Сидят зять и тëща, выпивают. Хорошо поддав, расчувствовались. Зять говорит: - Ох, мама, вы у меня такая хорошая, я для вас что угодно сделаю! Тëща говорит: - Ох, зятëк, есть у меня мечта: когда умру, чтоб меня похоронили на Красной площади. Зять вскакивает из-за стола, надевать куртку, шапку и выбегает за дверь. Через три дня возвращается растрëпанный, оборванный, без шапки, заросший щетиной, и говорит тëще: - Не спрашивай, как я это сделал, но чтоб сегодня к трëм часам была готова!
В Бразилии вообще очень интересное законодательство. С одной стороны, там эскадроны смерти. С другой стороны, вот недавно был случай с одним молодым персонажем, который попался на распространении детской порнографии, изнасиловании 13-летней дочери соседки и издевательствах над ней (избивал, резал, заставлял есть экскременты и т.д., да ещё и снимал всё на видео). Получил... год тюрьмы, и при этом, похоже, выйдет досрочно. И мне вот интересно: если таких товарищей там считают не особо опасными и выпускают на улицы, то кто же остаётся в тюрьмах?
Сидят зять и тëща, выпивают. Хорошо поддав, расчувствовались. Зять говорит:
- Ох, мама, вы у меня такая хорошая, я для вас что угодно сделаю!
Тëща говорит:
- Ох, зятëк, есть у меня мечта: когда умру, чтоб меня похоронили на Красной площади.
Зять вскакивает из-за стола, надевать куртку, шапку и выбегает за дверь. Через три дня возвращается растрëпанный, оборванный, без шапки, заросший щетиной, и говорит тëще:
- Не спрашивай, как я это сделал, но чтоб сегодня к трëм часам была готова!
Напомнило анекдот про похороны тëщи на Красной Площади.
В Бразилии вообще очень интересное законодательство. С одной стороны, там эскадроны смерти. С другой стороны, вот недавно был случай с одним молодым персонажем, который попался на распространении детской порнографии, изнасиловании 13-летней дочери соседки и издевательствах над ней (избивал, резал, заставлял есть экскременты и т.д., да ещё и снимал всё на видео). Получил... год тюрьмы, и при этом, похоже, выйдет досрочно.
И мне вот интересно: если таких товарищей там считают не особо опасными и выпускают на улицы, то кто же остаётся в тюрьмах?