Центр баскетбола

Когда я в первый раз подумал о том, чтобы написать цикл заметок о легендах Бостон Селтикс, я сразу задумался: а что же такого можно написать о Билле Расселле, чего еще не было бы написано? В самом деле – это один из величайших спортсменов в истории, человек, который многими считается самым великим баскетболистом за все время существования НБА и этого спорта в целом. Вроде подумаешь о чем-то – «не, это они знают», «это слишком сухо», «это примитивные слова, которые не соответствуют уровню такого великого баскетболиста».

Когда я выискивал в гугле фотографии центровых для небольшой подборки, я обратил внимание на интересную закономерность. Первым звездным пятым номером лиги был, как известно, Джордж Майкан, который играл вплоть до 1956 года. Именно в 1956 году в лигу пришел Расселл. Доиграл он до сезона 1968-69, а на драфте 1969 года был выбран Лью Элсиндор, который, как мы знаем, стал в итоге Каримом Абдул-Джаббаром. В свою очередь, Карим ушел в 1989 году. Драфт того года это тот еще драфт, поэтому искать на нем преемника великих центровых нельзя – но! Как раз в 1989 году в НБА после двухгодичного командирования во флот пришел Дэвид Робинсон. И только в 2003 году, после завершения карьеры Адмирала, эта цепочка сменяющих друг друга высоких людей, тянувшаяся еще со времен NBL, прервалась. Потому что каким бы грандиозным не был драфт 2003 года (мы этим летом все еще расхлебываем эту грандиозность), вряд ли Дарко, Перк или Софо смогут продолжить такой великолепный ряд.

Но я немного отклонился от темы. Хотя поговорить о поколениях центровых, когда пишешь заметку об одном из главных из них, вполне допустимо. Но, кстати, Билл Расселл не всегда был даже стартовым центровым. В школе вплоть до старших классов он либо выходил на позиции форварда, либо был запасным центром. Проблема заключалась в росте – в то время он был не выше, чем сейчас Пол Пирс, и в два раза более тощим. Да и в его кельтские годы антропометрия Расселла уступает по нынешним меркам даже антропометрии Предрага Стояковича.

Как Расселл пришел в Селтикс, я уже писал. И причины, почему Сент-Луис Хокс упустили такого игрока, тоже раскрывал. Так что мотивация «ястребов» в том 1956 году была понятна. Непонятно только, чем руководствовались Рочестер Ройалз (ныне Сакраменто Кингз), когда выбирали под первым номером Сихуго Грина. Разве что тем, что Сихуго был из штата Нью-Йорк, где и базировались Ройалз. В то же время хорошего пятого номера у них не было, так что откуда взялись причины пропускать на драфте Билла – я не знаю. Ведь кроме явных атлетических способностей Расселла, вся страна уже знала о том, насколько великолепный этот баскетболист. Причем не в перспективе – это был готовый к взрослому баскетболу центровой с защитными навыками, которых в НБА в то время ни у кого даже близко не было. Впрочем, Новичком Года стал другой бостонец – Хейнсон.

Свое реноме уникума Билл Расселл подтверждал почти в каждой игре, и даже до игр.

Свое реноме уникума Билл Расселл подтверждал почти в каждой игре, и даже до игр. В 1957 году Биллу предстояла его первая игра в плейофф против Сиракьюз Нэшенелз. За день до игры тренер Сиракьюз Пол Симор заявил: основной центр команды Джонни Керр будет выходить со скамейки. Симор боялся, что в нападении Керр просто ничего не сможет противопоставить свежему Расселлу. Он ошибался – даже уставший Расселл не дал продохнуть Керру. Великий Дольф Шейз, выступавший в той серии за Нэшенелз, то ли в шутку, то ли всерьез предложил заплатить Расселлу зарплату за пять лет вперед, чтобы больше не встречаться в плейофф с Биллом. Ах да, естественно, верховодимые Расселлом Селтикс выиграли то чемпионство. А потом еще много-много…

Появление Билла Расселла привило кельтам ту марку, без которой команду уже никогда не представить – эффективный защитный баскетбол. До Билла Селтикс играли во что-то среднее между «ран-энд-ган» и «наверняка забросим больше, чем пропустим». Когда в распоряжении Ауэрбаха появился гений защиты, появилась и Династия.

Нельзя сказать, что Расселл был сугубо защитным игроком. Пускай его арсенал в атаке кольца был ограничен, много очков он не набирал и такие броски, как Майкан или Чемберлен, на регулярной основе не производил. Но говорить, что Расселл был нулевой опцией в атаке – просто наглая ложь. Он был великолепным командным игроком, поскольку видел площадку лучше многих разыгрывающих, бегал быстрее многих форвардов, а раздавал настолько правильные передачи, что замыслы Коузи или Джонса претворялись до конца. Это в защите на первых порах Расселл просто закрывал небо сопернику, а потом уже стал генералом всея обороны. В нападении – наоборот – сначала он пришел командным игроком, а уже потом и ему чаще стали доверять решающие броски. Которые он почти всегда исполнял.

Как уже было сказано, Расселу ни разу не довелось сыграть против первопроходца Майкана или шестикратного Абдул-Джаббара. Зато соперничество с другим великим центровым навсегда стало одним из определяющих моментов в истории НБА. Уилт Чемберлен был выше, намного тяжелее, но на первых порах раз за разом уступал Биллу. «Я хочу, чтобы вы понимали, – объясняет Билл, – мы с Уилтом никогда не были врагами. Мы были соперниками. Между врагами всегда один победитель, а другой проигравший. Ни один из нас двоих не был проигравшим. Мы оба побеждали и были успешны. Мы с Уилтом были друзьями еще дл того, как он пришел в НБА. Когда я прибыл на похороны Уилта, его племянник подошел ко мне и сказал, что у Чемберлена был список людей, которых следовало пригласить на его похороны, и я был вторым в том списке. Так что я и Уилт – мы были друзьями. Мы часто беседовали на разные темы, редко обсуждая баскетбольные вещи». Стоит только добавить, что при подавляющем преимуществе Расселла в финалах, общий счет встреч хоть и в пользу Билла, но не настолько катастрофичен, как могло показаться – 86 против 57. Такое соперничество только делало обоих сильнее. Жаль, что некоторые нынешние молодые баскетболисты этого не понимают…

В сухом остатке у Билла Рассела 11 перстней чемпиона НБА. В принципе, можно добавить еше парочку – ведь последние два чемпионства Билл взял как играющий тренер, так что могли бы и по два перстня за такое совмещение должностей вручить. В Северной Америке только у великого хоккеиста Анри Ришара столько же чемпионств в качестве игрока.

Но еще до этих перстней Билл Расселл стал олимпийским чемпионом Мельбурна в 1956 году. «Если бы меня не взяли в олимпийскую баскетбольную сборную, я бы участвовал в прыжках в высоту. Я, кажется, был вторым в стране в прыжках в высоту, так что в любом случае я бы поехал в Мельбурн».

Он был великолепным командным игроком, поскольку видел площадку лучше многих разыгрывающих, бегал быстрее многих форвардов, а раздавал настолько правильные передачи, что замыслы Коузи или Джонса претворялись до конца.

Среди чемпионств Расселла есть и чемпионство NCAA. Точнее, два. Завоеваны они были в Сан-Франциско в компании еще одной легенды Селтикс и олимпийского чемпиона Мельбурна Кей Си Джонса. В 1956 году Донз во второй – и последний – раз взяли титул лучшей университетской команды США, а в 1957 году Билл Расселл уже поднимал над головой Трофей Финала НБА. Таким образом, Расселл стал первым (и одним из всего четверых), кто back-to-back выиграл чемпионства в NCAA и NBA.

Расселл много где был первым. Например, он первый афроамериканец на посту тренера НБА и, соответственно, первый афроамериканец-победитель. Упомянутый выше Джонс – предпоследний. Ну а кто пока что последний – мы все знаем. Совпадение ли, что трое из пяти темнокожих тренеров-победителей приводили к успеху именно Селтикс? «Не думаю, что так важно, что я был именно темнокожим. Если б меня брали на работу тренера только из-за моего цвета кожи, дабы я стал первым таким, я бы отказался».

Расселл отмечает: «У нас в Бостоне была такая система, которую не сокрушила даже глобальная перестройка с Боба Коузи на Кей Си Джонса. Дело совсем не в таланте этих парней, а в том, насколько разные стили эти двое разыгрывающих проповедовали. И наша система позволяла побеждать с обоими. Если у вас в команде есть классный форвард, можно строить систему, ориентируясь на него, как это было с Ларри Бёрдом. Но система должна быть гибкой, способной подстраиваться под имеющиеся кадры. Так что нужно не выстраивать систему вокруг единственного игрока, а сам игрок и его навыки должны гармонично вписываться в эту систему командной работы».

Впрочем, с уходом Расселла система дала некоторый сбой, и в 70-ые не сразу Кельтам удалось вернуться на лидирующие позиции. Ну а у Расселла не получилось на тренерском поприще. Потренировав еще Сиэтл в течение 4 сезонов, он обеспечил команде первый в ее истории выход в плейофф, но большего команда не добилась. Однако стоит отметить, что через несколько лет на заложенном Расселлом фундаменте Ленни Уилкенс приведет Соникс к неожиданному чемпионству. Расселл же только один раз вернется на тренерскую работу – в Сакраменто (по стечению обстоятельств, именно ту команду, которая не выбрала его в 1956 году), но то будет совсем неудачная попытка.

Зато как игрок Билл Расселл добился абсолютно всего. И не случайно награда самому ценном игроку финальной серии НБА теперь носит имя лучшего игрока финальных серий в истории.