Бруно Маркотт — тренер великих спортивных пар: Меган Дюамель/Эрик Рэдфорд, Рику Миура/Риючи Кихара. Маркотт рассказал о начале тренерской деятельности, подготовке Дерошер/Трэшер ко взрослому сезону, парах Дюамель/Рэдфорд и Джеймс/Рэдфорд, а так же сравнил уровни Дюамель/Рэдфорд и Миура/Кихара.
Расскажите, как вы пришли к тренерской карьере? Что или кто подтолкнул вас к этому?
— Я начал тренировать в 18 лет, чтобы финансировать свою собственную спортивную карьеру, но когда я завершил выступления в 2002 году. Один человек, Луис Стронг, который раньше тренировал Курта Браунинга и других, убедил меня, что мне стоит сделать тренерство своей профессией, вскоре после этого я получил предложение о работе и переехал в Ванкувер, чтобы стать тренером на постоянной основе и стремиться быть лучшим тренером, каким только могу.
Вы однажды сказали: «Парное катание — это про доверие, а не только про технику». Тогда почему распадаются пары, если казалось, что партнёры доверяют друг другу на 100%?
— Причин, по которым пара может завершить сотрудничество, много. Это может быть связано с тем, что один из партнёров уже достиг своей цели, а другой — нет. Это могут быть проблемы со здоровьем… причины вне спорта, такие как финансы, учёба и т.д. Но чаще всего пары распадаются потому, что партнёры оказываются в разных точках — либо в жизни, либо в подходе к тому, как достигать своих целей.
Вы говорили, что «судейство — часть игры». Бывали ли моменты, когда вам казалось, что оценки были несправедливыми?
— Что касается оценок — слово «несправедливые» — возможно, слишком сильное, но, безусловно, были моменты, когда я считал, что мои пары заслуживали более высоких баллов, однако, когда такое происходит, я стараюсь понять причины и использовать полученную информацию, чтобы сделать свои команды лучше. Очень важно анализировать результаты, изучать как максимально повысить баллы за все элементы и компоненты программы.
Также важно поставить себя на место судей, посмотреть их глазами и убедиться, что мы исполняем элементы и программу так, чтобы они могли это оценить и чтобы мы соответствовали тому, что они ищут.
Вы тренируете одну из перспективных юниорских пар — Жасмин Дерошер и Киран Трэшер, которые переходят во взрослый уровень. Как проходит их подготовка к дебюту среди взрослых?
— Жасмин и Киран чувствуют себя хорошо, для них это очень волнительный этап — подготовка к первому сезону на взрослом уровне. Я вижу, что они продолжают прогрессировать, с каждым днём становятся всё более стабильными. Я искренне верю, что они ещё далеки от своего потолка, и это делает их перспективы очень многообещающими. С ними невероятно приятно работать — они по-настоящему любят кататься вместе, и это сразу видно, когда смотришь их прокаты.
После олимпийского золота пары Меган Дюамель и Эрик Рэдфорд вы сказали, что это был пик, но не предел. Что в итоге стало пределом для этой пары?
— Обычно предел для любого спортсмена создаёт мышление. Готовность продолжать учиться… умение чувствовать себя комфортно в некомфорте, способность заново изобретать себя, сохранять открытость мышления и опираться на собственные ожидания, а не на ожидания окружающих.
Когда Ванесса Джеймс встала в пару с Эриком Рэдфордом, многие называли это «PR-ходом». Как вы отреагировали на возвращение Эрика?
— Что касается возвращения Эрика… я знаю, что для Меган это было очень тяжело, потому что это означало конец их выдающегося партнёрства. Я не входил в тренерскую команду, поэтому мне сложно комментировать причины его возвращения. Но многие спортсмены после завершения карьеры начинают скучать по соревнованиям, по самому пути подготовки к ним, и иногда ищут новые, иные вызовы.
Вы работали с парой Кирстен Мур-Тауэрс и Майкл Маринаро, но им не удалось стабильно занимать призовые места на международных турнирах. Если бы вы могли изменить одно решение в работе с ними, что бы это было?
— Если говорить о Кирстен и Майке, если бы я мог что-то изменить, то это было бы отсутствие COVID! Их подготовка к чемпионату мира 2020 года в Монреале шла просто отлично — они выглядели лучше, чем когда-либо, и всё было готово к тому, чтобы они попали в тройку на этом чемпионате мира. Но за день до отъезда, всё отменили, и наш мир полностью изменился. Когда мы вернулись после COVID, мне потребовалось время, чтобы по-настоящему осознать, насколько тяжело они пережили то, что не поехали на чемпионат мира, я, конечно, понимал это, но оказалось, что это было гораздо глубже — потеря этой возможности, ощущение, что кто-то или что-то отняло её у них. Возвращение после COVID было невероятно сложным, так много неопределённости на протяжении долгого времени, столько вещей, которые мы не могли контролировать и понять и, оглядываясь назад, я бы хотел, чтобы мы смогли проработать эту потерю возможности и превратить это крайне негативное событие во что-то обнадёживающее и дающее рост… но этого мне сделать не удалось.
В прошлом сезоне ваша пара Рику Миура и Рюичи Кихара выиграла олимпийское золото, завоевала медаль в командном турнире и объявила о завершении карьеры. Как был выстроен ваш тренировочный план на олимпийский сезон? Что, по вашему мнению, помогло этой паре выйти на вершину мирового рейтинга? И расскажите о них вне соревновательного льда.
— Что касается Рику и Рюичи — всё, что мы делали в последний сезон, было направлено на максимальную подготовку к Олимпийским играм. Какие соревнования мы выбирали, как выстраивали поездки, какие нагрузки давали на тренировках — всё это мы старались продумать так, чтобы к Играм у них было как можно меньше неизвестных факторов, чтобы они подошли к старту психологически и физически свежими и готовыми. Мы стремились сделать Олимпиаду «обычным» соревнованием.
По ходу сезона мы внесли некоторые изменения в их ежедневный режим, чтобы повысить стабильность выброса тройного лутца в произвольной программе. Всё, что они делали каждый день, было направлено на то, чтобы максимально раскрыть их потенциал. Всё было просчитано. За месяц до Игр мы спланировали каждый день их пребывания в Италии, и они идеально следовали этому плану. Они доверяли плану, доверяли друг другу и всей команде вокруг них.
Они — настоящий пример для любой молодой пары того, как можно реализовать свой максимум. Они всегда хотят учиться, всегда готовы к новым вызовам, всегда поддерживают друг друга и верят друг в друга. Всё, что они делают вне льда, направлено на то, чтобы стать лучшими спортсменами. И они всегда приходят на каток с улыбкой.
Вы говорили: «Пара должна выглядеть как единое целое». Какая пара в мире сегодня ближе всего к этому идеалу?
— Если говорить о сегодняшних соревнующихся командах, ответить сложно, потому что мы давно не видели российских спортсменов на международной арене. Но если смотреть на ведущие пары сейчас — например, немецкие, грузинские — это команды с большим потенциалом, и по тому, как они готовятся и как взаимодействуют друг с другом, чувствуется, что они действительно едины.
Согласны ли вы с тем, что в эпоху Дюамель/Рэдфорда уровень конкуренции был выше, чем сейчас?
— Нет, я не согласен с этим утверждением. Тот уровень, которого смогли достичь Рику и Рюити, на мой взгляд, раньше не был достигнут. С каждым годом сложность того, что делают пары, растёт. Современные команды стали более универсальными: раньше были пары с сильными выбросами, но средними подкрутками, или наоборот — хорошими подкрутками, но не такими сильными прыжками. Сейчас топ-пары умеют делать всё на высоком уровне. Безусловно, Олимпиада 2018 года была особенной, и после неё был спад, особенно во время COVID. Но сейчас видно, что всё больше команд становятся сильнее, и я считаю, что уровень парного катания на последних Олимпийских играх был очень высоким.
Бывали ли случаи, когда вы «ломали» спортсмена психологически ради результата?
— Нет, и я надеюсь, что нет. Хорошие результаты приходят благодаря правильной, позитивной подготовке. Результат — это отражение этой подготовки. А запоминаем мы в первую очередь путь, а не только итоговое выступление.
Если бы у вас была возможность собрать идеальную пару из любых фигуристов мира, кто бы это был?
— У меня нет конкретных имён, но идеальная пара — это спортсмены с харизмой, которые прыгают как одиночники, катаются как танцоры на льду и при этом обладают силой парников. Но если обращаться к истории парного катания — харизма Вэньцзинь Суй, сила Бруно Массо, соревновательный характер Меган Дюамель, и, скорость и взаимопонимание Рику и Рюичи.
Комментарии