android-character-symbol 16.21.30apple 16.21.30@Combined ShapeЗагрузить фотографиюОчиститьCombined ShapeИскатьplususeric_avatar_placeholderview

Без комментариев. Александр Метревели

Sports.ru продолжает каникулярный цикл бесед с российскими теннисными комментаторами. Александр Метревели за чашкой чая сожалеет, что спорт ушел с общедоступных телеканалов; признается, что понятия не имел про «АДАМов», и предрекает Елене Дементьевой будущее хорошего теннисного комментатора.

- Александр Ираклиевич, на последней церемонии вручения «Русского Кубка» вы стали лауреатом в номинации «Вклад в развитие тележурналистики»...

– Этот приз был, наверное, оценка не только моей работы, но и всей нашей компании; то, что Анна Владимировна Дмитриева открыла теннисный канал. Подобный формат существует только в Америке, но вряд ли он сможет с нами конкурировать – у нас закуплены права на прямую трансляцию большого числа важнейших соревнований. Поэтому, на мой взгляд, в большей степени это заслуга канала. Работаем мы очень много, иногда на одной неделе у нас выпадает по 3-4 турнира. Но в то же время это очень здорово для любителей тенниса, для игроков, чтобы они имели возможность проанализировать, посмотреть и свои игры, и игры своих соперников.

- И все же была отмечена конкретная персона, вы. Что именно для вас подобная награда значит?

– Ну что для меня? Конечно, всегда, когда отмечают, приятно. Я с самого начала не был профессиональным комментатором, совершенно случайно подключился к этому делу. Ну а потом затянуло, мне понравилось. Наверное, получилось.

- А как так получилось, что вы подключись к работе теннисным комментатором на телевидении?

– Когда еще только-только начинались трансляции теннисных турниров, Анна Дмитриева меня привлекала, когда у меня было свободное время. Это начиная с основного НТВ, когда они еще транслировали теннис, затем уже НТВ Плюс. Хотя были какие-то редкие передачи, в которых принимали участие, но это все было так, не очень серьезно. А вот с появлением спортивных каналов НТВ Плюс – там уже все немножко по-другому началось, на профессиональном уровне. Позднее она пригласила меня, чтобы я работал вместе с ней.

- Теннис на отечественном ТВ, насколько мне известно, начали транслировать во времена горбачевской гласности. Примерно тогда же, в 1988 – если верить вашим биографиям в интернете – вы пришли в «Грузинское телеграфное агентство» в качестве обозревателя...

– Это было временно, нельзя сказать, чтобы было долго... Но это совсем другая журналистика. Телевизионная журналистика и просто журналистика – это разные вещи. В свое время это было наиболее подходящим для меня. В принципе, вариантов было не так много: или пойти по спортивной линии в Институт Физкультуры, как делали и делают большинство спортсменов, или выбрать что-то такое, чтобы давало тебе возможность какой-то свободы, потому что, опять-таки, работать с 9 до 6 было бы трудно, не привык я к такому образу жизни. А журналистика давала какую-то свободу.

- Вы помните свой первый телевизионный эфир?

– Первого эфира не было как такового. Точнее, я его не помню. А вот интересно, знаете, больше такой практики и не было, наверное, никогда и ни у кого. Анна Дмитриева приезжала как-то в Таллинн, на зимнее первенство советского союза, так оно называлось. В закрытом помещении. Она взяла микрофон и при каждой смене сторон брала у меня интервью, а я играл. Допустим, играл финальный поединок, и каждый раз при переходе она меня спрашивала, как я играл эти геймы, как буду играть следующие геймы. Конечно, в то время это еще можно было себе позволить, правила позволяли. А сейчас это, конечно, уже из области фантастики.

- Помимо этого у вас были еще какие-то запоминающиеся эфиры? Когда вы уже выступали перед микрофоном в качестве комментатора?

– С точки зрения своей работы я не могу чего-то такого вспомнить; мне, скорее, больше запоминается эмоциональная сторона. Сами матчи, которые я вижу. Во-первых, конечно, это командные соревнования, они всегда стоят как-то в памяти особенно, отдельно. Это Кубок Дэвиса, когда Россия выиграла впервые, 2002 год. Это было незабываемо. Всегда, когда делаешь что-то впервые, это остается в памяти надолго. Ну и матчи звезд, теннисных звезд, допустим, Сафин тот же, когда он выиграл своей первый турнир «Большого шлема», US Open в 2000-м. Это было действительно здорово.

- Смею предположить, что всем этим победам вы были свидетелем вместе с Анной Дмитриевой... За долгое время совместного творчества у вас не было случаев, чтобы вы ругались друг с другом во время репортажа?

– Без этого нельзя. Тем более, когда ты работаешь подряд по 10-12 часов, накапливается усталость, а мы все-таки уже немолодые люди. Но все это должно быть в рамках каких-то. Конечно, бывают какие-то недопонимания, что мы не до конца о чем-то договорились. Потом, по истечению времени, мы понимаем, что все это была глупость.

- Кстати, ваш тандем многие болельщики сокращенно называют «АДАМ». Как вам нравится такая аббревиатура?

– Я такого не знал. А кто так называет?

- На различных интернет-форумах, например.

– Ну, если называют, значит, им так удобнее.

- Вы вообще интересуетесь, как о вашей работе отзываются зрители?

– Конечно, интересуюсь, безусловно, стараюсь быть в курсе дел. Бывает, что тебе самому не нравится, как ты провел какой-то репортаж. Иногда бывает очень утомительно, потому что бывают дни, когда по 10, по 11 часов приходилось разговаривать, вести репортажи. Это, конечно, утомительно очень.

- Эфиры по 10-11 часов приучили вас чем-то запасаться? Что вы обычно выпиваете/перекусываете во время перерывов?

– Ничего специально я никогда не готовлю. Так, если получится на ходу что-то перекусить. Тяжело, но тяжело не только в физической плане. Когда ты ведёшь десять часов подряд, уже просто не помнишь, что ты там говорил пять часов назад, говорил это, или не говорил. Такие проблемы возникают. А проблемы перекусить, выпить кофе – это ерунда по сравнению с тем, какая нагрузка. Надо же что-то новое сказать, что-то интересное. А все уже как-то забывается.

- А за голосом как-то ухаживаете, бережете? Все-таки все те же 11 часов в прямом эфире не могут не сказываться.

– Поберечь голос – это как-то не так, чтобы часто нужно... Хотя, конечно, на таких турнирах, как, к примеру, Кубок Дэвиса, когда два пятисетовых матча, по десять часов ведешь...

- В работе комментатора очень важны тембр, манера речи. Вы не занимались постановкой голоса, техникой речи?

– Нет, я ничем таким не занимался. Возможно, для меня это не так важно было, важно было донести до телезрителей свое понимание игры, пожалуй. Не постановка голоса, дикции, не построение фраз, а именно это. Первое время мы ограничивались тем, что только рассказывали о теннисе, потому что мало кто был с ним знаком, большой аудитории не было. Постепенно, постепенно это уже превратилось в профессиональные такие репортажи – уже не для любителей, не для начинающих, а для тех, кто уже что-то понимает. Именно донести до зрителя – для меня это главное, а не то, как донести.

- Считается, что спортсмены – очень суеверные люди. Из своего спортивного прошлого вы принесли в телевизионную деятельность какие-то суеверия?

– У меня нет никаких суеверий. Единственное, я для себя четко определил, что всегда надо хорошо готовиться. Наверное, это у меня и осталось еще со времен выступлений в спорте – я понимал, что к каждой встрече надо готовиться, и так же я готовлюсь к репортажам.

- Можете рассказать, как именно вы готовитесь к репортажам?

– В теннисе сейчас столько игроков, столько соревнований, что все это держать в голове, в памяти очень сложно. Забывается. Поэтому надо обновлять каждый раз, смотреть, просматривать, знать результаты прошлых турниров, дополнительную информацию касательно самих игроков.

- А вам никогда не было интересно сменить, скажем так, профиль? Точнее, начать комментировать что-то отличное от тенниса, какие-то другие виды спорта?

– Я настолько занят своим видом спорта, что мне времени не хватит на что-то другое. Я считаю, для того, чтобы хорошо комментировать, нужно хорошо знать вид спорта. А хорошо знать вид спорта... Раньше я разбирался в футболе, сейчас уже не так, потому что сейчас много команд, много трансляций. У нас слишком большой объем своей работы, чтобы еще о чем-то думать.

- Ну хотя бы в теории?..

– Ну если практики нет, откуда теория появится?

- А есть кто-то из российских игроков, кого вы видите в будущем неплохим комментатором?

– К сожалению, нет. Хотя, быть может, Лена Дементьева бы могла. У нее неплохо язык подвешен, она хорошо связывает слова, умеет преподносить свои мысли. Лена как раз, возможно, могла бы. Но от нее будет зависеть. Дементьева еще играет, никто не знает, когда она закончит; потом нужно будет семью создавать, детей рожать. Вы же понимаете, что комментировать – это работа. А работа требует больших усилий, это не так-то просто. Конечно, можно прийти один раз, так, поболтать. Но работать регулярно, постоянно – это не так-то просто.

- Вы упомянули Елену Дементьеву... В интервью журналу PROспорт Елена сказала, что, на ее взгляд, российским комментаторам не хватает патриотизма. Вы разделяете ее точку зрения? На ваш взгляд, комментатор в первую очередь должен быть патриотом, или все-таки быть объективным?

– Комментатор должен оценивать объективно. А патриотизма на нашем телевидении и так вдоволь – посмотрите первый и второй каналы, и вы все поймете.

- По вашему мнению, в условиях, когда на общедоступном телевидении тенниса практически не осталось, можно действительно говорить о вкладе в развитие телевизионной журналистики?

– Да не просто теннис ушёл, а весь спорт ушёл. Очень редко когда какие-то матчи показывают, разве что что-то действительно важное, вроде футбола Россия-Словения. С общедоступного телевидения ушёл весь спорт, и это очень обидно. Если взять другие страны, то в субботу-воскресение по всем каналам – трансляции спортивных соревнований. У нас пока до этого не доросли.

- Дмитрий Дибров еще будучи телеведущим как-то привел свою шкалу оценки ведущего. По Диброву, ведущий хороший – это тот, кто работает для зрителя; ведущий средний – тот, кто полностью сконцентрирован на своем герое, на предмете своего рассказа; ведущий плохой – тот, кому больше всего важен он сам. Вы сами к какому из данных определений можете себя отнести?

– Самому себя, наверное, оценивать не стоит, но для меня главное – донести до зрителя своё понимание игры. И, наверное, сейчас, из-за того, что аудитория расширилась, многие уже давно читают, черпают знания из интернета. Сейчас есть широкие возможности узнать и результаты, и биографию того или иного спортсмена. Наверное, сейчас уже всё важнее и важнее становятся какие-то детали. Мы с Анной Владимировной сейчас уже часто уходим в обсуждение не конкретно игры – игра есть игра, только вести счёт тоже не столь интересно телезрителям. А так, какое-то сочетание и ведения игры, своё видение игры, но чтобы было интересно и широкому кругу зрителей. Сейчас увеличилась аудитория. С одной стороны – какая-то её часть стала более профессиональной, с другой – её число значительно возросло. Рассказать то, чего нет в интернете.

КОММЕНТАРИИ

Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

Лучшие материалы