helluo librorum
Блог

«Клуб» Часть III: Захватчики на берегу. 12

Примечание автора/Пролог

Часть I: Отрыв

Часть II: Восстань вновь восстань

Часть III: Захватчики на берегу

Часть IV: Корпорация «Премьер-лига»

Часть V: Новая империя Британии

Эпилог/Благодарности

Избранная библиография/Состав участников/Об авторах

***

Осенью 2003 в Манчестере года никто не обратил особого внимания, когда американский инвестор-затворник купил 2,9% акций «Юнайтед». С тех пор, как более десяти лет назад он стал публичным богатеи со всего мира приобретали части клуба то тут, то здесь. И поначалу Малкольм Глейзер казался таким же, как все. Рыжебородый уроженец северной части штата Нью-Йорк и сын литовских еврейских иммигрантов, в возрасте пятнадцати лет, когда умер его отец, он возглавил семейный бизнес по ремонту часов. Затем он переключился на корпоративную недвижимость, прежде чем еще раз преобразоваться, но на этот раз в корпоративного рейдера, агрессивно захватив контроль над компаниями от Formica до Harley-Davidson и получив от них солидную прибыль. Спортивный мир узнал его имя в 1995 году, когда Глейзер купил франшизу «Тампа-Бэй Бакканирс» НФЛ за рекордные на тот момент $192 млн., что было непростым выбором, учитывая, что у команды с начала 1980-х годов не было года, когда она за сезон выигрывала больше матчей, чем проигрывала. С другой стороны, когда дело касалось спорта намерения Глейзера, всегда оставались загадкой.

Поэтому, когда он начал накапливать акции «Манчестер Юнайтед» в течение нескольких недель и месяцев после своего первоначального выкупа, казалось очевидным, что именно пытался сделать Глейзер: захватить клуб. Не было особо непонятно зачем.

В течение следующего года Глейзер и его сыновья потихоньку увеличивали количество своих акций, пока не стали владельцами 30% клуба, и в этот момент законодательство Великобритании требует, чтобы инвесторы сделали другим акционерам предложение по всему бизнесу. «Юнайтед» — и лига в целом — были настолько вдохновлены тем, что увидели по ту сторону океана в НФЛ, что владельцу НФЛ казалось вполне уместным сделать следующий шаг и купить английский клуб. Глейзеры тут же это и сделали. К лету 2005 года они согласились отдать $1,3 мдрд., купив 98% клуба. Теперь-то они завладели всеобщим вниманием. Малкольм подписал условия сделки, даже не будучи в Англии, отправив туда вместо себя своих сыновей Джоэла и Аврама.

В ожидании приветствия их на «Олд Траффорд», несколько сотен фанатов скандировали: «Умрите, Глейзеры, умрите!»

Когда они прибыли, клуб перекрыл оба конца туннеля под Восточной трибуной и доставил новых владельцев в их клуб в микроавтобусах с тонированными стеклами, окруженных полицейским эскортом. Исполнительный директор Дэвид Гилл провел для них экскурсию, в то время как все пытались игнорировать шумиху снаружи. Яростная реакция фанатов «Юнайтед» началась в тот момент, когда они услышали слова «выкуп с использованием заемных средств», малоизвестный инструмент с Уолл-стрит, который был моден среди людей, одетых в костюм в стиле Гордона Гекко в тонкую полоску в 1980-х годах. Фанаты «Юнайтед», возможно, в то время не понимали технических особенностей ВсИЗС, но они понимали суть следующего: «Юнайтед» собирался намеренно взвалить на себя восьмизначный долг, и все это ради финансовой выгоды парочки богатых американцев.

И было ясно что, не весь риск переходит на клуб. Один крупный кредит на $265 млн. был выдан группой банков, возглавляемой банком J.P. Morgan, и оказался в бухгалтерских книгах «Юнайтед». Но еще один, на общую сумму $75 млн., поступил от американских хедж-фондов в виде облигаций «натуральной платой», финансового продукта, который означал, что Глейзеры, а не публичная компания с ограниченной ответственностью «Манчестер Юнайтед» лично были под колпаком.

«Этот парень был необычным человеком, — сказал бывший мэр Тампы Дик Греко в интервью газете «Тампа-Бэй Таймс», когда в 2014 году Малкольм умер. — Он не соответствовал тому, что можно было бы подумать о спортивной личности. Все ожидают, что люди из мира спорта будут громкими и шумными и будут говорить смешные вещи. Мистер Глейзер ни разу не был спортивным человеком. Он мало что знал об американском футболе. Он просто знал свое дело. И для него это был бизнес».

То же самое было верно и в отношении футбола. Сыновья Глейзера выросли будучи фанатами команда «Рочестер Лэнсерс» из Североамериканской футбольной лиги в 1970-х годах, но «Лэнсерс» были примерно так же далеки от «Манчестер Юнайтед», как детский футбол от Супербоула. Кроме того, если бы речь шла исключительно о бизнесе, у них было более чем достаточно денег, чтобы покупать в любом количестве другие прибыльные сектора, где они могли бы спокойно получать прибыль без убийственных угроз или разгневанных манкунианцев, выкрикивающих непристойности за пределами своих офисов. «Оппозиция поглощению Глейзерами не связана с какими-либо ксенофобскими или поверхностными предрассудками, — написал фэнзин Red Issue, хотя некоторые из скандирований болельщиков подозрительно походили на ксенофобию, — но в своей основе она имела чувство глубокой потери людей, которые так близко к сердцу держат суть самого футбольного клуба. То, что этот негативный эффект должен быть нанесен — поставив под угрозу само будущее клуба, который так долго был столпом манкунианской жизни, — чтобы гротескно богатый человек мог преследовать тщетную попытку разграбления все большего богатства, в то же время эффективно заставляя тех, от кого он стремится получить прибыль, платить за его выкуп, что ж, удивительно, что не было еще бо́льшего противостояния».

Глейзеры никогда не видели ничего подобного дома, где владельцы НФЛ являются более или менее взаимозаменяемыми версиями богатых белых старичков. Кроме того, победа над «Окленд Рейдерс» в Супербоуле XXXVII в 2003 году принесла Глейзерам всю ту заслугу, в которой они нуждались у болельщиков «Тампа-Бэй». В Манчестере их робкие попытки успокоить болельщиков остались без внимания. «У "Ман Ю" огромная история, и мы ее уважаем, — сказал Брайан Глейзер в интервью "Орландо Сентинел" в июле 2005 года. — Мы не собираемся пытаться американизировать игру. Мы не собираемся привлекать команду поддержки в виде чирлидерш».

Конечно, Премьер-лига уже их пробовала. И это не сработало.

Но все перспективы «Манчестер Юнайтед» и его положение одного из ведущих клубов Европы, похоже, теперь находятся в руках загадочных новых владельцев. Ходили слухи, что Глейзеры ограничат трансферные расходы «Юнайтед» £20 млн. за сезон, что они купят «Олд Траффорд» и отдадут его в аренду клубу, что они даже изменят логотип. По всему стадиону появились стикеры с надписями «ЛЮБЛЮ "ЮНАЙТЕД", НЕНАВИЖУ ГЛЕЙЗЕРОВ». Фонд болельщиков «Манчестер Юнайтед» вскоре заказал шарфы зеленого и золотого цветов, оригинальных цветов клуба со времен его создания в качестве коллекции железнодорожного клуба «Ньютон-Хит», которые они продавливали как символ сопротивления Глейзерам. Одна недовольная группа болельщиков «Юнайтед» вообще покинула «Юнайтед» и сформировала полупрофессиональную команду, которую они окрестили ФК «Юнайтед оф Манчестер».

Несмотря на все это, Глейзеры оставались бесстрастными: «Это пройдет».

В течение года новый принадлежащий американцам «Манчестер Юнайтед» с высоким уровнем заемных средств даже привлек внимание журнала «Нью-Йоркер», который удивился тому, как меняется флагман английского футбола. В десятистраничном профиле клуба под руководством Глейзера журнал обнаружил анонимное письмо в Red Issue, в котором объяснялось, почему «Олд Траффорд — дерьмо». В 1980-х годах один отчаявшийся болельщик написал: «Это была сама толпа на стадионе. 50 с гаком тысяч плохо ведущих себя мужчин, все старше меня, желающие оторвать конечности болельщикам соперника и заставлявшие стены дрожать от создаваемого ими шума. Сквернословие, плохое поведение — лучший выброс адреналина. Я часто наблюдал за ними с открытым ртом, когда они перепрыгивали через ограждения трибуны "Юнайтед Роуд" навстречу болельщикам противника. Неделю спустя я занимался тем же уже вместе с ними. Теперь это место — как онанизм. Слишком контролируемо, все сидят, разумная хрень для ребят среднего класса».

Даже Алекс Фергюсон испытывал затруднения. Когда группа болельщиков столкнулась с ним по поводу Глейзеров после выездной игры в Венгрии, он сказал им, что, если им это не нравится, они могут «пойти и поболеть за "Челси"».

Только Глейзеры восприняли восстание спокойно. Редко замечаемые на «Олд Траффорд», они мало что сделали для того, чтобы погасить бушевавший вокруг клуба ад. В своих немногих публичных заявлениях они выглядели странно невозмутимыми, настаивая на том, что они приобрели клуб не для того, чтобы перевернуть там все вверх дном, как это было со многими другими компаниями в корпоративном прошлом Малкольма. Они хотели надолго задержаться в английском футболе. Это, казалось, никого не успокоило.

В особенности крупнейших спонсоров «Манчестер Юнайтед». Через шесть месяцев после поглощения Глейзерами телекоммуникационный гигант Vodafone сообщил клубу, что больше не хочет, чтобы его название и логотип были на футболке «Юнайтед». Двумя годами ранее компания обновила одну из самых богатых спонсорских сделок размещения своего названия на футболке, выделив £36 млн. за четыре года. Теперь компания отменяла контракт на его середине, выполнив условие о разрыве, включенное в контракт в случае смены владельца команды. Публично Vodafone заявила, что причина отказа от сделки заключалась в том, что компания предпочла сосредоточиться на спонсорстве Лиги чемпионов. Но время дало понять, что на самом деле компания сосредоточена на том, чтобы уйти от Глейзеров и их торнадо негативной рекламы. Даже фонд болельщиков «Манчестер Юнайтед» призвал Vodafone разорвать связи с клубом, который был назван «испорченным брендом».

Гилл получил новости от Vodafone во время деловой поездки в Японию. Он боялся сказать своим боссам, что один из их самых заметных партнеров их покидает. Но когда он наконец позвонил Джоэлу Глейзеру, то был ошеломлен реакцией своего председателя. Глейзер был в восторге. Он все равно думал, что телекоммуникационная компания не имеет какого-либо отношения к тому, чтобы быть глобальным спонсором на футболке клуба. Этот сектор больше подходит для региональных сделок, пояснил он. Гилл никогда не слышал, чтобы стратегия была представлена таким образом. Но скоро он будет наблюдать это ви́дение в действии каждый день, когда «Манчестер Юнайтед» раскрутит свое ноу-хау спонсора НФЛ и разделит рынок на как можно больше частей. Из нового офиса в Лондоне, зажатого между двумя хедж-фондами через дорогу от отеля «Ритц», коммерческий персонал, который вскоре превзошел по численности состав игроков, заключил столько региональных сделок в стольких категориях, сколько они только могли придумать, зная, что общая сумма составит гораздо больше, чем несколько спонсорских мега-сделок. «Юнайтед» развернулся в категории телекоммуникаций после выхода Vodafone и подписала контракт с Saudi Telecom в качестве официального интегрированного телекоммуникационного партнера «Манчестер Юнайтед» для Саудовской Аравии — одного из десяти «медиа-партнеров», которые у клуба появились по всему миру. Сегодня на каждого крупного спонсора размером с Adidas или DHL у клуба также есть десятки, о которых большинство фанатов «Юнайтед» никогда бы не услышали, включая Cho-A Pharm, официального фармацевтического партнера клуба в Корее и Вьетнаме, или Chi Limited, официального партнера по безалкогольным напиткам в Нигерии. В течение десяти лет доходы от спонсорства «Юнайтед» превысили $150 млн. в год.

Глейзеры всегда были уверены, что болельщики в конце концов поймут их деловую смекалку, несмотря на некоторые убедительные доказательства обратного. «Я думаю, болельщики оценят, если мы сделаем все возможное, чтобы вывести успешную команду на поле, — сказал Джоэл Глейзер в интервью кабельному каналу "Юнайтед" в 2005 году. — Я думаю, что люди простят, если узнают, что мы это сделаем».

Возможно. Но в середине 2000-х лишь одно вызывало у болельщики такое же беспокойство, как и поглощение: команда, которую «Манчестер Юнайтед» выводил на поле, уже не была такой успешной. И за это они должны были поблагодарить лондонский клуб, о котором они не беспокоились на протяжении полувека.

Если местом проведения революции «Юнайтед» был зал заседаний на «Олд Траффорд» и этаж Нью-Йоркской фондовой биржи, то «Челси» переворачивал динамику лиги прямо на скамейке запасных «Стэмфорд Бридж». К 2006 году Синие уже не были просто богатым, амбициозным клубом. Через три года после прихода Абрамовича они были богатым, амбициозным клубом, у которого были чемпионские титулы, надежно связанные с их названием.

Секретом «Челси» — человеком, который придумал, как превратить все наличные деньги Абрамовича в трофеи, — был самоуверенный Жозе Моуринью. Ухаживание было долгим и публичным, прямо под носом у Клаудио Раньери, но в те дни клуб вел свои дела именно так. «Челси» был бесстыдным. Они знали, чего хотят, и не перестанут тратить, пока не получат это. Моуринью идеально соответствовал новообретенной исключительности клуба. На своей первой пресс-конференции сын бывшего вратаря среднего звена и учительницы начальной школы представился британской прессе со словами: «Я не тот, кто выпархивает из бутылки. Я — особенный». Акцент Особенного, который больше походил на акцент русского шпиона из фильма о холодной войне, чем на иберийского футбольного тренера, только укрепил его статус нового главного тренера английского футбола.

Моуринью впервые почувствовал вкус серьезного внимания, когда бывший главный тренер сборной Англии Бобби Робсон нанял его переводчиком в лиссабонский «Спортинг» в 1992 году. Пара так хорошо поладила, что, когда на следующий год Робсон переехал в «Порту», он взял с собой свой ходячий, говорящий англо-португальский словарь. И к тому времени, когда эти двое снова вернулись в «Барселону» в 1996 году, Моуринью взял на себя некоторые обязанности помощника тренера. Молодой человек с черными как смоль волосами и легким в общением с современными игроками начинал делать себе имя.

Именно тогда впервые начало просвечивать эго. Моуринью пришлось отказаться от своих обязанностей переводчика в «Барселоне», когда стало очевидно, что он позволял себе вольности со словами Робсона, щедро добавляя свое собственное мнение, проницательность и тактический анализ. Тем не менее, что бы он ни сказал, должно быть, произвело впечатление на кого-то в клубе, потому что, когда Робсон покинул Каталонию, «Барса» оставила молодого Жозе работать под руководством нового главного тренера Луи ван Гала.

Завершив обучение, Моуринью в 2000 году стал главным тренером «Бенфики», одного из крупнейших клубов Португалии. Там его уникальное сочетание конфронтации, хвастовства и безупречных результатов направило его на путь к мгновенному успеху и короткие пребывания в клубах, которые определят его карьеру. В течение двух лет он покинул «Бенфику» и возглавил «Лейрию», затем покинул этот клуб и приземлился в «Порту», где оставался все два года, пока не позвонили из «Челси». В возрасте сорока лет он уже тренировал лучшие клубы Португалии. Этого было достаточно, чтобы получить работу в Премьер-лиге, но это ровно ничего не значило для фанатов, которые едва знали, кем был этот португальский выскочка, даже если он только что выиграл Лигу чемпионов.

«Если бы я хотел иметь легкую работу, — сказал Моуринью после переезда в Западный Лондон, — я бы остался в "Порту" — прекрасное голубое кресло, трофей Лиги чемпионов УЕФА, Бог, и после него сразу я».

Прошло совсем немного времени, прежде чем болельщики «Челси» стали относиться к нему с таким же уважением.

В Премьер-лиге сорокаоднолетний Моуринью обнаружил, что ему приходится делить центр внимания с парой других воплощенных божеств, которые были старше его более чем на пятнадцать лет — Арсеном Венгером и Алексом Фергюсоном. Эти двое с 1995 года делили все титулы между собой. Венгер нанес самый последний удар в 2003/04 году, проведя Канониров через первый сезон без поражений лиги за более чем столетнюю историю английского футбола. Ферги уже замышлял свою месть, заключив тем летом сделку с многообещающим восемнадцатилетним парнем по имени Уэйн Руни. Моуринью не просто хотел добавить свое имя в их беседу. Он хотел завершить эту беседу — и отправить их обоих на досрочную пенсию.

Атака Моуринью была с двух фронтов. Он взял свое на поле, обыграв «Манчестер Юнайтед» со счетом 1:0 в первой игре сезона. И он также брал свое на таком количестве пресс-конференциях, на котором только мог, острая на язык шмакодявка, ввязывающаяся в драку на площадке для игр. Он обвинил Ферги в запугивании судей и назвал Венгера «вуайеристом», потому что «он все говорит и говорит о "Челси"». Для болельщиков соперника пресс-конференции Моуринью приобрели характер пантомимы. Для прессы они были манной небесной. Как ни посмотри, подобный вид психо–тактической войны Моуринью сразу же окупился. Через десять месяцев после того, как он нарек себя Особенным, он поднял трофей Премьер-лиги с рекордными на тот момент девяноста пятью очками, проиграв всего одну игру за весь сезон. «Арсенал» шел вторым, отставая на двенадцать очков, а «Юнайтед» и Фергюсон остались на третьем месте.

В следующем сезоне 2005/06 Моуринью снова это сделал с ними. «Начинают появляться трещины» в доме, который построил Ферги, объявил телеканал Sky Sports перед поездкой «Челси» к «Манчестер Юнайтед». «Новая династия угрожает захватить власть». В знак презрения к своим соперникам после того, как Моуринью второй сезон подряд поднимал священный трофей Премьер-лиги, он снял медаль победителя и небрежно бросил ее в толпу на «Стэмфорд Бридж». Ему не нужен был кусок металла на шее для того, чтобы рассказать миру, кто есть авторитет в Премьер-лиги в 2006 году. «Однажды мы проиграем, — сказал он. — Но на данный момент мы лучшая команда страны».

Быть лучшей командой страны — это именно то, что предполагал «Арсенал», когда начинал работы над своим новым стадионом. Но в 2006 году, всего за несколько месяцев до открытия «Эмирейтс», клуб оказался в сложном положении.

В долгосрочной перспективе их новый дом обеспечит Канонирам устойчивый успех, самофинансируемое здание, которое увеличит доходы в день матча и сделает «Арсенал» постоянным членом финансовой элиты Премьер-лиги. Но до тех пор погашение кредитов, которые финансировали его строительство, потребует некоторого тщательного финансового управления. В рамках добровольной политики жесткой экономии «Арсенала» был сокращен трансферный бюджет для покупки новых игроков, внутренний лимит заработной платы клуба остался неизменным, а долгосрочные контракты для игроков-ветеранов старше тридцати лет были неофициально запрещены. Тем летом с финансами стало столь туго, что у «Арсенала» закончились деньги на завершение запланированного проекта по благоустройству территории вокруг нового стадиона. Вместо красоты, роскошный новый дом клуба будет окружен огромной серой бетонной площадью.

Для Венгера, который уже заработал репутацию постоянного финансового консерватора английского футбола, бюджетные ограничения, из-за которых был построен новый дом «Арсенала», были предметом гордости. По его мнению, стадион «Эмирейтс» был золотым стандартом в разумном финансовом планировании будущего клуба. Но чего «Арсенал» не осознавал, приступая к крупнейшей клубной модернизации инфраструктуры Англии за большую часть столетия, так это того, что разумное финансовое планирование в английском футболе скоро будет рассматриваться как очаровательная реликвия наряду с бутсами, подбитыми гвоздями, мешковатыми шортами или то время, когда сборная Англии реально выиграла чемпионат мира. Приближалась эра зарубежных инвестиций в Премьер-лигу.

Приход Романа Абрамовича в английский футбол был встречен с некоторой долей подозрительности. Семью Глейзеров встретили с откровенной враждебностью. Но любое представление о том, что местные перспективы Премьер-лиги будут отговаривать других иностранных инвесторов от их размещения на берегах Великобритании, вскоре будет развеяно.

В мае 2006 года продажа лигой своего последнего трехлетнего пакета прав на внутреннее телевидение впервые превысила $3 млрд., причем Sky разделила права с ирландской фирмой платного телевидения Setanta. Сборы зарубежных прав приведут к тому, что общий доход Премьер-лиги от телевидения превысит $4,5 млрд., что более чем достаточно, чтобы заинтересовать глобальных финансистов, международных инвесторов и амбициозных предпринимателей, стремящихся использовать растущее глобальное влияние лиги.

Позже, в 2006 году, Рэнди Лернер, американский миллиардер в сфере недвижимости и финансовых услуг, владелец клуба НФЛ «Кливленд Браунс», искал возможность купли-продажи, когда его взгляд остановился на Премьер-лиге. На встрече в Лондоне лига достоверно проинформировала Лернера о том, что все клубы, кроме четырех или пяти, выставлены на продажу любому, у кого есть несколько миллионов в банке и приличная кредитная история. Лернеру не потребовалось много времени, чтобы сделать свой выбор: «Астон Вилла», крупнейший клуб второго города Великобритании Бирмингема, с приличным составом уважаемых болельщиков, в которую вошли Его Королевское Высочество Принц Уильям, будущий премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон и Гизер Батлер, гитарист Black Sabbath. Что привлекло Лернера в «Вилле», так это отчасти гордая история клуба. Будучи одним из основателей Футбольной лиги в 1888 году, «Астон Вилла» была семикратным чемпионом лиги, семикратным обладателем Кубка Англии и совсем недавно, в 1982 году, подняла Кубок чемпионов. Но Лернер признает, что его также привлекло расположение клуба. Как владелец франшизы НФЛ на Среднем Западе Америки, идея владеть футбольным клубом в британском Уэст-Мидленде (прим.пер.: аналогичное расположение в Великобритании) показалась ему довольно поэтичной. 25 августа 2006 года он надлежащим образом согласился заплатить £63 млн., чтобы взять под свой контроль 132-летний клуб.

«Астон Вилла» была не единственным великим старинным учреждением английского футбола, которое перешло под контроль рубежной компании. В следующем году появилось еще более знаковое имя, когда Том Хикс, техасский прямой инвестор, и бизнесмен из Колорадо Джордж Джиллетт-младший завершили совместное поглощение футбольного клуба «Ливерпуль» за £219 млн., тогда самой успешной команды в истории английского футбола, хотя и погрязшей в семнадцатилетней засухе без единого титула в чемпионате. Отчаявшись избежать негативной реакции, которая последовала за продажей «Манчестер Юнайтед», Хикс и Джиллетт начали свое пребывание в качестве владельцев, пообещав не «исполнять Глейзеров», нагружая клуб долгами. Но в течение двенадцати месяцев они именно это и делали, задав тон язвительного четырехлетнего пребывания на посту директоров клуба, характеризующееся плачевными результатами на поле, впечатляющей ссорой в зале заседаний между двумя владельцами и серией ошеломляющих ошибок в области связей с общественностью, которые были отмечены тем, что сын Хикса, Том-младший, в то время директор клуба, отправил поздно вечером электронное письмо обиженному фанату «Ливерпуля», в котором простенько было написано: «Отсоси, ублюдок».

И все же инвесторы продолжали приходить. Позже, в 2007 году, американский магнат по недвижимости Стэн Кронке приобрел первоначальную 9,9% долю в «Арсенале». В 2008 году Эллис Шорт, миллиардер с частным капиталом и опытом инвестирования в проблемные активы, приобрел контрольный пакет акций не очень хорошо выступавшего «Сандерленда». В целом, в течение десятилетия после выкупа Глейзерами «Манчестер Юнайтед» с привлечением заемных средств двадцать семь из сорока четырех клубов в двух лучших дивизионах английского футбола окажутся под руководством иностранных владельцев — с пятнадцатью миллиардерами среди их числа, — поскольку древние футбольные клубы из британских городов синих воротничков и старых промышленных районов внезапно стали объектами вожделения состоятельных людей по всему миру.

Даже звездный «Вест Хэм» сорвал джекпот. План Молотобойцев по созданию династии Премьер-лиги провалился вместе с урожаем доморощенных суперзвезд, что привело к вылету, распродаже и двум годам, проведенным во втором эшелоне английского футбола. Но они, наконец, пробились обратно в высший дивизион, когда на них положил глаз 799-й по богатству человек в мире, исландский миллиардер по имени Бьорголфур Гудмундссон.

Председательство Гудмундссона в Landsbanki, одном из крупнейших банков крошечной страны, позволило ему сколотить состояние, основанное на дешевом внешнем долге, оживленном мировом рынке жилья и непостижимости исландского банковского сектора. В ноябре 2006 года, как раз в тот момент, когда международные хедж-фонды начали покупать дефолтные свопы у ушедших в минус исландских банков, Гудмундссон расстался с £85 млн. из этого состояния, взяв под контроль «Вест Хэм Юнайтед». Болельщики клуба, которые должны были кое-что знать о лопающихся пузырях, приветствовали его как героя, того, кто мог бы помочь «Вест Хэму» наконец реализовать свой неиспользованный потенциал. В течение двух лет Гудмундссон был объявлен банкротом, а его собственные активы составляли ровно $0.

Неиспользованный потенциал был именно тем, о чем думал Мохаммед Аль-Файед, владелец шикарного универмага «Харродс», в 1997 году, когда он заплатил £6,25 млн. за приобретение еще одного почтенного заведения в богатом районе Западного Лондона: футбольного клуба «Фулхэм». Расположенный на берегу реки Темзы на своем стадионе «Крейвен Коттедж» на 25 тыс. мест, ветхом старом здании, которое получило свое название от королевского охотничьего домика, стоявшего на месте поля, черно-белый «Фулхэм» мог многое отрекомендовать Аль-Файеду. Свою скромную зарплатную ведомость, свою непропорционально большую фанатскую базу среднего класса и свою репутацию самого дружелюбного клуба в английском футболе. Чего у него не было в 1997 году, так это места в Премьер-лиге. Или даже в следующем за ней дивизионе. На самом деле, когда Аль-Файед приобрел «Фулхэм», клуб только что получил повышение из четвертого дивизиона английского футбола и проводил свои домашние матчи перед аудиторией, в среднем составлявшей 6 тыс. человек. Но уроженец Египта Аль-Файед уже сорок лет пытался пробиться в высшее английское общество. Управление «Харродс», известным как продуктовый магазин королевы, безусловно, помогло, хотя он дважды подавал заявление на получение британского гражданства и терпел неудачу. Если для этого нужно было еще и управлять футбольной командой, пускай.

Аль-Файед не был одним из самых утонченных общественных деятелей Великобритании. Он всегда затевал сквернословящие ссоры с тем или иным миллионером. В 1970-х годах он купил отель «Ритц» в Париже. В «Харродс» он ввел дресс-код, распугивающий туристов в шортах и шлепанцах. А в футболе он пообещал через пять лет вывести «Фулхэм» в Премьер-лигу. Невероятно, но в 2001 году клуб достиг земли обетованной на год раньше запланированного срока, что сделало его одним из первых владельцев лиги иностранного происхождения. Но не поэтому остальные члены клуба «старичков» считали его эксцентричным.

Они считали его эксцентричным, потому что этот человек совсем не умел фильтровать то, что говорил или делал. Его любимая шутка с игроками и руководителями оппонентов в директорской ложе состояла в том, чтобы сунуть им в руки одну из маленьких голубых конфет, которые он всегда носил с собой, и сказать, что это Виагра. «Прими ее перед игрой», — подмигнув, говорил он.

Но это когда он был в хорошем настроении. В плохом же настроении он заставлял людей чувствовать себя еще более неловко. На фоне отвратительных результатов сезона 2010/11 он ворвался на тренировку «Фулхэма» и приказал команде собраться в конференц-зале. После разглагольствования об их выступлениях он вытащил главного тренера, упрямого бывшего игрока «Манчестер Юнайтед» по имени Марк Хьюз, в центр комнаты и указал на него.

«Мне что, его уволить? — закричал он. — А?»

В комнате, полной взрослых мужчин воцарилась тишина. Все уставились на свои ноги.

«Ну, а как насчет тебя? — Аль-Файед указал на капитана "Фулхэма" Дэнни Мерфи. — Ты — капитан. Может быть, мне тебя уволить».

Аль-Файед не видел причин относиться к своим игрокам иначе, чем к персоналу магазина «Харродс». Хьюз и Мерфи в конечном счете пережили самое неловкое командное собрание в своей жизни, хотя тем летом Хьюз и ушел в отставку. Но если когда-нибудь им и требовалось напоминание о том, что их владелец был человеком мимолетных и драматических прихотей, то это было именно оно.

Ну, это и подарок, который Аль-Файед сделал болельщикам той весной. Чтобы по-настоящему оценить масштаб жеста Аль-Файеда, важно понимать, что, когда председатели клубов предлагают символические подарки своим болельщикам, то они, как правило, получаются их в виде памятных шарфов, билетов со скидкой или бесплатного проезда на автобусе на выездные игры. Аль-Файед черпал вдохновение не там где все остальные. Он вспомнил одного из своих любимых гостей на «Крейвен Коттедж», человека, которого он был рад принять у себя на матче против «Уигана»: поп-звезду Майкла Джексона.

Когда в 2009 году Джексон умер, сердце Аль-Файеда было разбито. Он также был убежден, что болельщики «Фулхэма» разделяют это горе. В конце концов, король поп-музыки однажды посетил «Крейвен Коттедж». Почему бы им не быть тронутыми его уходом?

Поэтому в апреле 2011 года он представил полноцветную статую певца высотой два с лишним метров из смолы и гипса на почти двухметровом постаменте — в комплекте с фирменной перчаткой поп-звезды с блестками. Футбольный клуб «Фулхэм» и Майкл Джексон. Любому простительно за то, что тут нельзя увидеть никакой связи. Болельщики едва ли знали, что с этим делать.

«Если некоторые глупые болельщики не понимают и не ценят тот дар, что этот парень дал миру, то они могут идти к черту, — сказал Аль-Файед. — Я не хочу, чтобы они были болельщиками».

Им больше понравилось, когда Аль-Файед преподнес им в подарок Премьер-лигу. Но до тех пор, пока он продолжал тратить деньги на их клуб, они были готовы терпеть практически все.

***

Приглашаю вас в свой телеграм-канал

Комментарии

Возможно, ваш комментарий – оскорбительный. Будьте вежливы и соблюдайте правила
  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные