Забавно, что сборная Норвегии как будто бы живет циклами от Франции до США. Их первым чемпионатом мира стал турнир 1938 года. Скандинавы уже в первом круге были выбиты итальянцами на марсельском «Велодроме», но, справедливости ради, будущим чемпионам северяне потрепали нервы: лишь в овертайме Сильвио Пиола смог забить победный мяч. После этого последовал перерыв длиной в 56 лет. И лишь в 1994-м «красно-бело-синие» вернулись на мундиаль, отправившись в США после первого места в тяжелейшей отборочной группе с Нидерландами, Англией, Польшей и Турцией. Затем был турнир во Франции, сенсационная победа над Бразилией… и очередной провал на 28 лет, пока чемпионат мира не вернулся на североамериканскую землю. Такой вот французско-американский заколдованный круг.
В 1994 году норвежцы провели классный турнир и очень обидно вылетели из группы, в которой все команды набрали по 4 очка. Из той сборной, приехавшей в США, в наше время чаще всего вспоминают Хеннинга Берга, немало поигравшего за «Манчестер Юнайтед», и двух отцов нынешних звезд скандинавского футбола: Йерана Серлота и Альф-Инге Холанда. Но, как и в любой яркой команде, в том составе «красно-бело-синих» был свой эксцентричный «безумец», о котором я сегодня и расскажу.
За год до американского мундиаля Ларс Бохинен оформил громкий переход в «Ноттингем Форест». Казалось бы, что за шумиха может быть в приобретении футболиста скромного швейцарского клуба «Янг Бойз»? Но скандальным стал не сам трансфер, а контракт, который норвежец попросил у англичан.
В 1993 году в «Ноттингем Форест» закончилась эпоха великого Брайана Клафа. Недавний топ-клуб вылетел из Премьер-лиги и жаждал немедленного возвращения. Деньги у команды были, ведь за последний год «лесники» продали за огромные по тем временам суммы нескольких лидеров (что во многом и стало причиной краха): Деса Уокера в «Сампдорию», игравшую в финале Кубка чемпионов, Тедди Шерингема в «Тоттенхэм», а переход Роя Кина в «Ман. Юнайтед» и вовсе побил британский трансферный рекорд. Но денег и репутации великого в недавнем прошлом клуба зачастую маловато, чтобы заманить классных игроков во вторую лигу, и получивший предложение от «Форест» Ларс Бохинен это прекрасно понимал.
Игравший в швейцарском клубе «Янг Бойз» полузащитник норвежской сборной решил воспользоваться ситуацией и выжать из руководства «Ноттингема» все до капли. Получив контракт от англичан, он выдвинул встречные требования. Например, шесть оплачиваемых клубом перелетов в Норвегию и обратно, чтобы Ларс не слишком скучал по родине. Кроме того, Бохинен хотел, чтобы «Ноттингем» трудоустроил его жену, просил включить условие о том, что он может играть лишь на позиции атакующего полузащитника, и даже потребовал заменить полы в предоставленном клубом доме, так как ворс от ковра мог «линять» и попадать ему в нос – всего порядка 50 пунктов разной степени эксцентричности.
Юристам «Форест» пришлось поломать голову над контрактом. На что-то клуб согласился, а на что-то нет, но главное, что Ларс стал в итоге игроком «Форест» и помог «лесникам» вернуться в Премьеру-лигу всего за год, после чего норвежец остался в Ноттингеме еще на сезон в АПЛ, затем перешел в «Блэкберн Роверс» и оттуда – в «Дерби Каунти». После долгой игровой карьеры Бохинен освоил профессию тренера и теперь с переменным успехом работает наставником норвежских клубов. Интересно, вспоминает ли он свои эксцентричные требования к «Ноттингем Форест», когда ведет переговоры по контракту с нынешними футболистами? Но примечательно, что, когда его сын Эмиль переходил в московский ЦСКА, Ларс рекомендовал ему осваивать новую культуру, быть скромнее и осторожнее. Впрочем, зарплату норвежца армейцы на всякий случай не разглашали.
Не меньшей эксцентричностью Бохинен запомнился и в сборной. Он появлялся на поле во всех трех матчах ЧМ-1994, но через год внезапно отказался выходить на поле против Франции, устроив одиночный протест против ядерных испытаний в Тихом океане. Потихоньку характер Ларса начал надоедать руководству сборной, и его стали приглашать все реже и реже. А к мундиалю 1998 года в Норвегии подросли уже новые герои: Туре Андре Флу, Хьетиль Рекдаль и Уле Гуннар Сульшер заставили быстро забыть о капризном атакующем полузащитнике.
Но вернемся к клубному футболу. Надо признать, что в Ноттингемшире Ларс Бохинен запомнился не только эксцентричными требованиями по контракту, но и весьма приличной игрой. Например, роскошным голом-парашютом в ворота «Тоттенхэма», разгромленного «лесниками» на «Уайт Харт Лейн» в 1994 году (4:1).
Долгое время Бохинен пользовался любовью болельщиков «Форест», пока не сделал еще один безумный поступок: Ларс набил на левой ноге татуировку с гербами всех трех команд АПЛ, за которые выступал. Так на его икроножной мышце рядом оказались эмблемы двух заклятых врагов: «Ноттингема» и «Дерби Каунти», что разозлило фанатов. Пожалуй, это было еще более странно, чем прописывать в контракте замену ковра…
Текст: Даниил Шульман-Симаков.
Если вам понравилась эта статья, подписывайтесь на ROCK’n’BALL в соцсетях, где я ежедневно публикую интересные авторские материалы: VK и Telegram.
Комментарии