Напоминаем, что в разделе "Видео" хранятся ссылки на голы прошедших игр.

Мобильные приложения
Sports.ru

9 августа 2012 14:29
Выигранный воздух
Выигранный воздух

Блог радиостанции «Зенит»

Ольга Забелинская: «Призовые у мужчин в десятки раз выше»

Ольга Забелинская

Петербургская велогонщица, двукратный бронзовый призер Олимпийских игр-2012 Ольга Забелинская вернулась из Лондона и заглянула на «Радио Зенит». Тренировки в России и за границей, мысли во время и после гонок, отношения с соперниками и восемь иностранных языков – об этом и многом другом в интервью спортсменки.

– Ольга, как чувствует себя призер Олимпийских игр?

– Пока ничего особенного, кроме, пожалуй, удовлетворения, я не ощущаю. Сейчас у меня такое впечатление, что уже осень. Обычно сезон у нас заканчивается в конце сентября, и, приехав из Лондона домой, у меня было чувство, что сейчас как раз где-то сентябрь-октябрь, все закончилось и ничего больше не надо делать. А на самом деле впереди еще два месяца гонок, и нужно как-то себя настроить на дальнейшую борьбу.

– А в тот самый момент, когда вам вручали медаль – какие были ощущения?

– Конечно, было немного досадно, что это всего лишь бронза. Когда только завершаешь гонку, то думаешь: «Ура! Есть медаль!». А потом уже на пьедестале приходят мысли, что можно было еще немного поднажать, и все могло сложиться еще лучше. Ну, что ж, бронза так бронза. Впереди еще четыре года, будет возможность побороться и за золото.

– Разница между вами и серебряным призером была совсем небольшой.

– Да, на дистанции почти в тридцать километров разница даже в двадцать секунд – это совсем ничего. Поэтому после гонки возникают мысли, что можно было получше стартовать, здесь на повороте немного подрезать, там побыстрее проехать. Но уже ничего не вернуть, что заработала, то и заработала.

– Такие мысли, наверное, наоборот нужно гнать и говорить себе: «Я молодец, я хорошо проехала»?

– Нет, забывать все это не нужно, чтобы потом не допускать подобных ошибок.

– В велоспорте результат больше зависит от физической подготовки или от тактики на конкретную гонку?

– Все зависит от гонки. Есть групповая гонка, где на первый план выходит тактическая борьба, есть индивидуальная, где уже в большей степени важны физические данные, а тактики нет никакой.

– Вы собираетесь выступить и на следующей Олимпиаде? Насколько долгой может быть карьера в велоспорте?

– Карьера может быть настолько длинной, насколько позволяет здоровье. Вместе с нами сейчас гоняется француженка, которой 56 лет. Конечно, это не уровень мировой элиты, но, например, чемпионат Франции она может выиграть и сейчас. Поэтому, если будет здоровье, желание и финансовая возможность, – почему нет.  

– Кстати, о здоровье. У вас же проблемы с сердцем? Которые вы смогли преодолеть, все равно занимаетесь спортом и получаете олимпийские медали.

– Действительно, у меня есть диагноз, который мне поставили еще при рождении, я с этим выросла и прекрасно об этом знала. Однако все это мне никогда не мешало и никак не проявлялось. В детстве я приходила к врачам, и они мне говорили: «У тебя же порок сердца, тебе нельзя выступать!». А я отвечала: «Да вы что, нет у меня ничего, посмотрите, я чемпионка мира, дайте мне гоняться!». Дело в том, что такой порок, как у меня, просматривается только в состоянии покоя. Когда я прихожу на обследование, его видно, а когда я под нагрузками – его уже нет. То есть получается, что мне постоянно нужно жить под нагрузками, без них я не могу существовать. Поэтому без велосипеда мне никуда, если я хочу дольше прожить, мне нужно постоянно крутить педали.

– А родители не боялись отдавать в спорт, зная, что у вас такие проблемы? Как вообще вы пришли в велоспорт?

– Я с детства мечтала быть как папа и стоять на пьедестале почета Олимпийских игр. Наверное, поэтому и пошла в велоспорт. Я такой человек, что, если чего-то захочу – обязательно добьюсь. И мама, видя это, меня поддержала. Они вместе с моим первым тренером Еленой Федоровной Гуслевой помогали мне, искали необходимых специалистов. Я прошла огромное количество обследований, прежде чем хоть кто-то написал в медицинском заключении, что я могу заниматься этим видом спорта.

– Каким был ваш первый велосипед?

– Трехколесным. Я села на него, когда мне было полтора года. Или год. Точно не помню, лучше у моей мамы спросите. В общем, села на велосипед раньше, чем ходить научилась. У меня и дети такие же. Старший сын Богдан в восемь месяцев уже сидел на велосипеде.

– Вы завоевали две олимпийские медали, и у вас двое детей. Насколько возможно это совмещать, и насколько сложно возвращаться в спорт после рождения ребенка?

– У всех по-своему. Повторюсь, я очень решительный человек. Я сказала своей семье: «Я буду выступать на Олимпиаде в Лондоне. До игр осталось три года, буду готовиться, а когда вернусь, повешу велосипед на крючок и все». Ну а так как аппетит приходит во время еды, сейчас уже подумываю, что меня хватит еще на четыре года.

– Велосипед для вас – это только спортивный снаряд, или вы можете проехать на обычном велике по улицам Петербурга или за городом? Желание такое возникает?

– Скорее нет. В принципе, если мне нужно добраться в центр города, при этом на машине я не могу поехать, в метро мне ехать не хочется, хорошая погода, и у меня есть обычный велосипед, конечно, я сяду и доеду. Но ведь с велосипедами у нас много проблем: негде ездить, негде его оставить так, чтобы потом можно было найти на том же месте. Поэтому в Петербурге я вряд ли куда-то поеду на велосипеде.

– А на спортивном велосипеде в Петербурге вам приходится ездить, вы здесь тренируетесь?

– Нет, я в город стараюсь не выезжать. Зачем? Создавать помехи движению, нервировать и без того нервных водителей?

– Повесить медаль на шею и вперед!

– Да она такая тяжелая, что, боюсь, меня сразу к асфальту прибьет.

– Если серьезно, в Петербурге есть возможность где-то потренироваться?

– Только за городом, где я, собственно, и тренируюсь.

– Просто мне всегда казалось, что наши велосипедисты тренируются где-то не в России. Ведь, кроме прочего, у нас еще и зима длинная.

– Зимой я, конечно, нахожусь не в России. С октября по март тренируюсь где-то за рубежом. Раньше это была Италия, а с недавнего времени открыла для себя Кипр. Там хорошие условия и меньше проблем с въездом в страну. Почти вся наша сборная по велоспорту зимой тренируется именно там. Поэтому, если скучно, можно без проблем найти спарринг-партнера. Или десяток спарринг-партнеров.

– Как бы вы оценили нынешнее состояние российского велоспорта? Лично я искренне поражаюсь, что представители нашей страны вообще завоевывают медали. Мне кажется, у нас даже климат развитию этого вида спорта не способствует.

– Конечно, в России недостаточно условий для тренировок. Поэтому все велосипедисты высокого уровня приезжают в нашу страну только на соревнования. Уже несколько лет существует профессиональная мужская команда «Катюша», где тренируются четыре состава по двадцать человек. В этом году создали совместную треково-шоссейную команду, то есть еще плюс тридцать человек. В целом, около трехсот гонщиков могут тренироваться, они обеспечены инвентарем и всем остальным. Вот с детским спортом сложнее. Все-таки велоспорт – не самый дешевый вид, с постоянными разъездами. Короче говоря, даже с моими достаточно поверхностными знаниями о современной ситуации в отечественном велоспорте видно, что у нас все не слишком хорошо.

– Ольга, скажите, концентрируются ли спортсмены только на своем виде или позволяют себе следить и за другими соревнованиями?

– Конечно, на самой Олимпиаде все мысли только о своем старте, и ни о чем другом стараешься не думать. Да и без организационных недочетов не обходится, поэтому заботишься еще и о том, чтобы вовремя добраться и не опоздать. Это едва не случилось, когда мы добирались на групповую гонку.

– Попали в пробку?

– Нет, просто вся дорога была перекрыта, а старт был в центре Лондона.  То есть нам нужно было пересечь трассу, а сделать это на машине было невозможно.

– Нужно было на велосипеде ехать.

– В конце концов, так и получилось – мы разгрузились, сели на велосипеды и поехали. Поскольку за час до гонки происходит презентация команды, а потому уже нельзя выезжать оттуда. Вышло так, что мы приехали, а машина с едой и водой еще нет. Все-таки на 140 километров надо что-то с собой взять.

– Но в итоге вы добирались до старта на велосипеде?

– Да, пришлось на велосипеде. Хорошо хоть дождь тогда еще не пошел, только на старте начался.

– Скажите, каково вам было ехать в дождь?

– Знаете, во время дождя хорошо ехать. Мы ведь ехали «на износ», очень быстро, и у нас не было возможности взять попить и поесть. А в дождь хотя бы не было жарко.

– А подкрепляетесь вы прямо в ходе гонки?

– Да, разумеется. У нас есть специальные гели, как у космонавтов, на любой вкус, в основном сладкие и злаковые батончики.

– Давит ли на спортсменов то, что их подгоняют: давайте, мол, Россия должна завоевать больше всех медалей?

– Конечно, это давит. Поэтому в олимпийской деревне, стараешься быть подальше от штаба и поближе к своему снаряду.  Стараешься избегать контактов с руководством, на звонки отвечаешь очень избирательно. Давление существует, конечно.

– А как вы относитесь к своим соперникам? Бывают ли вообще хорошие отношения у спортсменов между собой?

– Безусловно, соперников воспринимаешь именно так. При этом бывают и дружеские отношения. Откровенной вражды я не наблюдала, но бывает, скажем, недоверие. Бывало, в бачок насыпали какую-нибудь гадость. Но со мной, к счастью, такого не случалось.

– А вы поддерживаете дружеские или просто приятельские отношения с кем-нибудь из спортсменок?

– Конечно. Например, во время многодневных гонок все стартующие живут по десять дней в одной гостинице, все друг друга знают, и общаемся, конечно, часто.

– А с кем из представителей других видов спорта общаетесь или просто видитесь в олимпийской деревне?

– Если сталкивались, то желали друг другу удачи. Общались с девушками-тяжелоатлетами. Разговаривали о специфике своих видов спорта. Они удивлялись, что у нас так много стартов, а мы, в свою очередь, – весу, который они поднимают.

– А за сборную сейчас переживаете? Можно ли уже говорить о провале на Олимпиаде?

– Пока еще ничего не закончилось, и никто никуда не провалился. Хотя огорчает такое большое количество серебряных медалей, которые – еще чуть-чуть, и были бы золотыми. Так же и с бронзовыми медалями, которые вполне могли бы быть серебряными. Но что есть, то есть. Видимо, что-то не так в нашем спорте.

– Но с другой стороны, разве можно сказать, что вы выступили как-то не так? Между вами и теми людьми, которые взяли медали более высокого достоинства, совсем небольшие разрывы – не случайность ли это?

– Если бы это была случайность или судьба, даже если бы разрыв составлял сотую долю секунды – в любом случае в истории останутся первое, второе и третье место. Никто не будет вспоминать, почему была завоевана бронзовая медаль, а не золотая. Так же и в других видах спорта – где-то, например, бывают проблемы с судейством, но не будешь же объяснять: вот, у меня серебряная медаль (в скобочках: за судейство).

– А можно ли в наше время, когда все компьютеризировано и все можно пересмотреть в записи, утверждать, что кому-то подсуживают?

– Конечно. Например, у нас в индивидуальной гонке есть такой момент. Едет мотоциклист впереди. И кому-нибудь, допустим,  хозяевам соревнований, он может симпатизировать и ехать чуть ближе, чем от остальных. И ты сидишь в потоке этого мотоциклиста, тянешься за ним, и, естественно, скорость у тебя уже выше. Или человек с камерой, который просто едет на мотоцикле и снимает – он тоже может встать в определенной сторон. Бывало, что людей в отрывы увозили на групповых гонках: человек атакует, едет камера, на него наезжает и за собой увозит. Но что поделаешь.

– Есть ли у серьезного велосипедиста свои механики, которые чинят велосипеды? И вообще, сколько у вас велосипедов?

– Сейчас у меня четыре велосипеда, но это не предел, ведь я выступаю только на шоссе. У трековых гонщиков есть и трековые велосипеды. А механики в основном не личные, а командные, которые есть в профессиональной команде. В основном обращаешься к ним или к механикам сборной России.

– А сами можете починить велосипед?

– Конечно.

– Зачем тогда механики?

– Мое дело все-таки тренироваться. Если я буду приезжать уставшая и мыть и чинить велосипед, то просто не успею восстановиться до следующей тренировки.

– Тем более механики тоже умеют ездить на велосипеде, но мы не спрашиваем, почему они сами не выигрывают олимпийские медали.

– Да, каждый должен заниматься своим делом – тем, чему он обучен.

– Реально ли, чтобы велоспорт в России развивался, или это невозможно в силу климатических условий?

– Длинная зима касается, наверно, только северной части России, а на юге таких затяжных зим нету. Когда Европа была еще закрыта для наших спортсменов, использовали наш юг, Краснодарский край. Там проводились и гонки, и сборы. А сейчас идет великая стройка в окрестностях Сочи и Адлера, поэтому там все дороги для велосипедистов прикрыты. Еще когда стройка только началась, можно было выехать только в сопровождении инспектора ГИБДД, все было очень сложно, поэтому все решили ездить тренироваться в Европу.

– Почему приходилось выезжать в сопровождении инспектора?

– Может быть, такие правила появились в Краснодарском крае после нескольких смертельных случаев, когда сбивали велосипедистов. В Краснодарском крае не все ездят трезвые и с правами.

– С вами тоже происходила подобная история?

– Да, это было два года назад в Италии, меня сбила машина, но, слава богу, все обошлось… после двух недель пребывания в реанимации. Это случается сплошь и рядом, постоянно ломаются руки, ноги, ключицы. Одно падение – и можно сломать все что угодно.

– Может ли велогонщик тренироваться на велотренажере?

–Только если это какой-то суперсовременный велотренажер, где можно и ветер включить с помощью вентилятора, чтобы было какое-то сопротивление. Но все равно это не то. Все-таки природные условия – это природные условия. Если просто сидеть пять часов на одном месте, даже включив что-то на экране, можно сойти с ума. Так что лучше пока тренироваться по старинке – на дороге.

– А удовольствие от тренировок получаете?

– Конечно. Когда выполнишь тяжелую тренировку, приедешь домой, появляется чувство удовлетворения. Бывает, что два-три дня нет возможности выехать на тренировку, на третий день начинаешь просто нервничать, остается запас адреналина, его надо куда-то выплеснуть, а некуда. Поэтому лучше пойти пару часиков покататься – и жизнь наладится.

– Ваш папа тоже занимался велоспортом?

– С папой мы встретились только когда мне было 16 лет. До этого я вообще с ним не общалась. Его позиция такова, что велосипед – это не женский вид, что я делаю все неправильно и тренируюсь неправильно. Поэтому мы стараемся тему велоспорта не поднимать вообще. Мы с ним слишком похожи по характеру. Каждый стоит на своей точке зрения.

– Насколько разная жизнь в велоспорте у мужчин и женщин?

– С точки зрения распорядка дня и подготовки – все одинаково. Гонки отличаются только дистанциями, у мужчин они чуть-чуть побольше. Ну и призовые отличаются – у нас они в десять раз меньше, чем у мужчин. Например, за победу на «Джиро д'Италия» мужчины получают 10 000 евро, а мы – 187 евро. За первое место. Причем эту сумму надо делить на восемь человек, на всех членов команды. Проехала на «Джиро д'Италия» – заработала на оплату телефонных разговоров.

– В таком случае нужно очень любить велоспорт, чтобы продолжать им заниматься.

– Наверно, у мужчин все-таки более меркантильный интерес к велоспорту, они выступают в основном, чтобы заработать деньги. А мы – просто ради выступлений, из-за своих личных амбиций.

– Часто гонки проходят в очень живописных местах. Спортсмены что-то видят вокруг?

– Все мы видим, но мы видим это настолько долго, что уже ничем не удивишь. Вся Европа уже изъезжена вдоль и поперек и на велосипеде, и на машине.

– Сколько часов в день тренируетесь?

– От трех до шести-семи часов.

– И сегодня пойдете?

– Если время будет.

– А где вы будете кататься?

– В Ленинградской области. За пределами кольцевой автодороги.

– По дорогам ездить достаточно опасно.

– Я нашла несколько участков шоссе, где набираю километраж маленькими кругами – по 20 километров, 30, 40. В день нужно проезжать от ста километров и больше. Единственная сложность – выбраться из города, но я живу вблизи кольцевой, поэтому пару километров пробираюсь по пробке, а дальше еду спокойно.

– Какую скорость может развить велогонщик?

– На соревнованиях – 70 километров в час, это несложно. Средняя скорость на гонке – где-то 45 км/ч. А по городу я езжу быстрее всех, потому что остальные стоят в пробке.

– После гонки можно почувствовать свои ноги?

– Конечно. Тем более, есть многодневные гонки, где нужно стартовать каждый день, деваться некуда.

– Многодневка, мне кажется, находится за пределами человеческих возможностей. Сложно поверить, что ее можно проехать без современных средств фармакологии, находящихся на грани.

– Не знаю. Я не употребляю. Борьба с допингом идет, на Олимпиаде мы каждое утро сдавали различные пробы. Раз в три месяца мы должны предоставлять данные, где будем находиться каждую ночь, чтобы утром к тебе могли приехать и взять пробу. Три месяца нужно расписать полностью: во сколько у тебя будет тренировка или гонка, или что-то еще. Если тебя не застанут на месте три раза – дисквалификация на два года.

– После общения с вами и некоторыми вашими коллегами складывается впечатление, что велосипедисты, как правило – люди очень интеллигентные. Это действительно так, или мне просто везет?

– Ну, с моей стороны было бы, наверное, не слишком-то скромно сказать: «Нет, я тут одна такая»? (смеется). Конечно, в семье не без урода, бывают и интеллигентные люди, бывают и не очень. Но в основном гонщицы высшего мирового уровня имеют высшее образование и какие-то другие профессии. Есть, например, и адвокаты со своей клиентурой. Разные бывают.

– Про вас мы слышали, что вы владеете не одним иностранным языком?

– Ну да. Наверное, они мне просто легко даются.

– А на каких языках вы говорите?

– Английский, французский, немецкий, итальянский, китайский, чуть-чуть фламандский, испанский… Ну, финский уже забыла, наверное. Семь получается, ну, русский – восемь. А, греческий – девять.

– Вы согласились бы выступать за иностранную команду?

– А я выступала. В российской команде я первый год, до этого лет 12 выступала за европейские. Оттуда и языки, в общем-то.

– А как же чувство патриотизма?

– Ну, вот, наконец-то мое чувство патриотизма нашло подкрепление в бюджете Российской Федерации – создали российскую команду. Мы очень долго ждали этого.

– Кого можно поблагодарить за ваш успех – кто болел за вас на Олимпиаде?

– Конечно, болела семья, это сто процентов. А дальше уже целая цепочка тех, кого можно благодарить, начиная от первого тренера и заканчивая президентом нашей федерации велоспорта Игорем Макаровым.

– О чем вы думаете, когда находитесь на трассе?

– О финише. Скорей бы он уже был (смеется).

– Вообще приходят какие-то мысли, или все внимание сконцентрировано исключительно на мышцах и трассе?

– Бывает по-разному. Если гонка длинная – например, групповая гонка, которую ехать три-четыре часа – естественно, успеваешь подумать и о быте, и доме, и о чем угодно. Бывает, песня привяжется какая-нибудь – едешь и всю дорогу ее поешь. А индивидуальная гонка требует полной концентрации. Я знаю, что, если еду, и вдруг возникает какая-то мысль и уводит меня в сторону – все, значит, я не готова к гонке и никакого результата не покажу. Если никаких мыслей в голове не возникает – значит, будет результат. При хорошей физической форме концентрация на гонку намного сильнее, чем при плохой. Если в голову приходят какие-то мысли – значит, где-то есть слабое звено, которое эту мысль и пропустило. Значит, в этот день можно ни на что не рассчитывать.

– Ольга, что вам сказала мама? Ведь ей, наверное, принадлежит самый большой вклад в вашу победу?

– Было сложно понять, что она говорит, было очень громко и неразборчиво! Ну, я примерно понимала, конечно (смеется).

– А ваши сыновья гордятся вами? Понимают, что мама – призер Олимпийских игр?

– Ну, медали мои они уже видели, для них это просто очередная медаль, только потяжелее. Единственное, что для них было в новинку – они приехали встречать маму в аэропорт, а там телевидение. А все остальное… Ну, маму показывают – так ведь и раньше показывали.

– У вас вообще есть возможность заниматься детьми, уделять им достаточно времени?

– Я стараюсь тренироваться, пока они в школе – пяти часов мне как раз хватает. Стараюсь проводить с ними побольше времени. Зимой это получается, летом – практически нет. Но летом мы отправляем их к моей маме, она за ними присматривает.

 

Ольга Забелинская

Автор 
РЕЙТИНГ +28

Свежие записи в блоге

15 августа 19:11
Саломон Рондон: «Хотел оттащить Ломича от бегущих болельщиков. А он это неправильно понял»

17 июля 23:54
Геннадий Орлов: «Игроки нашей сборной хороши только в чемпионате России»

11 июня 17:22
«Играть за сборную хочет каждый, но мне пока рано об этом говорить»

24 апреля 20:30
Николас Ломбертс: «Господину Керимову должно быть стыдно»

17 апреля 22:39
Игорь Смольников: «На первом месте чувствую себя шикарно!»

10 апреля 23:58
Александр Рязанцев: «Каждый новый выигранный матч - очередной кирпичик в дороге к золоту»

4 апреля 22:08
Олег Шатов: «Главное для меня – выходить на поле в футболке «Зенита»

3 апреля 23:48
Александр Кержаков: «У нас такая поддержка, что проигрывать невозможно»

27 декабря 2013 17:16
Евгений Башкиров: «В Томске болельщики действительно имеют голос»

20 декабря 2013 19:10
Владислав Радимов: «У нас есть футболист, который пишет: «сомалет»

Сегодня родились

ЛУЧШИЕ МАТЕРИАЛЫ

Волейбол
Волейбол
«Стать моделью и отказаться от маминого «наполеона»? Ни за что!» Новые лица российского волейбола

Алексей Авдохин – о девушках, которые поведут команду к победе, в том числе на Играх в Рио-де-Жанейро | 31

Хоккей
Хоккей
Всех сильней. Как ЦСКА стал главным конкурентом Питера

Sports.ru объясняет, как московские армейцы из богатого, но неэффективного быстро превратились в один из сильнейших клубов лиги. | 0

Теннис
Теннис
«Если сестры Уильямс теперь от отвращения закончат карьеры, их можно будет понять». Как мир не понял юмора Тарпищева

Валерия Ли изучила зарубежную прессу, оскорбленную неосторожными словами главы российского тенниса | 341

Хоккей
Хоккей
Михаил Бирюков: «Пропустил три шайбы за упражнение. Тренер сразу: «Вот поэтому он – Лундквист, а ты – Бирюков»

Множество крутых историй от, пожалуй, главной звезды «Югры» – в официальном блоге ханты-мансийского клуба на Sports.ru | 0

Авто/мото
Авто/мото
Почему Хюлькенберг рискует остаться без побед в «Формуле-1»

Один из самых талантливых гонщиков «Формулы-1» по-прежнему не востребован топ-командами и может завершить карьеру без побед в Гран-при. | 34

Документы
Пользовательское соглашение
Как пользоваться сайтом
Информация для правообладателей
Информация об ограничениях Reuters
18+
 
Архив
Все новости
Все материалы
Все теги
Sports.ru повсюду

• в 160 мобильных приложениях Sports.ru о командах и турнирах

• в основном приложении Sports.ru для iOS, Android и Windows Phone

• в Twitter
• подписавшись на RSS-потоки по интересующим вас темам
• на вашем телефоне с помощью мобильной версии
 
 
Белорусский спорт на Tribuna.com: футбол, хоккей, биатлон
Украинский спорт на Tribuna.com: футбол, баскетбол, бокс, биатлон