10 мин.

Тарас Бурлак: «Агент говорил об интересе из Англии. Но мне до нее еще далеко»

«Кожаный мяч» и переезд в Москву

– Как во Владивостоке вырос потенциальный чемпион мира 2018 года?

– За это родителей в первую очередь стоит поблагодарить. Папа работал, чтобы у нас все хорошо было, а мама моим воспитанием занималась. Следила, чтобы не в одном направлении развивался, поэтому параллельно с футболом ходил в секцию карате, в шахматы играть учился и дополнительно английским занимался. В какой-то момент нужно было определиться, что больше по душе, и я без колебаний выбрал футбол.

– Не самый очевидный выбор для Владивостока.

– Просто родители хотели, чтобы мне было хорошо. Конечно, маме где-то было тяжело согласиться с таким выбором, но возражать она не стала – чтобы потом не корил ее, да и ей самой спокойнее было.

– Что бы делали, если бы с футболом в итоге не сложилось?

– Мы с мамой как-то разговаривали на эту тему. Ничего, был бы как все, говорит. Поступил бы в институт во Владивостоке, потом работу начал бы искать.

– Как в «Локомотиве» оказались?

– Во Владивостоке поначалу все время играл нападающего, лучшим бомбардиром даже становился. Потом начался «Кожаный мяч» – я уже в обороне играл – и мы с командой сначала в финальную часть вышли, а потом и первое место заняли, ну а меня лучшим защитником турнира признали. Затем турнир во Франции отыграли, и стали поступать предложения. ЦСКА интересовался, но до чего-то конкретного дело не доходило. «Спартак» и «Локомотив» были настойчивее. При выборе главную роль сыграли условия: у «Спартака» все разбросано было – учились в одном месте, тренировались в другом, питались в третьем – а в «Локомотиве» все в комплексе было, как раз интернат построили.

– Когда тяжелее всего было?

– Наверное, когда пришел Рахимов, и меня отправили в аренду в «Волгу». Тогда я этот шаг не обдумал как следует – молодой был, слушал всех подряд, вот мне лапши на уши и навешали. В итоге в аренде не играл, а когда вернулся, в «Локомотив» брать уже не хотели. Говорили: куда, раз даже в первой лиге не играл? Хорошо, Семин тогда в меня поверил. В итоге в дубле я был самым старшим, и нужно было доказывать все заново.

– Как с Билялетдиновым работалось? Слишком уж по-разному о нем отзываются.

– Он, конечно, своеобразный человек. В жизни спокойный, всегда подскажет, посоветует. А на тренировках и играх совсем другой – эмоционально на все реагирует, повышает голос. Многим это не нравилось. Но у каждого свои методы работы, и уж упрекать его точно не стоит – результат Билялетдинов давал, и сейчас в премьер-лиге играет много ребят, воспитанных им. Разговаривал с Ринатом Саярычем, когда стало ясно, что в клубе он работать больше не будет. Сказал, что считал своим долгом уйти вслед за Семиным.

– Многие говорят, что дубль в «Локомотиве» существует только для галочки, и в основном составе молодежь никто особо и не ждет.

– Просто в основе уровень совсем другой и, играя в дубле, не всем удается его достичь. Но шанс рано или поздно все получают, и нужно суметь им воспользоваться. В любом случае труд просто так никуда не уходит: не пригодился в одном месте – пригодишься в другом.

– Что такого есть у вас, чего не хватило Милановичу? Он ведь тоже в полном порядке был в молодежке, а в основу не попал.

– Наверное, имело значение гражданство. У Милана еще заканчивался контракт, а продлевать его он не хотел. Одно с другим совпало, и был сделан выбор в пользу меня.

Сборные и доверие

– Как узнали об отставке Красножана?

– Я вместе с молодежной сборной был в Испании. Зашел в интернет и увидел, что везде пишут про отставку. Сначала ничего не понял, но потом постепенно все встало на свои места. Жалею, что с ним так толком и не попрощался – человек мне дорогу в футбол открыл. Нужно поздравить его с назначением во вторую сборную.

– А как относитесь к самой идее создания второй сборной?

– Спокойно. Думаю, меня она не будет касаться. Сейчас я играю за молодежную сборную и рассчитываю, что через пару лет плавно перейду в состав первой.

– Ситуация в сборной сейчас не кажется тупиковой?

– Просто тренер делает ставку на определенных игроков – это его право. Результат будет – ему ничего не скажут, не будет – тогда уже начнут разбираться. Состав сборной не меняется не из-за того, что в России нет достойных молодых игроков. Просто отношение к молодежи у нас немного другое, не такое, как в Европе. Сколько бы мы с молодежкой ни играли, не могу сказать, что кто-то из игроков соперников был заметно лучше нас. А сейчас эти футболисты играют в топ-клубах и уже за основную сборную. В Европе молодежи больше доверяют, и в этом главное отличие.

Маминов и перспективы

– Почему команда поплыла перед перерывом?

– Все вместе сложилось. Когда увольняют тренера, команда в любом случае оказывается в стрессовом состоянии. Стали играть не столь организованно, как до этого. Продолжали не реализовывать свои моменты.

– Было видно, что Маминов ничего не может сделать. Выпустил 11 человек, и все – дальше уже был вне игры.

– Сложно сказать, почему так вышло. На тренировках-то все было нормально. Маминов руководил командой, игроки с уважением к нему относились, все понимали, чего он хочет – указания не особо отличались от тех, что были прежде. Дальше уже от нас самих все зависело. Мы же на поле выходили, поэтому мы и виноваты, не нужно в этой ситуации винить тренера.

– В чем была главная черта Маминова, когда он работал помощником – сначала у Семина, а потом у Красножана?

– Он всегда хорошо относился к молодежи. Хотел, чтобы мы больше играли – постоянно что-то подсказывал, советовал. Думаю, это нормальная ситуация для человека, который сам вырос в этом клубе. Ну, а в остальном, как и все помощники, наверное – набирался опыта, впитывал какие-то знания.

– Нет ощущения, что сейчас придется сесть на лавку?

– Да нет, я уверен в своих силах и не боюсь конкуренции.

– Не бояться – это одно. Но все равно ведь прокручиваете в голове вариант, при котором лишним окажетесь?

– Когда приходят новые игроки, такие мысли всегда есть. Но мне здесь ничего другого не видится, кроме как тренироваться, доказывать и ждать шанса.

– А к разговорам о том, что вами интересуется чуть ли не «Лацио», как относитесь?

– Да, интерес в Европе ко мне есть – агент говорил про Францию и Англию, российские клубы тоже интересуются. Но сейчас я думаю о «Локомотиве» – для начала здесь чего-то нужно добиться. Да и далеко мне еще до европейских клубов.

Смородская и пример для подражания

– Другие разговоры, которые о вас ходили, были связаны с конфликтом со Смородской.

– Да нет никакого конфликта, все у нас нормально.

– То есть после матчей целует?

– Да всех поздравляет, конечно. Правда, в последнее время не с чем особо.

– Какое вообще Смородская впечатление оставляет?

– Старается делать все на пользу клубу, хочет как лучше. Из-за критики тяжело приходится, но видно, что Ольга Юрьевна – сильная женщина. Понятно, что где-то в душе у нее, может, и неспокойно из-за всего этого, но она вида не подает, держится достойно.

– Почему зимой на встрече с болельщиками за нее никто не заступился?

– Лично мне как-то проявлять себя в этой ситуации было некорректно, потому что я на этой встрече был одним из самых молодых. За остальных не могу говорить, потому что у каждого есть свое видение ситуации и мнение на этот счет.

– Кто в клубе служит для вас примером?

– Наверное, Олег Пашинин. Не из-за того, что защитник – просто как человек он мне близок. Ни перед кем не заискивает, имеет свою точку зрения в каждом вопросе, не боится ее высказывать. Не знаю, что теперь с ним и с Маминовым будет, нам пока не говорят. Надеюсь, они останутся в клубе, для них «Локомотив» не пустой звук. Мне кажется, сейчас от их желания все будет зависеть. Но такие люди в любом случае не останутся без работы.

– А есть игрок, без которого нынешний «Локомотив» невозможно представить?

– Лоськов. По духу, по настрою – Торбинский. Но вообще сейчас у нас в команде нет человека, который прям явно выделялся бы на фоне других. Когда показывали хорошие результаты, в первую очередь были командой, а не за счет кого-то одного вылезали.

Ошибки и болельщики

– Почему за отличным стартом последовали ошибки?

– Да все вместе навалилось. Молодой – где-то спад пошел, потом еще травму получил. Психологическое напряжение опять же: с одной стороны, вызов в сборную получил, с другой – в клубе неспокойно. Но ничего, без ошибок никуда. Не ошибается только тот, кто на диване сидит.

– Реакция со стороны болельщиков удивила?

– Да нет, я уже привык, что сегодня можно быть героем и надеждой, а завтра – тебя будут ненавидеть. Такой уж менталитет у российских болельщиков. Павлюченко рассказывал, что как бы плохо ты ни сыграл, английские болельщики не станут поливать тебя грязью – придут на следующий матч и точно так же будут поддерживать.

– Зато итальянские запросто могут подраться с игроками.

– Для меня это необъяснимо, конечно. Но просто нужно понимать, что есть спокойные болельщики, а есть безбашенные.

– Вы бы каким были?

– Сложно сказать. Когда ты не знаешь футбол изнутри – это одно дело, когда знаешь на своем опыте – совсем другое. Поэтому не могу представить себя безбашенным болельщиком.

– После матчей читаете, что про вас пишут?

– Конечно, все в интернет заходят. Комментарии стараюсь не читать – большинство из них оставляют люди, которые думают, что в футболе все так просто. Желания ответить не возникало – зачем ввязываться в спор? Лучше выходить на поле и игрой все доказывать.

Фото: официальные сайты «Локомотива» и РФС, а также из личного архива Тараса Бурлака.