Блог Открытое письмо

Я полтора года не играл из-за травмы и думал, что это конец. Но теперь я в РПЛ и даже забил

Открытое письмо защитника «Сочи» Кирилла Заики. 

Российский футбол радовал нас только три недели марта, но мы уже точно знаем, как поменялся «Сочи» с приходом Владимира Федотова (его открытое письмо после ухода из «Оренбурга» – здесь). 

Сочинцы набрали девять очков в четырех матчах (сыграли перенесенный с декабря матч против «Оренбурга») и выбрались из подвала таблицы. Голы и финты Кокорина и Андрея Мостового мы пересматриваем на карантине, но есть в «Сочи» и незаметный герой – крайний защитник Кирилл Заика.

Возможно, до весны 2020-го вы ни разу не слышали о Заике – последний официальный матч за «Сочи» он провел еще в октябре 2018-го, а в первой части этого сезона Заики даже не было в заявке новичка РПЛ. Теперь Кирилл постоянно выходит в старте, и уже забил безумно красивый гол. 

Почему так получилось, объясняет сам Кирилл Заика.

***

До 17 лет я играл только на первенство Краснодарского края. Ничего серьезного. Осенью 2009-го мой первый тренер Николай Морщаков помог с просмотром в дубль «Ростова» – он был знаком с Сергеем Антонкиным, который работал там вторым тренером. В то время дубль «Ростова» проводил турниры во время паузы на сборные – так проводилась селекция. 

Я приехал на неделю, турнир закончился, и мне предложили остаться в Ростове – тренироваться с дублем до конца сезона-2009, там оставалось всего две-три недели. Зимой 2010-го я подписал контракт, но тогда же у дубля «Ростова» сменился тренер: вместо Сергея Бутенко пришел Александр Тумасян. На меня перестали рассчитывать, я просидел полгода и уехал в «Таганрог».

Через шесть с половиной лет появился новый шанс зацепиться за РПЛ – летом 2017-го ездил на просмотр в «Амкар». Если бы знал, что там будет так, наверное, даже не поехал бы. Ты едешь на просмотр в команду РПЛ, хочешь почувствовать уровень, тренироваться с основой – а приехали 30 человек, и мы тренировались друг с другом. Это были парни из ФНЛ и ПФЛ – мы же и так играли друг против друга. Я предложения так и не дождался, зато тогда «Амкар» подписал моего партнера по «Химкам» Мишу Гащенкова – он к тому времени стал свободным агентом.

За «Химки» я отыграл почти 100 матчей в ФНЛ и ПФЛ, но закончилось все неприятно – обидно, когда на тебя вешают все проблемы. После матча с «Факелом» в мае 2018-го гендиректор «Химок» Василий Иванов сказал мне, капитану Алексею Шумских и защитнику Айдару Лисенкову, что мы снизили к себе требования, за что нас переводят в молодежку. Мы отказались, разорвали контракты и уехали домой. 

Летом 2018-го у меня было несколько предложений от клубов ФНЛ, но я сразу выбрал вариант с петербургским «Динамо». Тогда уже было понятно, что команда переедет в Сочи, а я вырос в станице Выселки (Краснодарский край – Sports.ru), поэтому хотел вернуться поближе к дому. Плюс жена была беременна, так что можно сказать, что выбрал «Сочи» по семейным обстоятельствам.

В октябре 2018-го в матче ФНЛ с «Сибирью» я сломал нижнюю треть малоберцовой кости. Шел в отбор, сунул ногу, чтобы выткнуть мяч – в этот момент соперник завалился на меня, и моя правая нога вывернулась. Сразу понял, что это перелом. Когда падал, четко видел, как все выкручивается. 

К перелому добавился надрыв связок голеностопа. Мне сказали, что операция не нужна – месяц полежишь в лангетке и дальше приступаешь к реабилитации. Я так и сделал, но совсем не чувствовал положительной динамики, закачка голеностопа не делала его сильнее. Пытался бегать, но боль не исчезала, по мячу вообще не мог бить. Тренеры спрашивали, когда вернусь, а мне нечего было ответить. Ни один врач не мог объяснить, из-за чего у меня такие проблемы.

Через полгода сделал МРТ – друзья и знакомые футболисты, кажется, посоветовали все спортивные клиники, куда его можно было бы отправить. Я послал МРТ в Германию, Финляндию и Италию – везде сказали, что нужна операция. 

Оказалось, что во время реабилитации отломался отросток таранной кости – его нужно было удалять. Плюс после надрыва связок образовались наросты – они тоже давали болевые ощущения. Так что операцию в мае 2019-го мне делали уже не из-за травмы, а из-за реабилитации – чистили голеностоп, удаляли из него все лишнее. Оперировали в Москве – в Германии было бы слишком дорого, но, конечно, «Сочи» мне помогал. За это я очень благодарен клубу. Меня не бросили.

Эта операция стала уже третьей на правом голеностопе. Впервые травмировался еще в «Таганроге» – поскользнулся на мяче и разорвал связки. Тогда я восстанавливался самостоятельно – это же ПФЛ, какие там реабилитологи. Пропустил полгода, но чувствовал себя прекрасно. Через год почистили голеностоп – думаю, это нормальная история после длительного восстановления. Ничего серьезного – через две недели бегал, а через четыре – уже играл. 

На этот раз операция не помогла – боль не исчезала. Был ступор, непонимание, что происходит. Мне нужно было каждый день что-то делать для голеностопа, чтобы чувствовать динамику. Полгода долбил, а ничего не менялось. Конечно, обсуждали с женой, что делать, если не получится, что после футбола. Понятно, что грязные мысли лезли в голову. Идут месяцы, а тебе никто не может помочь. Уже даже операцию сделали – а все равно явно лучше не становилось. 

Теперь я уже понимаю, что возможно почти все. 

В межсезонье в «Сочи» пришел новый главный врач Александр Линский. Он посоветовал обратиться к Игорю Григоренко – раньше он работал массажистом в «Кубани». Я давно слышал о нем – ребята говорили, что у Григоренко своеобразная методика, из-за которой постоянно испытываешь адские боли. Спроси у любого бывшего игрока «Кубани», тебе скажут: «Не, я к нему больше не пойду». Конечно, больше в шутку.

Летом я съездил с «Сочи» на сбор в Словению – там работал индивидуально, а потом поехал к Григоренко. Оказалось, что у меня были защемлены нервные окончания, из-за чего сигнал мышцам голеностопа просто не поступал. Когда именно нервы защемились, сказать трудно, но хотя бы мы поняли, почему я столько времени топтался на месте. 

Григоренко действительно очень жестко работает руками – не могу выделить что-то одно, каждое его касание вызывало боль. Ударно-волновая терапия (метод воздействия на костную и соединительную ткани, способствующий сращиванию костей, выведению кристаллов солей из суставов, снятию болевых ощущений, регенерации тканей – Sports.ru) – тоже неприятно, но процедуры мне помогли. С упражнениями в процессе реабилитации было попроще, там главное – терпение.  С середины августа уже тренировался со всеми, но в заявке «Сочи» не было мест, поэтому меня не заявили. Я не играл десять месяцев, «Сочи» вышел в РПЛ – никто не знал, потяну ли я новый уровень после травмы, поэтому достаточно спокойно воспринял то, что меня не заявили на первую часть сезона. Мне кажется, если бы на меня совсем не рассчитывали, «Сочи» расторг бы контракт.

Я искал варианты в ФНЛ и даже в ПФЛ – лишь бы играть. Ничего конкретного так и не нашел. Переговорил с руководством «Сочи» – решили, что лучше я поработаю с командой до зимы, а там уже будем смотреть. 

На осень поставил себе цель – отработать все тренировки и товарищеские матчи на максимуме. Не было мыслей, что могу расслабиться, раз не играю в чемпионате – типа наберу форму зимой. Нет. Только сейчас и сегодня – чтобы доказать самому себе, что могу вернуться на прежний уровень. 

Психологически было непросто. Где-то месяц в голове сидела мысль, что надо бы играть аккуратнее. В сентябре меня выпустили на десять минут в товарищеском матче против «Зенита» – это была первая игра за десять месяцев. Я на эмоциях вообще про все забыл.  

Зимой в «Сочи» пришел Владимир Федотов – еще один шанс закрепиться в РПЛ. Возможно, последний шанс. Я уже не молодой мальчик, 27 лет. Да, я тренировался со всеми осенью, но все равно было тяжело без игровой практики – на первом сборе достаточно много проигрывал ребятам, когда бегали тест «йо-йо». Дальше стало легче – на втором и третьем сборах понял, что я уже не хуже, да и Федотов доверял. 

Домашний матч с «Арсеналом» (1:2) стал для меня первым в РПЛ. Уровень игроков, атмосфера вокруг игры – все дико отличается от ФНЛ, даже если на трибунах не очень много зрителей. Может, это не очень понятное объяснение, но действительно все, что окружает саму игру – на совершенно другом уровне. Я давно не играл, а в РПЛ – вообще никогда, так что первые минуты матча с Тулой привыкал к чему-то новому в своей жизни. Остальные матчи уже воспринимались иначе, будто так все и должно было быть. 

Не могу сказать, что у меня возникли большие проблемы за четыре матча в РПЛ, но мне очень понравился Вандерсон из «Краснодара». Он очень резкий – одно твое неверное действие, и Вандерсон может тебя размотать. 

Все, что накопилось за полтора года внутри меня, вылилось в гол «Уралу». К тому же на игру приехали родители, жена с ребенком – это только добавило эмоций. Заболотный отдал хороший пас – если бы мяч идеально катился по газону, вероятно, я бы так не пробил. 

Наверное, не все в команде знали, что я только начинаю в РПЛ, что это мой первый гол. Но об этом знал Мостовой, против которого я действую на тренировках и которого знаю еще с «Химок». Когда мы праздновали, он сказал: «Красавец, ты всем доказал».

Фото: РИА Новости/Артур Лебедев, Александр Вильф; vk.com/pfcsochi

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья