Ночь. Стадион. Фонарь. Трибуна.
Бессмысленный и тусклый счёт.
Живи ещё хоть четверть тура —
Всё будет так. Исхода нет.
«Факел» с «Оренбургом» встретили тени
Друг друга в мареве огней.
Ни крика, ни борьбы, ни вдохновенья —
Лишь пустота меж двух теней.
А в Грозном ночь горела ало,
И тьма качалась у ворот.
Четыре раза громом пало —
Лишь раз откликнулся «Ростов».
ЦСКА и «Локомотив» бежали,
То впереди, а то вослед.
Одни настигли — обогнали,
Другим — чуть-чуть. И всё же нет.
Над Волгой «Крылья» распахнулись,
И ветер тронул небосвод.
Трижды ворота содрогнулись —
И был безжалостен исход.
А «Родина» пришла сначала,
И первой тронула весы.
Но трижды чаша задрожала —
И стала «Родина» чужой.
«Спартак» возник из мглы багровой,
И «Зенит» отпрянул в темноту.
Два раза прозвучал московский голос —
Петербург ответил тишиной.
А над Балтикой — ветер, ветер,
И берег тонет в пелене.
«Рубин» уже держал победу —
Но волны смыли след её.
«Краснодар» идёт сквозь сумрак тихо,
Не оступаясь, не спеша.
Опять один удар — и стихло.
И счёт застыл, едва дыша.
И снова ночь. Фонарь. Трибуна.
Погас последний тусклый свет.
Живи ещё хоть четверть тура —
Всё будет так. Исхода нет.
Комментарии
Зенит ответил тишиной.
И Глушенков, за что, никто не понял,
Был выгнан с поля и отправился домой.