«Я могу стать лучшим в мире, а Бубка – это просто Бубка». Матвей Волков – об эпатаже, рекорде и побрякушках на шее

Матвей Волков – новый рекордсмен Беларуси в прыжках с шестом. 21-летнему спортсмену во время чемпионата страны в помещениях покорилась планка на отметке 6,01 метров. Прошлый рекорд – 6,0 за авторством Дмитрия Маркова – продержался ровно 28 лет.

Матвей Волков – уроженец российского Иркутска. Его отец и тренер Константин Волков – серебряный призер Олимпиады-1980. В Беларусь спортсмен и его родители переехали в 2020 году, чтобы иметь возможность тренироваться во время пандемии коронавируса.

Мы поговорили с Волковым-младшим о легендарном Сергее Бубке, перспективах на Олимпиаду-2028 и о том, чему научила Беларусь.

– Матвей, вы говорили, что нашли какую-то книгу почти 100-летней давности, которая помогла вам в подготовке к сезону. Что за она?

– Книга Николая Георгиевича Озолина (известный советский легкоатлет и тренер – замечание автора) 1952 года издания. Называется просто – «Прыжок с шестом». Озолин полностью описал свою подготовку, нюансы техники. Правда, техники на бамбуковом шесте. Казалось бы, какая взаимосвязь между таким снарядом и фибергласовым шестом? А связь, можно сказать, стопроцентная. В дальнейшем, когда свяжу свою работу с прыжками с шестом в более научной отрасли, думаю, многое будет основывать именно на подходе Озолина.

– Кто помог найти книгу?

– Да, в общем-то, никто, я сам. Нужно было написать курсовую, решил, что напишу добросовестно, глубоко. Моя тема – развитие скоростных способностей у высококвалифицированных прыгунов с шестом. О скоростных способностях и развитии физических качеств у Озолина написано как бы неправильно с точки зрения современного подхода. А с точки зрения отношения к технике прыжка – у него написано очень крепко. Думаю, в этом плане его еще никто не переплюнул из американских коллег. Работу я защитил на отлично.

– А вы что-то меняли в своих тренировках перед тем, как показать такой крутой результат?

– Что касается развития физических качеств, скорости, силы, то ничего не менял. Я всегда был и быстрым, и сильным. Мне недоставало в моменте перевода горизонтальной скорости уже непосредственно в прыжок. На этом я постоянно очень много терял, думаю, что в районе 20-25 сантиметров, а то и 30. В этом году понял, как можно изменить ситуацию. Книга Озолина стала для меня базой, но были и другие, в том числе зарубежные работы. Я даже связывался со многими иностранными специалистами, потому что находился в каком-то тупике. Я не понимал, что мне делать. Тут же посидел, прикинул поглубже, посмотрел историю прыжков с шестом, много мне после этого стало понятно. Недочеты еще есть, но я понимаю, что мне с этим делать и как довести прыжок до идеала.

– Под тупиком что имеете в виду? Была какая-то депрессия из-за того, что результаты не росли?

– Я столько раз падал, столько раз меня там унижали всячески – в социальных сетях и везде. Я с самого детства под пристальным вниманием не только почитателей, но и хейтеров. На меня всегда выливалось очень много негатива, потому что я сам по себе достаточно противоречивый человек. Мне кажется, это присуще всем талантливым людям, если я могу себя таким назвать. Тем не менее я никогда не сдавался. Когда у меня были проблемы в спорте – а их было очень много, – то где-то помогал отец, где-то мать, но основную часть проблем я решал самостоятельно.

– Отец – ваш главный болельщик?

– Все близкие болеют за меня. С отцом мы вместе работаем. Есть уже моменты, где я больше понимаю, чем он. Мне кажется, отец этого отрицать не станет.

– Вы сказали о своей противоречивости. В чем она проявляется?

– В возрасте 15-16 лет я очень сильно был склонен к эпатажу. Думаю, что это связано с большой жизненной энергией, которой у меня и на данный момент предостаточно. Сейчас немного повзрослел и стал перенаправлять ее в профессионально русло. А до этого жизненную энергию расплескивал, но даже оставшихся капель хватало, чтобы быть на достаточно нормальном уровне. Профицит энергии со мной часто играл злую шутку и даже играет сейчас. В меня генетикой, природой, заложено очень много жизненных сил, но я стараюсь их держать крепче, управлять ими.

– Во время рекордного прыжка показалось, что вы справились с планкой 6,01 с запасом. На тренировках, может, и большие высоты брали?

– Нет. Я такой человек, что умею настроиться на один конкретный прыжок, который будет решающим. Могу очень долго себя к этому готовить. На тренировках никогда не лезу на заоблачные высоты – там нужно оттачивать движения. На тренировке я прыгал 5,85, но чувствовал, что делаю это очень легко. Если ты адекватный спортсмен, то понимаешь, что не нужно ставить рекорды на тренировках. Подготовка – это такой духовный опыт, где ты контролируешь свои движения, свой разум. Все усилия всегда направляю только на соревнования. Если бы там стояло 6,50 метров, то в таком случае я бы испытал какие-то психологические трудности, а высота в 6,01 метров не та, на которой нужно останавливаться.

– Но вы действительно взяли планку с запасом.

– Когда прыгнул 5,90, у меня пошла слеза. Я понимал, что через 5 минут стану обладателем национального рекорда и прыжка на 6 с лишним метров. Я это говорю полностью без шуток, мне тогда это все стало понятно.

– Какие эмоции были после рекорда?

– Не помню даже, так сильно захлестнуло. Помню себя уже только во время допинг-контроля. Все вспоминается вспышками. Я рад, что моя умственная работа окупилась множеством положительных отзывов и эмоций.

– В некоторых российских легкоатлетических пабликах видел сожаления, что вы переехали из России в Беларусь. Сами не жалеете?

– Нет, безусловно. За годы, проведенные в Минске, я сформировался как личность, через многое прошел. Сейчас у меня такая картина мира, которая радикально не поменяется никогда. Если бы я жил в России, то вел бы чисто спортивный образ жизни, был бы оторван от семьи, от окружающей действительности. Возможно, я был бы хорошим спортсменом, но не ценил бы так сильно всю многогранность жизни. Беларусы меня многому научили.

– Видите разницу между беларусами и россиянами?

– Да, во многих вещах. Это труднообъяснимая материя, но разница точно есть.

– Надеетесь попасть на Олимпиаду 2028 года?

– Ни одному спортсмену не безразличны Олимпийские игры. Прыжок с шестом – это такой, образно говоря, кружок аутистов в хорошем смысле слова. Быть зацикленным на борьбе с гравитацией – прерогатива отдельного типа людей. Я просто рад себя причислять к этому сообщество и понимать, что я делаю это практически лучше всех в мире. Мне это греет душу. Мой путь к совершенствованию бесконечен. Я вовсе могу посягнуть на статус лучшего в мире. Олимпийская медаль по сравнению с этим просто меркнет – есть более глобальные вещи. Озолин ни разу не выигрывал Олимпиаду, но он для меня более весом, чем Сергей Бубка.

– Бубка – это же настоящая легенда прыжков с шестом.

– В глазах обывателя – да. В глазах человека из прыжков с шестом: Бубка – просто Бубка, а вот Озолин – это величина номер один. Хочется быть, как Озолин – чем-то большим, а не как какой-то спортсмен. Мы ценны опытом, который можем передать другим поколениям, знаниями, а не побрякушками на шее, пускай даже олимпийскими. Ценность от медали – это только похвастаться. Нам важно осознавать и передавать опыт, и я хочу быть таким человеком. Если мне когда-то удастся поехать на Олимпиаду, занять там какое-то место, будет хорошо, если нет – не сильно расстроюсь.

– Ваш прогноз: на Олимпиаду 2028 вы поедете?

– Настроен на то, что нет. Естественно, хочется в этом плане ошибаться. Тенденции для нас совершенно неутешительные в легкой атлетике.

– Вы сказали, что ваша девушка, синхронистка Василина Хондошко, многому научила вас в спортивном плане. Чему именно?

– Синхронное плавание – это маленький, уютный вид спорта. Многие его не понимают, многие осуждают за субъективность судейства. Василина постоянно находится под давлением. Часто возникают вопросы, почему ты сегодня 4-й, а завтра – 2-й с одинаковой программой. Это трудно психологически, но она научилась с этим справляться. Я относился к прыжкам с шестом по-обывательски – мол, какой спорт без Олимпиад? Василина научила просто любить то, чем занимаешься, быть профессионалом своего дела, и тогда ты будешь не просто интересен людям, но еще и полезен.