Президент ЦСКА дал интервью сербскому издательству Meridian. В нем Андрей Ватутин рассуждает о будущем проекта НБА-Европа, перспективах Милоша Теодосича и состоянии российского баскетбола в изоляции.
– Говорят, что люди, рожденные под знаком Льва, прирожденные лидеры, любят внимание публики и не умеют проигрывать. Согласны с таким описанием?
– Никогда не считал себя лидером и не хотел им быть, скорее, работаю на должности лидера, и вместе с коллегами стараемся делать эту работу хорошо. Не получаю какого-то особого удовольствия от власти, меня она, скорее, тяготит, потому что это огромная ответственность за твоих людей и результат. Внимание публики в нашей работе – фактор неизбежный. А вот проигрывать точно не люблю. Даже больше, чем люблю побеждать.
– О каком подарке на день рождения мечтаете?
– Есть известная притча про рыбу. Звучит она примерно так – Дай голодному рыбу — и ты накормишь его на один день. Дай ему удочку и научи его ловить рыбу — и ты накормишь его на всю жизнь. Я вовсе не рыбак, но в широком смысле хотел бы иметь ту самую удочку всегда в руках.
– Почему бы некоторым клубам, включая ЦСКА, не присоединиться к NBA Europe, если прогнозы руководителей НБА окажутся верными, а именно, что распределение доходов между клубами в течение первых десяти лет составит около 10 миллиардов евро?
– Чтобы присоединиться к этому проекту, как минимум, необходимо быть в него приглашенным –это раз. Два – несмотря на отстранение от турнира, ЦСКА одним из первых подписал продление лицензионного соглашения с Евролигой. Кроме того, российский рынок в силу известных причин не является предметом внимания НБА. С нами никто не вел предметных переговоров на эту тему, поэтому мои оценки происходящего в чем-то могут быть не слишком верными.
Тем менее, попробую ответить на ваш вопрос. В целом руководители НБА, безусловно, знают толк в бизнесе и наверняка дают аргументированные прогнозы – про 10 млрд за 10 лет, насколько я знаю, говорил Марк Тэйтум. В то же время, они не волшебники, чтобы генерировать из продукта больше, чем он стоит в действительности. А этот продукт, по сути, совпадает с тем, что предлагает Евролига. В этом и кроется ответ: пока не вижу, почему проект НБА окажется в разы привлекательнее, ведь он рассчитан на ту же аудиторию (которую предстоит завоевывать почти заново), в нем будут выступать те же баскетболисты и тренеры. Полагаю, высокий потенциал европейского баскетбола способна развивать и Евролига. Плюс, мы слышим о необходимости чуть ли не полумиллиардного вклада от каждой франшизы – при таких вложениях подобные выплаты возможны даже без коммерческих доходов. В целом не исключен и некий компромиссный вариант слияния двух турниров в той или иной форме, что позволит избежать создания излишней конкуренции.
– Не означает ли это, что некоторые клубы могут значительно разбогатеть всего за один сезон, создав финансовый разрыв по сравнению с традиционно более богатыми клубами, которые продолжают полагаться на спонсорские модели, существующие в большинстве клубов Евролиги сейчас (помощь от футбольных команд, от правительств, от богатых владельцев…)?
– Повторю, мы не ожидаем магии и внезапного качественного скачка. Если кому-то удастся разбогатеть, будем радоваться за коллег. С другой стороны, деньги не всегда являются решающим фактором в турнирах, ведь количество игроков в Европе ограничено, всех переманить не удастся. И даже сейчас Евролига порой конкурирует с НБА: посмотрите, сколько заметных баскетболистов переехало из Америки в последние годы.
– Как бизнесмена, вас разочаровывает, что, несмотря на отличный продукт, Евролига не стала достаточно финансово сильной, чтобы комфортно противостоять потенциальному приходу NBA в Европу?
– Приход НБА говорит как раз о том, что Евролига на протяжении последних пары десятков лет упорной работы создала предпосылки для значительного улучшения финансовой ситуации, сделала европейский баскетбол привлекательным. Да, пока доходы не исчисляются числами с девятью нулями, но сам турнир как бизнес-проект уже оценивается миллиардными суммами, а значит, обладает высоким потенциалом. Клубы верят в светлое будущее и продолжают поступательную работу по развитию лиги. А конкуренция – в том числе, в бизнесе, – только помогает развитию.
– Учитывая популярность баскетбола и его глубокие корни на континенте, как вы думаете, почему доходы от медиаправ и трансляций в Европе не выросли до более высокого уровня?
– Если мы сравниваем себя с НБА, с Америкой, приходится напоминать о значительной разнице в структуре спорта, системной и географической. Там развитие игроков и переход их с уровня на уровень происходит иначе. Плюс, в Европе существуют сильные национальные лиги, которые традиционно вызывают высокий интерес и в некотором смысле конкурируют с общеевропейскими турнирами, размывая общий рынок. Напомню, что еще в середине 2000-х ситуация с медиаправами была хаотичной. Средства от продажи прав, скажем, в Греции, уходили только клубам из Греции, что создавало несправедливую диспропорцию. Сейчас все работает абсолютно иначе.
– Как вы считаете, после возвращения ЦСКА на европейскую арену мы можем стать свидетелями самого большого всплеска популярности в истории российского баскетбола? В конце концов, российские клубы годами отсутствовали на европейских соревнованиях, в то время как страсть к баскетболу среди российских болельщиков оставалась удивительно сильной.
– Если вы используете термин «страсть», то это в значительно большей и яркой степенях относится с зрителям в Сербии, российская публика болеет иначе. Безусловно, в России соскучились по визитам топовых европейских клубов, московские болельщики хотели бы снова увидеть конкурентоспособный ЦСКА в борьбе с гостями из Испании, Греции, Сербии… Интерес к матчам Лиги ВТБ немаленький, но если возвращение в Евролигу когда-то все же случится, оно однозначно вызовет большой интерес, но я бы не рассчитывал на некий всплеск. Отсутствие Евролиги сильно изменило нашу действительность, но точно не сделало ее невыносимой, жизнь продолжается. Люди продолжают смотреть баскетбол, пускай и без Евролиги.
– Сможет ли ЦСКА также извлечь из этого финансовую выгоду?
– Жизнь покажет, но в нынешней политико-экономической ситуации на это сложно рассчитывать.
– Вы уже говорили о ваших отношениях с Милошем Теодосичем и о том, что он значит для вас как в личном, так и в профессиональном плане. Видите ли вы сегодня кого-нибудь, кто мог бы стать его истинным преемником — не только с точки зрения таланта, но и всего того, что он привнес в игру и как он повлиял на нее на площадке?
– Милош – гений баскетбола и неповторимый игрок. Среди современной молодежи сложно разглядеть кого-то схожего, но расстраиваться по этому поводу не стоит. Не зря существует расхожая фраза «один на поколение». Из действующих известных баскетболистов по умению влиять на игру, создавать для себя и партнеров, наверное, лучше всего подходит сравнение с Лукой Дончичем. Пускай оно и покажется спорным. Оба этих баскетболиста именно Игроки с большой буквы, они дарят волшебство. Неважно, какие цифры в их контрактах и кто сколько лет провел в НБА.
– «Црвена Звезда» назначила его спортивным директором клуба. Вас удивило его назначение на эту должность?
– Не особенно. Во-первых, насколько мне известно, его уже привлекали к работе клуба год назад. Во-вторых, было бы неправильно со стороны «Звезды» не воспользоваться услугами человека, так глубоко разбирающегося в баскетболе, особенно с учетом его клубных симпатий. Милош не просто делает работу, он обладает огромной мотивацией сделать «Звезду» лучше. Желаю ему удачи.
– Чего вы от него ожидаете на этой должности? И, зная его так хорошо, как вы его знаете, какие качества, по вашему мнению, он привнесет в эту работу?
Безусловно, то самое глубокое понимание игры и нюансов работы большого клуба, которые он узнал за годы выступлений на самом высоком уровне в Евролиге и НБА. Мудрость и умение принимать сложные решения. Все это, безусловно, поможет ему и клубу.
– Небольшое дополнение к этому. Как вы думаете, он будет искать игроков, обладающих схожей креативностью и баскетбольным интеллектом (полностью одинаковый уровень невозможен), которыми он обладал в бытность игроком, или вы ожидаете обратного — возможно, большего упора на игроков с оборонительным стилем игры? В конце концов, нередко бывшие специалисты по защите, став тренерами или руководителями, отдают предпочтение стилю баскетбола, совершенно отличному от того, который они демонстрировали во время своей игровой карьеры. Как, по-вашему, его баскетбольная философия проявится в этой новой роли?
– Думаю, те самые мудрость и понимание игры позволят ему избежать приверженности тому или иному стилю, помогут оставаться гибким в построении команды. Нет смысла повторять себя, пытаться воссоздать коллектив из «теней прошлого». Эта работа строится на возможностях клуба, понимании требований настоящего, знании баскетбольного рынка, балансе и взаимодействии с тренерским штабом.
– С возвращением Желько Обрадовича в «Панатинаикос», рекордными продажами абонементов, приходом высококлассных игроков и финансовыми инвестициями клуба, считаете ли вы, что этот импульс можно в полной мере использовать с маркетинговой точки зрения? И в конечном итоге, ожидаете ли вы, что весь этот энтузиазм и ажиотаж вокруг клуба приведут к значительным долгосрочным экономическим выгодам?
– Вы правы, что «Панатинаикос» очень активен в клубном развитии в каждом из аспектов, и мы очень рады за Димитриса Яннакопулоса и его коллег. Убежден, что это принесет свои плоды. В то же время, нельзя забывать, что ни один клуб по отдельности не добьется значительного финансового успеха. Необходима большая совместная работа в рамках каждого из турниров, и эта работа ведется. Возвращаясь к началу нашего интервью – все это идет на пользу нашему общему соревнованию.
– Реалистично, когда вы ожидаете возвращения ЦСКА в европейские соревнования?
– Мне очень часто задают этот вопрос, и мне каждый раз приходится говорить «не знаю». Думаю, вы понимаете, почему. Понимаю, что в связи с недавними рекомендациями МОКа у многих появляется дополнительный оптимизм в этом вопросе, но ключевые препятствия – невозможность прямых перелетов, санкции со стороны стран Евросоюза, визовые проблемы – остаются. В некотором смысле МОК просто снял с себя ответственность, переложив ее на федерации. Как нам недавно сказали на совещании акционеров Евролиги, помним вас, скучаем по вам, но сейчас не время возвращения. При всем уважении, Евролига не полностью самостоятельна в решении этого вопроса, европейские политические структуры однозначно против возвращения наших клубов.
– Ходили слухи, что клуб может временно проводить свои домашние матчи в Белграде. Что вы можете рассказать об этих сообщениях?
– Наш принцип – не комментировать слухи. Могу повторить то, что уже говорил в интервью. Мы обожаем Белград и сербских болельщиков. При этом ЦСКА, прежде всего, играет ради болельщиков ЦСКА. Мы не хотим выступать в турнире просто ради участия, наша основная задача – радовать собственную публику. Пример израильских команд, которым пришлось практически жить в других странах, совсем не вдохновляет, особенно учитывая необходимость выступать и в Лиге ВТБ. Совместить все это практически невозможно физически и экономически.
– Никола Милутинов оставался в ЦСКА в течение нескольких очень сложных лет и оставался одним из лучших центровых в Европе. Однако за этот период ему так и не удалось выиграть титул Евролиги. Насколько вы были рады видеть, как Никола наконец-то добился этого в прошлом сезоне — не только будучи официально признан лучшим центровым Евролиги, но и выиграв свой первый чемпионат Евролиги?
– Был невероятно рад лично за Николу. Это невероятно открытый, искренний и порядочный человек. Радовался за него, как за себя. Мы высоко ценим все, что он сделал в ЦСКА, и сохраняем дружеские отношения. К сожалению, у нас ему не повезло – сначала случился ковид, затем Фортуна отвернулась в кельнском полуфинале, наконец, случилось отстранение от Евролиги. Здорово, что в итоге Никола получил то, чего заслуживает.
– Как бывший журналист, что бы вы изменили в современной журналистике в эпоху, наводненную дезинформацией и непроверенными или неподтвержденными сообщениями?
– Современную журналистику уже нельзя назвать журналистикой в чистом виде. Скорее, мы имеем дело с медиапространством, некой средой, в которой существует огромное количество способов распространения и добычи информации. Как бы я – или кто-то другой – этого ни хотел, повлиять на это пространство невозможно, оно развивается с огромной скоростью. Журналистом сейчас может стать практически любой, собственно, это и происходит. Профессиональная подготовка отходит на второй план, хорошо это или плохо.
– Как представитель старой школы журналистики, скучаете ли вы по газетам, где журналисты, безусловно, работали под огромным давлением, но все же умудрялись предоставлять более всестороннее, сбалансированное и вдумчивое освещение событий – менее хаотичное и менее подверженное постоянному потоку фрагментированной информации?
– У нас говорят, «раньше и солнце светило ярче, и трава была зеленее». Когда газеты выходили с вчерашними новостями, ответственность за качество проверки и подачи информации была другой. Когда я работал журналистом, интернет находился в зачаточной стадии, а о соцсетях еще даже не успели задуматься. В современном мире на первый план выходит скорость, и нам приходится оставлять журналистам больше прав на ошибку. А читателям и зрителям все важнее потреблять информацию более вдумчиво, со здоровой долей недоверия. Потому можно скучать по каким-то моментам из прошлого, но вернуть его вряд ли возможно.
Фото: РИА Новости/Алексей Филиппов; East News/Mehmet Murat Onel / ANADOLU / Anadolu via AFP; Pavel Kashaev/Global Look Press, Maksim Konstantinov/Global Look Press/Global Look Press
Комментарии