» Роддик: обидно, если из-за одного пострадают все
— Расскажите немного о перспективном американском теннисисте Райане Харрисоне.
— Мне очень импонирует то, что Райан много работает. Он относится к своему делу как настоящий профессионал. Многие в 17 лет не понимают того, что это является их работой. Он хочет быть теннисистом, это его образ жизни. Мне кажется, что многие наши юниоры двигаются другим путём. Они хотят выиграть матч только затем, чтобы купить себе машину, а не потому что они действительно хотят быть теннисистами.
— Что вы думаете о том скандале, в который попал ваш соотечественник Уэйн Одесник?
— Если он признал себя виновным, то нет ничего хуже, чем это. Я из тех, кто способен прощать, но это не тот случай. Если имеет место всё то, о чём мы читаем сегодня в газетах, то это чистый обман и ему не место в теннисе. Я был удивлён и шокирован. Теннис не нуждается в таких историях, и я уверен, что это единичный случай.
— Как хорошо вы знаете Уэйна?
— Я не очень хорошо знаю его. Не сказал бы, что мы друзья, скорее знакомые. Он какое-то время тренировался в Остине. Мы никогда не проводили много времени вместе. Но меня злит, что такое случилось с одним из наших парней, что мы теряем человека в топ-100. Не хочу, чтобы это пятно легло на нашу страну, на наших игроков.
— Это одна из тех вещей, о которых обычный человек прочтёт в газете и подумает…
— Это меня очень злит, ведь у нас в теннисе и так самая строгая антидопинговая политика. Мы не можем применять даже обычный судафед. Мы должны быть ответственны за то, что принимаем или где находимся. Я должен буду на следующей неделе отправить файлы, в которых указывается, где буду находиться в течение следующего месяца каждый день. Если моя жена и я захотим куда-нибудь съездить на один день, я должен буду позвонить и сказать: мы едем сюда, сюда и сюда, с указанием точного адреса.
— То есть вы считаете, что в спорте нет таких проблем?
— Я не понимаю, как они могут быть. Если ты в своей сумке провозишь контрабандой в чужую страну такие препараты, то… Ох, мне неприятно об этом говорить. Думаю, что гормоны роста применяют в каждом виде спорта, и я надеюсь, что скоро придумают тест, который будет их вычислять. И тогда этих ребят будут наказывать.
— На самом деле такие тесты уже есть, но в теннисе они не используются.
— Чем скорее это исправят, тем лучше. Думаю, что они должны использоваться всюду. Я очень горжусь тем, что мы делаем каждый день и насколько ответственными мы должны быть. Обидно, если из-за одного болвана это будет разрушено.»
все четко и логично. человек не хочет чтобы его репутация и репутация тех кто честно трудится на корте в глазах организаторов турниров (а это люди которые дают им зарабатывать на жизнь) не страдала из-за мошенников
- и на запах, на запах, иду на мягких лапах непросохшей тропой...
Лохи вы.
Гаске : А за меня весь мир горой был!
Малисс: А кто такой Каньяс?
Фелпс: ну и правила у теннисистов блин...
а жаль, Одесник был одним из моих любимых теннисистов
http://www.чемпионат.ru/tennis/article-53536.html
» Роддик: обидно, если из-за одного пострадают все
— Расскажите немного о перспективном американском теннисисте Райане Харрисоне.
— Мне очень импонирует то, что Райан много работает. Он относится к своему делу как настоящий профессионал. Многие в 17 лет не понимают того, что это является их работой. Он хочет быть теннисистом, это его образ жизни. Мне кажется, что многие наши юниоры двигаются другим путём. Они хотят выиграть матч только затем, чтобы купить себе машину, а не потому что они действительно хотят быть теннисистами.
— Что вы думаете о том скандале, в который попал ваш соотечественник Уэйн Одесник?
— Если он признал себя виновным, то нет ничего хуже, чем это. Я из тех, кто способен прощать, но это не тот случай. Если имеет место всё то, о чём мы читаем сегодня в газетах, то это чистый обман и ему не место в теннисе. Я был удивлён и шокирован. Теннис не нуждается в таких историях, и я уверен, что это единичный случай.
— Как хорошо вы знаете Уэйна?
— Я не очень хорошо знаю его. Не сказал бы, что мы друзья, скорее знакомые. Он какое-то время тренировался в Остине. Мы никогда не проводили много времени вместе. Но меня злит, что такое случилось с одним из наших парней, что мы теряем человека в топ-100. Не хочу, чтобы это пятно легло на нашу страну, на наших игроков.
— Это одна из тех вещей, о которых обычный человек прочтёт в газете и подумает…
— Это меня очень злит, ведь у нас в теннисе и так самая строгая антидопинговая политика. Мы не можем применять даже обычный судафед. Мы должны быть ответственны за то, что принимаем или где находимся. Я должен буду на следующей неделе отправить файлы, в которых указывается, где буду находиться в течение следующего месяца каждый день. Если моя жена и я захотим куда-нибудь съездить на один день, я должен буду позвонить и сказать: мы едем сюда, сюда и сюда, с указанием точного адреса.
— То есть вы считаете, что в спорте нет таких проблем?
— Я не понимаю, как они могут быть. Если ты в своей сумке провозишь контрабандой в чужую страну такие препараты, то… Ох, мне неприятно об этом говорить. Думаю, что гормоны роста применяют в каждом виде спорта, и я надеюсь, что скоро придумают тест, который будет их вычислять. И тогда этих ребят будут наказывать.
— На самом деле такие тесты уже есть, но в теннисе они не используются.
— Чем скорее это исправят, тем лучше. Думаю, что они должны использоваться всюду. Я очень горжусь тем, что мы делаем каждый день и насколько ответственными мы должны быть. Обидно, если из-за одного болвана это будет разрушено.»
все четко и логично. человек не хочет чтобы его репутация и репутация тех кто честно трудится на корте в глазах организаторов турниров (а это люди которые дают им зарабатывать на жизнь) не страдала из-за мошенников