«Давно ли я в футболе?» Разбираем футбольную отсылку из великолепного монолога
В 1997 году писатель-сатирик Михаил Жванецкий написал для Романа Карцева монолог под названием «Давно ли я в футболе?». Рассказ в нём ведётся от лица старого футбольного болельщика, который с характерным одесским юмором и иронией рассуждает о состоянии игры, футболистах, спортивных порядках и былых временах, когда всё было лучше. Монолог является безусловной классикой постсоветского юмора и, несмотря на свой почти тридцатилетний возраст, не потерял актуальности и в наши дни. Если вы каким-то чудом ещё не видели этот шедевр, обязательно посмотрите — смеяться будете до слёз.
Примерно в середине монолога Карцев в одной из реплик упоминает знаменитого одесского болельщика Исаака Гроссмана:
«Когда Котя Фурс обошёл Рябова и забил Яшину гол, он (Гроссман — прим. автора) вскочил на скамейку и кричал: «Котя, моя семья признала тебя лучшим игроком мира»
Теперь давайте разбираться. Очевидно, что речь идёт про один из матчей одесского «Черноморца» и московского «Динамо» (Георгий Рябов и Лев Яшин вместе играли в этом столичном клубе), а Котя (Константин) Фурс — легендарный форвард «моряков», сыгравший за них более 200 матчей и забивший 82 (по другим данным — 83) гола. Бывший вратарь «Черноморца» спустя много лет так вспоминал о своём друге и товарище:
«Интересная судьба была у Фурса. Родителей нет – сестра, брат и он. И вот, Юзеф Федорович Клацман на «Спартаке» воспитал Константина Викторовича. У Коти была сумасшедшая стартовая скорость, а своей ногой 37-го размера бил, как кием по шару в бильярде. И если только защитник не успевал его закрыть, то Фурс моментально «щелкал». Удар-то был поставлен Юзефом Федоровичем…»
Но происходила ли описанная выше сцена на самом деле? К сожалению, статистика — безжалостная наука, и она говорит нам о том, что Константин Фурс никогда не забивал Льву Яшину. Более того — они ни разу не пересекались на футбольном поле в официальных матчах.
За всю карьеру Фурс лишь однажды — в июне 1962 года — принимал участие в матче против московского «Динамо». Однако в той игре ворота гостей защищал Валентин Беляев, так как Лев Иванович приходил в себя после неудачно сложившегося для него чемпионата мира 1962 года в Чили. Константин провёл на поле 75 минут и голами не отметился, а «Черноморец» уступил москвичам со счётом 0:1.
История жизни Константина Фурса удивительно похожа на судьбы многих звёзд советского футбола и спорта в целом. Его обожали одесские болельщики, и эта любовь была взаимной. А ещё Фурс любил выпить. Во время игровой карьеры периодические нарушения режима не мешали ему забивать множество голов в ворота соперников Черноморец Одесса и ставить рекорд за рекордом. Однако после завершения карьеры в жизни форварда произошёл предсказуемый надлом: прославленный нападающий не смог найти себя на другом поприще, но и пить не бросил.
Из-за пристрастия к алкоголю Фурс был вынужден продать квартиру. Какое-то время он жил в коммуналке, а затем перебрался в окрестности одесского стадиона «Спартак», где и обитал до самой смерти. Фурс умер в возрасте 50 лет в полном забвении. Его заброшенную могилу нашли лишь много лет спустя.
1 сентября 2012 года на аллее футбольной славы ФК «Черноморец» были установлены двенадцать памятных звёзд, одна из которых посвящена Константину Фурсу.
Что касается Исаака Гроссмана, то это тоже вполне реальная личность. В Одессе его называли «королём болельщиков». По сути, он был народным комментатором, который, сидя на своей излюбленной 38-й трибуне, в шутливой форме высказывал мнение о происходящем на футбольном поле.
Гроссман посещал все домашние матчи одесских команд и даже иногда выбирался на выездные игры. Говорят, после поражений он подолгу не шёл домой, а бродил по одесским закоулкам, не желая никого видеть.
Вот несколько его ярких «панчей».
В один из дней игроки «Черноморца» неожиданно для себя начали показывать красивый и комбинационный футбол. Гроссман посмотрел на поле и сказал:
«Проверьте у них паспорта — это переодетые бразильцы».
Однажды «Черноморец» вел со счётом 1:0, а до конца матча оставалось еще 80 минут. Гроссман орал как сумасшедший. На замечание соседа по трибуне он ответил:
«Как я могу не кричать, когда Котя уже забил гол и больше забивать не будет, а играть ещё столько времени?»
Когда вратарь Городенко совершал очередное эффектное спасение, вытаскивая мяч из «девятки», Гроссман вскакивал и кричал на весь стадион:
«Жора! С такой игрой ты обеспечишь мне не только спокойную старость, но и бессмертие!»
Как говорится, таких уже не делают.
Ещё больше увлекательных ретро-историй вы найдёте на ТК-канале «Пьяные подкасты»! Подписаться можно здесь.
Комментарии
-- Ты Хижникова видел? Не видел... (речь идёт о Николае Хижникове, легенде одесского футбола довоенных и первых послевоенных лет).
-- А Степанова помнишь? Не помнишь... (скорее всего, имеется ввиду Александр Степанов, начинавший в Одессе, но имя себе сделавший в "Зените")
-- А дубину Двоенкова знаешь? Не знаешь... (про Анатолия Двоенкова, блиставшего в Черноморце 60-х годов)
Дальше разговор шёл о некоем Манечке с книгой "20 лет в офсайде". Наверное, скрытый панч про мемуары кого-то из футболистов, но идентифицировать сложно.
Я в детстве таких видел -по утрам субботы собирались группы "профессиональных болельщиков" как правило - возле стенда с таблицей турнира на стадионе, где играли эти команды. Туда прибегала малышня вроде нас и с открытым ртом слушала рассказы бывалых.
P.S. Почитайте заметку о матче в "Советском Спорте" - вот умели же писать люди
Очень интересны источники инфы.