«Живу с родителями, готовит мама». Истории теннисиста Котова о маме, нелюбви к США и падении с самоката
28-летний Павел Котов за последние три года прошел путь от рывка в топ-50 рейтинга, до масштабной серии провалов, травм и вылета из топ-400. В начале этого года он не поехал в Австралию, а играл «Челленджеры» в Европе – и на одном из них даже выиграл титул.
После победы в немецком Кобленце Котов вернулся в Москву и сходил в гости к подкасту «Весна зовет!», который Елена Веснина делает для BB Tennis.
По итогам разговора главное впечатление о Котове – что он очень домашний и семейный. Возможно, даже чересчур. Вот 8 историй, которые это иллюстрируют.
Котов до сих пор живет с родителями
«Мы живем вместе. Не у всех родителей есть возможность купить и подарить своим детям квартиры. У моих родителей такой возможности не было, поэтому мне нужно самому на нее зарабатывать. Поэтому живу я с родителями.
Готовит у нас мама. Вещи стирает стиральная машинка. Загружают родители – потому что у нас много домашних вещей, которые тоже нужно стирать. Я складываю вещи в бачок с грязным, мама тоже.
Продукты? Как в обычной семье. Захотел что-то конкретное купить – купил. Если родители попросить зайти в магазин, я зайду. Это само собой разумеющееся.
В комнате у себя сам убираюсь».
На турнирах Котова тоже сопровождает мама Лидия
«Она бывший врач и очень помогает в медицинском плане. Она за мной следит, помогает во всем, что связано с восстановлением.
Она мне с детства перематывает намотку на ракетках. У меня есть проблема – намотка быстро намокает, потому что рука потеет. Ракетка в итоге прокручивается, я не могу ее никак зафиксировать.
И поскольку мама меня привела в теннис, я в последнее время понял, что теннис – это работа, но еще и какой-то семейный проект. Мама мне помогает советами – потому что за 23 года, что я играю в теннис, она многие вещи поняла.
Почему я по турнирам езжу с мамой? Потому что это человек, в котором я уверен на 100%. Уверен, что она сделает все от нее зависящее, чтобы у меня все было хорошо, чтобы я добился максимального результата».
В теннис Котова отдали, чтобы он ничего не ломал и не дрался
«У меня и папа, и мама никак не связаны со спортом. Бабушки и дедушки тоже. По линии папу почти все мужчины были военными – отец, соответственно, тоже. Дедушки все были военными. Дедушка по маминой линии – заслуженный военный летчик Советского Союза. Всю жизнь летал на истребителях.
По женской линии у меня мама – врач, и бабушки все тоже были врачами.
В теннис я попал абсолютно случайно. Рядом с домом была такая организация – МГФСО (Московское государственное физкультурно-спортивное объединение – Спортс’’), и там было много разных видов спорта. Не только теннис – футбол, плавание, фехтование.
У меня есть брат, который старше на 6 лет. И когда мы были маленькими, нужно было совмещать наше воспитание. Мама была одна, поэтому как-то нужно было все это сконструировать.
Так получилось, что единственная секция, которая была удобна по времени – чтобы успеть, например, забрать брата из школы, привести домой, забрать меня и отвести на секцию – это теннис.
У меня в детстве была такая черта, что если я что-то не сломаю, кого-то не ударю, то не успокоюсь. И надо было эту энергию направлять в мирное русло.
Надо отдельно сказать спасибо моему первому тренеру, Красникову Михаилу Ивановичу, потому что он очень нестандартно походил к тренировкам. Они все состояли из мини-соревнований – челноки бегали на скорость, соревновались, кто больше раз мячик набьет ракеткой. И он привил мне любовь к теннису. Даже не к теннису, а больше к мячу.
Я параллельно еще три года занимался бальными танцами – и мог сравнить подход. Мне гораздо ближе был теннис».
За что Котов не любит США
«После школы мне поступило предложение от Корнельского университета в Штатах – насколько помню, на полную стипендию. Мне бы все оплачивали полностью.
Я серьезно подумал, прежде чем отказаться. На тот момент я ни разу не был в США. Это было что-то далекое, что я видел только в фильмах. Мои представления были основаны на рассказах знакомых, друзей и американском кино.
Но побывав в Штатах, я точно уверен, что не смог бы отучиться. Я бы отучился семестр и сказал бы, что мне здесь просто не нравится и хочу домой. Но тогда я отказался, потому что решил, что хочу поиграть на профессиональном уровне, пробиться.
В США меня слишком многое не устраивает. Их подход к транспорту. Единственный вариант куда-то добраться – это самолет, потому что поездов нет. А если есть, то это такое себе удовольствие. Если у тебя нет машины, то ты человек второго сорта.
Меня не устраивает их подход к планировке городов, где по центру исключительно шоссе проводят. У нас на самом деле тоже с этим проблемы, потому что люди не всегда берут пример с тех, с которого надо бы брать. Но по сравнению со Штатами у нас намного лучше ситуация с отношением к человеку внутри города. Город прежде всего сделан для человека, а не для того, чтобы ты на машине из одного подъезда ровно в другой подъезд заезжал.
Меня полностью не устраивает еда. Она вся резиновая, нет никакого вкуса. Все жареное. Питаться хорошо в Америке очень дорого. На бюджет похода в хороший ресторан в России можно месяц жить.
Когда я приехал в США в 2022-м, у меня по ценам было впечатление, что я приехал в Швейцарию – но ничего не получаю. В Швейцарии виды, везде горы, озера абсолютно голубого цвета. Ты хотя бы получаешь что-то такое – не материальное. А в Штатах не получаешь ровно ничего.
И я был в Майами, Финиксе, в Лос-Анджелесе – и нигде ничего живописного не нашел».
Почему Котов тренируется в России
«У меня такой подход всегда был, что самое важное – самому тренироваться. Можно даже со стеночкой. Я, конечно, очень сильно утрирую, но думаю, ты мою мысль понимаешь. Важнее всего выходить на каждую тренировку и хотеть к концу тренировки сделать себя чуть лучше.
Я видел разные академии. Был в академии Муратоглу. И мне не нравится подход – там все поставлено на поток. Там никого не будет интересовать какой-то парень, ему не будут создавать идеальные условия, чтобы улучшать его игру. Не знаю, где такое есть. Может быть, где-то есть. Я в таких местах просто не бывал.
Когда я возвращаюсь в Россию, я себе эти условия стараюсь создать сам – и вся моя команда старается создать самые хорошие условия из того, что у нас есть. Понятное дело, что с чем-то приходится мириться. Например, в Москве приходится мириться с тем, что сложно найти спарринга, чтобы играть розыгрыши в полную силу.
Но для меня все же важнее человеческие отношения. Для кого-то важнее каждую тренировку тренироваться с Синнером или Алькарасом, чтобы им проигрывать. Для меня важнее чувство того, что я утром проснулся, приехал практически как к себе домой, потренировался, с кем-то пообщался, вернулся домой и дальше занялся своими делами».
Почему Котов не перешел в Казахстан – хотя несколько раз ездил на сборы в Дубай с командой Казахстана
«Мне поступало предложение, но я не перешел. Это было давно. Меня просили отказаться от российского гражданства, от паспорта. Я был точно против, поэтому не сошлись.
Условия должны были следовать после этого момента [отказа от гражданства], поэтому мы до них не дошли (смеется). Может быть, и не устроили бы, не знаю».
Что Котову дает Федерация тенниса России
«Есть финансовая поддержка – но хотелось бы больше. Помогают с медицинскими обследованиями.
Точно знаю, что для юниоров они проводят сборы то в Сочи, то в Ереване или Тбилиси, еще где-то в Турции или Египте. Я уверен, что, если бы от меня поступил запрос, меня бы туда тоже взяли.
В декабре этого года был сбор в Турции, но я знал, что мне не надо ехать в Австралию, что в начале года я буду играть на крытых кортах. Поэтому тренировался в Москве. И сейчас я посмотрел – Бублик перед Австралией тренировался в Санкт-Петербурге. И я думаю, что в следующие годы тоже буду в Москве тренироваться. Может быть, на недельку в конце декабря буду летать в Дубай, чтобы немного адаптироваться. А на весь декабрь – уже нет».
Проблемы с дисциплиной, падение с самоката и лишний вес
«У меня всегда были проблемы с дисциплиной не в плане тренировок – там я дорабатываю до конца. Проблемы за пределами корта.
Например, я большой фанат электросамокатов. Перед «Уимблдоном» я решил покататься и упал так, что хорошо, что ничего не сломал. С тех пор больше не падал, стал аккуратнее.
В плане питания я не то чтобы не могу себя держать. Просто у меня такой обмен веществ. Некоторые люди могут есть что угодно и в каких угодно количествах – и не набирают вес. А я чуть лишнего съем, сразу вверх. Думаю, когда я перестану в теннис играть, мне вообще есть будет нельзя. А то сразу будет два Паши.
Я не готов на такие жертвы, как Джокович. Я люблю жизнь – и хочу ее пожить».
Фото: East News/JEAN CATUFFE / DPPI via AFP; Gettyimages.ru/Sarah Reed; instagram.com/_kotov_pavel_
Будто прочитал интервью какого-то стримера хикана.
> И я был в Майами, Финиксе, в Лос-Анджелесе – и нигде ничего живописного не нашел».
В Калифорнии куча гигантских природных заповедников и национальных парков с прекрасными видами. За пределы города тоже надо выезжать все таки.
Спонсоров у 400-й ракетки вряд ли много. Хорошо если кто из брендов остался с лучших времен, кто компенсирует расходы на экипировку. Итого - есть лям баксов в заначке.
Если взять двушку-трешку в нормальном районе Москвы, а не студию в Новой Москве в двух часах езды от города, то уйдет 20-30 млн. А деньги пацану с такими результатами, повторюсь, пригодятся. Сейчас он в лучшем случае играет в ноль по деньгам. А более вероятно, что даже в минус.