Думаю, не одному мне попадались видео, в которых человек, сидя в полном одиночестве перед веб-камерой, распевает незатейливую песню, посвящённую игроку или клубу, на мотив известного хита. Признаюсь честно: поначалу испытываю некоторую неловкость, глядя на такие выступления. До тех пор, пока не узнаю, что благодаря именно этому неказистому хоум-видео уже в следующем туре десятки тысяч болельщиков распевают новый чант.
Ощущение неловкости окончательно исчезает, когда понимаешь, что именно благодаря таким людям и рождается та невероятная атмосфера единения, ради которой мы и любим футбольные трибуны.
На днях наткнулся на историю Пита Бойла, болельщика «Манчестер Юнайтед», который десятилетиями сочинял песни для трибун. Вероятно для сторожил МЮ это имя известно, но для меня фигура любопытная и новая. Творческую работу он вёл в максимально подходящей атмосфере: придумывал тексты в пабах неподалёку от «Олд Траффорд» или в автобусах, которые везли фанатов на выезд.
Бойл пришёл на первый матч «Юнайтед» в 1974 году, когда ему было всего четыре года. Его впечатлил не столько футбол, сколько всё, что происходило вокруг: шарфы, толпа, шум и песни. В детстве он даже публиковал стихи, хотя в семье никто не имел отношения к музыке или литературе. Просто у парня получалось складывать слова в нужном порядке.
Со временем из этого выросло несколько десятков песен, посвящённых игрокам «Юнайтед». Среди адресатов были Эрик Кантона, Гари Невилл, Джон О’Ши и Оле-Гуннар Сульшер. Самой известной стала Eric the King — посвящение Кантоне. В 1995 году Бойл даже исполнил её на британском телевидении в программе The Big Breakfast, пока сам француз разбирался с последствиями того самого удара ногой в болельщика «Кристал Пэлас», который можно увидеть на аватаре этого блога. На экране Бойл дирижировал группой фанатов с французским багетом в руках. Картина, довольно точно передаёт дух британского футбола девяностых.
Бойл рассказывал, что в шестидесятые и семидесятые некоторые болельщики «Юнайтед» раздавали на трибунах листки с текстами песен. Иногда публика подхватывала их, иногда нет. Сам он, если новый чант не заходил, не особенно переживал и просто призывал окружающих попробовать ещё раз. В общем, человек понимал, что творческий процесс редко обходится без нескольких публичных унижений.
Сейчас Бойл уже не так часто появляется в пабах и считает, что свою работу над песенником клуба в основном закончил. Но современные трибуны его раздражают. По его мнению, болельщики слишком часто ленятся сочинять собственные песни и просто переделывают чужие. Например, тем летом для нового нападающего «Юнайтед» Беньямина Шешко пытались придумать чант на мотив Zombie группы The Cranberries. Проблема в том, что эту мелодию уже используют болельщики других клубов. Бойл считает, что «Юнайтед» должен придумывать своё, а не повторять за кем-то.
Вообще, футбольные песни живут гораздо дольше, чем принято думать. Ещё в конце XIX века болельщики переделывали популярные мелодии и куплеты из мюзик-холлов. В шестидесятые, когда стало проще ездить на выездные матчи, трибуны начали активнее перенимать друг у друга музыкальные идеи. Фанаты «Ливерпуля» пели песни The Beatles и Силлы Блэк, а болельщики соперников меняли слова, превращая чужие гимны в издевательские песни.
Так, знаменитая You’ll Never Walk Alone в руках противников могла превращаться в «ты больше никогда не сможешь ходить» или «ты больше никогда не найдёшь работу».
Изначально многие чанты были способом поддержать команду, но довольно быстро стали инструментом соперничества. В семидесятые и восьмидесятые все, что происходило околофутбола для части фанатов значило не меньше самого матча. Иногда болельщики, увлекшись соперничеством с вражеской трибуной спрашивали друг у друга, чем вообще закончилась игра.
Правда, анонимность толпы иногда развязывает людям руки слишком сильно. Например, болельщики «Норвича» («Нориджа»), в 2006 году исполняли оскорбительную песню об убийствах пяти женщин, совершённых серийным убийцей Стивеном Райтом. Есть и расистские, мизогинные заряды, и песни, издевающиеся над трагедиями соперников. Тут уже коллективное веселье превращается в коллективную безответственность.
Но большинство песен всё-таки посвящены своим. У «Ливерпуля», например, есть песня в честь Диогу Жоты, погибшего в автокатастрофе вместе с братом Андре Силвой. Её написали на мотив Bad Moon Rising Creedence Clearwater Revival. Жота играл под номером 20, и теперь на «Энфилде» его песню исполняют на двадцатой минуте матча.
Читайте ещё:
«Козаккен Бойс»: русский след в голландском футболе
Футбол, панк и поэзия: Как футбольные ультрас Белграда превратили трибуну в арт-высказывание
Докерское дерби: история самой жестокой вражды Лондона между «Вест Хэмом» и «Миллуоллом»
Комментарии