Все правильно сделал
Блог
Спецпроект

Болиды «Формулы-1» живут и после кошмарных аварий. Чтоб хоть как-то окупить ущерб

Sports.ru и «Росгосстрах» продолжают спецпроект об автомобилях и их страховании. В новой серии – рассказ о самых быстрых машинах в мире. Их производители и пилоты мечтали бы о страховке, но им повезло далеко не так сильно, как вам. Вы можете оформить полис ОСАГО легко и быстро – это можно сделать онлайн на сайте «Росгосстраха»*.

«Формула-1» знаменита не только лучшими пилотами, мощнейшими машинами, эпичными обгонами и громкими драмами. Многие зрители включают трансляции Гран-при совсем для другого: они ждут (иногда по полтора часа) самых зрелищных аварий мира. И главная гоночная серия мира не подводит — за целый год эффектных происшествий набирается достаточно.

Тем не менее, операторы редко показывают, что происходит с болидами сразу после ярких столкновений. Лишь иногда в кадр попадает процесс погрузки остатков машины на подъемник либо эвакуацию за барьеры с помощью крана — но вряд ли подобные крохи информации как-то удовлетворят любознательных болельщиков.

Так что же происходит с поврежденными болидами после перемещения за пределы трассы?

Иногда их ждут сразу за пределами трека

На большинстве автодромов расположение зон безопасности, через которые и вывозят поврежденные авто, является постоянным, поскольку перестраивать отбойники и прокладывать новые подходы чрезвычайно дорого.

Зрители и посетители автодрома со стажем неплохо знают особенности ландшафта и конфигурации исторических трасс, а потом легко вычисляют места инцидентов и точки возможных эвакуаций пострадавшей техники, чтобы растащить ее на детали. Так случилось с «Бенеттоном» Джанкарло Физикеллы в 1999-м.

В тот день болельщики сорвали с машины кожух двигателя, зеркала заднего вида, сиденье, заднее антикрыло и корпус топливного фильтра. Разумеется, эти элементы шасси команда назад уже никогда не получила.

Желающих поживиться не стало меньше и спустя 20 лет: в ноябрьском Гран-при Макао (хоть событие и приписано к «Формуле-3», организация у него по-настоящему топовая и копирует любой заезд «Ф-1») сразу после мощнейшей аварии Софии Флерш воры стащили с ее машины переднее антикрыло и передний рестриктор. Команда искренне считала детали уничтоженными жестким ударом об стену — пока владельцы не обнаружили недостающие элементы на eBay!

«Я сказал: «Черт побери, антикрыло уцелело!» – поделился радостью основатель коллектива Фриц ван Амерсфорт. – А затем мы сообщили в полицию, и все детали нам вернули. Никогда не забуду те несколько дней».

Правда, осколки не всегда попадают в руки болельщиков нелегальным путем. Когда маршалы убирают мелкий мусор и обломки, оставшиеся после каких-то столкновений, они, понятное дело, работают на скорость и не выясняют командную принадлежность того или иного кусочка карбона. Каждый элемент машины, оставшийся на трассе, счищают за обочину, и когда посетителей Гран-при пускают прогуляться по дорожному полотну после финиша, многие из них забирают себе найденные фрагменты. Никаких претензий к ним конюшни после не имеют, так что счастливчики после гонок часто хвастаются трофеями в соцсетях или реддите.

Остатки «Рено» Кевина Магнуссена после ужасной аварии на Гран-при Бельгии 2016 года.

Кусок болида «Уильямса».

Бесконечные проверки

Если какие-то машины все-таки добираются до базы команды, то с них в первую очередь снимают все детали, хотя бы на вид производящее впечатление целых. Тем не менее, инженеры «Формулы-1» никогда не верят своим глазам без веских оснований, так что даже самый простой элемент болида ждут многократные проверки.

Причем количество, качество и вид теста целиком и полностью зависит от материала. Например, металлические детали ждет магнитно-порошковый контроль качества: специальные устройства создают магнитное поле внутри компонента, пока на поверхность инспектируемой вещи подается зеленая контрастная жидкость. После деталь проверяется под лучами ультрафиолета в поисках специфических полос, свидетельствующих о выявленном дефекте. Каждый элемент проходит через подобную процедуру несколько раз в разных калибровках для большей уверенности — сложные или подозрительные механизмы могут и вовсе проверять чуть ли не до бесконечности.

Следующая стадия тестов металлических деталей — вихретоковый контроль качества: деталь сканируют с помощью зонда толщиной с карандашный стержень и катушки на его конце. Способ позволяет увидеть деталь изнутри, как на УЗИ: любые повреждения меняют заданное магнитное поле, и инженер сразу обнаруживает неполадки на дисплее.

Как правило, двух процедур хватает для металлических элементов, вот только современные болиды «Формулы-1» уже давно производятся по большей части из карбона и прочих композитных материалов. С ними магнитные фокусы не работают, так что приходится работать в два раза усерднее. Как именно — вкратце рассказывает команда «Ред Булл»:

Визуальный осмотр, продувание в аэротрубе, лазерное сканирование, ультразвуковая диагностика, компьютерная томография, долгое купание во флюоресцентной жидкости, жаркая просушка, придирчивое исследование в ультрафиолетовом диапазоне, тест на жесткость, полировка и повторная окраска — вот что ждет каждую композитную деталь, а ведь обычно их в среднем более двух сотен на каждой машине. Должно быть, в отделе контроля качества всегда час пик.

Испорченные детали не выбрасывают

Если авария произошла во время квалификации или свободной практики (то есть, за день-два до гонки), испорченные элементы машины сразу же заменят на новые, однако некондиция не отправится прямым рейсом на утилизацию. Каждую часть машины бережно упакуют в контейнеры и отправят на базу, где их по примеру более-менее целых деталей проведут через множество проверок — прежде всего через томографию, ультразвук и вихретоковый контроль. Так инженеры смогут получить максимум информации о степени повреждения изделия и рассчитать целесообразность восстановления. Если затраты на ремонт признаны меньшими, чем стоимость производства нового элемента болида, начнется восстановление.

В случае, если возвращать детали к жизни окажется финансово бессмысленным, они отправятся на завод при базе для переплавки. Однако после переработки материалом вряд ли воспользуются для изготовления новых боевых элементов — скорее всего, «вторичный» карбон или металл пустят на экспериментальные детали для продувки в аэротрубе или испытаний на тестах, либо сделают из них болид специально для обязательных крэш-тестов ФИА.

При поломке же более сложной детали болида вроде электронных схем, коробки передач, системы охлаждения или силовой установки команды действуют совсем по-другому: их традиционно почти всегда предпочитают восстанавливать. Дело не в жадности: просто за перерасход данных элементов команды получают штраф на стартовой решетке. Однако и здесь есть нюансы: например, ремонту подлежат лишь места, доступные к восстановлению без срыва пломб ФИА об омологации детали (ведь если их сорвать — команда получит все тот же штраф). Чаще всего конюшни не стараются разобраться с подобными комплектующими самостоятельно, а возвращают их для ремонта поставщикам — например, именно так «Ред Булл» поступал с моторами «Рено» в конце 2017 года и в середине 2018-го.

Куда попадают целые и отремонтированные детали

У всех частей машины, переживших аварию (пусть и с небольшой помощью инженеров), один путь — на склад. Там они играют роль запчастей на случай, если срочно потребуется замена каких-то элементов на болиде, а более свежие узлы закончатся или их нельзя будет создать по финансовым причинам. У деталей, которые не пришлось восстанавливать, больше шансов снова вернуться в гонку: все-таки даже гиганты «Формулы-1» не могут позволить себе привозить по абсолютно новой машине на каждый уик-энд. Отремонтированными же стараются не пользоваться — их активно применяют в гонках только не самые обеспеченные коллективы вроде «Форс-Индии», «Хааса» или «Заубера». Более сложные восстановленные узлы вроде силовых установок и коробок передач возвращаются лишь в исключительных случаях — под угрозой все тех же наказаний за перерасход новых элементов силовых установок и коробок передач.

Что же происходит с невостребованными запчастями? Они остаются на складах на всякий случай вплоть до истечения действия технического регламента. После смены правил ненужные детали отправляют на обслуживание болидов для выставочных заездов, на производство рекламных макетов машин и в музеи. Если какие-это элементы так и остались невостребованными, они часто поступают на аукционы и руки ремесленников-мастеров — потом из ненужных кусков карбона и металла производят кучу разных вещей: часы, журнальные столики, декор для стен, шахматные наборы, украшения, настольные лампы и даже спиннеры.

Также некоторые команды выставляют использованные детали на аукцион и официально продают их любым желающим. Например, так поступает «Хаас» – причем обрамляет элементы своих машин в акриловые капсулы и снабжает автографами гонщиков. Вариативность предложения поражает: купить можно все – от маленьких деталей с дефлекторов за 250 долларов до заднего антикрыла целиком за 4700 долларов.

Совсем бесполезные вещи, не пригодившиеся никому, отправляют на переработку – как и сломанные.

Любая авария обходится в круглую сумму

Как вы уже поняли, детали «Формулы-1» невероятно дорогие. Правда, на самом деле запчасти продаются с аукциона даже не по себестомоисти: одно заднее антикрыло обходится команде не полдесятка тысяч долларов, а почти в полторы сотни тысяч. Каждое переднее антикрыло вместе со всеми аэродинамическими элементами стоит примерно 160 тысяч долларов — а ведь на один Гран-при при неудачном стечении обстоятельств может уйти по 3-4 штуки подобных элементов: их довольно часто разбивают в авариях, да и они часто ломаются даже при слабых контактах. Корпус целиком состоит из примерно 80 000 деталей и обходится в 3,26 миллиона долларов — так что практически каждая вмятина или царапина облегчает командный бюджет на весомые суммы.

Также в авариях регулярно страдают рычаги и пилоны подвески. Они стоят ничуть не меньше: 120 тысяч долларов уйдет на покупку нового комплекта для задней части машины, и «всего» 100 тысяч — для повторной экипировки передней части болида. Еще почти при каждой аварии с оторванным колесом практически неминуемо в негодность приходят и дисковые тормоза вместе с рядом охлаждающих элементов — они оцениваются в 24 тысячи долларов за комплект. Периодически страдают и другие части машины стоимостью 14 миллионов.

Легко понять, что практически любая массовое или просто серьезное столкновение превращается в настоящий кошмар для финансовых отделов любых команд. Например, завал на старте августовского Гран-при Бельгии обошелся «Макларену», «Зауберу», «Ред Булл», «Феррари» и «Мерседесу» суммарно в 3,5 миллиона долларов, а самая дорогая авария в истории произошла в 1998 году (по иронии, тоже в Бельгии) и нанесла ущерба на 13 миллионов долларов десяти командам.

Именно поэтому командам приходится тратить десятки тысяч долларов на многократные проверки и ремонт поврежденных деталей: бесконечное производство новых без внушительного запаса запчастей раздул бы и без того немаленькие бюджеты (от 110 миллионов долларов и выше) до совсем уж космических масштабов. Конюшни «Формулы-1» постоянно ищут любые способы сократить затраты, так что будь у них возможность оформить полноценную страховку и не бояться внезапных колоссальных затрат — они бы все купили и подписали не задумываясь. Но не найдется сумасшедших, согласившихся бы застраховать болиды от происходящего в гонках: риск попасть на огромные выплаты слишком велик, и потому полис даже чисто теоретически стоил бы просто невероятных денег. Особенно при наличии на трассе ребят вроде Ромена Грожана, устроившего 11 аварий только за последний год: страховая компания Direct Asia Insurance рассчитала стоимость  страховки для машины француза на весь сезон – она составила бы не менее 36 миллионов долларов или треть всего бюджета «Хааса»!

***

Обычным автомобилистам, в отличие от команд «Формулы-1», не надо ломать голову на тему минимизации расходов — достаточно купить полис ОСАГО. Этот обязательный для автовладельца документ стоит весьма недорого по сравнению с возможными тратами в результате ДТП. Оформить его можно онлайн всего за несколько минут, например, на сайте страховой компании «Росгосстрах»*. Всего несколько кликов — и гиганты «Ф-1» с монструозными бюджетами здорово позавидуют.

*ПАО СК «Росгосстрах», лицензии Банка России на осуществление страхования СИ № 0001, СЛ № 0001, ОС № 0001-02, ОС № 0001-03, ОС № 0001-04, ОС № 0001-05 и на осуществление перестрахования ПС № 0001, выданы 06.06.2018, бессрочные.

Фото: Gettyimages.ru/Christian Augustin / Stringer, Clive Mason, Mark Thompson

Комментарии

Возможно, ваш комментарий – оскорбительный. Будьте вежливы и соблюдайте правила
  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья