Рожденная под «Зиму»
Не помню марку крохотного телевизора, к которому прильнули мы, пять беременных, коротавших в роддоме № 16 на Соколе последние дни перед родами. Не помню, в котором часу была трансляция, но точно, это было время, когда в роддоме шуметь было нельзя.
Мы прикрутили звук до минимума и старались болеть тихо. Шел 2002 год. Олимпиада в Солт-Лейк-сити, Ягудин катал свою «Зиму» - и мы позабыли обо всем. На какое-то время отступили наши предродовые страхи – это была настоящая арт-терапия! Потом долго мы говорили об этом, и думали: удастся ли поболеть за Алексея в произвольной, 14 февраля? Или мы уже будем лежать в послеродовом отделении без всяких телевизоров и нам будет не до Олимпиады…
Видимо, нам очень хотелось увидеть произвольную – и мы дотянули до 14-го! Какой это был восторг, триумф, счастье! Те из нас, кто ждал мальчика, говорили: «Родиться – Лехой назову!» Интересно, сколько Алексеев родилось в те дни? И не только в 16-м роддоме Москвы…
…Через два дня ранним утром 16 февраля у меня начались схватки. Роды шли тяжело, вокруг меня сгрудилась целая группа акушеров и неонатологов. «Голова застряла в тазу», - слышала я тревожный шепот. Мое тело рвалось, сил больше не было… Я старалась, но этих усилий было недостаточно.
Страх за ребенка все жестче сковывал мои движения, кошмарные мысли мешали сосредоточиться. И вдруг я услышала музыку из «Зимы», сознание включило черно-белый экранчик, знаменитая ягудинская дорожка заплясала перед глазами…
Я сделала глубокий вдох – всем телом, не только легкими. И выдохнула так же, всей собой… Через секунду я услышала плач своей доченьки. Врачи поздравляли не меня – друг друга – мол, обошлось. «Смогла, как ни странно. Вот сразу бы так!» - говорили они что-то в таком духе.
Так 24 года назад под ягудинскую «Зиму» родилась моя дочь Таисия!
Спорт и искусство, которые объединились в фигурном катании, – великая вещь!
