Блог Ташкент - город хоккейный

Самый «ташкентский» «Бинокор» - сезон 1987/88

Перед сезоном 1987/88 годов у «Бинокора» все же поменялся глава тренерского штаба (с этого сезона его стали называть не старшим тренером, а главным тренером). Сам ли Гутов подал в отставку после того, как ташкентцы вылетели из первой лиги, или его снял республиканский Госкомспорт – не ясно. Но к новому сезону команду готовил Владимир Михайлович Погорельский до этого помогавший Алексею Андреевичу. Его, как и новосибирца по рождению Гутова - в команде с небольшим перерывом с лета 1972 года: шесть сезонов как игрок, почти шесть в качестве помощника, и чуть больше трех на посту старшего (сменил В.В. Бастерса в конце марта 1984 года) - можно назвать своим, ташкентским. Погорельский десять сезонов провел в форме «Бинокора», приехав в Ташкент из Чебаркуля в сезоне 1975/76 года (родился в Магнитогорске), а с лета 1984 года, три года, был ассистентом Гутова. И вот теперь стал главным. В помощники он себе взял Юрия Анатольевича Самохвалова, для которого «Бинокор» тоже главный клуб в карьере. Воспитанник новосибирской «Сибири» в Ташкенте с лета 1972 года, как и Гутов, и там же завершил карьеру игрока после сезона 1981/82 годов – те же десять сезонов, что и у Погорельского. А Гутов отправился на родину, чтобы помогать главному тренеру «Сибири» Георгию Игоревичу Угловым, с которым он вместе с Самохваловым, когда были самой перспективной молодежной тройкой Новосибирска. Далее его путь проляжет в Воскресенск – станет ассистентом Владимира Филипповича Васильева в «Химике» (чемпионат СССР 1990/91 годов и чемпионат СНГ 1991/92 годов).

 

1988. Ташкент Площадь Дружбы народов в дни проведения десятого Международного кинофестиваля стран Азии, Африки и Латинской Америки. В здании на дальнем плане в середине снимка размещался трест «Главташкентстрой», честь которого «Бинокор» отстаивал в чемпионатах страны (Галина Кмит / Библиотека изображений «РИА Новости»)

В межсезонье состав «Бинокора» сильно изменился. Вот, как их оценили, например, в предматчевой программке в Новочебоксарске в марте 1988 года: «И тут, наконец, вспомнили, что более 15 лет в Ташкенте работает своя ДЮСШ и ставка была сделана на своих воспитанников. Команду возглавили ее бывшие игроки В.М. Погорельский и Ю.А. Самохвалов, которые в корне реорганизовали состав. Покинули коллектив почти 20(!) иногородних хоккеистов, а после службы в армии и из других команд пришили свои воспитанники. Теперь в «Бинокоре» всего пять приезжих игроков, что впервые за всю историю клуба». Я не согласен с цифрами, но тенденцию новочебоксарцы отметили верную. По моим подсчетам ушло шестнадцать «иногородних» хоккеистов (из них только двое сыграли меньше половины матчей). Закончил играть тридцатитрехлетний вратарь Владимир Риб. Не было больше в Ташкенте защитников: Александра Галкина (66 игр за «Бинокор» и 13 очков по системе «гол+пас» (8+5) в сезоне 1986/87), Виктора Труфанова (43 игры и 12 очков (8+4)), Роберта Файзиева (69 игр и 21 очко (5+16), уехал в Хабаровск) и Игоря Шабунова (64 игры, 6 очков (3+3), уходил в «Таллэкс», но таллинцам не подошел). Из нападающих уехали Александр Голубович - 72 игры, 51 очко (32+19), Игорь Грачев - 69 игр, 55 очков (42+13), Игорь Ерилин - 57 игр, 19 очков (11+8), Сергей Ивченко - 58 игр, 11 очков (10+1), Игорь Коровашкин (перешел в «Сибирь», но больше в сезоне 1987/88 годов играл за новосибирский «Машиностроитель») - 2 игры, Алексей Маркин - 34 игры, 10 очков (6+4), Владимир Полежаев  - 56 игр, 29 очков (16+13), Олег Полушин (тоже поехал на просмотр в Таллин и не закрепился там) - 32 игры, 25 очков (11+14), Владимир Соларев - 41 игра, 19 очков (6+13), его позвал в липецкий «Трактор», чуть не возглавивший «Бинокора» летом 1986 года, Олег Галямин, всего сезон отработавший в орском «Южном Урале», Владимир Сторонкин - 55 игр, 20 очков (15+5) и Олег Шеляг - 65 игр, 24 очка (14+10).

 

Программка Управления спортивных сооружений Новочебоксарска к матчам 16 и 17 марта 1988 года между местным «Соколом» и «Бинокором»

Программка Управления спортивных сооружений Новочебоксарска к матчам 16 и 17 марта 1988 года между местным «Соколом» и «Бинокором» (внутренний разворот)

Вот как объяснил свой уход форвард Алексей Маркин: «В Ташкенте все шло своим чередом, постоянно был в составе, но климат… Мне он не подходил, мучили головные боли. А еще постоянная смена климата в связи с перелетами. Вылетаем из Новосибирска, там минус 20 градусов, прилетаем в Ташкент - плюс 25. Два года поиграл в «Бинокоре». Играем в Челябинске, ко мне приехали начальник команды «Южный Урал» и мой старший брат Сергей. Сказали, мол, возвращайся в Орск. Да и мама приболела. Возвратился».

Еще шестеро игроков и одновременно воспитанников ташкентской ДЮСШ (вратарь Владимир Кадыров, защитники Олег Лапин и Вячеслав Якимов, нападающие Сергей (Сабир) Алиходжаев, Тимур Альбетков и Леонид Ибрагимов) были призваны в армию.

Главными приобретениями были, вернувшиеся в команду после прохождения воинской службы в новосибирском СКА, воспитанники собственной школы защитник Алексей Сумочкин и форвард Олег Суворов, а также нападающий Игорь Синицын (воспитанник подмосковного Подольска). Существенным усилением стало и возобновление карьеры еще одним Сумочкиным – младшим братом Алексея – Александром. Кроме него, пришло еще несколько человек «своих»: голкипер Усейн Кадыров, защитники Ислам Алммухамедов, Сергей Борисов и Асан Кадыров, форварды Бекзот Дустмухамедов, Эдуард Новиков (сын бывшего игрока «Спартака»/«Бинокора» и тренера ташкентской ДЮСШ Бориса Новикова) и Андрей Обручников. Были и новые хоккеисты «со стороны». Это три игрока нападения - Андрей Ветошкин (воспитанник свердловского «Спартаковца»), ангарчанин Александр Ворошилов пришел из «Сибири», до этого играл в «Горняке» (Дальнегорск) и Владислав Курочкин (сезон 1986/87 провел в пермском «Молоте» (первая лига), а сезон 1987/88 начал в первой лиге в эстонском «Таллэксе»).

Если всех посчитать (в том числе и Геннадия Хитрого с Исламом Алимухамедовым – первый в чемпионате за «Бинокор» не играл, о втором данные разнятся), то получается, что воспитанников ташкентской ДЮСШ в команде в сезоне 1987/88 годов было восемнадцать человек (почти две трети состава), а школ из других городов (включая сюда и Владимира Капуловского, получившего хоккейное образование «во дворе») – восемь. И это самый «ташкентский» состав ташкентцев за всю их историю, начиная с 1971 года, когда тогда еще «Спартак» стал играть в чемпионатах страны.

Обновленная команда приняла участие в предсезонном турнире (18-26 сентября 1987 года) на приз Госкомспорта РСФСР в Глазове (Удмуртская АССР) и заняли третье место из шести команд. Голкипер Ильмир Каримов был признан лучшим вратарем соревнований.

Таблица предсезонного турнира на приз Госкомспорта РСФСР в Глазове (18-26 сентября 1987 года)

Интересная деталь про РСФСР. В этом сезоне «Бинокор» принял участие в розыгрыше Кубка самой большой союзной республики. Любопытно, что ранее, например, в сезоне 1975/76 годов, когда ташкентцы заняли первое место в Восточной зоне второй лиге, они не участвовали в определении чемпиона РСФСР (тогда это происходило в серии игр между победителями Западной и Восточной зон). От «Востока» с чемпионом «Запада» - СК имени Урицкого (Казань) – играли, ставшие вторыми после «зодчих», армейцы Новосибирска. Сейчас «Бинокор» уступил «Спутнику» из Нижнего Тагила – 4:1 и 2:7.

Во второй лиге, где играло тридцать три команды, было сформировано четыре региональных группы (зоны), вытянутых с севера на юг и делящих территорию страны с запада на восток. В предыдещем сезоне их было шесть, и они были похожи на часовые пояса. «Бинокор» попал в третью зону, которую условно можно назвать «Уральской». Кроме, самого Урала в нее входил запад Западной Сибири и все то, что лежало южнее их – Казахстан и Средняя Азия (скорее всего и Предуралье относилось бы сюда - играй уфимский «Авангард» в этом сезоне во второй лиге, а не в первой, он бы тоже, наверное, играл бы здесь).

На первом этапе для определения шестерки сильнейших во всех группах были предусмотрены игры в четыре круга. Кроме победителей четырех зон, в эту шестерку через стыковые матчи (до двух побед) добавлялись команды, занявшими вторые места. Далее, на втором этапе, они вместе с четырьмя командами первой лиги (в ней как в прошлом чемпионате было две зоны – западная и восточная - по десять команд в каждой), занявшими в ней девятые и десятые места, определяли четыре команды, получающие право в следующем чемпионате играть в первой лиге.

Команд, потерпевшие неудачу в стыковых играх, вместе с клубами, занявшими третьи и четвертые места в регио­нальных группах, проводили турнир в четыре круга уже без набранных очков. Его победитель в серии из пяти матчей с аут­сайдером соревнований второго этапа для команд западной и восточной зон первой лиги, занявших на первом с четвертого по восьмое, выясняли кому играть в первой лиге (т.е. в первую лигу могла попасть седьмая команда второй, что в последствии и произошло: свердловский «Луч» выиграл три матча у «Авангарда» из Уфы - 7:2, 5:1, 6:4).

На втором этапе из команд, занявших в первой группе места с пятое по девятое, а во второй с пятое по восьмое, образовывалась одна подгруппа, еще одна из клубов, оказав­шихся в третьей и четвертой группах на пятом-восьмом местах. Они играли в четыре круга с учетом набранных оч­ков. Затем по три слабейших представителя от подгрупп играют между собой в один круг за право остаться во второй лиге (ранее на­бранные очки не учитываются). Самая последняя команда выбывает из состава участников чемпионата СССР. Ее заменяет победитель всесоюзного турнира коллективов физкульту­ры, проводимого Госкомспортом РСФСР.

В каждой из них предстоит соревнование в четыре круга с учетом набранных оч­ков. По три слабейших представителя от подгрупп сыграют между собой в один круг за право остаться во второй лиге. Ранее на­бранные очки не учитываются. Самая последняя команда выбывает из состава участников первенства СССР. Ее в следующем сезоне заменит победитель всесоюзного турнира коллективов физкульту­ры, проводимого Госкомспортом РСФСР.

Статистика игроков «Бинокора» в чемпионате СССР 1987/88 годов

Гланый тренер - Погорельский Владимир Михайлович, тренер - Самохвалов Юрий Анатольевич, начальник Мусаев Амон Султанович (на первом этапе не хватает одного автора забитой шайбы; Геннадий Хитрый в матчах чемпионата не играл; об Исламе Алимухамедове данные разнятся)

«Первую половину нынешнего первенства ташкентцы провели без особого блеска, набирая очки в основном в домашних матчах, но в первую четвертку зоны вошли» (из программки к матчам 16 и 17 марта 1988 года в Новочебоксарске между «Соколом» (Новочебоксарск) и «Бинокором»).

Таблица чемпионата 1987/88 годов СССР в третьей региональной группе второй лиги (1 этап)

«...на втором этапе соревнований ташкентцы хоть и не являются фаворитами, неприятности могут доставить любому сопернику» (из программки к матчам 16 и 17 марта 1988 года в Новочебоксарске между «Соколом» (Новочебоксарск) и «Бинокором»).

Итоговая таблица чемпионата 1987/88 годов СССР во второй лиге (7-16 места)

Этот сезон трудно занести в актив «Бинокора». Положительный момент можно усмотреть только в том, что почти две трети команды – восемнадцать игроков -  составляли свои воспитанники. А ведь еще шесть хоккеистов, надевавших свитер «Бинокора» на матчи чемпионата страны, служили в армии. Плюс к ним можно добавить вратаря Фимиоса Бондяса и нападающего Геннадия (Хайретдина) Алиходжаева. В пору думать о создании второго клуба в Узбекской ССР.  Но, вместо этого «Бинокор» прекратил свое существование, команду расформировали. Получается, что матчи заключительного тура чемпионата СССР, сыгранные 27 и 28 апреля 1988 года, стали последними для ташкентского «Бинокора». В результате Узбекская ССР оказалась единственной союзной республикой команды, которой принимали участие в чемпионатах СССР по хоккею с шайбой, но никогда не играли в высшем дивизионе.

Найти новые команды смогли далеко не все, большая часть бинокоровцев прекратила играть в хоккей в командах мастеров. Самый большой десант ташкентцев оказался в Омске. В «Авангард», которому в сезоне 1988/89 годов предстояло играть в первой лиге, перешли защитники Владимир Капуловский, Алексей Сумочкин, Юрий Чуканов и форвард Александр Сумочкин. Их показатели в том сезоне в Омске были такими: Капуловский - 69 игр, 16 очков по системе «гол+пас» (4+12), 34 минуты штрафа, Александр Сумочкин - 67 игр, 11 очков (7+4), 20 минут штрафа, Чуканов - 61 игра, 9 очков (1+8), 50 минут штрафа, Алексей Сумочкин - 50 игр, 4 очка (2+2), 52 минуты штрафа.

Бывшие игроков «Бинокора» в сезоне 1988/89 годов

На сайте омских болельщиков bloodyhawks.ru ташкентцев вспоминают так (орфография и синтаксис оригинала): «Да нам просто повезло, что в 1988 году Бинокор развалился, а мы сумели выйти в 1ую лигу, поэтому эта четверка к нам и зарулила, а так бы хрен они бы к нам пошли во вторую лигу. Из этой четверки только Володя Капуловский основательно у нас задержался, остальные и двух лет не протянули. Пара Капуловский Архипов одна из лучших за всю историю АО. Капуловский Серегу Гурова сменил когда тот с хоккеем завязал. А какой у него был бросок... сказка!».

Омская программка к матчам 23 и 24 декабря 1987 года между «Авангардом» и «Бинокором». На обложке постановочное фото, на котором хозяева в двух своих формах - красной и белой - сезона 1986/87 годов

1988/89. «Авангард» (Омск). Экс-бинокоровцы: Юрий Чуканов - четвертый слева в верхнем ряду, Владимир Капуловский - второй справа в верхнем ряду, Алексей Сумочкин - четвертый слева в среднем ряду, Александр Сумочкин (№ 9) - пятый слева в среднем ряду

Получается, что тогда, уходящий в небытие «Бинокор» передал эстафету (почти по А.С. Пушкину «и, в гроб сходя, благословил»), набирающему ход «Авангарду».  Наверное, было бы в высшей степени справедливо, если бы временное пристанище «Авангарда» нашел себе именно в Ташкенте, а не в Балашихе. А узбекистанцы на деле примерили бы на себе, что такое хоккей КХЛ. Найти общее у Ташкента и Омска при желании можно и его куда больше чем у связки Балашиха-Омск. Сибирский ветеран Анатолий Иванович Мыкало как-то вспоминал: «Ездили на сборы в Ташкент, на своем автобусе туда «пылили», на «Икарусе».

1988/89. «Авангард» (Омск)

После того, как команду, выступавшую в чемпионате СССР расформировали, закрыли и Детско-юношескую спортивную школу, а лед в «Юбилейном» растопили. В начале девяностых Дворец спорта (построен в 1970 году, отремонтирован в 1981-82 годах) приспособили под выставочный зал, благо, что синяя - Узбекистанская - линия ташкентского метрополитена с 30 апреля 1991 года заканчивалась станцией «Беруни» (названа в честь средневекового персидского ученого-энциклопедиста и мыслителя), выходы которой расположены рядом с ним и добираться сюда на метро стало теперь значительно проще и удобней. Тренировочный каток (построен в 1982 году) превратили в вещевой оптовый рынок. В 1998 году «Юбилейный» начали разбирать, часть нереализованного ранее оборудования продали в Казахстан и стали строить на том же месте новое здание, более приспособленное для выставочной деятельности.  С начала двухтысячных в нем находится республиканский центр выставочно-ярмарочной торговли товарами народного потребления «Узкургазмасавдо». Тренировочная арена сохранилось почти в изначальном виде, отсутствует только холодильное оборудование.

1975 год. Ташкент. Центральный зал спорта «Юби­лейный»

1974. Ташкент. Панорама Вузгородка, на заднем плане ЦЗС «Юбилейный» (Всеволод Тарасевич / Библиотека изображений «РИА Новости»)

1972. Ташкент. Центральный зал спорта «Юби­лейный» (Виктор Чернов / Библиотека изображений «РИА Новости»)

Ташкент. Республиканский центр выставочно-ярмарочной торговли товарами народного потребления «Узкургазмасавдо»

Ташкент. Интерьер республиканского центра выставочно-ярмарочной торговли товарами народного потребления «Узкургазмасавдо»

Команда «Бинокор» даже в одном и в том составе вполне могла просуществовать еще несколько лет, и играть в чемпионатах СССР, затем СНГ и России. Ведь другие же играли. Например, алма-атинское «Динамо» участвовало в первом чемпионате России по хоккею с мячом 1992-93 годов, вышло в финальную часть и заняло там 7 место. И только после двух туров второго, в ноябре 1993 года, снялось с из-за отсутствия финансирования. Их летние одноклубники играли в трех первых Открытых чемпионатах России по хоккею на траве и даже занимали места на пьедестале - бронза 1994 года. Команда хоккейного клуба «Таллэкс» прекратила свое существование в 1992 году после приватизации одноименного Производственного объединения, который ее содержал. В общем рано закончился хоккейный проект в Ташкенте. Возможно, сказались специфика, сложившаяся в республике.

Перестройка, гласность, демократизация привнесли много нового в жизнь советских граждан. В Узбекской ССР были свои особенности. В республику начали проникать посланцы различных исламских фундаменталистских организаций, которые вовлекали мусульман в антигосударственную, а часто и в террористическую деятельность. В начале 1989 года первый заместитель руководителя Министерства внутренних дел Узбекистана Эдуард Дидоренко рассказал газете «Ташкентская правда», о том, что за три года с 1986 по 1988 год в республике было обезврежено 700 вооруженных преступных групп, общее количество участников которых составляло более 5 000 человек.

Свой отпечаток наложило и «Хлопковое» или «Узбекское дело» (самих уголовных дел, относящихся к борьбе с коррупцией в Узбекистане было более восьмисот). К концу восьмидесятых к ответственности было привлечено около 58 000 человек, из них более 4 000 человек были приговорены к различным срокам тюремного заключения, была смещена почти вся высшая партийная и хозяйственная номенклатура, лишь один министр Госснаба сохранил свой пост, из 65 секретарей обкомов были сняты - 52, а из 408 секретарей горкомов и райкомов сменилось две трети.

 

8 апреля 1988 года. Ташкент. Стадион «Пахтакор». Розыгрыш денежно-вещевой лотереи на матче «Пахтакор» - «Ротор» (Волгоград). Победитель лотереи шофер ташкентского Горздрава Анвар Миркаримов и лейтенант милиции Хасанбай Дадаходжаев во время вручения номера госрегистрации к главному призу

Но методы, которыми следственные группы под общим руководством Тельмана Гдляна и Николая Иванова, добивались результатов, где главным было не соблюдение законности, а выполнение политического заказа (многие эпизоды по уголовным делам строились только на «чистосердечных признаниях», а добытые доказательства не были закреплены), вызывали у многих недоумение и несогласие. Например, так называемая Прибалтийская группа во главе со следователями по особо важным делам при Прокуроре Латвийской ССР Янисом Ловниксом и Айваром Боровковым стала тщательно соблюдать требования закона, что существенно понизило темпы следствия и привело к их конфликту с Гдляном. В газетах «Правда» и «Известия» начинают появляться публикации, критикующие методы работы последнего. В конце концов – в марте 1989 года создается специальная комиссия ЦК КПСС во главе с председателем Комитета партийного контроля при ЦК КПСС Борисом Пуго (с 1984 по 1988 – первый секретарь ЦК компартии Латвии; в 1990-91 - министр МВД СССР), которой поручено «проверить факты… о нарушениях законности при расследовании дел о коррупции в Узбекской ССР и о результатах доложить в ЦК КПСС». Аналогичная комиссия была создана и при Президиуме Верховного Совета СССР. Обе комиссии, независимо друг от друга, пришли к выводу, что в деятельности следственной группы, расследовавшей «Узбекское дело», были допущены «нарушения социалистической законности». А в результате местная элита стала убеждать народ, что затеянные Москвой расследования несправедливы и направлены на унижение узбеков как нации. Пошли разговоры в которых участвовали различные слои узбекского общества о том, что титульная нация в Узбекистане ущемляется в языковом, экономическом и экологическом плане. Началось весной 1988 года с создания Общественного комитета по спасению Аральского моря, а завершилось в ноябре того же года образованием инициативной группы по формированию народного движения «Бирлик» («Единство»), первоначальной целью которого было придание узбекскому языку статуса государственного языка в Узбекской ССР. Идеи неформального объединения сначала разделяли интеллигенция и молодежь, а затем к ним примкнули узбеки всех социальных слоев и образовательных уровней. Теперь любое действие властей воспринималось как антиузбекское и вызывало протест.

 

Билет 22 тиража спортивно-вещевой лотереи, проводимой Госкомспортом Узбекской ССР, в ЦЗС «Юби­лейный» на играх «Бинокора» в сезоне 1987/88 годов

Обратная сторона билета спортивно-вещевой лотереи Госкомспорта Узбекской ССР

Вот как в интервью порталу «Fergananews.com» описывает состояние некоторых умов той поры доктор физико-математических наук Марат Захидов (в то время преподаватель факультета прикладной математики и механики ТашГу, депутат Верховного Совета Узбекской ССР от Вузгородка – городского массива, расположенного в северо-западной части Ташкента, вблизи кольцевой автодороги, где на площади примерно 70 гектаров, размещалось более 150 учебных и жилых корпусов Ташкентского государственного университета имени В.И. Ленина (к началу девяностых годов только в нем обучалось около 19 000 студентов), Ташкентского политехнического института, Ташкентского педагогического института имени Низами, больница и поликлиники Ташкентского медицинского института, ряд средних учебных заведений, спортивный комплекс и других сооружений; ныне председатель Комитета защиты прав личности Узбекистана, вице-президент Международного общества прав человека): «Вузгородок в конце 1980-х и начале 1990-х годов, то это была бурлящая студенческая масса. Главный вопрос, который больше всего их волновал, - вопрос государственного языка, на что и «Бирлик» делал одну из своих ставок. В тот период бирликовцы, после того как они сформировались в качестве народного движения, сосредоточили свою основную деятельность в Вузгородке. Потому что там были и Шухрат Исматуллаев, и Абдуманноб Пулатов – преподаватели математического факультета, а математический и физический факультеты всегда считались самыми активными, я это даже помню по МГУ, потому что основные диссиденты в советское время были мехматяне, физики. Этот принцип как-то перенесся и на наш университет. Именно среди физиков и математиков (и еще был факультет прикладной математики) стали концентрироваться настроения, близкие «Бирлику». <> Возникли первые проявления уже не просто патриотичности в смысле государственного языка, а именно националистических настроений по всем позициям. <> Воспитательный фактор был уже утрачен – преподаватели стали бояться своих студентов. Это 1988-89-й годы. Образно выражаясь, у них появились свои кумиры. Например, неимоверным уважением пользовался Мухаммад Салих. Во-первых, он в свое время учился в ТашГУ, окончил его, и, во-вторых, его поддерживала внезапно образовавшаяся вторая волна, скажем так, диссидентов – преподавателей узбекских отделений филологического факультета и факультета журналистики. Филологи, писатели, поэты – обычно они стоят в авангарде вот таких движений, они могут красиво высказываться, подбирать выражения. И вот Мухаммад Салих стал там кумиром, божеством. Он приходил, и они, чуть ли не плача, с трясущимися губами заглядывали ему в глаза - это было уже какое-то извращение. И попробуй ты скажи этому студенту что-нибудь против него. Студенты так на него смотрели… А, подогревали это преподаватели филологических факультетов, профессора и писатели, которые часто там бывали. То есть начинала цементироваться структура, начал появляться вождь. При этом он устраивал и Союз писателей… Он был секретарем Союза писателей и одновременно любимцем у студентов… <> Салих уже открыто проповедовал национализм».

1974. Ташкентский государственный университет имени В.И. Ленина

1975. Ташкент. Панорама студенческого городка

1977. Ташкентский вузгородок. Справа главный корпус ТашГУ

1982. Ташкент. Вузгородок

1988. Ташкент. Главный корпус ТашГУ

«Есть чувство беспокойства, неуверенности в том, что может принести завтрашний день, джин национализма вышел из бутылки, и никто не собирается возвращать его обратно» - писал в газете «Комсомольская правда» ее ташкентский корреспондент Мирзаахмед Алимов. Радикально настроенные молодые узбеки были категоричны по отношению ко всем представителям других национальностей: «Будем гнать из Узбекистана всех - татар, евреев, русских. У нас безработных много, а земли мало…».

Здесь есть интересная деталь. Естественный прирост населения в Узбекской ССР был одним из самых высоких в Союзе, у узбекского населения он был выше чем у славян. На предприятиях индустриального сектора имелось множество свободных вакансий, которые молодые узбеки не стремились занять. Многое объясняет мнение ныне московского, а в прошлом ташкентского, журналиста Андрея Кружилина: «В Узбекской ССР было ярко выраженное «национально-историческое разделение труда». Если отрасли, связанные с сельским хозяйством, культурой, музыкой, медициной, общественно значимыми институтами вроде МВД и органами власти, в особенности, на местных уровнях, были представлены почти всегда и почти полностью узбеками, то русские Узбекистана исторически занимали прочную позицию кадровой основы индустриального кластера республики. Они составляли подавляющее большинство инженерного корпуса, промышленных рабочих и техников, и вообще всего людского контингента республики, занятого в сфере реального производства, прежде всего, в тяжелой индустрии (машиностроение, химическая промышленность, самолетостроение), строительстве и так далее. Такое положение вещей никого не удивляло, никому не создавало проблем или неудобств и вполне всех устраивало. Это была данность, к которой все относились, как к чему-то априори существующему - вроде ежедневного восхода солнца или того неоспоримого факта, что вода тушит огонь. Так оно сложилось, и надо сказать, что такая ситуации была даже для СССР уникальной. Хотя бы по масштабам, поскольку самая многочисленная русская община за пределами РСФСР, после Казахстана, жила именно здесь».

1976. Ташкент. Музей дружбы народов СССР (Алексей Варфоломеев / Библиотека изображений «РИА Новости»)

Кроме «Бирлика» в 1988 году в Узбекской ССР возникли и другие организации, в частности религиозно-экстремистская «Таблих», деятельность которой была направлена на свержение существующего конституционного строя. Считается, что одним из ее первых членов был Тахир Юлдашев, которого позже средства массовой информации назовут «центрально-азиатским террористом № 1». В конце 1988 года уроженец Намангана, вернется домой из Афганистана, где проходил срочную военную службу в составе Ограниченного контингента советских войск.

Уже в декабре 1988 года на акциях «Бирлика» стали появляться националистические лозунги, так на многотысячном митинге в Ташкенте были транспаранты «Русские уезжайте в свою Россию, а крымские татары - в Крым». По городам республики начали распространяться антирусские листовки, подписанные от имени движения «Бирлик».

С первого января 1989 года одно из крупнейших предприятий республики  и единственное в СССР, производившее транспортные самолеты -  Ташкентское авиационное производственное объединение имени В.П. Чкалова (ТАПОиЧ), включавшее в себя Ташкентский авиационный завод имени В.П. Чкалова (ТАЗиЧ), Ферганский механосборочный завод (ФМЗ), Андижанский механосборочный завод (АМЗ), Ташкентский кислородный завод (ТКЗ) и филиал по производству средств механизации клепально-сборочных работ в городе Заамин (Джизакская область) - перешло на полный хозрасчет и самофинансирование.

В январе 1989 года около трехсот афганских студентов, обучавшихся в Ташкенте, вызвали беспорядки, в результате которого несколько человек было госпитализировано и повреждено около двадцати автомобилей.

В начале 1989 года в Ташкенте, а затем и в других городах Узбекистана, начала создаваться нелегальная «Партия исламского возрождения» («Ислом уйгониш хизби»), которая имела подпольные мечети в Ферганской долине.

4 февраля 1989 года некоторые видные духовные лидеры и богословы Узбекистана и Таджикистана собрались у медресе Баракхан, где размещалась администрация Духовного управления мусульман Средней Азии и Казахстана (САДУМ) - самого большого духовного управления мусульман в СССР, включавшего пять республик: Казахскую ССР, Киргизскую ССР, Таджикскую ССР, Туркменскую ССР и Узбекскую ССР - и объявили о начале Чрезвычайного всеобщего собрания мусульман. Собрание в ультимативной форме потребовало смещения председателя САДУМ - его председателя называли «Верховным муфтием», «Великим муфтием» или «Муфтием пяти республик» - Шамсиддинхана (Шамсиддин Зияуддинович Бабаханов - ученый-арабист, богослов, доктор филологических наук, член президиума Советского комитета защиты мира, действительный член королевской Исламской академии Иордании (с 1985 года), глава Совета по очередному изданию Корана (с 1985 года), с 1975 по октябрь 1982 года ректор Ташкентского исламского института имени имама аль-Бухари, единственного высшего исламского учебного заведения в СССР; его отец был председателем САДУМ с 1957 по октябрь 1982 года, а дед (главный инициатор его создания) с 1943 по 1957 годы). Муфтия обвиняли в продажности безбожной власти, несовместимых с исламом привычках и общем несоответствии с занимаемой должностью. В тот же день он подал в отставку.

 

Муфтий Шамсиддинхан

В Ташкенте в феврале 1989 года (как в апреле 1969 года) узбеки начали нападать на граждан славянских национальностей в транспорте и на улицах, выкрикивая лозунги: «Русских зарежем», «Русских нужно вешать на фонарных столбах». Происходило это при полном попустительстве милиции.

19 марта 1989 года «Бирлик» подал заявку на проведение митинга и выпустил обращение к властям, где выдвинул к ним свои требования. Основным было предание узбекскому языку статуса государственного.

Несмотря на отказ властей разрешить акцию 20 марта 1989 года «Бирлик» провел массовый несанкционированный митинг. Перед двенадцатью тысячами собравшихся выступил председатель движения Абдурахим Пулатов (родился в 1945 году в Ташкентской области, в 1962 году окончил среднюю школу, после ее окончания сразу же поступил в Московский энергетический институт, в 1968 году окончил его и поступил в аспирантуру вычислительного центра Академии наук СССР, в 1973 году защитил кандидатскую диссертацию, с 1973 года по 1991 год работал в институте кибернетики Академии наук Узбекской ССР, в 1980 году вступил в КПСС, в 1984 году защитил докторскую диссертацию по проблемам робототехники и создания искусственного интеллекта), зачитавший требования к руководству республики о придания узбекскому языку государственного статуса. Как отмечает Марат Захидов «сами бирликовцы выходили на свои митинги с портретами Ленина и Горбачева».

  

В марте 1989 года следователи Т. Гдлян и Н. Иванов избираются народными депутатами СССР. В это же время в центральных газетах начинают появляться публикации, критикующие методы работы Т. Гдляна и возглавляемой им следственной группы.

24 марта 1989 года создается специальная комиссия ЦК КПСС во главе с председателем Комитета партийного контроля при ЦК КПСС Борисом Пуго, которой поручено «проверить факты… о нарушениях законности при расследовании дел о коррупции в Узбекской ССР и о результатах доложить в ЦК КПСС».

9 апреля прошел очередной митинг движения «Бирлика». Среди прочих был призыв о получении официального разрешения на издание собственной газеты.

На митинге 21 мая требования активистов «Бирлика» к властям сосредоточились на проблемах, связанных со снижением норм на урожаи хлопка, диктуемых государственным заказом и официального признания своей организации.

К 23 маю в Кувасае (Ферганская область) стычки на национальной почве между таджикской (!) молодежью и турками-месхетинцами превратились в серьезные столкновения с серьезно пострадавшими, из-за чего в город пришлось стягивать дополнительные милицейские подразделения. Кувасай – город в трех километрах от границы с Киргизской ССР, в двадцати двух от Ферганы и 356 километрах от Ташкента. Одно из мест расселения депортированных крымских татар. В это время европейское население города составляло больше половины. Численность турок-месхетинцев, переселенных из Месхетии (Грузинская ССР) в 1944 году, составляла в Узбекской ССР около ста шести тысяч человек. Большая часть, которых проживала в Ташкентской области. В Ферганской долине их количество не превышало семнадцать тысяч человек и по отношению к общей численности населения региона, составлявшей тогда 2,1 миллиона человек, оно было мизерным. Но, видимо, поэтому их и выбрали в качестве мишени, не ожидая серьезного отпора. Майские столкновения в Кувасае явились прологом июньских беспорядков, получивших название «Ферганских событий».

28 мая 1989 года состоялась учредительная конференция движения «Бирлик», на которой председателем народного движения избран Абдурахим Пулатов (одновременно он вышел из КПСС).

3-12 июня 1989 года – беспорядки в Ферганской области приобретают наибольший размах. В Кувасае существенных противостояний уже не было, нападения на турок-месхетинцев происходят в Фергане и Маргилане. Кроме этого начинаются беспорядки в Коканде, где турок было мало (всего полторы тысячи человек из 170 тысяч населения древнего города) и в соседних населенных пунктах, где их не было совсем. Но именно здесь бесчинства толпы достигли своего максимума (по данным комиссии ЦК компартии Узбекистана во время июньских событий погибло 103 человека (в МВД СССР заявляли о 106 погибших, в Генеральной прокуратуре СССР о 112), травмы и увечья получили 1 011 человек, ранено было 137 военнослужащих внутренних войск и 110 работников милиции, один из них скончался). Турок размещали в воинских частях под Ферганой, а затем их в количестве 16 282 человек самолетами эвакуированы в РСФСР, так возвращаться по домам они уже не захотели, да и некуда было – их жилища были сожжены и разграблены. Отдельные беспорядки будут иметь место вплоть до марта 1990 года, несмотря на то, что режим «комендантского часа» в Ферганской области действовал до конца 1989 года. Кроме этого отдельные вспышки насилия будут иметь место и в других областях Узбекистана. Вскоре его покинуло в общей сложности свыше девяносто тысяч турок. Начали уезжать представители других национальностей, которые боялись оставаться в республике. На смену интернациональной Узбекской ССР шел практически моноэтничный Узбекистан.

 

 1988. Ташкент. Гостиница «Москва», уже ставшая «Чорсу»

23 июня 1989 года первым секретарем ЦК Компартии Узбекистана вместо Рафика Нишанова, заявившего с трибуны Съезда народных депутатов СССР, что все произошло «на базаре из-за тарелки клубники» (якобы турок нагрубил продавщице-узбечке и опрокинул клубнику, за женщину заступились, началась драка; после официальная версия поменялась, но причина этих погромов до сих пор не совсем ясна), становиться Ислам Каримов, который с 1986 по 1989 занимал пост первого секретаря Кашкадарьинского обкома партии, в 1986 году председатель Госплана Узбекской ССР и одновременно заместитель председателя Совета министров Узбекской ССР, в 1983-86 годах первый заместитель председателя Госплана Узбекской ССР и одновременно министр финансов Узбекской ССР.

В середине октября 1989 года в Ташкенте прошло многотысячная демонстрация в поддержку требования придать узбекскому языку статус государственного языка.

21 октября 1989 года Верховный Совет Узбекской ССР объявил узбекский язык государственным языком, а русский язык - языком межнационального общения.

В конце 1989 года после демобилизации возвращается в родной Ходжа-кишлак (Наманганский район, Наманганская область) старший сержант ВДВ Джумабай Ходжиев (выпускник СПТУ № 28 города Намангана, часть армейской службы провел в Афганистане, в будущем один из видных деятелей радикальной исламской оппозиции под именем Джума Намангани) и становиться учеником одного из наиболее авторитетных богословов среднеазиатского региона Абдували Мирзаева и примыкает к недавно созданной военизированной фундаменталистской организации «Товба» («Покаяние»), ставившей своей целью построение на территории Ферганской долины шариатского государства силой оружия.

24 марта 1990 года на сессии Верховного Совета Узбекской ССР первый секретарь компартии Узбекистана Ислам Каримов избран президентом Узбекской ССР.

В апреле 1990 года Тельман Гдлян уволен из Прокуратуры СССР (а в феврале был исключен из КПСС) и против него возбуждается уголовное дело (прекращено в августе 1991 года).

30 апреля 1990 года по инициативе Салая Мадаминова, покинувшего ряды народного движения «Бирлик», основана Демократическая партия «Эрк» («Свобода», «Воля»).

В июне 1990 года образована партия «Бирлик», председателем которой был избран Абдурахим Пулатов.

20 июня 1990 года Верховный Совет Узбекской ССР по инициативе И. Каримова принимает Декларацию о суверенитете Узбекской ССР. Свой проект делал и «Эрк». Его готовил генеральный секретарь партии профессор Ташкентского политехнического института доктор физико-математических наук Атаназар Арифов, автор многих программных документов эрковцев. Марат Захидов: «Никакого вопроса о независимости <> тогда не поднимали. Они (оппозиция) выступали за «суверенитет», говорили, что должна быть федерация, подражали демократическим структурам России. <> А независимость стала подарком судьбы». В Москве 12 июня 1990 года Съезд народных депутатов РСФСР принял Декларацию о государственном суверенитете РСФСР: «РСФСР признает и уважает суверенные права союзных республик и Союза ССР» (именно в честь этого события учрежден праздник «День России»). Надо отметить, что суверенитет союзных республик не касался вопросов внешней политики и обороны. 

Июнь 1990 год. Алма-Ата. Дворец имени В.И.Ленина. Лозунг на фасаде «К обновлению компартии Казахстана и суверенитету республики в новой федерации», приуроченный к XVII съезду компартии Казахстана (фотограф Эрнст Клюге / Ernst Kluge)

В октябре 1990 году президент Узбекской ССР И. Каримов, идя на компромисс с оппозицией, включил в состав Президентского совета двух лидеров «Бирлика».

13 ноября 1990 года президент Узбекской ССР И. Каримов, руководствуясь принципом «обеспечения согласованного взаимодействие всех ветвей власти» возглавляет Кабинет министров Узбекской ССР (правительство).

17 марта 1991 года – референдум о сохранении СССР. В Узбекской ССР явка составила 95,4%. Подавляющее большинство пришедших, голосовали «за» - 93,7 %.

В конце августа в Москве - ГКЧП.

31 августа 1991 года, вслед за другими республиками, Верховный Совет Узбекской ССР провозглашает независимость Узбекистан.

3 сентября 1991 года в Министерстве юстиции была зарегистрирована первая политическая партия в истории независимого Узбекистана - «Эрк».

В сентябре 1991 года на очередной сессии Верховного Совета была предпринята попытка отправить президента Каримова в отставку.

В сентябре 1991 года была создана исламская организация «Адолат уюшмаси» («Общество справедливости»). Основателем, которой считают Т. Юлдашева, руководителем стал Х. Сатимов.

В октябре 1991 года в Намангане Тахир Юлдашев и Джумабай Ходжаев учредили «Исламский центр» («Ислом Маркази»), который возглавил сам Т. Юлдашев.

1 ноября 1991 года состоялся учредительный съезд Народно-демократической партии Узбекистана, избравший И. Каримова, который не принимал участия в работе съезда, председателем партии.

Ноябрьская сессия Верховного Совета Республики Узбекистан (состоялась 18 числа) приняла закон о выборах президента и решение о назначении всенародных президентских выборов на 29 декабря 1991 года.

В конце 1991 года Т. Юлдашев провозгласив себя эмиром (в некоторых мусульманских странах титул правителя (князя), в первую очередь, военного характера) и принял активное участие в создании экстремистской организации «Ислом лашкарлари» («Воины ислама»), объединявшей членов «Ислом уйгониш хизби», «Адолат уюшмаси», «Товба» и «Ислом Маркази» и выставлявших себя борцами за исламизацию общества и социальную справедливость.

13 декабря 1991 года И. Каримов вместе с другими главами среднеазиатских республик поддержал Беловежское соглашение о прекращении существования Союза ССР.

21 декабря 1991 года на встрече президентов была подписана Алма-Атинская декларацию о целях и принципах СНГ, подтвердившая Беловежское соглашение.

25 декабря 1991 года президент Узбекистана И. Каримов помиловал всех осужденных по «Хлопковому делу», отбывавших наказание на территории республики.

29 декабря 1991 года состоялись выборы президента Республики Узбекистан. На это «кресло» претендовали двое: от Народно-демократической партии и Союза профсоюзов Узбекистана - Ислам Каримов, а от демократической партии «Эрк» - Салай Мадаминов. По итогам голосования 86 % от общего числа избирателей отдали свои голоса за Каримова, 12,3 % за Мадаминова.

О И. Каримове говорят, точнее не говорят, а намеками дают понять, что он не любил хоккей с шайбой. А о его отношении к России известно больше. В своей книге «Не сбиваясь, двигаться к великой цели», выведшей в 1993 году в ташкентском издательстве «Узбекистон», он пишет о почти полутора столетии «испитых из чаши страданий, выпадающих колонии», о том, что «на протяжении 70 лет Узбекистан был дармовой сырьевой базой, поставщиком дешевого сырья для Центра и других республик». При нем в Узбекистане был создан Музей памяти жертв репрессий, который должен донести до посетителя мысль, что на протяжении всего колониального периода, длившегося около ста пятидесяти лет, продолжалась непрерывная борьба за свободу. Информационное агентство «Фергана»: «О России он часто отзывался уничижительно, в частности, предъявлял отдельные претензии к ее гербу («какая-то страшная птица с двумя головами»). При этом, однако, президента Путина он признавал равным себе, а президента Медведева - нет. В Путине, видимо, он ценил некоторый тоталитарный размах, а Дмитрий Медведев с его разговорами про свободу и несвободу, вероятно, казался ему недостаточно суровым. Но даже и при Путине Каримов дистанцировался от России и от ее интеграционных инициатив, усматривая в них угрозу суверенитету Узбекистана».

1980-е. Ташкент. Госплан Узбекской ССР. Министр финансов Узбекской ССР и первый заместитель председателя Госплана Узбекской ССР (1983-86) Ислам Каримов, второй секретарь ЦК Компартии Узбекистана (1983-86) Тимофей Осетров, министр торговли Узбекской ССР Мадамин Хасанов

Лучше было бы для узбекистанского хоккея с шайбой если бы президентом стал Салай Мадаминов? Едва ли. Судите сами.

Салай Мадаминов - поэт-авангардист, публицист, общественный и политический деятель. В качестве творческого псевдонима - «Праведный Мухаммад» - взял (некоторые комментаторы употребляют глагол «присвоил») имя бухарского чиновника, историка и литератора, жившего в 1445-1535 годах и писавшего на чагатайском (средневековом среднеазиатско-тюркском письменно-литературном, так называемом староузбекском) языке, Мухаммада Салиха - придворного поэта Шейбани-хана, автора исторической поэмы «Шейбани-намэ», состоящей из семидесяти шести частей (около 9 000 стихотворных строк), положившей начало развитию жанра придворной стихотворной хроники и повествующей о победе Шейбанидов над Тимуридами (закончена в 1510 году, на русский язык переведена в 1904 году, в современной узбекской графике впервые издана в 1961 году). Имя при рождении - Салай Мадаминович Бекжанов. Родился 20 декабря 1949 года в кишлаке Янги-базар Ургенчского района Хоремской области. Родной брат узбекистанских оппозиционных политиков Камила, Джуманазара (для них младший) и Мухаммада (ему он старший) Бекжановых. Отец Мадамин Бекжанов - участник Великой Отечественной войны, был ранен, снова вернулся на фронт, награжден двумя медалями «За отвагу». Дед Бегжан Бек происходил из рода хорезмских беков (титул мелких феодальных правителей, а также должностных лиц) до Октябрьской Революции имевших в доме слуг и использовавших труд батраков на принадлежащих им землях. В 1966 году Мадаминов окончил школу в Хорезме. «Сначала я был простым советским юношей, больше выросшем на переводах Михаила Лермонтова, чем на оригиналах Алишера Навои» - вспоминал он о себе позднее. В 1968-70 годах служил в рядах Советской армии. «Я попал в Южную группу войск в Венгрии. Мне было восемнадцать с половиной лет и 19 августа 1968 года я был в авангарде войск, который вошел в Чехословакию. Интервенция в Чехословакию перевернула мое детское мировоззрение». «Из армии я вернулся не советским человеком». «После службы в армии я стал националистом». В 1970-75 годах обучался на факультете журналистики Ташкентского государственного университета имени В.И. Ленина. «В двадцать пять лет я стал пантюркистом». После окончания ТашГУ поступил на Высшие литературные курсы при Институте литературы имени Горького в Москве. Точных данных нигде нет, но скорее всего их слушателем был в период с 1975 по 1983 годы. Где в это время больше находился – в Москве, в Ташкенте или в Хорезме – информация так же отсутствует. В 1977 году вышел первый сборник стихов, который принес ему славу поэта-авангардиста. Реакция в писательских кругах о выбранном Салаем псевдониме была примерно такой: «Назваться современному узбекскому поэту Мухаммадом Салихом все равно, что начинающему русскому прозаику подписывать свои опусы «Лев Толстой». В 1982 году - к этому времени было уже издано три его стихотворных книги - стал негласным лидером поэтической группы, которая позднее была названа «группой метафористов». Всего из-под его пера вышло около двадцати книг поэзии и эссе, кроме того он переводил на узбекский язык французских поэтов и прозу Франца Кафки.

1973 год. Ташкент. Студент факультета журналистики ТашГУ Салай Мадаминов у Дворца спорта «Юбилейный»

Сотрудница Университета Индианы (США) Руф Диблер (Ruth Diebler) в 1996 году опубликовала работу «Мухаммад Салих и политические преобразования в Узбекистане в 1979-1995 годах» (Literature and Politics: Mohammed Salih and Political Change in Uzbekistan From 1979 to 1995). Исследуя его творчество, относящееся к 1977-85 годам, т.е. до прихода М. Горбачева, она отмечает, что в своих эссе этого периода Мадаминов, используя иносказания и символы, выражает протест против присутствия Москвы в Узбекистане - оплота неограниченной власти и неусыпного контроля над узбекским народом. Русских он изображает колонизаторами - жестокими, упрямыми, лживыми и даже немного глупыми. В эссе «Заблудившиеся памятники» написанном в 1979 году, Салих отмечает невежество русских, их безразличие к той земле, на которую они пришли, неосведомленность по отношению к ее истории и культуре. «Плакучие ивы, окружающие памятник великому поэту, тихо поют ему песню. Обычно, восточный человек, слушая песню, начинает невольно покачивать головой в такт музыке. Однако скульптуры этого делать не могут. Особенно скульптура Пушкина. Европеец, в отличие от восточного человека присоединяется музыке не покачиванием головой, а притоптыванием ногой.» В эссе «Те, кто стоят одни» он дает жесткие, безапелляционные оценки русским, как нации упрямой, не желающей изменить что-либо, ни в себе, ни на земле, куда они пришли.

1983 год. Салай Мадаминов и аспирант университета Индианы (США), а позднее его профессор, Девин Дэвис

В течение пяти лет, с 1983 года, Мадаминов-Бекжанов-Салих работал сценаристом на «Узбекфильме». За это время вышел всего один фильм в титрах, которого есть его имя. Это снятая в 1988 году военно-историческая драма «Золотая голова мстителя» по мотивам одноименного романа Худайберды Тухтабаева - в сценаристах картины, как соавторы, значатся оба. Действие фильма, герои которого офицеры царской армии, происходит в начале двадцатого века в Туркестане. Премьера фильма состоялась в Москве в апреле 1989 года. Вот такая рецензия, за подписью Вячеслава Шмырова, была напечатана в журнале «Советский экран» № 6 за 1989 год: «Эта картина Алишера Хамдамова построена как сказание бахши, тянущего свою бесконечную песню об отважном защитнике всех обездоленных Намазе, скрашивая тем самым привал русских офицеров, которые несут унылую службу в Туркестанском крае. Красивое лицо народного героя, гордые обычаи гордых людей, высокий стиль речи - одна новелла о Намазе сменяется другой, чередуясь с лицами скучающих офицеров. И пока мы с нарастающим недоумением гадаем: что Намаз - этим людям, что они - ему (тем более, что из чужой речи русские все равно ничего не понимают), один из офицеров берет и стреляется...»

В 1985 году, вскоре после избрания генеральным секретарем ЦК КПСС Михаила Горбачева, Мадаминов пишет свой первый политический манифест, в котором резко критикует идеологическую политику секретаря ЦК Компартии Узбекистана. «В тридцать шесть лет в сердце вошла вера - ислам». В 1988 году сценарист «Узбекфильма» переходит на работу в Союз писателей Узбекской ССР - путем голосования он был выбран (а не назначением как было ранее до перестройки) на должность третьего секретаря этого творческого объединения. В этом же году становиться одним из организаторов движения «Бирлик» и дает интервью газете «Нью-Йорк Таймс» о московской колонизации и о монокультуре хлопка: «Небольшая группа узбекских писателей и экономистов начала открыто ставить под сомнение роль республики как хлопковой плантации Москвы. Все сводится к сталинскому требованию самообеспечения СССР хлопком. Это было порабощение Узбекистана». Американские исследователи и потомки украинских эмигрантов Надя Диюк и Адриан Каратницки так описывают ситуацию в Союзе писателей Узбекистана того времени: «Мухаммад Салих, секретарь Союза писателей Узбекистана, стал ведущим представителем узбекского народа: «Существует прямая связь между ухудшением экологической ситуации в Узбекистане и монокультурой хлопка. Мы потеряли не только наши земли и воды, мы лишились здоровья нашего народа». Еще одна нью-йоркская газета «Уолл-Стрит Джорнал» в номере от 31 августа 1998 года напечатала следующее: «В период правления Михаила Горбачева г-н Салих был членом Союза писателей Узбекистана, сторонником пантюркистских идей и сторонником суверенитета». Узбекистанский социолог Бахадыр Мусаев считает: «Мухаммад Салих фактически является, на мой взгляд, не только глашатаем свободы в Узбекистане, но и человеком, который положил начало формированию оппозиции». А вот у преподавателя ТашГУ Марата Захидова другой взгляд: «Приверженец экстрима Салай Мадаминов, который присвоил имя узбекского поэта середины прошлого тысячелетия в качестве псевды, в перестроечное время ратовал за то, чтобы пустить кровь русских в Узбекистане». Журналист, заслуженный работник культуры Узбекской ССР, израильский писатель Олег Якубов (выпускник журфака ТашгУ, двадцать лет, с 1976 года, проработал в ташкентской республиканской газете «Правда Востока» - заведующим отделом спорта и военно-патриотического воспитания, был членом редакционной коллегии): «Мадаминов не ограничивал себя никакими измышлениями, клеветническими заявлениями. Его публикации были насыщены откровенной злобой, зачастую неприкрытыми оскорблениями в адрес <> всей государственной власти. <> С Салаем Мадаминовым знаком я был шапочно - так, несколько раз встречались то в редакции литературного журнала, то в Союзе писателей, то просто на каком-нибудь творческом сборище, или, как теперь говорят, тусовке. Был Салай в годы нашего знакомства всегда отменно вежлив и приветлив, при разговоре старательно улыбался, вот только глаза под густыми бровями всегда оставались холодными, что производило какое-то неприятное, даже тяжелое впечатление. Став лидером «Бирлика», изменился разительно. В его интонациях появились властные нотки. Не на митингах, а в беседах частных говорил он теперь тоном снисходительным и в то же время надменным».

1989 год. На митинге выступает один из основателей движения «Бирлик» и кумир узбекской студенческой молодежи Ташкента конца восьмидесятых третий секретарь Союза писателей Узбекистана поэт Салай Мадаминов, он же Мухаммад Салих

В начале 1990 года Мадаминов покинул ряды движения «Бирлик» и создал Демократическую партию «Эрк» («Свобода», «Воля»), зарегистрирована она будет только 30 апреля. С 20 февраля 1990 года депутат Верховного Совета Узбекской ССР.  Олег Якубов о его деятельности в этом органе власти в своей книге «Волчья стая. Кровавый след террора» пишет так: «(Мадаминов) пытался захватить власть <>, объединившись с лидерами некоторых других общественных движений, проповедовавших национализм, призывал к созданию национального правительства, неподчинению существующим законам. В Верховный Совет он являлся в те дни с видом полноправного хозяина, пытался давать какие-то указания депутатам. Его пытались поначалу образумить, разъясняли как несмышленышу, что Верховный Совет является органом выборным - все было тщетно. Мадаминов пытался создать свой собственный - ни больше ни меньше - Верховный Совет, и кончилось дело тем, что против него возбудили уголовное дело и взяли подписку о невыезде. Прокуратура не сочла тогда нужным арестовывать «демократа», справедливо рассудив, что дальше призывов к изменению власти он пока еще не пошел и к реальным действиям по свержению власти не приступал». Руф Диблер из этого времени отмечает публицистический очерк Мадаминова «Трудное пробуждение», в котором он размышляет о большевистском правлении («полное пренебрежение интересами населения республики», «Узбекистан некая безликая игрушка, не имеющей права на самовыражение») и статью «Мы застали эти благоприятные дни». Статья состоит из трех частей, опубликованных в газете «Узбекистан адабияти ва санати». Первая, опубликованная 25 августа 1991 года, посвящена августовским событиям в Москве, вторая - 31 августа - открытое обращение автора в Верховный Совет республики, и третья часть - 1 сентября - посвящена Дню независимости Узбекистана. В этот день Мадаминов вспоминает историю народных антиколониальных восстаний узбеков против ненавистного им российского самодержавного режима. «В этих восстаниях узбеки жертвовали своими жизнями ради обретения Узбекистаном свободы и независимости. Именно поэтому обретению независимости мы должны быть обязаны не падением коммунизма в Москве, а прежде всего, своей собственной истории, героям узбекского народа - простым людям, которые сумели сохранить в своих сердцах идею свободы.» А оценивая отношения Узбекистана с Россией, Салих высказывает сомнения относительно ее позитивного влияния на развитие Узбекистана: «Люди должны верить только в свои силы и не надеяться на помощь извне».

Свидетельство о регистрации партии «Эрк»

В конце декабря 1991 года принял участие в выборах президента независимого Узбекистана, на которых уступил кандидату от Народно-демократической партии Узбекистана и Союза профсоюзов Исламу Каримову (других кандидатов не было), набрав 12,7 процентов (по другим данным 12,3 процентов) голосов избирателей. Проиграв выборы Салих заявил, что партия «Эрк» переходит на подпольную деятельность. Каримов предлагает поэту занять должность премьер-министра правительства, но Мадаминов это предложение отклоняет. 

В апреле 1993 года, видимо, в виду угрозы собственной безопасности (младший брат Салая Мухаммад Бекжанов - редактор газеты «Эрк» - проведет в заключении восемнадцать лет: с 1999 по 2017; двух старших братьев Камила и Джуманазара тоже приговорят к длительным срокам) тайно эмигрирует из Узбекистана в Турцию через в Алма-Ату и Баку. В столице Азербайджана встречается со страстным сторонником пантюркизма президентом страны и председателем Народного фронта Азербайджана Абульфазом Элчибеем (настоящее имя Абульфаз Гадиргулу оглы Алиев; эльчибей - посланник народа), который, по-видимому, и помог ему получить приглашение перебраться жить в азиатскую часть Стамбула.

В общем, вряд ли замена экономиста литератором на узбекистанском президентском посту принесла бы больше пользы ташкентскому хоккею.

Лет десять назад Рустам Набиев, тогда вице-президент Федерации регби Узбекистана, а сейчас ее исполнительный директор, общаясь на  одном из форумов портала uForum.uz  с любителями спорта об игре с овальным мячом, отвечая на вопрос «А есть ли смысл развивать этот, как вы правильно высказались, экзотический вид спорта?» написал: «Большинство из тех элементов культуры, которые присутствуют на территории государства в котором мы с Вами сейчас проживаем, когда-то были для этой территории - экзотическими. В том числе и виды спорта. Сейчас никому (особенно молодому поколению) и в голову не придет сказать о них - экзотические. Настолько они органично вписались в нашу жизнь».

Хоккей не настолько органично вошел в жизнь «этой территории», но «Бинокор» оставил хороший след, который проявился через почти четверть века. Ростки новой ташкентской хоккейной истории следует искать в лесопарковой зоне между улицами Сарикульской и Бехтерева. В 2010 году она привлекла внимание одной фирмы (скорее всего это была OOO Archer), которая решила превратить его в место семейного отдыха. В результате появился благоустроенный Парк культуры и отдыха имени Фурката (Фуркат - «разлука» - псевдоним Закирджана Халмухаммеда поэта и публициста рубежа XIX-XX веков, писавшего о необходимости изучения русского языка для просвещения народа и приобщения его к мировой культуре) с аттракционами, детскими площадками и бассейном. А в середине зимы 2011/12 годов, точнее 12 января 2012 года, в парке, благодаря инициативе его директора Дильшода Фазылова, появился каток «Айс Авеню» - надувной ангар с хоккейной коробкой размером 50 на 25 метров, где можно кататься на коньках почти полгода: с середины октября и до середины апреля.

Ташкент. Парк культуры и отдыха имени Фурката. Каток «Айс Авеню». Массовое катание

Ташкент. Парк культуры и отдыха имени Фурката. Каток «Айс Авеню». Массовое катание

Ташкент. Парк культуры и отдыха имени Фурката. Каток «Айс Авеню». Массовое катание

Это событие нашло живой отклик в Объединенных Арабских Эмиратах, где тогда жил уроженец Ташкента, почти однофамилец американского писателя-фантаста Айзека Азимова (Isaac Asimov), Алишер (Azimov), к которому пришла почти фантастическая идея о возрождении хоккея на родине и создании на этом катке детской секции. Сам Алишер Азимов выпускник ташкентской ДЮСШ по хоккею. За «Бинокор» в чемпионате СССР не играл, в 17 лет пробиться в основной состав сложно, а когда в 1988 году, отслужив два года вернулся из армии, пробиваться было уже некуда – команду расформировали. К его личным достижениям можно отнести выступление за сборную Узбекской ССР на VI зимней Спартакиаде народов СССР в 1986 году в Красноярске, где соревновались хоккеисты не старше 18 лет. Кстати, в рамках этого турнира он встречался на площадке с генеральным менеджером ташкентского «Хумо» Нормундом Сейейсом. В той игре латвийцы оказались сильнее среднеазиатских ровесников – 5:2. В Дубай он переехал в 2008 году. К его удивлению в ОАЭ проводился чемпионат страны по хоккею с шайбой. «Играют в основном канадцы, финны, шведы, есть немного россиян. Я посмотрел их матчи и вспомнил свое детство. Начал в первой лиге, потом перешел в высшую. Вот так четыре года и играл». Продав практически все, что связывало его с Эмиратами и разорвав, в самой середине сезона по собственной инициативе, контракт со своей эмиратской командой он вернулся в Ташкент. И развил кипучую деятельность. Он нашел своего тренера Романа (Рамиля) Камалетдинова (с 1976 по 1988 годы работал тренером в ташкентской ДЮСШ по хоккею, входил в тренерский штаб сборной Узбекской ССР на Спартакиадах народов СССР в 1982 и 1986 годах, выступал за «Спартак» (Ташкент) в сезоне 1972/73 годов и за «Бинокор»-73/74), известного нападающего Шукура Каримова, отыгравшего за «Бинокор» в чемпионатах Союза девять сезонов (его однофамилец экс-вратарь «Бинокора» Ильмир Каримов в это время работал в казахстанской Чимкенте, где был самый ближайший к Ташкенту настоящий ледовый дворец спорта), старых приятелей, с которыми занимался в хоккейной школе, договорился с руководством парка об аренде коробки в Парке имени Фурката (они выходили на лед после десяти часов вечера, когда заканчивалась работа катка для посетителей), заручился поддержкой Министерства по делам культуры и спорта Узбекистана.

Март 2015 года. Ташкент. Парк культуры и отдыха имени Фурката. Каток «Айс Авеню». Занятие хоккеистов

Март 2015 года. Ташкент. Парк культуры и отдыха имени Фурката. Каток «Айс Авеню». Занятие хоккеистов

Март 2015 года. Ташкент. Парк культуры и отдыха имени Фурката. Каток «Айс Авеню». Занятие хоккеистов

Март 2015 года. Ташкент. Парк культуры и отдыха имени Фурката. Каток «Айс Авеню». Занятие хоккеистов

В результате, желающих играть в хоккей в Ташкенте набралось на четыре команды. Их назвали «Акулы», «Барс», «Белые медведи» и, конечно же, «Бинокор» в честь советской команды. Хотя, естественно, она не имела никакого прямого отношения у тому клубу, как и к тресту «Главташкентстрой», честь которого он представлял в союзном чемпионате, эмблема и цвета у нового проекта тоже были другими. Получилась целая лига. Ее назвали УХЛ - Узбекская хоккейная лига (в СМИ была использована именно такая формулировка - «узбекская», а не «узбекистанская»), а Алишер Ализов стал ее руководителем. Планов у него было огромное количество. В первую очередь – чемпионат страны. Он начался в январе 2013 года - в матче открытия «Барс» победил «Бинокор» - 5:4. Каждый тур игрался в «Айс Авеню» за два дня - по одному матчу в понедельник и вторник. По условиям регламента команды должны были сыграть два круга. Далее плей-офф, в первом раунде команда, занявшая первое место в итоговой турнирной таблице, встречалась с командой, занявшей четвертое место, а команды, занявшие второе и третье место соответственно, встречались между собой. Во втором - победители в финале разыгрывали золото, а проигравшие бронзу. Затем международные игры. Азимов съездил в Дубай, где встретился с канадцами, играющими там и договорился о визите команды канадских ветеранов в Ташкент на серию матчей со сборной Узбекистана, в марте 2013 года. В-третьих – это каток. Вел переговоры с потенциальными спонсорами о строительстве хоккейной площадки, соответствующей стандартам ИИХФ. Общался с руководителями хоккея из Кувейта, Бахрейна, Южной Кореи, Таиланда и Малайзии и наметил с ними в ближайшее время (после появления коробки) провести в Узбекистане турнир, посвященный созданию УХЛ. В отдаленной перспективе была задумана Азиатская хоккейная лига, в которой бы играли клубы из этих стран.

 

24 декабря 2012 года. Ташкент. Парк культуры и отдыха имени Фурката. Каток «Айс Авеню». Счастливый Шукур Каримов - под его коньками снова ташкентский лед - в форме «Бостон Брюинз», но на плечевой эмблеме над медведем: BINOKOR, а под ним - TASHKENT (фото Дмитрий Ли)

24 декабря 2012 года. Ташкент. Парк культуры и отдыха имени Фурката. Каток «Айс Авеню». Момент игры-презентации хоккейной лиги в Узбекистане (фото Дмитрий Ли)

24 декабря 2012 года. Ташкент. Парк культуры и отдыха имени Фурката. Каток «Айс Авеню» (фото Дмитрий Ли)

24 декабря 2012 года. Ташкент. Парк культуры и отдыха имени Фурката. Каток «Айс Авеню» (фото Дмитрий Ли)

По окончании первого круга в турнирной таблице с пятью очками лидировал «Барс», на втором месте находился «Бинокор» (три очка), третье занимали «Белые Медведи» тоже с тремя, а замыкали таблицу «Акулы», набравшие одно очко. В феврале 2013 должен был начаться второй круг, однако он не состоялся, как и приезд канадцев. При этом никаких публичных заявлений об отмене или приостановке чемпионата не последовало – ни от УХЛ, ни от Министерства по делам культуры и спорта, ни тем более от Федерации хоккея, потому что она еще не была создана.

По данным казахстанского интернет-портала 365info.kz ее создадут в октябре 2013 года, а руководителем станет пятидесятилетний в тот момент бывший хоккеист Абдукаххор Азизов (за основной состав «Бинокора» не играл). И сразу же, по информации со ссылкой на газету «Правда Востока», ей стали поступать приглашения на участие узбекистанских команд в международных турнирах в ОАЭ, Сингапуре, Малайзии, Южной Корее, Японии, Кувейте и других странах. 19 декабря 2013 года Алишер Азимов от имени исполкома Федерации через СМИ сообщил, что для выступления в Открытом чемпионате Ташкента (о недоигранном чемпионате прошлого сезона ни слова) подали заявки четыре команды и о том, что старт турнира намечен на январь 2014 года. Но, снова что-то пошло не так. Видимо, действительно Каримов холодно относился к хоккею. Через несколько лет Алишер Азимов немного прольет свет на ту ситуацию: «В 2014 (видимо, за несколько дней до начала чемпионата – примечание «ТГХ») я столкнулся с первым серьезным испытанием. Мы создали Федерацию хоккея Узбекистана, и через два месяца поступил устный приказ с высшего уровня, что ее нужно закрыть. Это коснулось не только нас - запретили вообще всем зимним видам спорта. Не буду углубляться, зачем и почему. Деваться было некуда - пришлось сворачиваться. Можно представить мое состояние в тот момент. Было обидно». Отвлечься от тяжелых мыслей ему помогло открытие в том же 2014 году – 20 декабря - нового ташкентского катка и дети, ради которых он вернулся в Ташкент: «Но скоро я пришел в себя и со своим товарищем Абдумаджидом Насыровым (тоже участник VI зимней Спартакиаде народов СССР в составе сборной Узбекской ССР – примечание «ТГХ»), с которым мы играли в хоккей в детстве, решился восстановить хоккейный клуб «Бинокор». Начинали, по сути, с нуля. Тогда открывался каток в торговом центре Next. Нас попросили о помощи. Люди вставали там на лед в первый раз в жизни, и, само собой, им нужны были те, кто проследит за ними, не даст им упасть и разбить себе голову. Мы согласились помогать как инструкторы, а в ответ нам дали время для тренировок. Три раза в неделю, днем, по одному часу. <> И, наконец, мы смогли провести первый набор детей». Так возник новый «Бинокор» - детский.

Но, это не единственный росток хоккея в Узбекистане. Был еще один не менее удивительный сюжет. Хоккей появляется в нем далеко не сразу, а точку отсчета выбрать довольно сложно. Нефтесервисная компания Eriell Group International Ltd свою историю отсчитывает с 1999 года. Новый этап у нее начался в апреле 2004 году, когда председателем совета директоров и президентом группы компаний становится выпускник факультета международных экономических отношений Ташкентского государственного экономического университета Бахтиёр Фазылов (основатель американской фирмы Denmount Commercial LLC (поставки запчастей, комплектующих и оборудования для нефтегазовых предприятий Центральной Азии), владелец Altmax Holding Ltd, занимается агробизнесом в Узбекистане и России (совладелец ООО «Воловский бройлер», ООО «Воловский маслоэкстрационный завод», ООО «Воловский комбикормовый завод»); о его занятиях хоккеем в ташкентской ДЮСШ упоминаний не нашел), а компания подписала контракт на бурение газовых скважин в Узбекистане. После нескольких лет успешной работы в Узбекистане Eriell Group International Ltd в 2008 году приходит в Россию, где ее основным партнером становится «Газпромбанк». Чуть позже он станет ее совладельцем (с декабря 2015 года его доля составляет 39,6% акций). И вот в России Фазылов проявляет свою любовь к хоккею, которую тогда, наверное, нельзя было демонстрировать в Узбекистане. Eriell Group с 2012 года становиться официальным партнером КХЛ. А с 3 июня 2015 года компания сотрудничает со «Спартаком» из Москвы, который в сезоне 2015/16 годов, благодаря ей, возобновил после перерыва свое участие в КХЛ.

 

Бахтиёр Фазылов

Узбекистанские власти обратили внимание на хоккей только в конце 2016 года, когда кандидатом на должность президента Узбекистана Шавкатом Мирзиёевым, на встрече с избирателями 24 ноября 2016 года в Ташкенте в рамках предвыборной компании, было сказано о планах строительства ледового дворца. Его возведение началось в конце июля 2017 года, правда не на том месте, где намечалось изначально.

Ну, а дальше – и власть, и бизнес, и энтузиасты объединили свои усилия на благо ташкентского хоккея. Вместо прежней, основанной в октябре 2013 года, и которую не стали использовать, появилась новая Федерация хоккея (создана 12 декабря 2017 года, Министерством юстиции зарегистрирована 28 марта 2018 года, презентация состоялась 30 марта 2018 года, принята в ИИХФ 29 сентября 2019 года, кстати позже Киргизии и Туркмении). Ее возглавил Бахтиёр Фазылов. Стал проводиться чемпионат страны. Построили по проекту южнокорейской Heerim Architects & Planners «Хумо Арену». Собрали команду для участия в ВХЛ. Одна из структур Eriell Group выступила ее генеральным партнером, а также спонсором детско-юношеской хоккейной школы. Начали программу «Махаллинский хоккей» (махалля - традиционное квартальное сообщество среднеазиатских городов, регулировавшее многие стороны жизни входивших в нее семей), правда играют в него не на льду и без коньков (возможно, она с прицелом не только на хоккей с шайбой, а больше на флорбол и хоккей на траве). Алишер Азимов тоже вовлечен в общее дело - продолжает воспитывать юных спортсменов и является членом исполнительного комитета федерации. Некоторое недоумение вызвала ситуация с выбором команды для участия в Открытом чемпионате Казахстана (второй по значимости в иерархии узбекистанского хоккея) – сначала называли «Бинокор» (Ташкент), затем самаркандский «Шердор», а в итоге играл «Хумо-2». Остается надеяться, что никакие интриги или закулисная борьба не помешают развитию хоккея с шайбой в Ташкенте.

15 марта 2019 года. Ташкент. «Хумо Арена». Алишер Азимов (в ретро-форме «Бинокора» восьмидесятых) и Абдумаджид Насыров (крайний слева в верхнем ряду) с юными ташкентскими спортсменами и ветеранами советского и российского хоккея (слева направо): Виталием Прохоровым, Павлом Буре, Валерием Каменским, Александром Якушевым и Алексеем Жамновым

В завершении по традиции немного старых хоккейных фотоснимков

1987/88. «Авангард» (Омск) по итогам чемпионата добился права выступать в следующем сезоне в первой лиге

1987/88. «Авангард» (Омск). Эмблема - герб города - для белой формы

1987/88. «Авангард» (Омск). Эмблема - герб города - для красной формы

1978/79. «Десна» (Брянск) - участник первенства среди коллективов физической культуры (КФК) на своем стадионе, лед на нем в то время был естественным

1984. Брянск. С 5 ноября 1983 года на стадионе искусственный лед, к «Десне» приехал ЦСКА

1984/85. «Десна» (Брянск) - участник первенства среди коллективов физической культуры (КФК)

1985/86. «Десна» (Брянск) участник чемпионата СССР во второй лиге (класс «А»)

Начало 80-х. Нарва. В гостях у «Кренгольма» хоккеисты ЦСКА

Конец 80-х. Куйбышев. «Маяк» (Куйбышев) – «Кренгольм» (Нарва). Наровчане (в светлой форме) выясняют отношения с хозяевами

Середина 80-х. Свердловский «Луч» обороняется в игре с омским «Авангардом»

«Луч» (Свердловск) - эмблема

Начало 90-х. Хоккейный стадион Кирово-Чепецка, где играла местная «Олимпия»

Начало 90-х. Хоккейный стадион Кирово-Чепецка, где играла местная «Олимпия»

1991/92. Кирово-Чепецк. «Олимпия» (Кирово-Чепецк) - «Динамо-2» (Москва)

1991/92. Кирово-Чепецк. «Олимпия» (Кирово-Чепецк) - «Динамо-2» (Москва)

1992/93. «Олимпия» (Кирово-Чепецк)

Середина 80-х. Кирово-Чепецк. Воспитанники «Олимпии» братья Мальцевы - Александр, Сергей и Анатолий

1987/88. СКА (Хабаровск)

Октябрь 1988 года. Минск. СКИФ-ШВСМ (Минск) - РШВСМ (Рига). Хозяева в темном

Ноябрь 1988 года. Минск. СКИФ-ШВСМ (Минск) - «Спартак» (Архангельск)

Ноябрь 1988 года. Минск. СКИФ-ШВСМ (Минск) - «Металлург» (Череповец). Хозяева в темном

1987/88. «Сокол» (Новочебоксарск) на своем стадионе

1987. «Сокол» (Новочебоксарск) - «Химик» (Энгельс) или «Химик» (Энгельс) - «Сокол» (Новочебоксарск)

1988. Новочебоксарск. «Сокол» (Новочебоксарск) - «Химик» (Энгельс)

1988. Новочебоксарск. «Сокол» (Новочебоксарск) - «Химик» (Энгельс)

1987/88. «Южный Урал» (Орск)

Конец 1980-х. «Южный Урал» (Орск) - сборная ветеранов СССР

1970-е. «Южный Урал» (Орск)

Конец 1980-х. Играет «Южный Урал» (Орск)

По материалам сайтов 365info.kz, afisha.uz, allsportsystems.eu, anons.uz, auction.ru, bloodyhawks.ru, centrasia.org, chelhockeyhistory.ru.com, cskvvs.com, dizel.penza.net, dunyouzbeklari.com, favoritmarket.com, fergana.agency, fergana.site, fergananews.com, fh21.ru, fivezero.ru, fondkarimov.uz, gazeta.uz, hawk.ru, hcamur.ru, hcsokol.n4eb.net, hk-bryansk.ru, hockeyarchives.ru, icehockey.uz, ice-hockey-stat.com, instagram.com, kanal24.az, kino-teatr.ru, knigi.konflib.ru, kommersant.ru, kun.uz, legendapress.ru, litmir.me, muhammadsalih.com, mytashkent.uz, news.mail.ru, nhl55.ru, noviyvek.uz, ok.ru, ok.ru/otashkente, omsk.bezformata.com, orsk-hockey.ru, parkfurkat.uz, pastvu.com, pikabu.ru, ru.wikipedia.org, rulit.me, ru-ru.facebook.com/tashkentretrospective, rus.ozodlik.org, s30232294060.mirtesen.ru, salay.wordpress.com, sovietpostcards.org, sport.business-gazeta.ru, sport-32.ru, stena.ee, storage.ice-hockey-stat.com, syl.ru, tforum.uz, twitter.com/bayonetprick, uforum.uz, ural56.ru, uz.sputniknews.ru, uza.uz, uzdaily.uz, uzreport.uz, uzxalqharakati.com, vedomosti.ru, vesti.uz, visualrian.ru, vk.com, vladnews.ru, weltschaukasten.de, wiki2.org, yandex.ru/turbo и других.

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья