Блог Хоккейный уголок

«В погоне за мечтой ты забываешь даже повзрослеть». Почему хоккеисты боятся завершать карьеру

В очередной статье The Player’s Tribune бывший проспект НХЛ Крис Коллинс делится своими мыслями по поводу перехода профессионального хоккеиста в обычную жизнь после завершения карьеры.

alt

Я попивал вино в самолете, который должен был доставить меня в неизведанную Финляндию. В какой-то момент мне пришла в голову мысль: «Мечты сбываются. Я буду играть в профессиональный хоккей. Европа, детка! Мне 24 года. Я заработаю неплохие деньги. Что может пойти не так?!».

«Сэр, – прервали мои размышления, – не хотите ли еще вина?» – «Наливайте!».

Мы приземлились, и я отправился в небольшой прибрежный городок Раума с населением в 40 тысяч человек. Именно там базировалась моя новая команда – «Лукко». Тем же вечером у команды была назначена выставочная игра, и, казалось, весь город готовился к ней с утра. Я все еще пытался прийти в себя после перелета и разобраться со своим багажом, когда ко мне подошел представитель команды и с невозмутимым выражением лица спросил: «Ты готов играть?».

Я не поверил своим ушам: «Что? Прямо сейчас?» – «Да». – «Не готов». – «Ты должен хотя бы поразминаться. Для фанатов». – «Чего?» – «Да, для фанатов. Они пришли на тебя посмотреть».

На трибунах уже собралась небольшая группа болельщиков. Я же был все еще в той одежде, в которой прилетел. Я даже не успел поздороваться с новыми партнерами. Мне указали на ступеньки: «Прыгай» – «Чего?» – «Да. Попрыгай на них. Прыгай, прыгай».

Я начал «упражнения». Фанаты уставились на странного американца, скачущего по ступенькам. Я возненавидел это занятие. Но потом меня попросили сделать некоторое подобие «колеса». Знаете, я стал скучать по прыжкам. Когда мои занятия закончились, мне жиденько поаплодировали, и остаток вечера я провел в ложе прессы, пытаясь не заснуть. Мои новые работодатели не были впечатлены: «Завтра с утра пробежка на 6 миль. Потом тренировка».

Я стал обдумывать те мысли, что пришли мне в голову: «И это была моя мечта?». Казалось, что меня призвали в Красную армию.

После матча я встретился с новыми одноклубниками. Все они были финнами, которые хорошо друг друга знают, чуть ли не росли вместе. Я был единственным американцем. Если вы когда-нибудь были новичком в школе или на работе, то можете представить мое состояние. Только прибавьте к этому, что в комнате были одни скандинавы. Я провел большую часть своей карьеры в финской лиге в роли комика-неудачника, пытающегося объяснить свои шутки безразличной публике.

Когда я покинул пределы арены, представитель команды продемонстрировал мою машину на парковке и указал на здание, видневшееся в конце дороги: «Там твой новый дом».

Слава Богу. Хотя бы мои новые апартаменты недалеко от арены, и я наконец-то смогу выспаться. Все будет нормально. Европа! Жить своей мечтой! Мой инструктор скрылся за дверью, а я уселся в машину и завел двигатель.

Когда я выехал на дорогу, то заметил, что двигаюсь очень медленно. Дело в европейском двигателе? Да, наверное. Хотя, с другой стороны, машина звучит как-то странно. Я нажал на газ посильнее. Ничего. За мной уже образовалась маленькая пробка, водители неистово сигналили. Я добрался до перекрестка, и машина окончательно заглохла. Я посмотрел вниз и увидел… третью педаль? Погодите...

Я осмотрелся о сознал три вещи.

1) Я еду на машине с ручной коробкой передач.

2) Я понятия не имею, как управлять таким автомобилем.

3) Я застрял посреди городка на краю Финляндии и оказался в полной ж***.

Водители, что столпились за мной, начали просто срываться. Они орали на меня и, не переставая, гудели. Так что я выбрался из своей машины и показал универсальный знак, означающий: «Черт возьми, по-моему, что-то с двигателем».

Я взял свой дешевый телефон Nokia и позвонил по единственному номеру, который знал наизусть. «Эй, Крис. Как Финляндия?» – «Слушай, пап, нет времени объяснять, но ты должен научить меня ездить на механике. Сейчас».

alt

Я не должен был оказаться в Финляндии.

В свой выпускной год в Бостонском колледже я вошел в число номинантов на «Хоби Бэйкер Авард» и сделал хет-трик в рамках Frozen Four, который помог выбить команду Северной Дакоты во главе с Джонатаном Тэйвсом. Тот сезон позволил мне заключить контракт новичка с «Бостоном». Помню, как я лежал на кровати и думал о первом тренинг-кэмпе. Это реальность? Американский пацан. Бостонский Колледж и «Бостон Брюинс». Я сделал это!

Затем настал первый день тренировок и тестирований, и я увидел картину, изменившую мое отношение ко всему: гигант Здено Хара, делающий 33 идеальных подтягивания. Я уверен, он легко мог сделать и 50. Он вышел из комнаты, даже не запыхавшись. Черт возьми, здесь все будет по-серьезному!

После тренировочного лагеря я был отправлен в низшую лигу. Там мне пришлось столкнуться с реальностью, что я лишь один из сотен неплохих игроков в ECHL, AHL или лигах по другую сторону океана, которые будут биться до последней капли крови, чтобы получить шанс попасть в НХЛ.

И я бился. После двух лет выступлений за «Лонг-Бич» и «Провиденс» – тур, который стоил мне практически всех передних зубов, – мне позвонил агент. «Слушай, ситуация такова. Тебе сейчас не светит попасть в НХЛ, но ты можешь заработать сопоставимые с НХЛ деньги. Не хочешь поехать в Финляндию?».

Мне понравилось читать размышления Дэниэла Карсилло и Хэйли Викенхайзер, посвященные неопределенности и депрессии, которые наступают после окончания профессиональной карьеры. Они правы, но я также могу добавить, что существуют сотни игроков, которым не суждено попасть в НХЛ и которые задаются одним вопросом: «Когда пора оставить свою мечту?».

Я не провел ни одного матча в НХЛ, но следующие 7 лет я был профессиональным хоккеистом. Моему агенту удалось забрать меня из Финляндии и перевезти в Германию в состав «Аугсбурга». Там мне выдали BMW (с автоматической коробкой), и мне было грешно жаловаться на жизнь. Практически каждое воскресенье игра заканчивалась в 5 часов вечера, я быстренько переодевался, садился в машину и мчался по автобану со скоростью 140 миль в час, чтобы успеть покататься на лыжах в Альпах. В свободное время я размышлял над необходимостью подучить язык или хотя бы выучить его основы.   

У меня было множество идей, но никакой конкретики. Окружение тоже не помогало. Как-то один из помощников тренера в одной из команд увидел, как я тащусь в автобус с учебником по экономике. Он ничего не сказал, но его вид сам говорил за себя: «Что за е***н?!».

Почему игроки не уходят и не начинают нормальную жизнь, когда это возможно? Потому что это западня.

В любой раздевалке, где бы я ни побывал, всегда присутствует один страх: что мы будем делать в настоящем мире? Все начинается с шуток и планов на отпуск. Но постепенно ты осознаешь, что если бы ты не был на этой дурацкой тренировке или не трясся в 12-часовом переезде на автобусе по Финляндии, то тебе нужно было бы найти смысл жизни на ближайшие 50 лет.

Я не хочу сказать, что хоккей – это плохая вещь. Игра дала мне очень многое, она подарила мне столько воспоминаний, о которых простой парень из Рочестера и мечтать не мог. Игра поглощает тебя. Если ты играешь в небольшом городке с населением в 10 тысяч человек, то все равно чувствуешь себя фигурой. И это, честно признаюсь, здорово. Но именно поэтому я видел в раздевалках по всем миру 35-летних отцов двоих детей, чья карьера подходит к концу и которые начинают паниковать. В погоне за мечтой ты забываешь даже повзрослеть. Ты попадаешь в особую зону, где о тебе все заботятся (я видел десятки парней, которые даже не знали, как отправить письмо), где ты испытываешь приток адреналина в кровь каждый вечер (забить гол перед пятью тысячами фанов – непередаваемые эмоции) и где твой прогресс может быть измерен статистикой (как и твой регресс).

Это потрясающий и фантастический мир. До тех пор пока ты в нем живешь.

В карьере любого игрока из низшей лиги случается момент, когда им уже далеко за 20, а один из близких друзей сообщает, что получил хорошее повышение на работе или обручился. И, читая эти новости в социальных сетях на заднем сиденье вонючего автобуса, ты начинаешь думать: «Почему я отстаю?».

Мне посчастливилось оказаться в меньшинстве игроков, которые ходили в колледж и получили высшее образование. Большинство же хоккеистов заканчивают обучение в 16 лет. Но, проехав от Финляндии до Германии, затем до Пенсильвании, вернувшись в Германию и вновь оказавшись в Массачусетсе, однажды я проснулся и осознал, что мне уже стукнуло 30 лет. С одной стороны, я потерял все передние зубы и 8 последних лет у меня не было настоящей работы. С другой стороны – я поколесил по миру и познакомился со множеством безумных персонажей (на одну мою историю про поездку по Финляндии у них найдется сотня своих рассказов).

Я жил мечтой. Но я уже слышал бой набата.

Знаете, в чем главная проблема перехода в нормальную жизнь? Даже если парни готовы учиться, есть ли момент, когда ты упустил это время? 25 лет? 30?

Сможешь ли ты довольствоваться обычным кофе, когда всю прошлую сознательную жизнь к тебе относились в твоем маленьком городке, как к божеству? Когда игроки в раздевалке рассуждают о своем будущем, то все сводится к утопическим идеям быть бизнесменами, воротилами недвижимости или аналитиками на ТВ. Они не могут представить себя просто сидящими в офисе. Когда ты входишь в обычный мир, то тебе будет недостаточно навыков сбросить краги и пригласить соперника на бой.

Я не пытаюсь острить. Парни скучают по стабильности и размеренности жизни обычных рабочих. Когда они получают это, то они скучают по чувству усталости после очередного турне на автобусе и чувству радости после победы. Они скучают по игре.

Я знаю это, так как сейчас многие игроки моего поколения начинают переход в новую жизнь. В прошлом году я принял решение повесить коньки на гвоздь и изучать новое дело в частной инвестиционной компании в Калифорнии. Это классная возможность и перспектива. Но я совру, если скажу, что не испытываю прилива ностальгии по поздно закрывающимся барам в Праге или скандированию моей фамилии фанатами в Германии.

Каждый год огромное количество игроков заканчивают карьеры, и я говорю не только о Национальной хоккейной лиге. Я согласен с тем, что должно существовать больше программ, которые поддерживали бы экс-игроков (представьте себе специальные семинары для действующих хоккеистов в период межсезонья, которые помогли бы им подготовиться к переходу в новую жизнь). Но также мы сами должны быть более открыты друг с другом и делиться своим опытом. Когда ты лишаешься чувства раздевалки, то тебе нужно за что-то ухватиться. Я бросаю клич всем профессиональным игрокам: давайте поддерживать общение, другу друга и делиться жизненным опытом.

К примеру, я могу научить работе в Microsoft Excel.

alt

Источник: The Player’s Tribune.

Фото: twitter.com/colli17; Global Look Press/imago sportfotodienst; bakersfieldcondors.com

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья