Почему российские единоборства в таком болоте. Дело в двух совпадениях
Честно о грустном.
Результаты турнира по грэпплингу Ground Zero, главным событием которого стала схватка Анатолия Сульянова и Асланбека Бадаева, выглядят так: Александр Нешуткин победил болевым приемом Вячеслава Скотникова, Станислав Роженьков – Алексея Сафонова… А еще 9 (!) схваток завершились вничью.
Почему? Потому что по правилам, если за 8 минут никто из участников не делает болевой или удушающий, схватка остается без победителя. И 18 спортсменов счастливо отборолись вничью.
Так выглядел один из самых ожидаемых турниров этого года. Турнир с девятью ничьими в начале 2026 года с бессодержательным главным событием, кажется, становится пиковой точкой процессов, которые протекают в российских единоборствах в последние 5-6 лет.
Сюда и бой Вячеслава Дацика с Джеффом Монсоном. И турнир по ММА в Магасе, где Александр Емельяненко победил в бою, очень похожем на договорной. И боксерский вечер в Вологде, где Ролли Ламберт и Грег Харди отказались от продолжения поединков с Алексеем Папиным и Евгением Гончаровым. И поединок Максима Новоселова с Большим папой. И бой Виталия Минакова с Оли Томпсоном, который почему-то не попал в официальную статистику.
Российские единоборства внезапно наполнились контрафактным продуктом. Сначала его было интересно изучать – казалось, он только подчеркивал качество оригинала. Сейчас желания прикасаться к нему все меньше.
Совпадение №1. Деньги, время, UFC
Виной происходящего стали сразу несколько процессов, совпавших во времени и пространстве.
Во-первых, в индустрию единоборств внезапно пришли деньги. Спорт перестал быть бедным и андеграундным, отдельные турниры стали стоить 50+ млн рублей, а деньги на них начали выделять большие и узнаваемые на федеральном уровне компании.
Во-вторых, для россиян открылся рынок за рубежом. В 2011-м подписание Хабиба в UFC было новостью. В 2019-м российских бойцов UFC было больше, чем игроков НХЛ из России. А в 2026-м даже при всех сложностях россияне, кроме UFC, могут зарабатывать в PFL, Brave, ONE или в крайнем случае LFA.
В-третьих, пандемия и политическая напряженность сделали рынок более замкнутым. В 2019-м UFC провел два турнира в Москве и Петербурге, и, возможно, останься бы главная лига мира в России даже с такой частотой, это создало бы совершенно другой стандарт качества. Но вышло по-другому.
Минута работы хорошего бойца стала стоить дорого. Бой против Анатолия Токова в 2013-м Магомед Исмаилов, как сам вспоминает, провел за 12 тысяч рублей. А в 2022-м он дрался с Александром Шлеменко уже за 25 млн.
При этом проводить турниры по единоборствам вошло в тренд. Представьте, что вы бизнесмен или владелец телеканала, которому последние пять лет говорили, что какие-то Хабиб и Конор или Мага и Вова сделали шума не меньше, чем матч «Спартака» и ЦСКА. Что на турниры теперь ходят первые лица государства. Что это хороший способ собрать тусовку, поговорить с нужными людьми или показать, «как развивается спорт в регионе». И, если надо, можно привлечь немного денег от букмекеров, доложить своих и тоже провести турнир – может, чуть хуже, но тоже громкий.
Совпадение №2. Личная популярность и интернет-трансляции
Россия и США редко синхронизируются в чем-то настолько хорошо, но в боях популярных людей они совпали потрясающе точно. Пока в Америке выяснялось, что бои Джейка и Логана Пола смотрят лучше, чем профессиональных боксеров, в России Амиран Сардаров столкнул Вячеслава Дацика и Артема Тарасова. Собрало миллионы просмотров.
Это открыло портал в новое измерение. Лига «Наше Дело» в следующие несколько лет устраивала поединки Никите Джигурде, рэперам Шокку и Жигану и даже депутату Милонову. Канал «Рен ТВ» делал вечера бокса с Брюсом Хлебниковым (в прошлом – самый сильный ребенок России) и Святославом Коваленко (популярный блогер). А Анатолий Сульянов очень хорошо понял, что упаковка решает не меньше содержания. И главное – турниры можно снимать самому.
Очень наивно думать, что лига Hardcore состоялась исключительно на конфликтах и голых кулаках. Hardcore взял аудиторию новым форматом съемки, отказом от устаревшего одноголосного конферанса (когда все ринг-анонсеры все равно стараются говорить как Александр Загорский), свежими именами и диалогам на одном языке с 18-летней аудиторией. Hardcore мог создавать героев и перезапускать карьеры.
Очень важный пример – Хадис Ибрагимов. В 24 года Ибрагимов дебютировал в UFC c рекордом 8-0. Проиграл четыре боя, ушел из лиги с гонораром $10 тысяч за поединок. Выступая в России, Хадис, как сам рассказывает, увеличил гонорары в восемь раз. Стал самодостаточным именем за счет ярких боев, готовности драться по разным правилам и вовлеченности в раскрутку.
Интернет-промоушены сильно подняли ценность имени как такового. Теперь за бои стали платить не только тем, кто хорошо дерется, но и тем, кто готов драться в принципе и имеет хоть какую-то аудиторию.
К чему это все привело?
Из позитивного. Да, появились лиги со стабильным финансированием – АСА и RCC. Но у финансовой стабильности есть слабости. АСА финансирует клуб «Ахмат» и де-факто руководство Чеченской Республики. RCC курирует «Русская медная компания» Игоря Алтушкина. В обоих случаях руководители промоушенов вынуждены считаться с мнением высшего руководства и чуть-чуть стеснены в поиске новых форматов.
В то же время и в АСА, и в RCC слегка демотивированы на поиски новых решений в принципе. Там могут дать регулярные выступления бойцам, могут выращивать довольно сильных спортсменов в жесткой конкуренции (Магомедрасул Гасанов, Борис Медведев, Евгений Гончаров, Ислам Омаров), но все реже целятся и попадают в непогруженного зрителя.
АСА и RCC неохотно развивают конфликты между бойцами, периодически принимают странные решения в матчмейкинге, и каждая в отдельно взятых деталях все еще заметно проигрывает UFC.
Но есть и менее позитивные вещи. Появились люди, готовые тратиться на ММА. Появились стихийные деньги, которые очень удобно пропускать через единоборства. В то же время бойцы стали получать чуть больше, чем раньше. В поисках компромисса менеджеры начали помогать «промоутерам» и бойцам сходиться в цене, чуть-чуть корректируя правила.
Например, когда два человека, не будучи профессиональными мотивированными боксерами, проводят поединок по боксу, они не только меньше рискуют травмироваться, но еще и не ставят под удар карьеру в основном виде спорта. В 2025-м действующий чемпион АСА и один из лучших тяжеловесов России Евгений Гончаров оставил пояс, чтобы буквально проиллюстрировать все, о чем мы говорили выше.
Сначала Гончаров попытался подписать контракт с UFC. Когда не получилось, съездил на боксерский поединок в Вологду и провел грэпплинг-матч в Москве. И как бы ни сложился его поединок в боксе или борцовская схватка, это не сильно повлияет на его карьеру бойца ММА. Заработать получится чуть меньше, но риски и сложность подготовки тоже будут принципиально ниже. А организаторы в одном случае получат бой нашего и не нашего. А в другом – просто громкое имя. И так работает примерно всегда.
Канал «Рен ТВ» долгое время делал турниры в сотрудничестве с букмекером. Организовать бой Кокляев vs Емельяненко было отличной идеей, но постепенно качество падало все сильнее, а главное – зритель начал понимать, что победа или поражение никак не влияет на карьеру бойца. Одни и те же персонажи могут драться друг с другом без всякой логики.
Рынок пришел в состояние, когда собрать турнир может почти любой и под любой бюджет. И почти с любым бюджетом можно придумать такой состав участников, чтобы было хотя бы какое-то звонкое имя. Ветераны, блогеры, представители других дисциплин при правильных условиях могут вполсилы побоксировать или побороться.
Эффект от этого напоминает употребление алкоголя: весело прямо сейчас, но убийственно на долгой дистанции. Бойцы снижают требования к себе, уверены, что всегда можно заработать, и живут в иллюзии, что это кому-то нужно. Зрители все чаще видят продукт низкого качества. Турнир по единоборствам с девятью ничьими очень похож на нижнюю точку этого процесса. Будет здорово, если ниже уже не получится.
Вы знали, что турнир по ММА в России можно провести за 150 тысяч рублей?
Фото: ACA; Bulkin Sergey, Lantyukhov Sergey/news.ru/Global Look Press
10 лет назад лучше было? Тогда вообще ничего не было. Был один лишь М1 и всякие мелкие промоушены названия которых без интернета никто уже не озвучит. Сейчас люди хотя бы интересуются ММА, раньше же кроме ФЕ не знали ни одного бойца в принципе. Редко кто мог назвать двух и более, и те все были зарубежом как сам ФЕ. Раньше даже как правильно вид спорта назывался, все говорили «бои без правил». Короче, статья бред полный.