Блог Fenômeno

Хуанфер Кинтеро и сценический страх

Перед ответным матчем полуфинала Кубка Либертадорес между «Бокой Хуниорс» и «Ривер Плейтом», который пройдет этой ночью, публикуем перевод необычного текста, посвященного прошлогоднему финалу турнира.

Вдохновившись Антонио Ченелем «Антоньете» и Габриэлем Гарсиа Маркесом - ведя долгие беседы с первым и зачитываясь вторым, - аргентинец Хорхе Вальдано еще в 80-х придумал и отчеканил для себя особый термин, которым описывал «Сантьяго Бернабеу», стадион, на котором «Ривер Плейт» давеча стал победителем Кубка Либертадорес, положив на лопатки «Боку Хуниорс» (3:1). Термин этот - «сценический страх». Тореадор и писатель рассказывали о боязни, которую они испытывали не по отношению к быку или творчеству, но к публике: боязнь людской молвы, пристального внимания к себе, шума голосов, критики или пренебрежения. Этот страх побуждал их принимать такие решения, которые кем угодно другим были бы восприняты как риск - броситься на рога быка, нырнуть в чащу бумажных листов - и которые из-за страха перед публикой, отдаляясь от него, помогли им столкнуться с самим естеством, иначе характеризующим то, что для других было настоящей паникой.

Боязнь неизвестности, одиночества, будущего, болезни, конкурентов, власти, провала. Боязнь проиграть - и после жить с этим. Страх без устали заявляет о себе во весь голос, главным образом потому, что его победа рождена отсутствием сопротивления ему. В футболе не часто встречались условия и коннотации, при которых жил и был сыгран этот беспрецедентный - по составу участников и по всем обстоятельствам - финал.

С самого начала - сюрприз уже в стартовых составах: «Ривер» вышел с пятью полузащитниками - Понсио, Энцо Перес, Пити Мартинес, Эсекьель Паласиос и Начо Фернандес, в то время как Баррос Скелотто оставил Ванчопе Абилу в запасе, чтобы позволить Бенедетто принимать мяч в одиночестве. Тактические соображения, которые могли заявить о собственной ценности, быстро отошли на второй план, когда обе команды поняли, как сложно ощутить ментальную свободу и гибкость, столь необходимые для демонстрации всего лучшего, что было в них. «Ривер» постоянно владел мячом, но любой нестандартный пас - смесь риска и страха вместо естественности в каждом обороте мяча - выглядел как безумие. И не только передачи, а вообще все движения - то, как получающий мяч спиной к воротам игрок контролировал ситуацию и принимал решения, то, как наносил удар, словно его нога сделана из флана (сладкое блюдо из взбитых яиц и молока – Прим. пер.). Простейшая из передач понималась как потенциальная потеря. Вскоре после того, как одна из двух команд разгрузила бы голову и начала играть свободно, все стало бы совершенно иначе.

На противоположной стороне «Бока» выстроила свои 4-5-1, но даже если она в итоге отдала владение, поджидая ошибку, которая внесла бы еще больше смуты в оборону «миллионеров», очевидно, что и это помогло матчу стать именно таким, каким он стал. Только энергичный и выверенный Наитан Нандес уравновешивал суетливость и волнение Барриоса и Пабло Переса – эти двое постоянно теряли свое место на поле, даже не замечая угрозы у себя за спиной. А угроза возникала стремительно, да, но и пропадала мгновенно: казалось, воспользоваться этим пространством на флангах, слева и справа от Вильмара – что-то совершенно революционное. Ни Пити, ни Эсекьель, ни Энцо не осмеливались отойти от стартовой позиции, дать мячу выбор и создать вокруг себя спокойствие. Распасовщик, кто бы им ни оказывался, выглядел так, будто у него ноги колесом. И все же гол пришел. Гол, который перевернул финал - и заставил вмешаться в ход событий.

Неудивительно, что футболистом, лучше других понимавшим ритм и общее чувство, стал всегда сконцентрированный на игре Дарио Бенедетто. Он и Буффарини были единственными «генуэзцами», кто вносил благостный настрой, кто пытался играть в комбинационный футбол и четко взаимодействовать с мячом и партнерами по команде. Каждое касание Пипы имело смысл и все завершилось превосходным голом в первом тайме, в котором три более или менее опасных момента возникли после штрафных. Некому было перехватить передачу, немногие смогли адаптироваться к европейскому газону и почти никто не шелохнулся, чтобы создать естественную динамику вокруг мяча. Страх поглотил практически все. При счете 1:0 команды ушли на перерыв. А после него, спустя 12 минут как в тумане, наступила 57-я минута.

В тот момент, находясь в получасе от проигрыша своему извечному противнику, Марсело Гальярдо выпустил на поле Хуана Фернандо Кинтеро. Все остальное - уже история, и пришло время рассказать ее.

Талантливейший колумбийский гений оказал сколь стремительный, столь и глубочайший эффект на динамику игры. Тактический скелет ее практически не изменился, но к общей картине добавились агрессивность и густые мазки кистью, которые отличали те пасы, что точно так же раздавал уроженец Медельина под руководством Хосе Пекермана на недавнем чемпионате мира. Продвигая мяч на земле и в воздухе, Кинтеро растягивал передачи, словно пальцем проверял на трибунах каждую футболку «Ривера», мокрую от пота - от левого плеча и до талии, по диагональной красной полосе; Кинтеро изобрел свои собственные и оригинальные касания, объединив детали, которые уже пришли в движение. Текучий колумбиец начал заполнять пустоты и доминировать на поле «Боки», игроки которой всякий раз не успевали помешать его первому касанию, каждой его выверенной передаче. Ритм и грация превратились в стремительный поток - и невероятный «Ривер» вышел из берегов.

Матч перешел в дополнительное время, которое должно было привести к еще более важной развязке - с учетом значимой роли колумбийского футболиста. Результатом вдохновенной игры Кинтеро, плодом его власти над мячом и над соперником, короновавшим те 62 минуты, что он провел на поле, стал мощный удар, жестокий, возникший в воображении за полсекунды до этого, в окружении трех игроков «Боки», которые позволили ему совершить этот короткий выстрел - и мяч, ввинтившись по пути в перекладину, влетел в сетку ворот.

Достаточно взглянуть на его обработку мяча перед тем ударом, чтобы понять какой кусающей агрессивностью веяло на психику одно только присутствие Кинтеро на поле - и на своих, и на чужих. Его не поддающееся подсчету бессознательное состояние позволило ему за час игры сделать 47 коротких передач, отдать голевой пас и забить гол всей своей жизни.

Тореадор как Антоньете, в ту ночь, где никто им не был, и колумбиец как Габриэль Гарсиа Маркес, который до ужаса боялся публики, когда ему нужно было произнести речь, даже будучи знаменитым, Хуан Фернандо Кинтеро выиграл свой финал, взяв верх над тем мрачным ничто, которое парализовало всех вокруг, пригрозило отдать всю славу серии пенальти – и вдруг обнаружило в его левой ноге урок для остальных.

Автор текста: Алехандро Арройо (Ecos del Balón)

Перевод с испанского: Егор Бычков

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья