Российская фигурка живет ожиданием большого международного сезона – первого за четыре года отстранения. Квот у наших спортсменов пока непривычно мало, но уже через год расклад может измениться.
Пока фигуристы готовятся к стартам, самое время присмотреться: с кем предстоит бороться нашей сборной? В танцах на льду оппоненты все те же – команды США и Канады, вот только их составы со времен очного соперничества с россиянами обновились почти до неузнаваемости.
Канадские танцы лихорадило всю весну. Лидеры сборной, Пайпер Гиллес и Поль Пуарье, официально карьеру еще не завершили – но первую половину следующего сезона точно пропустят.
А следом началась настоящая эпидемия распадов: сразу несколько перспективных дуэтов из поколения NextGen объявили о расставании. К лету танцоры один за другим находили новых партнеров — почти все собирались из «обломков» других пар. Самым громким стал развод второй пары сборной – Марджори Лажуа и Закари Лага.
Все это напоминало российские танцы на льду несколько сезонов назад. Только вот новые российские пары – Кагановская-Некрасов, Пасечник-Чиризано – уже успели скататься и завоевать медали, а будущее канадских «новоделов» пока непонятно. Кто станет лидером сборной? С кем нашим биться в олимпийском команднике и на ближайшем командном ЧМ уже этой весной?
Майя Багрянцева поговорила с Ханной Лим и Закари Лага – новым дуэтом, на который и сборная Канады, и монреальская академия делают одну из главных ставок в новом олимпийском цикле. Лим раньше выступала за Корею – с Е Куаном, но решила сменить флаг и выступать за Канаду.
Как настроиться на сезон без международных стартов? Изменилась ли атмосфера в Академии после ухода лидеров? И каково это – каждый день выходить на один лед с бывшими партнерами?
Кстати, это первое совместное интервью Ханны и Закари – и дали они его именно Спортсу’’.
Чок и Бейтс – как мама с папой, а проигрыш друзьям – не трагедия. Какая атмосфера сейчас в монреальской академии?
– Вы оба только что вернулись из отпуска – самого длинного в вашей карьере.
Закари: Да, мне кажется, я никогда так долго не отдыхал. Но под конец этих двух недель я уже думал только о том, как бы поскорее вернуться — мне есть чем заняться на катке. У нас с Ханной море работы.
– После Олимпиады в Милане сразу несколько дуэтов из вашей группы завершили карьеру. Изменилась ли атмосфера на катке? Чувствуется новый олимпийский цикл?
Закари: Да, наверное, но такое происходит каждые четыре года. Особенно остро это чувствовалось после Олимпиады в Пекине – тогда из спорта ушли американцы Мэдисон Хаббелл и Зак Донохью, французы Габриэлла Пападакис и Гийом Сизерон.
Во взрослой группе появились несколько молодых дуэтов, многие перешли из юниоров. Приходит новая волна, новое поколение – это естественный процесс развития.
Ханна: У нас на льду отличная атмосфера. Я со многими дружу, постоянно провожу время с девочками – ходим куда-нибудь после тренировок и по выходным. Я очень общительная, так что мне все это в радость.
– Непривычно не встречаться на тренировках с Мэдисон Чок и Эваном Бейтсом?
Ханна: Да, немного. После Олимпиады, когда мы осознали, что они не вернутся, мы даже загрустили – они для всех на катке были как заботливые мама с папой.
Закари: С ними было очень круто тренироваться. Они со всеми прекрасно общались, не ставили себя выше других, им было плевать на иерархию: дети, юниоры, новые пары – для них все были равны. Они ко всем всегда относились с одинаковым вниманием и уважением. Очень скромные ребята, вообще без короны на голове.
Ханна: Всегда подойдут обнимутся, спросят «как дела?». Эван и Мэди очень просты в общении, и им правда было не все равно, что происходит у других.
Кстати, Мэдисон – автор эскизов одного из моих костюмов в позапрошлом сезоне, и я буду просто счастлива снова с ней поработать. У нее очень тонкий вкус, она сразу точно видит, что тебе пойдет. Если она откроет свой бутик, я буду одной из первых клиенток.
– В вашей группе часто говорят про дружбу, но вы при этом все соперники: одна разминка на соревнованиях, борьба за одни и те же медали. Как это сочетается?
Ханна: Наверное, чем выше ты поднимаешься, тем это сложнее. В юниорах я вообще этого не чувствовала. Теперь приходится отделять дружбу от соперничества, и вот тут становится непросто. Для меня дружба очень много значит – но да, при этом я хочу тебя обыграть, и этого не скрываю. Но уверена, что с опытом все станет гораздо естественнее и легче.
– Зак, твой лучший друг — американский танцор Энтони Пономаренко. Как сохранить дружбу, одновременно отбирая друг у друга медали?
Закари: Мы с ним уже сто лет дружим, а я вообще считаю, что соперничество и конкуренция позволяет тебе понять, кто твой настоящий друг. Когда я начал его обыгрывать, он совершенно не изменился – и я это безмерно уважаю.
И наоборот: когда он обыграл меня на ЧМ в Бостоне, мы выпили по бокалу в номере, и я искренне сказал, что рад за него. Он вкалывает так же, как и я – так чего мне расстраиваться? Если я и чувствую зависть, то это не его вина; мне просто нужно работать больше.
То же с французом Жоффрэ Бриссо: он всегда открыто признавался, что хочет обыграть нас с Марджори. И обыграл – и за него я тоже был рад, потому что он настоящий трудоголик. Я всегда за тех, кто честно пашет.
– Монреальская академия — огромная школа. При этом у вас практически не бывает утечек о распадах и новых парах. Как удается держать это в секрете?
Закари: Наверное, люди просто ведут себя порядочно и не предают коллег.
Ханна: Честно, я сама задавалась этим вопросом. На катке действует негласное правило: мы бережем конфиденциальную информацию друг друга. Если у кого-то появился новый партнер, я никогда никому об этом не расскажу. И к моим новостям относятся с таким же уважением.
Тут, наверное, действует простое правило: не поступай с другим так, как не хочешь, чтобы поступили с тобой. Здорово, что у нас в группе все устроено именно так.
– Ваши бывшие партнеры тренируются с вами в одной группе, уже в новых парах. Странные ощущения?
Ханна: Поначалу было немного неловко. Ты был с тем партнером, а теперь нет – но вы все равно катаетесь вместе, просто не вместе. Это как встретить бывшего и при этом работать с ним в одном офисе. Но что делает это менее неловким - так это время, честно. Дни идут, вы продолжаете видеться, и это становится нормальным.
«Ты чувствуешь, что уперся в потолок» – почему танцоры расстаются?
– Почему распались ваши предыдущие дуэты?
Ханна: Прошлый сезон стал для меня особенным – я побывала на своей первой Олимпиаде. Было много волнения и много радости, но и трудностей хватало. Когда в Милане мы с Е не отобрались в произвольный танец, стало ясно: что-то идет не так.
Я сидела на трибуне, смотрела, как катают свой произвольный танец другие пары, и думала: «Я должна быть там. Я так хочу быть там». Не просто откатать два танца на соревнованиях, а бороться за место в сильнейшей разминке и за медали. Мне было больно об этом думать, но эти мысли не выходили у меня из головы.
После Милана у нас был откровенный разговор с партнером. Я просто не считала честным скрывать от него свои сомнения. Поэтому на чемпионат мира мы поехали, уже зная, что это наш последний турнир.
А потом мне позвонил Зак – просто поговорить. Но мне было понятно, о чем он думает, поэтому я первая спросила – не хотел бы он попробовать покататься вместе.
– Зак, ваше с Марджори решение расстаться удивило многих. Вы были второй парой сборной.
Закари: Позапрошлый чемпионат мира сложился для нас не так, как мы с Марджори хотели: седьмое место – не тот результат, к которому мы шли. Тогда я подумал, что это досадное недоразумение, и если мы будем усердно работать, мы все исправим. Но на двух самых важных стартах этого сезона – на Олимпиаде и ЧМ – история повторилась. Вот я и стал анализировать, что идет не так.
Наше развитие как пары буксовало: каждый сезон мы выходили примерно с одними и теми же элементами. Мы каждый раз пытались придумать что-то новое, но потом все равно возвращались к тому, что уже было раньше. Было ощущение, что наша пара немного выдохлась – возможно, мы достигли своего максимума друг с другом.
Мы с Марджори очень разные — это неплохо для работы, но может быть проблемой при обсуждении творческих вопросов. Может, это был шанс для нас обоих попробовать что-то новое после 15 лет совместной карьеры.
Ханна: Мысль о смене партнера появляется потому, что ты чувствуешь: появился барьер, который невозможно преодолеть – будь то в том, как вы работаете вместе, в уровне мастерства или в творческом плане. Ты чувствуешь, что упёрся в потолок, видишь, как все остальные продолжают развиваться и обходят тебя, и понимаешь: увы, вы уже достигли максимума того, чего могли добиться вместе.
– Как отреагировали семья и друзья? Зак, что сказал Пономаренко?
Закари: Энтони спортсмен, поэтому, конечно, ему важен результат. Но быть счастливым для него еще важнее. Он просто сказал: «Если ты счастлив, то и слава богу – это превыше всего». Надо сказать, что все вокруг меня отреагировали на наше решение одинаково: «Если это сделает вас счастливыми, вперед».
- Даже тренеры?
Ханна: В монреальской академии тренеры никогда ничего не навязывают. Да, они сначала сказали, чтобы мы не торопились с решениями и все хорошенько обдумали. Они боялись, что мы слишком торопимся. Но поддержали нас и сказали, что будут рядом в любом случае, а мы можем всегда на них рассчитывать.
– Вы наверняка обсуждали планы на будущее. Сколько Олимпиад вы держите в голове?
Закари: Один олимпийский цикл мы точно откатаем. Мы особо это не обсуждали, но я бы не отказался и от двух, хаха. Я чувствую, что мы можем кататься долго.
Ханна: Я тоже, мне нравятся еще две Олимпиады. Но пока сосредоточимся на этом цикле. Вообще, фигуристы обычно подводят итоги в конце каждого сезона – так что разговоры о будущем у нас происходят регулярно.
Лим и Лага не пугает пропуск сезона – даже нашли плюсы
– Ханна, есть новости по твоему релизу? Надо отсидеть год карантина, или все может затянуться?
Ханна: Да, год с последнего международного старта, как того требуют карантинные правила ISU. Я знаю, что Skate Canada на связи с корейской федерацией, но процесс требует времени. Мы настроены оптимистично: после ЧМ-27 я смогу представлять Канаду.
– Зак, встать в пару с Ханной для тебя означало пропустить целый сезон. Сложно было на это решиться?
Закари: Если честно, для меня это не имело никакого значения. Тренеры меня тоже спрашивали: «Ты это понимаешь?». Естественно. Но я думаю о будущем. Наши пробы с Ханной прошли так легко, что было бы глупо не воспользоваться таким шансом. И не важно, какую цену придется за это заплатить.
В этом есть даже свои плюсы: у нас будет больше времени подготовиться к выходу на международку. Нам это точно пригодится.
– То есть вы готовы к тому, что другие пары с вашего катка будут ездить по международным турнирам, а вы будете ходить на тренировки в Монреале?
Ханна: Конечно, это немного досадно. Мы спортсмены, нам нравится соревноваться и показывать свое катание. Когда появились списки на этапы Гран-при, я ровно секунду погрустила: «эх, раньше там было и мое имя». Но таковы правила, и это совершенно нормально.
Да, наши друзья будут уезжать на большие старты, мы будем за них болеть, но и завидовать немного им тоже будем. Зак прав: из всего можно извлечь пользу. Такого сезона у нас больше никогда не будет. Это никак не влияет на то, насколько усердно мы тренируемся: мы все делаем так, словно это наш обычный международный сезон.
Закари: Даже не просто обычный, а очень важный. Наша цель – хорошо выступить на чемпионате Канады. Ну и здорово будет в кои-то веки закончить сезон пораньше: я и не помню, когда бы чемпионат страны становился для меня последним стартом в году.
Ханна: Если мы достойно прокатаемся на чемпионате Канады, у нас будет шанс отобраться на командный чемпионат мира весной.
Закари: Пока это звучит немного из области фантастики, но у нас есть амбиции, теперь главное – много работать.
– Но смотреть международные старты в сезоне вы будете?
Закари: Конечно. И ей-богу, я скорее выберу смотреть главные старты дома по телевизору, но кататься с Ханной, чем поехать туда, но без нее.
Чем Закари вдохновляет футбол, и почему он болеет за Испанию на ЧМ?
– Зато будет больше времени на хобби — например, твои занятия музыкой.
Закари: На первом месте сейчас фигурное катание, фортепиано подождет. Но Ханна, кстати, предложила как-нибудь поставить программу под композицию, которую я буду исполнять сам.
«Увидел Липницкую и пропал». Канадский топ-танцор из Алжира – про нашу культуру и фигурку
Ханна: О, это было бы так здорово. Мы уже обсудили, что это может быть что-то из Шопена, я очень люблю его музыку. Это будет уникальная история, Зак будет играть специально для нас. Мне кажется, зрители это тоже почувствуют.
Закари: Я уже обсудил это с моим преподавателем, правда, он пока не в восторге от этой идеи. Партитура очень сложная, для того чтобы хорошо ее сыграть, надо будет очень много работать. На это уйдет месяцев пять, не меньше. Но идея мне нравится. Мне кажется, Ханне очень подойдет эта музыка, она у нас настоящая мечтательница.
Кстати, раньше я думал, что я не такой – а сейчас узнаю себя заново. Я учусь меньше зацикливаться на результате и больше получать удовольствие. Смешно, что меня на это вдохновил футбол, точнее, чемпионат мира.
– Как так?
Закари: В футболе есть такое выражение: «jogo bonito», с португальского переводится как «красивая игра». Так раньше играли бразильцы: очень креативно, артистично, без четкой математики, которая характерна для Германии.
Очень часто в спорте бывает так, что ты обладаешь всеми необходимыми техническими навыками, но успех приходит, только когда ты начинаешь получать от своего дела удовольствие. Может, Бразилию и подводит то, что они теперь гонятся за другими вещами, забыв, каково это – играть в кайф. Я не большой спец в футболе, это всего лишь моя теория.
– За ЧМ следишь?
Закари: Стараюсь. Болел, конечно, за Алжир, моя семья ведь оттуда родом. Да, сыграла сборная не очень, но знаете, каждый их матч смотрело 15 млн алжирцев, клянусь. Даже бабушки просыпались посреди ночи (из-за разницы во времени), чтобы включить телевизор. Я как раз был в отпуске во Франции, и тоже просыпался в три часа ночи, чтобы поболеть.
Еще болею за Испанию – у них отличная сборная, с невероятным командным духом. Они не играют грязно, не юлят и ведут себя достойно. Надеюсь, они станут чемпионами мира.
Больше о фигурном катании – в телеграм-канале Багрянцевой.
Фото: Gettyimages.ru/Jamie Squire; instagram.com/lagha_zak; ISU, Antoine Saito / Skate Canada
Комментарии
И про Ханну и Зака говорили, и про Сандрин Готье с Полом Айером. И даже про возвращение Жан-Люка - во что я вообще изначально не поверила.
У Кореи одиночники топовые есть, пара спортивная была юниорская - распалась, танцевальная тоже распалась, а могли бы командник неплохой собрать