android-character-symbol 16.21.30apple 16.21.30@Combined ShapeЗагрузить фотографиюОчиститьdeleteinfoCombined ShapeИскатьplususeric_avatar_placeholderusersview
Блог Заводной апельсин

Так какие отношения между президентом и тренером «Локомотива»?

В воскресенье в Петербурге «Локомотив» разгромил «Зенит» и выиграл первый круг чемпионата России. В понедельник в Москве главный редактор Sports.ru Юрий Дудь поговорил с президентом «Локомотива» Ильей Геркусом.

– Сейчас 18.00 понедельника. Расскажи, как ты провел последние сутки.

– После финального свистка я прошел по коридору VIP-ложи «Санкт-Петербург Арены», с трудом нашел лифт, который довез меня до спортивной зоны. Тоже с трудом – навигация пока оставляет желать лучшего – нашел раздевалку своих ребят. Поздравил их. Пошел искать машину на парковку – это тоже было приключением – нашел, уехал в аэропорт, куда уже приехали ребята на автобусе. Погрузились в чартер, улетели в Москву. Доехал до дома, но уснул не сразу – часов до двух меня подколбашивало. Почитал форумы – и локомотивские, и другого клуба. Посмотрел вторую серию «Большой маленькой лжи» с Николь Кидман. И уснул. На следующий день в 10-10.30 выехал на работу.

– Посетило ли хоть раз за эти 24 часа тебя чувство стыда?

– У меня были и позитивные, и негативные чувства. Но не стыд. Просто мой первый клуб потерпел поражение. Зато мой второй клуб выиграл.

– Я имел в виду другое. Ты долгие месяцы хотел сделать так, чтобы Юрий Семин не тренировал «Локомотив», а теперь он вынес самую богатую команду России. Это не повод стыдиться?

– Когда ты говоришь «хотел», ты гипертрофируешь. Это не так. И потом – заметь, выносит игроком, который приобретен мною, под мою ответственность этой зимой, отобран спортивным директором. Так что орудием-то я снабдил.

– Снабдил – но человека, с которым долгие месяцы вел аппаратную борьбу.

– Я бы так не говорил. Человека, с которым у меня были разногласия. Возможно, все еще есть и еще будут. Но в этом как раз нет ничего страшного: у нас, как мы видим, получается совместно работать, и результат превосходит все ожидания. Причем превосходит у нас обоих – не ожидал ни я, ни, думаю, Юрий Палыч.

– Тебе в любом случае не избавиться от этого образа: все, абсолютно все знают, что в «Локомотиве» президент воюет с главным тренером. При этом ты чемпион русского футбола по пиару. Признать после такой победы, что ты был не прав по отношению к не очень современному, но до сих пор эффективному деду, – разве это не лучший пиар?

– Он эффективный тренер, он это доказал. Это нельзя не признать.

– А признать, что ты был не прав?

– В чем?

– В том, что ты не верил в него.

– Предлагаю дождаться окончания сезона. Только тогда можно будет давать какие-либо оценки.

– Тогда финальное: ты же признаешь, что в июне, на совете директоров «Локомотива», ты голосовал против Семина?

– Опять-таки, это не совсем так. Я высказывал опасения. Но не категорически. Я говорил: если Юрий Палыч продолжит, возможно, мы будем выступать так же, как в прошлом сезоне – а мы тогда были восьмыми. Притом что команда у нас очень сильная и способная быть минимум в пятерке. А может ли Юрий Палыч придать ей дополнительное ускорение, мне было непонятно. Это был момент неопределенности, там можно было принимать разные решения. Мы обсудили и приняли такое решение. Однако вся эта ситуация, судя в том числе по твоим вопросам, родила слишком много слухов и домыслов, многие из которых не имеют ничего общего с реальностью.

***

– Ты работаешь президентом футбольного клуба уже 15-й месяц. Три главных открытия, с которыми ты столкнулся?

– Не в порядке значимости – в порядке того, что приходит в голову.

Оказалось, что болельщиков «Локомотива» меньше, чем я ожидал. Привлекать новых – это очень тяжелый труд. Отдача есть, но не очень высокая. Ты конкурируешь с огромной развлекательной индустрией, привлекаешь людей в не самое комфортабельное место для просмотра не всегда захватывающей игры. Тем не менее, нам привлекать удается – хотя и масштаб усилий я недооценил.

Меня расстроило, насколько сильна роль агентов. Я крайне скептически относился к священной войне Николая Саныча Толстых. И сейчас по-прежнему не все разделяю, но понимаю его обеспокоенность гораздо лучше. Влияние определенных групп агентов очень велико, и оно правда мешает развиваться.

Из позитивного: оказалось, что сколотить команду, которая будет бороться за высокие места, гораздо понятнее и проще, чем я думал. Бывают решения недорогие и довольно быстро приводящие к результату.

– Разложи кейс «Алексей Миранчук остается в команде». Там ведь реально была точка невозврата.

– В январе был момент, когда казалось, что все. Мы уже смотрели, кого покупать взамен за те деньги, что мы выручили бы за его продажу.

– Это за какие? 5 млн евро?

– Да.

У каждого игрока есть логика развития. В случае Алексея и других молодых футболистов, которые уже вызываются в сборную, важно не менять клуб, в котором они этот вызов получили. Если они поменяют клуб, случиться может всякое. У нас есть примеры переходов и в «Зенит», и в другие клубы, когда игрок плотно садился на лавку. Это было нашим аргументом: «Алексей, год до чемпионата мира – тебе не надо дергаться. Здесь работает твоя мама, здесь играет твой брат, здесь все знают тебя и ты знаешь всех. Здесь ты будешь главной звездой». По каким-то причинам противоположная сторона говорила ему: иди в «Рубин», иди в «Зенит».

Допустим, он ушел бы в «Рубин» к тому тренеру, который работал там в прошлом сезоне. Этот тренер ушел, пришел новый, стал бы Алексей играть? Да, он получает большие деньги, все отработали как надо, но выходит ли он на поле? Мы не знаем. Но это однозначно хуже, чем то, что он имеет сейчас: место в основе рядом с Фернандешем, Фарфаном и родным братом. Он послушал нас и точно не ошибся.

– Было ли тебе во время этих переговоров страшно? Я про физический страх.

– Было некомфортно.

– Ты же нанял охранника?

– От Ольги Юрьевны остался один охранник. Его предоставляет РЖД – не для меня, а для человека, который исполняет должность президента «Локомотива». Еще есть водитель. И тогда, и сейчас я использую труд двух этих замечательных людей.

– У тебя раздавались тревожные звонки? Прилетали доброжелательные эсэмэски?

(в сторону окна) А машин-то все больше… Скажем так, были некомфортные моменты. Я раздумывал, стоит ли продолжать работать. В общем, раздумывал о судьбах – и своей, и родины.

– Но ты же признаешь, что этого успешного кейса не случилось бы, если бы не Юрий Семин? Когда конфликт между клубом и игроком был на пике, он даже не думал прятать его в запас, давал ему играть и публично поддерживал Миранчука.

– Юрий Палыч внес большой вклад. Хотя самый большой кризис был зимой, когда игр не было. Но я склоняюсь к тому, что мы с тренером работали с двух сторон. И парень к нам в итоге прислушался.

– Почему из «Локомотива» был уволен спортивный директор Игорь Корнеев?

– Он не был уволен. Мы подписали соглашение о расторжении трудового договора по соглашению сторон.

– Это и есть увольнение. Связано ли это с дорогущим переподписанием Ведрана Чорлуки и покупкой Игоря Портнягина?

– Были обстоятельства, проанализировав которые, я подумал, что мы могли по-другому использовать то трансферное окно. Скажем, кандидатура Портнягина была не всесторонне изучена, это можно было сделать эффективнее. Это меня расстроило и заставило найти другую кандидатуру на позицию спортивного директора. У Игоря, в свою очередь, тоже были свои планы. Он хорошо сделал свою работу, но мне казалось, что можно еще лучше.

– Переподписание Чорлуки на четыре года с годовой зарплатой в 4 млн евро и еще 4 млн евро подъемными – это норм для человека с хроническими проблемами со здоровьем?

– На тот момент это было очевидным решением. Сейчас, может быть, мы нашли бы какую-то другую форму договоренности. Но я напомню: Ведран – капитан сборной, только что приехавший с Евро, где они отлично выступили.

– Признай, это было популистское решение.

– Только прийти в клуб и продать капитана команды, тем более такого популярного среди болельщиков, не хочется никому, и неважно, популизм это или нет. Только прийти в клуб и продать капитана команды основному конкуренту (речь о московском «Спартаке» – Sports.ru), которого ненавидят болельщики, не хочется тем более.

– Я правильно понимаю: Чорлука – самый высокооплачиваемый игрок «Локомотива»?

– Возможно. Но я убежден, он вернет это своей игрой.

Версия Sports.ru: по состоянию на февраль-2017 Чорлука – второй в рейтинге самых высокооплачиваемых футболистов всего чемпионата России

* * *

– Правда ли, что «Локомотив» был близок к аренде этим летом португальца Нани?

– Мы были очень близки, но не случились другие факторы из цепочки. Какие? Продажа игрока «Локомотива» в другой клуб – она не произошла.

– Это какого? Фернандеша?

– Нет.

– Летом к вам как свободный агент пришел молодой вратарь Никита Медведев. Это правда, что подъемные ему составили 3 млн евро?

– Не помню точные цифры, но в общей сумме агентские выплаты составили примерно эту сумму.

– Считаешь ли ты нормальным платить такие деньги за футболиста, который становится вторым-третьим вратарем команды? После Гильерме и Коченкова.

– Никита рассматривался, скорее, вторым вратарем команды. При всех моих чувствах к Гильерме, у него бывают травмы, в том числе продолжительные. Имея возможность получить русского вратаря такого класса, как Никита, раздумывать не надо. Мы подписали его на 5 лет, и я уверен, что он встанет в ворота и будет играть так, что мы не пожалеем о его покупке.

– Или станет запасным на пару-тройку лет и пойдет по арендам.

– Вячеслав Малафеев тоже был целый год запасным вратарем, пока играл Камил Чонтофальски. Ничего. Вратари – терпеливые люди, которые ждут годами, у них по-другому устроена нервная система. На внешние раздражители они реагируют не так, как мы с тобой.

* * *

– Ты помнишь свой первый разговор с Юрием Семиным?

– Встретились с ним в его квартире в районе Арбата. Это было за пару дней до моего назначения в «Локомотив». Мы много говорили, он произвел сильное впечатление.

– Как бы ты описал свои отношения с Юрием Семиным сейчас?

– Уважительные и профессиональные.

– Мне рассказывали о диалоге в раздевалке после матча с «Динамо», который вы выиграли 3:0.«Ну что, Илюша, доволен?»«Да, ЮрьПалыч».«А по тебе не скажешь! Ахахахахахахаха!»Как ты на этот подкол отреагировал?

– Мне кажется, над тобой кто-то подшутил.

– Два свидетеля мне это подтвердили. Оба подшутили?

– Возможно, такая фраза была, но она адресована другому человеку – не мне.

– У вас в команде есть еще Илья?

– Возможно, там было другое имя. К тому же он ко мне обращается Илья Леонидович. У нас очень уважительные отношения.

– Что идет не так? Ты прогрессивный менеджер, который знает, что такое flexibility. Он человек, который немного не соответствует времени, но у которого есть результат. Не хочу чувствовать себя психотерапевтом семейной пары, переживающей развод, но – что не так? Что мешает вам быть вместе и жить душа в душу?

– Так мы и есть вместе – все в порядке! Душа в душу? Я рассказал про голкиперов. Тренеры – тоже не такие, как мы все. Это люди, которые, не играя в футбол, управляют людьми, которые играют в футбол. Управляют стаей молодых харизматичных, злобных, богатых, иногда не желающих играть парней. И тренер должен держать их в узде. И в итоге он сам развивает в себе стремление подавлять, стремление манипулировать людьми. Тренеры все такие, без исключения: я и с Диком Адвокатом, и с Лучано Спаллетти общался – они такие, и их не переделать. Поэтому они всегда давят, а ты немного защищаешься. Или давишь сам в ответ. И достигнуть баланса тут тяжелее, чем двум инженерам, которые совместно рисуют какой-то проект. И чтобы добиваться результата, необязательно жить душа в душу. Мы притираемся.

– Ничего себе притираетесь – 15 месяцев!

– Так результат-то есть! После матча с «Краснодаром» я подошел к нему на бровке и сказал: «Юрий Палыч, мы едем в Петербург, и для меня это очень важно. Пожалуйста, постарайтесь». После матча с «Зенитом» я так же подошел: «Юрий Палыч, спасибо вам огромное. Вы сделали для меня большое дело». Он сказал: «Пожалуйста».

– Тогда почему ты никогда не поддерживаешь его публично? Если провести анализ твоих интервью, там всегда есть про игроков, про клуб, про – о да – тебя, но не про тренера.

– Это не так. Юрий Палыч – первый человек, которому я респектовал еще до того, как он был назначен в «Локомотив». Если не ошибаюсь, заголовок был «Юрий Палыч – наш Алекс Фергюсон». Этот заголовок, кстати, у меня потом украли коллеги со Sports.ru, которые в конце еще и дали совет, как управлять футбольным клубом.

– Летняя встреча с болельщиками не под камеры – что это было?

– Повторение одного из кейсов, которые я всегда делал. Мне важно получать фидбек – не на форумах, а лично. Это было по моей просьбе. Мне задавали вопросы – я отвечал.

– Почему ты прикладывал там Семина?

– Я не прикладывал. Просто один из болельщиков так это воспринял. Возник разговор: а все ли у вас безоблачно и гладко? «Да нет, мы иногда ссоримся. И в трансферах не всегда приходим к общему решению. Ну и вообще какие-то вещи меня настораживают», – ответ был примерно таким. Это вызвало панику. Люди подумали, что мы на гране коллапса: да что ж такое, клуб ведь разнесет в клочья, если они поссорятся!

– Фраза: «Семину пора на пенсию» – была?

– Нет.

– Фраза: «Борис Ротенберг – обязательное приложение, которое надо брать в клуб» – была?

– Тоже нет. Я сказал, что это была совместная сделка с «Динамо».

* * *

– Какое отношение к «Локомотиву» имеет семья Ротенбергов?

– Это миф. Никакой роли они не играют. Кроме одного – Борис Борисыч играет у нас правого защитника.

– А кто, прости, делал тебе предложение о работе в «Локомотиве»?

– Олег Валентинович Белозеров, президент Российских железных дорог.

– То есть ты не признаешь того, что Олег Белозеров, совершенно нефутбольный человек, делал предложение именно тебе по рекомендации семьи Ротенбергов?

– Этого я не могу сказать. Потому что не знаю.

– Это было до тебя, но летом-2016 Курбан Бердыев вести переговоры по поводу работы в «Локомотиве» ездил в Петербург – на прием к Роману Ротенбергу. Это известно так же, как и то, что этот официант через час принесет нам счет. Почему тогда ты говоришь, что Ротенберги не имеют никакого отношения к «Локомотиву»?

– В том числе потому что Курбан Бердыев не стал главным тренером «Локомотива», а остался главным тренером другой команды. Скажем так, такое влияние могло быть, но оно не случилось.

– Как тогда в команде оказался Борис Ротенберг-младший?

– Когда мы общались с «Динамо» по поводу целого списка футболиста, нам показались максимально привлекательными два человека – Игорь Денисов и Борис Ротенберг. Так и оказались.

– То есть ты считаешь, что Борис Ротенберг – это футболист уровня «Локомотива»?

– Он выходил в стартовом составе на матч с «Крыльями» и сыграл замечательно. Если не веришь, посмотри статистику – там всего одна ошибка из 20-30 ТТД.

– Ко всем клубам, где он раньше играл, имел отношение его отец – как спонсор. Ты хочешь сказать, что «Локомотив» – первый, который не имеет?

– В «Локомотиве» – не имеет.

– У тебя есть советник – Дмитрий Булыкин. Что он тебе советует?

– Он делится своим многообразным опытом, который получил в разных успешных европейских клубах. Рассказывает, как была выстроена футбольная организация в этих клубах. Еще ему юношеский футбол интересен – мы отправляли его делать для нас работу по его контактам в Голландии и Бельгии. Сейчас будет учиться на спортивный МВА.

– Он получает зарплату?

– Да, получает.

***

– «Локомотив» был в шаге от аренды Артема Дзюбы из «Зенита». Что пошло не так?

– Банально: нам не хватило времени и денег.

– Эдер был дешевле?

– Да, был дешевле. В какой-то момент мы хотели брать их двоих, но нам не хватило времени.

– Из Петербурга я слышал такое: Дзюба очень хотел в «Локомотив»…

– …это правда...

– …но в какой-то момент стало известно, что «Локомотив» берет Эдера, и Геркус перестал отвечать на телефон.

– Это неправда. После трансфера Эдера мы общались, я отвечал. Потом, это вопрос сначала клубов – сначала договориться надо им, а мы не договорились. Но это не значит, что не договоримся когда-нибудь потом, поэтому зачем раскрывать все детали сейчас?

– Ты ставишь себе в заслугу трансфер Фарфана. При этом все агенты знают: Фарфан был на рынке, он искал перехода, и добиться этого перехода – совершенно обычное дело и ни разу не успех.

– Почему он тогда у нас, а не где-то еще?

– Потому что дали ему хорошую зарплату.

– На рынке – но при этом его не взял ни «Спартак», ни ЦСКА.

– Так а зачем он им? Человеку в этом году исполнилось 33 года.

– Так или иначе: мы взяли – мы молодцы. Не потратили денег, взяли игрока сборной, причем той, которая следующим летом может приехать в Россию. Человек в этом сезоне уже забил 4 и отдал 3. Человек, который может сыграть и центрального нападающего, и правого защитника. Окей, найдите мне еще одного такого же.

* * *

– У вас отличный маркетинг перед матчами. Но зрителей если и больше, то совсем-совсем чуть-чуть. О чем ты думаешь, когда видишь цифры?

– Думаю, что надо работать дальше. И рано или поздно у нас будет 20 тысяч в среднем на одной игре. Думаю, что футбол наш только-только пережил нижнюю точку – когда лет десять назад мы начали терять зрителей, когда база болельщиков стала сжиматься как шагреневая кожа, когда мы натурально погружались в ужас. Только сейчас мы пошли вверх – благодаря «Краснодару», «Спартаку» и «Зениту». Съездить на футбик в Питер – это уже событие. Съездить в Краснодар на футбик – это тоже событие, это поездка. Что еще в Краснодаре было раньше смотреть? Пользуясь твоим языком – назови мне три достопримечательности Краснодара до этого? А сейчас в этой тройке – точно стадион и точно парк рядом со стадионом. Люди создали объект притяжения в город. Осталось ждать, когда такие вещи будут появляться везде.

– С вашими предматчевыми активностями все классно, кроме одного. Как минимум первые полгода их вам проводила компания Games Agency Pro – именно из нее в кресло вице-президента клуба перешел твой зам Алексей Киричек. По-моему, это называется конфликт интересов.

– Я не знаю подробностей, если честно. Манера искать заговор и коррумпированность где-то уместна. Но там, где речь идет о контрактах на 50 тысяч рублей – нет.

– Там не 50 тысяч рублей.

– Хорошо – чуть больше.

– Ну, еще откажи нам в поиске коррумпированной составляющей в 3 млн подъемных за молодого то ли второго, то ли третьего вратаря.

– Тут ее точно никакой нет. Селихов и Лунев переходили в «Спартак» и «Зенит» за еще большие деньги. Он может переподписаться со старым клубом и сразу перейти – тогда те же деньги в качестве подъемных он получит от старого клуба, а старый клуб получит их, в свою очередь, от нас. Мы могли бы заплатить эти 3 млн «Ростову» – это вполне рыночная цена за молодого русского вратаря, способного сыграть в Лиге чемпионов. Мы могли бы заплатить «Ростову» – но это было бы дольше.

– Лимит разрушает наш футбол?

– Я за лимит. Он хоть как-то держит каркас нашего футбола. Если убрать – он рухнет. Будут сильные клубы, которые играют в Европе вообще без наших ребят. Разговоры о том, что 18-летний парень должен конкурировать с зарубежным качественным легионером, имея 0 сыгранных матчей на высоком уровне – чушь, так не бывает. Если тебе 18 лет и ты круто играешь в молодежке, ты никогда не выиграешь конкуренцию, если тебя не выпустят на поле.

– В Германии нет лимита.

– Он есть на заявку. При этом Немецкий футбольный союз постоянно анализирует, сколько иностранцев выходит в старте. Как только их станет меньше половины, поверь мне, они включат машину. А у нас есть клубы, где россиян меньше половины.

Если бы Антону Миранчуку не давали места на поле, он бы конкурировал, конкурировал на тренировках и толку было бы ноль. На его место мы бы легко привезли 25-летнего хорвата, чеха или словака – и что бы он показал? Но мы ставим молодых в состав, для нас это принципиальный момент.

– Но из-за лимита такие истории, как с Алексеем Миранчуком – с торгами, нервами и телохранителями – у тебя будут происходит регулярно.

– К сожалению, это плата. Но нельзя решить одну проблему за счет других. У агентов большая власть, потому что хороших игроков мало. Давайте еще уменьшим количество игроков – вот здорово. Нет никакой проблемы составить чемпионат из дешевых иностранцев. Но тогда у людей не будет ни одного повода ходить на стадион. Потому что без местных они не будут чувствовать никакой связи с клубом, как бы этот клуб ни назывался.

* * *

– Тебя называют главным популистом российского футбола. Ты согласен?

– Я популист в первую очередь для самого себя. Я сам болельщик, поэтому удобство болельщиков для меня на первом месте. Когда я работал на другой работе – в «Лиге ТВ», я страдал, что русский футбол не показывают в HD. И в том числе для себя это сделал. Хотя, может, кому-то это нравится так же, как и мне – что у нас появился HD-футбол.

– Но бывает же передоз! Еще не стал президентом – уже в фан-секторе. Только стал президентом – на лацкане уже значок «Локомотива».

– Фан-сектор? А куда было еще идти? Во-первых, все остальное было пустым. Во-вторых, я пришел с другом, который давно болеет за «Локомотив». Можно было в diamond сходить, конечно, но он смотрит футбол с Южной трибуны. Он привел не общаться с болельщиками – а посмотреть с ним футбол. Я стоял за колоннами, но меня там спалили. Окей.

Значок – надо быть лояльным к тем цветам, которые ты призван защищать. Я лоялен.

Заяц Ильи Геркуса. Объясни, пожалуйста: что.это.за.хрень?

– Тут две линии сюжета. Я в течение года ездил в командировки в Москву. Представь: ты целый год живешь в гостинице. На выходные уезжаешь домой, но в будни каждый день приходишь в отель. Через полгода по вечерам ты начинаешь разговаривать сам с собой. Через год – разговариваешь уже вполне уверенно. Просто нечем заняться, это тяжело.

Дома мне подарили зайца и сказали: возьми с собой. Я доставал и разговаривал с ним – для меня это был элемент дома. Потом я взял его с собой, когда поехал с дочкой на каникулы. В какой-то момент она сказала: фотографируй не меня, а зайца. Потом для лучших фоток я завел инстаграм и стал туда их выкладывать. Сначала это была личная история – между мной и дочкой. Сейчас – инстаграм на 10 тысяч подписчиков.

– Это очень странно.

– У каждого должно быть какое-то безумие.

***

– Хотя сегодняшний «Локомотив» – это про маркетинг и про работу с болельщиками, не покидает ощущение, что все это не по-настоящему, все это фэйк. Все спонсоры – от владельца. Даже продажа названия арены – теперь «РЖД Арены» – это перекладывание из одного кармана в другой.

– Нет, есть фэйк, а есть не фэйк. Мы не фэйк. Потому что мы действительно боремся за болельщика. Мы постигли эту тайну: болельщики – это и есть футбольный клуб. Есть они – есть футбольный клуб, нет их – нет клуба. Есть клубы, которые не убить – потому что за ними огромное количество людей. Возьми «Спартак», с ним ничего и никогда произойти не может. Если он вдруг разоряется – новый инвестор уже бежит, именно бежит: а можно я буду следующим? Потому что болелы, потому что важно. «Зенит» – в похожей ситуации. Остальные – меньше. И мы должны стать такими же.

Вторая история – мы всегда были с РЖД, все 95 лет. Там работает 1 млн человек, наша цель – чтобы они нами гордились. Мы индустриальный рабочий клуб, который всегда рядом, прямо рядом с депо.

– Ну все равно это не про бизнес. Госкомпания выделяет вам на сезон много миллионов долларов. А возвращаете вы им крохи.

– Мы даем им гордость. Гордость за нас. Мы даем им ощущение, что РЖД – это еще и крутой футбольный клуб. И помимо того, что мы на четверть себя обеспечим, когда-нибудь, может быть, наполовину себя обеспечим – мы еще и выстроим связь с этим человеком из РЖД, который приходит после смены и включает телевизор: «А как там мой «Локомотив»?». А он – хорошо!

Футбол – это социальный институт, а не бизнес, про который все привыкли думать. Это сложный социальный институт, успешно существующий в развитых обществах. Футбольная самоорганизация у нас вывернута Советским Союзом. Наш клубный футбол был убит в 1921 году: декретом Совнаркома все клубы, которые к тому моменту существовали по 20-30 лет, были уничтожены – потому что пережиток империалистической системы. Хотя этот досоветский пласт был очень правильным, очень, как ты любишь говорить, рыночным. Потом это было начисто соскоблено и запустили спортивные общества – «Динамо», ЦДКА, «Трудовые резервы», «Крылья Советов», «Локомотив». И каждое важное государственное общество получило привилегию иметь при себе общество спортивное. Поменять природу этих отношений – из клубов госкопораций сделать обратно рыночные, где люди просто объединяются и делают клуб сами, – невозможно.

Убираешь государственные корпорации – футбола нет. Потому что это связь установлена еще в те времена, когда государство было иным. «Уберите государство из спорта и будет всем хорошо» – это обман, не будет никому хорошо. При этом я понимаю: да, это социальное явление, но большая часть денег идет на финансирование абсолютно рыночных и даже выше-рыночных зарплат. И это вызывает понятный гнев и порицание многочисленных пользователей Sports.ru. 

***

– Финальное: что есть твоя мечта, связанная с футболом?

– Сыграть в Лиге чемпионов. Лига чемпионов – это Рождество, которое приходит к тебе каждый матч. Мяч со звездами и гимн у любого нормального человека вызывают мурашки. Слава Богу, что у нас есть Лига чемпионов. Те, кто ее придумал, придумали самое прекрасное, что есть в футболе. И очень хочу когда-нибудь там оказаться.

Фото: РИА Новости/Александр Вильф (1,10), Владимир Астапкович; fclm.ru/Александр Погребняк (3,4,9), fclm.ru (5,6,12); globallookpress.com/Dmitry Golubovich; Gettyimages.ru/Epsilon; instagram.com/ilgerkus

Опрос


«Локомотив» будет чемпионом?

62839 голосов 175
  • Да
    43%
  • Нет
    57%

Автор

КОММЕНТАРИИ

Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

Лучшие материалы