уязвимое место Усмана – дисциплина и ощущение неуязвимости, как у любого человека, которому с юношества говорят о его таланте. О дисциплине говорил Хавьер Мендес, а Хабиб после эпизода в аэропорту Махачкалы обещал провести проверку в отношении бойца, инициированную «собственным следственным комитетом». Но пока нет никого, кто обнажил бы эту проблему в клетке.

– Хабиб на подкасте у Федора Смолова сказал, что вы попадете на финал ЧМ по дагестанской схеме, даже если не будет билетов. Вы в итоге попали на финал чемпионата мира?

– Нет, на финал не попал. Мог бы, но не поехал.

– Что-то смотрели?

– Конечно, смотрел. Возинья запомнился… Но в данный момент я вам ничего не могу сказать. У меня мозг настроен только на бой. Мне сейчас не особо интересен футбол.

– Умар говорил, что тяжело секундировать, когда дерется брат. Вы тоже говорили, что это непросто. Можете описать, что это за эмоции, когда родной брат дерется в конкурентном поединке?

– Когда Умар в моем углу, мне очень спокойно. Но, когда он дерется, для меня это сложнее, чем драться самому. Тяжело описать.

– Мераб Двалишвили на детекторе лжи сказал, что испытывает неприязнь к Умару. Как вы на это реагируете? Сама новость добивает?

– Вы где-нибудь видели в интернете какую-то нашу реакцию? У нас ее нет.

– У вас последний бой с PFL по контракту. От чего зависит, продлите его или нет?

– От многих факторов и от моего желания.

Все интервью Усман отвечал на вопросы максимально сухо, предупредив, что из-за сгонки веса настроение на нуле и говорить не особо интересно. В какой-то момент даже показалось, что что-то может пойти не так, но в 10:30 по времени Нью-Йорка Нурмагомедов показал на весах 70,21 кг.

Усман – принц клана Нурмагомедовых. И в этом его проблема