Блог Баскетбол. 63-й регион
Трибуна

«Узнать об увольнении от ассистента — для меня это был шок». Милош Павичевич — о суперлиге, сборной России и легионерах

От редакции: вы в пользовательском блоге «Баскетбол, 63-й регион». Здесь пишут про лучшую лигу России – суперлигу – и разговаривают с незаметными героями отечественного баскетбола. Плюсуйте, подписывайтесь – и таких постов на Трибуне будет еще больше.

Он родился в Черногории, а в 10 лет впервые приехал в Россию. Не пробился в состав УНИКСа и тренировал детей в «Црвене Звезде». Привел «Спартак-Приморье» к чемпионству — а через полгода был уволен. Помог Григорию Мотовилову дорасти до сборной — и пригласил в Ижевск первого легионера.

Главный тренер «Купола-Родники» Милош Павичевич рассказывает об основных этапах своей карьеры, сетует на неизвестность суперлиги и радуется за прогрессирующих под его руководством игроков.

- Давай для начала определимся: ты все-таки черногорский тренер, сербский — или уже российский?

– Сложно сказать, принципиально это для меня или нет… По национальности я — черногорец. Но тренер я российский: все мои взрослые годы в баскетболе прошли именно в России. Да, начинал я в Сербии, много работал в «Црвене Звезде», в ее молодежном проекте, много что взял из сербско-черногорского и в целом балканского баскетбола. Но последние восемь лет я живу и работаю в России, был ассистентом у многих российских тренеров, работал во многих клубах — так что, по большому счету, я российский тренер.

- Гражданская война 90-х тебя как-то затронула?

– На территории моего города военных действий не было, так что в этом плане война нас не затронула. Да и давно уже это все было, прошло 20 лет… Никто, конечно, о тех грустных событиях не забыл — но чтобы они как-то задели меня… Нет, никак. Хотя некоторые мои друзья и одноклассники воевали и рассказывали об этом, историй я знаю немало. Но сейчас жизнь идет дальше.

- Все мы знаем, что в Сербии баскетбол едва ли не спорт номер один. Как ты в него пришел?

– Начал-то я заниматься баскетболом в Казани. Играл за спортшколу, когда ее закончил – пытался попасть в систему УНИКСа, но не получилось. Играл за институт, Казанскую строительную академию, все пять лет, что учился — и все это время по-прежнему пытался попасть в УНИКС. Не получалось, меня не брали. Максимум — потренируюсь с ним, но на игры меня не брали. Так что профессионально я не играл.

Потом я уехал в армию, в Сербию. А после нее готовился, хотел начать карьеру в низших лигах Сербии, но получил серьезную травму — и пришлось об этом забыть. Вернулся в Казань, работал по специальности строителем и параллельно тренировал студенческую команду. Так и началась моя карьера.

- Впервые в Россию ты приехал, когда тебе было 10 лет. Помнишь то время?

– Да, мне было 10 лет, и мы с отцом приехали в Казань. Он приехал по работе, работал в строительной компании. А когда оттуда ушел — устроился в футбольный “Рубин”, где очень долго работал на разных должностях. Я учился в обычной казанской школе, хотя не совсем обычной – физико-математической, потом пять лет в КИСИ (сейчас Казанский государственный архитектурно-строительный университет, прим. авт.). Поначалу, когда мы только приехали, было, конечно, очень сложно. Советский Союз ведь тогда еще был закрыт, а я год жил в Советском Союзе... Все было для меня новое. Но я быстро привык, уже через год свободно говорил по-русски, и хорошо себя чувствовал в России. Здесь было много спорта, а я всегда его очень любил, и постоянно играл в футбол, баскетбол, играл на переменах — как, наверное, все российские дети.

- Ты работаешь в строительстве и параллельно тренируешь когда пришло понимание, что необходимо концентрироваться именно на тренерстве?

– Два года я проработал в Казани строителем. А потом принял решение вернуться в Сербию, поступить в тренерский институт и устроиться на работу. Мне даже было не важно, куда именно, главным было начать тренерскую карьеру. Но мне повезло: я сразу попал в систему «Црвены Звезды». Там я начал с самого маленького возраста, с набора группы. Вот тогда, мне было 26 лет, и началась моя тренерская карьера. Я набрал группу, тренировал ребят и постепенно дошел до «кадетской» команды, U16. А потом уехал к Владимиру Родионову в Саратов. Там проработал год, затем два года ассистентом в команде «Казаночка» из женской Суперлиги, в Самаре…

- Какие впечатления у тебя остались от работы с Владимиром Родионовым в «Автодоре»?

– Впечатления хорошие. Я ведь до этого в России, можно сказать, и не работал. Это был мой первый опыт работы здесь тренером в профессиональной команде. И эту возможность дал мне именно Родионов – за это я ему благодарен. Он хорошо меня принял, мы с ним много беседовали о баскетболе — а в баскетболе он знает многое!.. Да, проработал я там недолго, но это часть тренерской работы: ты приходишь в один клуб, работаешь — а потом переходишь в другой. Так живут все тренеры мира.

- Сложно было после работы с детьми и мужчинами перестраиваться на женский баскетбол в Казани?

– Я много слышал о том, что женский баскетбол совсем другой, что там другая психология и так далее… Но я ничего такого не почувствовал. Я вел себя, как и раньше. Тренировал, как и раньше. Объяснял игрокам какие-то профессиональные моменты одинаково, что «мужикам», что женщинам. Каких-то проблем у меня не возникало. Все эти сложности, о которых так много говорят — мне кажется, это всего лишь миф. Дело в профессиональном отношении: если ты профессионально относишься к работе — тебя все будут уважать, и дети, и женщины, и мужчины.

- Приглашение в Самару в 2014 году это был шаг вперед?

– Конечно! Сам Сергей Зозулин, человек с большим опытом, позвал меня поработать под его руководством. И я не ошибся, многому у него научился. Как мы с ним познакомились? Он тренировал УНИКС-2, когда я еще был студентом. Он долго работал в Казани — а я всегда «крутился» рядом, и сам играл, и всем интересовался… Уж не знаю, помнил ли он меня с тех времен, хотя я неплохо, на самом деле, играл. Мы даже как-то играли против его команды — и вот ту игру он помнит. А как тренера он меня увидел в одном из летних лагерей, где я индивидуально работал с игроками — и уже там мы профессионально пообщались, я рассказал, что я умею, какие у меня есть тренерские навыки. Он меня пригласил в «Самару», и, надеюсь, я оправдал его ожидания.

Я провел в Самаре хороший год, именно там я и научился быть главным тренером. В баскетболе я многое знал и до этого — и в плане тактики, и как тренировать технику. Но быть главным тренером — это уже другое. И молодому тренеру, считаю, очень важно минимум год проработать с таким опытным человеком, у которого ты многому научишься, хотя о чем-то даже и не подозревал. И именно у Зозулина я «созрел». Хотя я и потом работал ассистентом, но именно после года в Самаре я понял, что могу быть главным.

- Стал главным тренером ты в 2016 году во Владивостоке. И на это тоже ведь надо было решиться предыдущий сезон у «Спартака-Приморье» был очень сложным, ходили слухи, что команда может сняться с чемпионата. Ты сильно рисковал?

– Этого шанса я ждал, можно сказать, всю жизнь. С 90-х годов я ходил на матчи Суперлиги, просмотрел, наверное, миллионы матчей. Был просто зрителем, потом ждал шанса, что меня позовут туда как игрока, и вот меня позвали уже как тренера — и я сразу согласился. Я был полон энтузиазма и не думал ни о каких проблемах клуба, думал, если честно, только о том, как мне продержаться. И, конечно, я не мог и представить, что во Владивостоке у меня будет такой успех! Сначала «бронза», потом «золото»... Конечно, я надеялся на лучшее, но понимал, что будет очень сложно. И два успешных сезона во Владивостоке — это для меня большой опыт. А уж чемпионство… Этого очень сложно добиться в Суперлиге, вы в Самаре это хорошо знаете, нужно через многое пройти, чтобы взять золотые медали. И у меня это получилось!

- Вечна дискуссия о роли тренера в успехе команды. Как считаешь, каким был именно твой вклад в чемпионство? Ведь по подбору игроков «Самара» вам вряд ли уступала, а все решилось в последнем, пятом матче финальной серии...

– Мне сложно судить. Наверное, это должны оценивать другие. Но вообще я считаю, что роль тренера огромна — и в моей команде, и у соперника. И я всегда смотрю на тренера команды-соперника. Когда мы играем против них — я всегда думаю, как может думать и чего может хотеть их тренер, и стараюсь «разбить» его даже больше, чем его игроков. «Золотой» матч? Конечно, я очень хорошо отработал свою часть. Я сделал все возможное, и в перерыве матча сказал игрокам правильные вещи — это все так. Но…

Пятая игра — это и характер моих игроков, и везение. Алексей Голяхов, главный мотор той «Самары», подвернул тогда голеностоп — никто сейчас об этом и не помнит, а я помню очень хорошо. Он не играет в полную силу — а команда-то привыкла, что он лидер. И когда система ломается в такой важный момент — конечно, это может повлиять на результат. И в итоге повлияло. Все вместе — и везение, и характер ребят, и мои слова… Просто так чемпионами не становятся. Это сложно, и все нужно учитывать. И заслуга в итоге общая.

- Кстати, а каков «почерк» тренера Павичевича?

– Это все мои коллеги знают (смеется)! Я играю очень быстро и агрессивно в атаке, мои команды выполняют за матч много атак, много пик-н-рольной игры, которую тяжело остановить, много хэнд-оффов и взаимодействий в двойках, быстрое движение мяча... Но, конечно, все зависит от команды, от того, какие у тебя игроки. Я стараюсь привить команде именно такой почерк, но бывает и по-другому: в «Приморье», например, с Максом Кривошеевым и Артемсом Бутянковсом мы больше играли под кольцо. А вот с Ижевском мы одна из самых забивающих команд — именно потому, что играем быстро и агрессивно.

Я уважаю всех тренеров нашей лиги. У каждого из них есть свой почерк и к каждому нужно серьезно готовиться. Каждый может преподнести сюрприз: и Дмитрий Иванов, который с Уфой играет здесь первый сезон, и Игорь Грачев с чемпионской «Самарой». Против Грачева мы сыграли уже столько матчей — и все равно я тщательно к ним готовлюсь, потому что знаю: он всегда может преподнести что-то новое. Наша лига сильна тренерами, многие команды Суперлиги — «тренерские». 

- В мае 2018-го ты привел «Спартак-Приморье» к чемпионству а через полгода тебя уволили...

– Мы начали новый сезон с показателями 5:1. Пять побед в шести матчах — в нашей лиге это большой успех. И говорить, что мы «посыпались», нельзя. Да, потом пошли неудачи, три подряд поражения: два дома и на выезде с «Новосибирском». Но, опять же, нужно учесть: у нас пошли травмы, игроки заболевали, два главных игрока, Максим Кривошеев и Григорий Мотовилов, из-за болезней не могли играть… Тем более, и в прошлом сезоне, и сейчас возможны любые результаты, любая команда может обыграть любую. Да, дома мы, наверное, должны были выигрывать — но сыграли неудачно, проиграли в концовках, а в Новосибирске у нас уже было мало шансов.

Кто-то из игроков пропускал матчи по семейным обстоятельствам, появились два новых американца, которые свалились к нам словно с неба и абсолютно не были готовы ни к нашим требованиям, ни к нашей системе. Травмировался наш основной разыгрывающий Сергей Чернов, не играли Григорий Мотовилов, Александр Разумов, Антон Саяпин — четыре важных игрока!

И даже после всех этих проблем у нас было 6:4 — считаю, это отличный результат для начала сезона, когда все только еще сыгрываются. И все мы знаем, что в начале сезона у всех команд бывают спады: были они и у «Самары», и у «Востока», и у других команд. От «Востока» мы в тот момент отставали на одну победу: у них было 7:3, у нас — 6:4. Что мы «развалились» — я сказать никак не могу! У нас был коллектив, была команда — но были и объективные причины этого небольшого спада.

Что было дальше, когда я уже ушел, почему команда не попала в плей-офф — это я не хочу комментировать. Когда я уходил — все еще можно было исправить и нужно было двигаться дальше. Уверен, я бы справился. У меня и до этого в том же Владивостоке были проблемы — и я всегда с ними справлялся. Я, наверное, этим и известен: я никогда не отчаиваюсь, и у моих команд после плохих серий всегда идут хорошие.

- Как ты узнал об увольнении?

– Я чувствовал, что доверие руководства заканчивается: они мне не звонили в те дни, мы не общались… Я чувствовал, что что-то произойдет. Мы вернулись с выезда, где обыграли Иркутск — никто ко мне не обращается. Я провожу тренировку первый день, второй, готовлюсь, как сейчас помню, к матчу с Ревдой, провожу скаутинг. Остается буквально два дня до матча, я прихожу на утреннюю тренировку — и ассистент мне говорит, что я уволен. И это было, конечно, очень неприятно: я работал с этими людьми несколько лет, мы вместе через многое прошли — и об увольнении мне сообщает мой ассистент!.. Вот из-за этого у меня был небольшой шок. С другой стороны, и меня не первый раз увольняли, да и вообще нет такого тренера, которого бы не увольняли. Уволен? Что ж, хорошо… Уже через пару дней руководство ко мне все-таки обратилось, купили мне билеты домой — и все, я с семьей поехал домой…

- Проскальзывала информация, что в том сезоне у тебя разладились отношения с игроками и они тебя чуть ли не «сливали»...

– Нет, с игроками все было супер! Мы потом собрались все вместе, вечером в день увольнения, не было только американцев — все российские игроки были. То, о чем мы тогда говорили, останется между нами. Но вы сами должны понимать: из того состава у меня сейчас играет практически половина команды!.. Да и вторую половину я бы тоже взял, я их звал в Ижевск — но их разобрали другие клубы. Григорий Мотовилов, Александр Разумов, Максим Кривошеев, Максим Колюшкин, Алексей Вздыхалкин, Василий Бабайлов — я их всех звал в Ижевск. Поэтому говорить о том, что команда меня «сливала» — это, конечно, бред. Хотя я тоже слышал эти разговоры. И мы с игроками это обсуждали. Такого, конечно, не было. Все меня знают, я в этой лиге уже давно — и все знают, что каких-то больших проблем с игроками у меня нет.

- Григорий Мотовилов именно у тебя начинал прошлый сезон, по итогам которого попал в сборную России на Кубок мира. Что-то предвещало такой его прорыв?

– На сборах в Сербии мы играли против команды ФМП. Мы выиграли, а Мотовилов за половину матча набрал 20 очков — и, конечно, в Сербии им сразу заинтересовались. И ФМП, и «Мега» — это команда, откуда игроки в НБА уезжают едва ли не каждый год. И он очень успешно начал прошлый сезон: в среднем за игру, в первых шести-семи матчах, набирал по 17 очков. Да я и рассчитывал, что сезон для него будет сверхуспешным, поэтому меня это нисколько не удивляло. Гриша — это парень, который рожден, чтобы играть в баскетбол. И слава богу, что его позвали в сборную, дали такой шанс — считаю, он его использовал.

- А его переход в «Локомотив-Кубань», где он, по сути, не играет?..

– Вот меня сейчас позовут в «Лос-Анджелес Лейкерс» тренером — я что, откажусь? Там нужно будет тренировать Леброна и других звезд… Конечно, это нереально. Но неужели я откажусь?! «Ой, извините, я не готов, я лучше останусь в Суперлиге-1. Я здесь всех знаю, и Антона Саяпина и остальных, а Леброн пусть подождет...» Это же часть нашего спортивного духа: я смогу, я справлюсь! Без этого мы бы не достигли того, что имеем сейчас, ни я, ни Гриша, ни любой другой спортсмен. Поэтому понять его можно. Да, получилось так, что в Краснодаре он не играет — а он такой игрок, что ему нужно играть и развиваться, ему нужен игровой опыт, он очень тренируемый, но опыта ему нужно набираться через игры. Чтобы играть на высоком уровне, ему сейчас не хватает только опыта. То есть получилось у него не очень удачно, но понять его решение можно.

- На очередные отборочные матчи в сборную из Суперлиги вызвали Андрея Сопина и Никиту Балашова. На твой взгляд, кто еще может «выстрелить» и попасть на заметку Сергею Базаревичу?

– Это прерогатива главного тренера сборной. Может быть, будь я на месте Базаревича, я бы выбрал кого-то другого, вызвал бы в расширенный состав еще пару человек из Суперлиги — кого вижу, как они играют. Посмотрел бы их в товарищеских матчах — по сути, Базаревич в прошлом году так и сделал с Сопиным и Мотовиловым. Выбор Балашова и Сопина — это выбор Базаревича. Кого я бы сейчас выбрал — если честно, даже и не думал об этом. Нужно сесть и хорошо подумать, посмотреть, кого и на каких позициях не хватает. Здесь же не работает принцип: самый яркий игрок Суперлиги — значит, он должен быть в сборной.

«В Китае хотелось чего-то «русского», скумбрии с картошечкой, соленый огурчик». Андрей Сопин — о Кубке мира и Суперлиге

- Безработным после увольнения из «Спартака-Приморье» ты был меньше месяца тебя пригласили в Ижевск. Идти после чемпионского Владивостока в команду, никогда прежде не решавшую серьезных задач это возможность остаться на виду, чтобы про тебя не забыли? Или ты видел в Ижевске какие-то перспективы?

– В первую очередь, я согласился на это предложение потому, что хорошо знал руководителя клуба, Константина Стародумова. Я знал, что он очень амбициозен и хочет развития баскетбола. Наши взгляды совпадают — поэтому я сразу согласился. К тому же я знал, что «Купол-Родники» — стабильный во всех отношениях клуб, понимал, что здесь можно добиваться результатов и успехов. И я уже в прошлом сезоне хотел с Ижевском попасть в плей-офф! В последний момент пошли неудачные результаты, и мы в плей-офф не попали — но шел я туда именно с этой мыслью. В этом сезоне дела уже получше: мы с самого начала не упускали своего, те игры, которые могли выиграть, мы выиграли, и идем пока хорошо. Нужно сохранять концентрацию и продолжать брать те игры, которые мы можем выиграть.

- В январе «Купол-Родники» подписал первого в своей истории легионера, американца Троя Барниса. Это попытка реально усилиться или больше дань «моде» на легионеров?

– Я известен тем, что всегда стараюсь приглашать американцев. Еще три года назад, когда их в Суперлиге не было, я пригласил во Владивосток Джастина Мартина, который очень сильно нам помог. В чемпионском сезоне я с самого начала взял Артемса Бутянковса, потом Обри Коулмэна, а затем и Дэррела Митчелла, который помог нам взять «золото», лучшие свои игры сыграв в решающие моменты — в полуфинале и финале. И если спрашивать меня — конечно, я очень доволен американцами.

А так ли уж нужны нам легионеры — мне сложно судить. У меня есть квота на двух легионеров — я беру двоих, и ими играю. Хорошо это или плохо — этот вопрос, наверное, лучше задать тем, кто эту квоту определяет, они это лучше знают. Но могу сказать, что легионеры точно усиливают нашу лигу. Пришел Трой — мы стали сильнее — и автоматически усилили лигу. То же самое было и раньше с Джастином, Обри, Артемсом и Дэррелом. Суперлига становится более известной благодаря иностранцам, уже можно сравнивать: там он играл так, а у нас так — значит, мы сильнее…

Ведь про нашу лигу мало кто знает, и это очень плохо. Когда мы со «Спартаком-Приморье» играли товарищеские матчи в Сербии и выиграли у ФМП (чемпион Сербии 2017 и 2018 гг. прим. авт.) — даже сербы, которые за всем следят и все в баскетболе вроде бы знают, удивились: кто вы такие, откуда? Они не знают команду, не знают игроков, Мотовилова, который им 20 очков забил, тоже не знают, не знают тренера… Они ничего про нас не знают! И не только они. Мы играли с Матеюнасом против команд из второй испанской лиги: «Что это за игрок такой, и хороший игрок?!» О нас мало что известно — а ведь мы достаточно сильная лига, любая наша команда могла бы конкурировать с соперниками из вторых дивизионов европейских чемпионатов, из Адриатической лиги, из турецкого или из испанского чемпионатов. Мы играли с командами оттуда, я знаю их уровень.

И иностранцы, приезжающие к нам, уже одним своим присутствием помогают больше освещать нашу лигу. О нас больше говорят на Западе — а это очень важно для самой лиги. И что в сборную вызвали двоих игроков из Суперлиги — это тоже очень хорошо, это вообще, наверное, самое лучшее, что могло бы произойти, это говорит об уровне нашей лиги.

- Но ведь в приглашении легионера, никогда не игравшего в России, всегда есть риск: как он адаптируется к нашим реалиям?

– В этом плане, конечно, было бы проще выбрать русского игрока. И если бы у меня был выбор, была возможность пригласить русского игрока, оказавшегося не нужным клубу Единой лиги ВТБ — я бы, естественно, его рассмотрел. Но такого варианта усиления не было, а нам нужен был третий номер, мы в нем нуждались — и я рассмотрел сто игроков… Согласен, брать американца — это большой риск. И я просмотрел много видео, разговаривал с бывшими тренерами Троя, чтобы узнать, что он за человек — и в итоге остановил свой выбор на нем. Варианта с русским игроком просто не было!.. Где посреди сезона взять хорошего третьего номера? Если он хороший — он бы играл в своей команде, его бы попросту не отдали. «Самаре» вот повезло с Александром Винником, но это все же редкость, что хорошего игрока отпускают посреди сезона.

- Ты работал с самыми разными игроками. Чьим прогрессом особенно гордишься?

– Когда ко мне пришел, например, Федя Ключников — у него было в среднем около 22 очков за матч, хотя до этого он набирал где-то 10. Я не помню, чтобы когда-либо еще российский игрок столько набирал. Вот он сделал большой скачок. И, конечно, мне было комфортно с ним работать, раз он для моей команды набирал 22 очка за игру. А был еще и Максим Кривошеев, который стал лучшим центровым Суперлиги. В следующем сезоне, когда мы стали чемпионами, MVP Суперлиги был признан Витя Заряжко. И он мне помог, раз мы стал чемпионами, и я ему, раскрыв его талант. В этом сезоне одним из лучших центровых Суперлиги стал Женя Минченко — и статистически, и по игре, по всем параметрам.

И так каждый год: я стараюсь не только работать на результат — но и с игроками, чтобы они выросли в моей команде и могли играть на более высоком уровне. И Ключников, и Заряжко после работы со мной перешли в Единую лигу ВТБ. Надеюсь, и в Ижевске кто-то из игроков после меня окажется в ВТБ. Я люблю этот клуб, работаю для его блага, но хотелось бы, чтобы и клуб, и игроки росли — а знак того, что игрок растет, это его приглашение в Единую лигу.

- При этом ни Ключников, ни Заряжко в «Автодоре» не задержались. Это просто «невезение» или показатель разницы между Суперлигой и Единой лигой?

– Многое зависит от удачи, от тренера, от состава в целом, от того, какие в команде легионеры, нужен ли ей такой игрок, как тот же Витя. У игроков, как и у тренеров, как бы ты ни работал, многое зависит от случая. Я считаю, что они оба могут играть на уровне Единой лиги, но просто не попали в нужную команду. Не конкретно в «Автодор» — а в плане коллектива и тренера, с которыми не нашли общий язык… Не получилось — и они снова поехали играть в Суперлигу, что тоже нормально. Федя — лидер в Ревде. Витя еще, может быть, не до конца вернул ту игру, которую показывал в чемпионский сезон, но это еще придет.

«Мы нарушили режим. Нас же никто не заставлял: пейте!». Год вне баскетбола, игра в Казахстане, возвращение в Самару

- В первый сезон ты со «Спартаком-Приморье» взял «бронзу», во втором выиграл Суперлигу. Были ли у тебя после этого предложения от более статусных клубов из России или зарубежья?

– «Спартак-Приморье» сразу предложил мне новый контракт. Они очень хотели меня оставить, были разговоры о возможном выступлении в Единой лиге ВТБ, мне самому нравилось во Владивостоке — и я подписал новый контракт сразу по завершении чемпионского сезона. Мне не то чтобы дали какие-то гарантии, но говорили, что я нужен клубу, поэтому я там и остался. Предложения из ВТБ я бы и не рассматривал, даже если бы они и были — а их, честно скажу, и не было. Конкретных предложений — были какие-то разговоры...

А другие чемпионаты… Повторюсь, наша Суперлига мало освещается. Поэтому, чтобы ты хорошо выступил здесь и тебя пригласили в какую-то другую лигу — это маловероятно. Между собой они еще коммуницируют: вторая итальянская лига, Адриатическая, вторая испанская, вторая турецкая, вторая турецкая с первой и так далее — то у нас это слабее. Поэтому о каких-то предложениях можно говорить, только если они были бы из ВТБ — а их, еще раз скажу, на тот момент и не было.

- Когда вы играете с сербскими командами как ты сам себя воспринимаешь? И как тебя воспринимают те же сербы? Как «русского» или как своего?

– Я же все-таки черногорец — и они видят, что я «их» человек. И они видят мой тренерский почерк, а я многое в баскетболе взял у сербов — конечно, они меня не воспринимают, как иностранца. Поэтому и удивились: где ты играл, где начал работать, почему мы тебя не знаем? Да, я пять лет работал в Белграде, многие знают, что я тренировал детей — но все-таки прошло десять лет, многое поменялось, пришли новые тренеры. Например, в ФМП тренер — молодой парень (35-летний Владимир Йованович прим. авт.), он вообще еще не работал, когда я тренировал в Сербии. И, опять же, это плохо для нашей Суперлиги: команду-чемпиона никто не знает, никто не знает ее игроков и тренера.

Фото: «Купол-Родники», БК «Самара», «Спартак-Приморье» facebook.com/SpartakBasket; newsvl.ru

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья