За десять лет Парма прошла путь от Серии B до победы во втором Кубке УЕФА — а затем дважды оказалась втянутой в финансовый кризис. «Венгерский пуховик» публикует адаптированный перевод статьи GOAL об истории, которую однажды экранизируют.
Успех в Европе
Вечером 12 мая 1999 года, перед 61-тысячной аудиторией на московском стадионе Лужники, Парма обыграла Марсель со счётом 3:0 в финале Кубка УЕФА. Игра была настолько односторонней, насколько позволяет предположить счёт, — и это совершенно никого не удивило. Парма почти всю свою историю была не более чем гордым провинциальным клубом, но к тому конкретному моменту времени она уже успела закрепиться в качестве одной из «семи сестёр» Серии А.
В своих культовых жёлто-синих полосатых футболках, с роскошным составом и ярким стилем игры эмилианцы добились мировой известности. В этом смысле их успех повторял историю их владельцев — Parmalat, местного производителя молочной продукции, превратившегося в глобальный бренд. Благодаря горячей поддержке основателя компании Калисто Танци Парма менее чем за десятилетие прошла путь от команды, испытывавшей трудности в Серии B, до клуба, добившегося успеха в Европе.
Когда Танци приобрёл клуб из родного города в 1990 году, перед ним стояли две цели: вывести любимую Парму в элиту мирового футбола и одновременно укрепить собственную репутацию выдающегося бизнесмена. Поэтому Москва казалась воплощением обеих его целей, но у восторженных болельщиков Пармы были все основания верить, что лучшее ещё впереди.
В воротах джаллоблу играл Джанлуиджи Буффон, в обороне – Фабио Каннаваро и Лилиан Тюрам, Хуан Себастьян Верон дирижировал игрой в центре поля, а Эрнан Креспо и Энрико Кьеза изводили защитников впереди.
А ещё у Пармы был Альберто Малезани — один из самых прогрессивных тренеров своего времени, настоящий приверженец «красивой игры». Насколько захватывающим был его футбол, прекрасно демонстрировал третий и последний гол джаллоблу в Лужниках: Кьеза мощно пробил в верхний угол после того, как Креспо мастерски пропустил передачу Верона.
«Это был фантастический гол, на который можно было смотреть бесконечно», — рассказывал Малезани Gazzetta di Parma в прошлом году. «Я горжусь им, потому что это была сама суть футбола. Я называю его именно так, потому что в том финале, как мне кажется, были собраны все элементы, необходимые команде для победы в международном турнире.
«Та команда могла выиграть всё: нужно было сохранить костяк и пригласить как минимум ещё пару чемпионов, которые могли бы обеспечить качественный скачок».
Вместо этого Парма пережила стремительное падение: за следующие 16 лет после судьбоносного матча в Москве клуб дважды был признан банкротом.
«Команда, которая родилась в общественном парке»
В относительно небольшом городе Парма, примерно в километре от исторического центра, находится парк Читтаделла. Как следует из названия, когда-то здесь располагалась внушительная крепость — пятиугольные казармы XVI века. Однако было время, когда в Читтаделле тренировалась одна из лучших команд Европы.
В начале — середине 1990-х игроки Parma Associazione Calcio переодевались на стадионе Эннио Тардини, а затем на минивэне отправлялись в пятиминутную поездку к общественным футбольным полям в парке. За рулём этого минивэна часто сидел вратарь сборной Бразилии Клаудио Таффарел. Несколько раз за руль позволяли садиться и звездному нападающему Фаустино Асприлье, но довольно быстро стало очевидно, что колоритный колумбиец настолько же непредсказуем за рулём, насколько бывает непредсказуем с мячом в ногах.
Впрочем, в те времена вообще всё в Парме было более расслабленным, открытым и доступным. Это был провинциальный клуб, который вышел на мировой уровень, но при этом не позволил никому зазнаться.
В 1995 году клуб даже подписал обладателя Золотого мяча Христо Стоичкова — и всё равно продолжал тренироваться в Читтаделле.
«Это была команда, которая родилась именно там, выросла посреди общественного парка», — рассказывал защитник Луиджи Аполлони. — «Весь город был вовлечён в это вместе с нами».
Для капитана Лоренцо Минотти и тех, кто играл за Парму ещё до её выхода в Серию А, не было ничего необычного в том, что тренер Невио Скала гонял игроков на тренировке, пока одни местные жители наблюдали за происходящим, а другие продолжали заниматься своими повседневными делами. Это было «совершенно нормально» — чистая провинциальная Парма.
Теперь, если взглянуть на это современными глазами, всё выглядит совершенно сюрреалистично. Как рассказывал воспитанник академии и будущая легенда клуба Буффон:
«Когда думаешь о том, что вокруг поля стояли все эти люди, прислонившись к ограде, а кто-то просто сидел на скамейках, играл в карты, ел хлеб и салями, понимаешь, что Парма была неповторимой реальностью».
«Половина Пармы была на Уэмбли»
В появлении Пармы в качестве серьезной силы европейского футбола действительно было что-то сказочное.
Арриго Сакки успел продемонстрировать потенциал еще до того, как в 1987 году его переманил Милан: под его руководством джаллоблу остановились всего в трёх очках от выхода в Серию А.
Однако даже в эпоху, когда деньги ещё не были решающим фактором в футболе, достижения Скалы за шесть лет работы на Тардини были по-настоящему выдающимися.
Венецианец возглавил команду в 1989 году и с первой попытки вывел её в Серию А — впервые в истории клуба. На следующий год Парма снова вошла в историю, заняв сенсационное шестое место в чемпионате и получив путёвку в Кубок УЕФА.
Европейский дебют оказался недолгим: команда Скалы выбыла уже на первом этапе. Но в 1992 году Парма прошла весь путь в Кубке Италии, обыграв Ювентус в финале по сумме двух матчей — 2:1. Голы забили Сандро Мелли и Марко Озио.
Это был первый крупный трофей в истории Пармы, и практически сразу за ним последовал ещё один: уже на следующий год джаллоблу выиграли Кубок обладателей кубков, победив Антверпен со счётом 3:1.
Капитан Лоренцо Минотти, как нельзя более символично, открыл счёт в невероятном матче на Уэмбли, после чего сразу побежал праздновать к «трибуне, заполненной жителями Пармы» — теми, кто был с командой с самого начала её невероятного взлёта.
«Это были люди, которые прекрасно понимали, что мы делаем, — объяснял бывший защитник, — потому что всего несколькими годами ранее мы играли перед тремя-четырьмя тысячами зрителей. Но на том финале на Уэмбли была половина Пармы!»
Буффон тоже был там — один из самых перспективных воспитанников академии Пармы. А к тому моменту, когда 19 ноября 1995 года он провёл свой ставший легендарным дебют в Серии А, в трофейном шкафу клуба уже появились Кубок обладателей кубков и Суперкубок Европы, а вскоре к ним добавился и Кубок УЕФА.
Но у Танци были ещё более грандиозные планы для Пармы. Он хотел выиграть Серию А любой ценой — и это не фигура речи.
«Но на какие деньги?!»
«В мой первый день в Парме в 2001 году, — рассказывал бывший директор клуба Лука Баральди, — в штаб-квартире клуба состоялась очень необычная встреча с вице-президентом Фульвио Черезини и Калисто Танци, которого я тогда ещё не очень хорошо знал.
Они обсуждали трансферное окно следующего лета, и Калисто Танци дал добро на попытку подписать Франческо Тольдо и Руя Кошту. Но, поскольку к тому моменту я уже сам увидел финансовые отчёты, я подумал: “Но на какие деньги?!”»
Однако даже Баральди не до конца представлял, насколько тяжелым было экономическое положение Пармы.
Клуб годами управлялся безрассудно. Стефано Танци, сын Калисто и президент Пармы с 1996 по 2004 год, признавал, что при нём стратегия клуба заключалась в попытках «решать проблемы и достигать поставленных целей, всегда тратя немного больше денег. В результате фонд заработной платы всего за пять лет вырос в пять раз».
Предпринимались попытки облегчить давление на клубный бюджет за счёт продажи звёздных игроков. Верон ушёл сразу после второй победы в Кубке УЕФА, Креспо был продан следующим летом, а затем в 2002 году Буффон и Тюрам перешли в Ювентус.
Однако даже после дальнейших громких уходов Парма совершенно не была готова справиться с последствиями, пожалуй, самого шокирующего финансового скандала в истории Италии.
Дыра в счетах размером €8 миллиардов
15 декабря 2003 года, после нескольких месяцев экономической неопределённости вокруг Parmalat, Калисто Танци ушел с постов председателя совета директоров и генерального директора компании.
Чуть больше двух недель спустя он признал, что в счетах транснациональной корпорации обнаружилась дыра в размере €8 миллиардов (£6,9 млрд/$9,3 млрд), которая, как выяснилось впоследствии, была почти в два раза больше.
К тому моменту Parmalat уже перешла под внешнее управление, в результате чего тысячи акционеров потеряли свои сбережения, а тысячи сотрудников — работу.
Неудивительно, что Парма также оказалась в крайне тяжёлом положении. Бразильский нападающий Адриано был продан Интеру во время зимнего трансферного окна, но у клуба по-прежнему было настолько мало денег, что даже после появления нового титульного спонсора — Cariparma — сотрудникам приходилось использовать скотч и наклейки, чтобы закрыть старый логотип Parmalat, поскольку денег на производство новых комплектов формы не хватало.
Однако скрыть мрачную реальность ситуации было невозможно. 28 апреля 2004 года Parma AC была объявлена неплатежеспособной.
Хотя в июне того же года клуб был реорганизован и получил название Parma FC, следующие три года он оставался под контролем внешнего управления. В это время лучших игроков команды продолжали продавать тому, кто предлагал больше всего.
По сути, великолепная команда, которая в 1999 году разгромила Марсель в Москве, сама была разобрана по частям — по одному ключевому игроку за раз.
И всё же эта медленная и мучительная смерть от тысячи бюджетных сокращений была ничем по сравнению с тем, что пришлось пережить многострадальным болельщикам Пармы в 2015 году.
«Верхушка айсберга»
Приход Томмазо Гирарди в январе 2007 года ознаменовал конец мучительного периода внешнего управления Пармы и, казалось, открывал перед болельщиками более светлое будущее.
Гирарди был молодым — ему был 31 год — и амбициозным, но при этом выглядел зрелым и осторожным. Он говорил о необходимости не повторять ошибок прошлого, жить по средствам и собирался добиться этого благодаря поиску и развитию молодых игроков с последующей продажей за хорошую прибыль.
В результате, хотя результаты команды на поле были нестабильными, за его пределами Парма казалась устойчивой и стабильной.
Однако первый тревожный сигнал появился ещё до начала сезона-2014/15, когда Итальянская федерация футбола (FIGC) отказалась выдавать клубу лицензию на участие в Лиге Европы из-за неуплаты налогового счета на €300 000.
Гирарди пришёл в ярость, заявив, что Парма стала жертвой чудовищной несправедливости.
«Мои сотрудники всё делали по правилам, — настаивал он тогда. — Только глупец может подумать, что всё это было сделано ради того, чтобы сэкономить €300 000. Мы хорошие люди, которые содержат дом в полном порядке.
Но им удалось вытолкнуть меня из футбола. С меня хватит. Я ухожу с поста президента Пармы, а с 1 июля следующего года начнется новая история. Парма выставлена на продажу».
Однако Гирарди не заставляли идти по доске. Он просто покидал тонущий корабль.
Как впоследствии признал менеджер команды Мелли, Парма фактически была «Титаником», а «проблема с лицензией УЕФА была лишь верхушкой айсберга».
«Так много всего шло не так»
Парма Гирарди фактически осталась без денег из-за ошибочной бизнес-модели, которая слишком сильно зависела от прибыли от продажи игроков.
После нескольких месяцев поисков покупателя он при весьма странных обстоятельствах продал клуб кипрско-российской компании Dastraso Holding Limited — всего за €1. На тот момент Гирарди не платил зарплаты своим сотрудникам с предыдущего лета.
Парма надеялась, что нашла спасителя в лице Резарта Тачи, албанского нефтяного магната, который впоследствии оказался главным инвестором.
Однако игроки ни разу его не увидели.
Капитан Алессандро Лукарелли утверждал, что единственное положительное, что можно было сказать о Тачи, заключалось в том, что он ничего игрокам не обещал — что именно он им и дал.
К февралю 2015 года ситуация становилась все более безнадежной.
Парма замыкала турнирную таблицу Серии А и борющаяся за выживание команда с трудом могла сосредоточиться на происходящем на поле.
«Это очень тяжело, — рассказывал тогда GOAL юный полузащитник Хосе Маури. — Так много всего идёт не так. К счастью, люди здесь спокойны и продолжают нас поддерживать. Слава богу, иначе мы бы сошли с ума. Я действительно не хочу сойти с ума, думая обо всех слухах, которые мы слышим».
Но ситуация и без того была достаточно плохой.
Маури и его товарищи по команде сами стирали свою форму и экипировку, а игроки молодёжной команды Эрнана Креспо принимали холодный душ на тренировочной базе из-за неоплаченных счетов за электричество.
«Кошмар наяву»
В феврале 2015 года Парма во второй раз за несколько месяцев была продана за символический €1 — на этот раз Джампьетро Маненти.
Но Лукарелли признавался, что он и его товарищи по команде поняли, что клуб обречён, ещё в момент первой встречи с новым владельцем.
«Он вошёл в раздевалку с чистым листом бумаги, на котором было написано “100 миллионов евро”, и заявил, что это доказывает его способность погасить долги и выплатить нам зарплаты. Мы посмотрели друг на друга и сказали: “Нам конец!” — рассказывал Лукарелли.
Через две недели он сказал нам, что ему дали неправильный IBAN, чтобы отправить деньги! Он был клоуном. Всё это выглядело как фильм про Фантоцци. Только это было реальностью: настоящий кошмар наяву».
И это не было преувеличением.
Вокруг игроков рушился целый клуб.
Когда 19 марта 2015 года Парма была объявлена банкротом, на продажу выставили буквально всё — от сидений, на которых игроки сидели в раздевалке, до трофеев, завоеванных в беспрецедентный период успеха с 1992 по 2002 год.
«Кажется, мы зомби, которые идут, не зная, куда направляются, — говорил Мелли CNN. — Каждый день у нас забирают часть нашей работы и кусочек наших сердец. Каждый день какая-то часть клуба оказывается изъята за долги, а мы приходим сюда работать только потому, что любим свою работу и нашу команду. Но мы не можем выполнять свою работу.
Потому что дело не только в деньгах, хотя мы не можем их игнорировать. У нас забирают гораздо больше: достоинство, наши улыбки. У нас забрали и наше уважение. И это больно».
И нетрудно понять почему: команда, которая могла выиграть всё, потеряла всё.
Парма возродилась вновь!
Несмотря ни на что, Мелли никогда не терял надежды, что Парма сможет выжить — или, если говорить точнее, сможет подняться вновь.
И именно это произошло.
После окончательной ликвидации Parma FC в июне 2015 года клуб был вновь возрожден — на этот раз под названием Parma Calcio 1913 — и начал выступать в четвёртом по силе дивизионе итальянского футбола.
После трех последовательных повышений в классе эмилианцы вернулись в Серию А в 2018 году.
Вскоре последовал ещё один вылет во второй дивизион, но сезон-2026/27 станет для Пармы уже третьим подряд в высшем дивизионе. Это означает, что клуб постепенно приближается к той стабильности, которая так бросалась в глаза своим отсутствием при предыдущих владельцах и которую теперь пытается обеспечить Krause Group.
Однако сомнительно, что Парма когда-нибудь снова станет такой, какой была раньше. Времена изменились. И вместе с ними изменился футбол. Как прекрасно знают болельщики Пармы, деньги имеют свойство развращать, а современный футбол как никогда прежде зависит от финансов.
Чтобы вернуть клуб в элиту европейского футбола, потребовалась бы колоссальная сумма денег. И даже тогда всё было бы уже не так.
«В моё время мы были семьёй — со всеми сильными и слабыми сторонами семьи, — рассказывал Скала Gazzetta dello Sport. — Было уважение, существовали чёткие правила, был диалог. Мы серьёзно относились к своей работе, но при этом оставались беззаботными. Мы тренировались в Читтаделле, среди пенсионеров, игравших в карты, и матерей, гулявших со своими детьми, и нам было весело. В этом была наша сила».
И именно это делало Парму такой особенной.
До того как владельцы клуба забыли, что изначально сделало его великим, до того как вдохновляющая история успеха превратилась в предостережение, до того как мечта превратилась в кошмар, Парма была неповторимой реальностью — командой, родившейся в общественном парке и выросшей в один из сильнейших клубов Европы.
Подписывайтесь на мой телеграмм-канал, чтобы быть в курсе новых публикаций!
Комментарии