«Самое важное для защитника— голова и понимание игры». Интервью Егора Воронкова
В хоккее говорят, что незаметность защитника— не всегда плохо и иногда даже хорошо. Особенно если речь идёт про защитника третьей пары. Относительно игры Егора Воронкова об этом рассуждать вполне уместно — серьёзных нареканий к его надёжности и игре в своей зоне практически нет. Но сам он, разумеется, хочет совершенствовать свою игру на обеих сторонах площадки. И, надо полагать, способен на это — в начале марта он три матча подряд делал результативные передачи. В интервью Егор рассказал о сезоне в Хабаровске, карьере, тактических нюансах и многом другом.
«Денис Богданов — специалист. Такое качество в тренерах не всегда встретишь». Про перелёты, Дальний Восток и тренера по физподготовке
— Первый вопрос стандартный для игроков «Амура». Отыграли первый сезон на Дальнем Востоке. Как прошла адаптация к перелётам, к постоянной смене часовых поясов?
— В принципе нормально, ожидал, что будет хуже. Но скажу честно, что первую часть сезона было намного легче, особенно в сентябре и октябре. Ездили даже в Москву и всё проходило достаточно легко — буквально два-три дня перестраиваешься и всё здорово. Но, наверное, после Нового года накопилось и в последней части сезона было действительно тяжело летать. А так ожидал что будет тяжелее, готовился к этому и каких-то сюрпризов не было.
— Много потребовалось времени, чтобы выстроить оптимальный график восстановления, сна, питания?
— Я думаю, когда играешь здесь ты должен побольше сил сохранять на игру. И, наверное, образ жизни. Правильное питание, побольше пить воды, побольше находиться на свежем воздухе. Вроде это простые вещи, которые надо делать всегда, но здесь это сказывается. Здесь ты должен следить за собой.
— Кто-то из старожилов команды давал советы, рекомендации?
— Не особо. Просто смотришь на ребят, все адекватно подходят к играм, стараются побольше сил на них сохранить.
— Самый непростой перелёт в плане резкой смены часовых поясов — из Москвы по Владивосток в конце ноября?
— В этот период мы нормально себя чувствовали. Я смотрел по команде, ребята классно восстанавливались. На это смотреть вообще нельзя, нам результат нужен. После Нового года было очень тяжело, в январе, феврале.
А тогда мы прилетели во Владивосток, я видел, что все поспали, все бодрые. Дневная игра. Ничего такого…
— Человек, который больше всего помогал справляться с джетлагом — Денис Богданов?
— Конечно. Такое качество в тренерах не всегда встретишь. Он может придержать, может сказать: «Ребята, сегодня пауза, сегодня ничего не надо делать». Я всегда ценю такой грамотный подход. Он совершенно не у всех тренеров встречается, но Дэн в этом плане специалист. Человек уже давно тут, насмотрелся на всё это. Я доверяю ему.
— Грамотно совмещает научный и практический подходы?
— Да. Именно тот тренер, который может не загрузить, а придержать.
«Хочется, чтобы люди в Хабаровске кайфовали, когда смотрели хоккей». Про сезон, психологию и Якова Рылова
— Несмотря на финишный спурт, команда не попала в плей-офф. Кажется, что одна из банальных причин этого — резкие перепады от матча к матчу в плане качества игры. В чём вы видите основные факторы?
— Я думаю, что нам нельзя было проигрывать столько игр подряд в январе. Это самая главная причина. Ты можешь проиграть одну-две игры, но подряд нельзя игры проигрывать. Это выбило нас из гонки. Да, там были команды получше, но всё равно надо было кусаться, цепляться. Считаю, хорошо провели сентябрь, октябрь, первую часть чемпионата. Надо было собраться и в тот период нельзя было отдавать столько матчей подряд.
— Какие матчи кроме января приходят в голову, если сказать фразу «ключевые потерянные очки»?
—Да вот эти наши третьи периоды, которые мы проигрывали, ведя в счёте … (вздыхает) Если посмотреть на наших конкурентов— на «Сибирь» — они молодцы в том плане, что столько игр по буллитам выиграли. Это вроде бы мелочь, но это дорогого стоит. Это грамотная игра, это концентрация, это, может быть, где-то экономия сил. Вещи, на которые всегда стоит смотреть и они дают результат… Прохождение средней зоны, не терять шайбу на синих линиях. Это не просто так, что команда выигрывает по буллитам, это говорит о том, что они грамотно играют.
Сколько у нас было игр, в которых мы выходили на третий период, ведя в одну или даже в две шайбы? («Амур» проиграл шесть таких матчей). Просто хладнокровие, где-то сыграть попроще. Не надо этого бояться. Считаю, что в этом нам нужно добавлять.
— Как в эмоциональном плане переживался январь?
— Конечно, всё покатилось. Плюс нагрузка из-за перелётов. Все ребята переживали, было видно. Наверное, надо посмотреть эти матчи. Я думаю, тренерский штаб сделает выводы. Нельзя проигрывать много игр подряд.
— Вам лично насколько просто не загоняться, не корить себя за ошибки?
— Мне непросто, мне никогда не было просто в этом плане. Я всегда переживаю, семья помогает мне как-то уйти от этого. Мне кажется, это не объяснишь (смеётся). Тут ещё такой город классный, люди ходят на хоккей. Это больше всего меня коробит. Когда столько людей приходит на арену и мы проигрываем, особенно каким-то средним командам, когда ведём в счёте и проигрываем. Мне хочется, чтобы люди приходили на хоккей в Хабаровске, чтобы маленькие болельщики получали удовольствие от игры и радовались победам, а не чтобы арена сидела молча, когда мы проигрываем. Хочется, чтобы люди кайфовали, когда смотрели хоккей.
Такие игры как последняя домашняя с «Барысом» … Ужасная игра. Своё бы взяли и было бы всё хорошо, мы бы попали в плей-офф. Потом мы поняли, что теоретических шансов на плей-офф нет и команда слегка расклеилась. Надо было сыграть грамотнее, не упускать преимущество в играх и было бы всё совершенно по-другому. Считаю, что каждый игрок и тренер должен учиться на своих ошибках и идти дальше.
— Много было каких-то слов и спичей от игроков прошлогоднего состава, они всё -таки в прошлом сезоне прошли через многое?
— Да, был наслышан. Я сам играл против «Амура» в прошлом сезоне и мне было очень сложно играть, особенно когда игры были в Хабаровске. Я не понимал, почему у «Амура» было столько поражений в прошлом сезоне — в наших играх ребята старались, бились. Бывало, придёшь весь побитый после игр (смеётся). В этом сезоне нас предостерегали. Но я ещё раз повторюсь: не было бы «январской засухи» и задача на сезон была бы выполнена. Сейчас глупо об этом говорить, но причина лежит на поверхности.
— В матче с «Нефтехимиком» произошёл нечастый случай — стычка на рукопожатии. Насколько была острая ситуация в том матче?
— Не было острой ситуации. «Нефтехимик» классно играли в этом сезоне, но я думаю, что по составу мы ничуть не хуже, очные встречи мы тоже провели достаточно уверенно, спокойно. Просто выходишь и понимаешь, что это твой прямой конкурент и надо забрать у соперника всё и не дать ему ничего. И в эмоциональном плане немного его прибить и показать на будущее, что мы не собирается проигрывать. Для нас были достаточно принципиальные матчи — «Сибирь», Нижнекамск. Когда я играл против этих команд я не понимал, в чём мы слабее и почему мы не можем выигрывать. Они, мне кажется, ничем не лучше нас были по составу и по содержанию игры, но они попали в плей-офф, а мы нет. О чём тут можно говорить?
— В том матче вас пытались вывести из себя, спровоцировать?
—Ну да, были стычки, полудраки. Но надо держать голову холодной. Одно неловкое движение, попадёшь сопернику крагой по лицу и тебя удалят, ты подведёшь команду. Это в первую очередь, а во вторую уже стычки и драки.
— А в целом по карьере часто вас пытаются задеть?
— Постоянно. Особенно если игры с конкурентами. А если игры плей-офф, то там вообще абсолютно другой уровень накала. С другой стороны, многих ребят знаю и иногда умиляет, когда знакомые ребята, с которыми ты когда-то играл, пытаются тебя вывести из себя(смеётся). Ты просто улыбнулся и дальше поехал.
— Кулачки после смен, эмоции на лавке. Какой Яков Рылов внутри?
— Мне очень понравилась работа с Яковом Николаевичем. Кулачки — это дорогого стоит, ты постоянно чувствуешь позитив, отдачу на лавке. В этом плане было очень приятно играть. Всегда Яков Николаевич с нами разговаривал, практически после каждой игры смотрели на видео и ошибки, и хорошие моменты. Вопросов нет.
— Яков сам проводил видеоразборы?
—Да, он каждому игроку показывал какие-то моменты на ноутбуке, какие-то мелкие моменты. Каждый день приходишь, чему- то учишься, что- то подмечаешь, это очень важно. Мы здорово работали.
— Можно сказать, что при всей субординации он был максимально своим для игроков?
— Для некоторых пацанов да, потому что они с ним играли. А я с ним не играл, для меня это тренер (смеётся). Другие пацаны с ним были поближе.
— Вы как-то сказали про работу с Дмитрием Рябыкиным, что по его совету изменили в себе некоторые детали, ту же игру клюшкой. А работая с Яковом Рыловым что-то поменяли или усовершенствовали в себе?
— Не могу сказать, что поменял. Просто каждый день оттачивал моменты, на которые он заставлял обращать внимание — позиционную игру, где располагаться при атаках с ходу. Мы проводили много собраний.
«Мне всегда комфортно с Максимом». Про коммуникацию с вратарём, начало карьеры, тактику и блокированные броски
— Тактически менялась игра защитников по ходу сезона?
— Да. Мы немножко поменяли позиционную оборону после ухода Гальченюка.
— Ушли от системы «каждый с каждым»?
— Не совсем ушли, но отошли. Защитники больше играли внизу, наверх практически не поднимались. Пытались сделать так, чтобы защитники были у своих ворот, а нападающие больше работали в зоне обороны и бегали в углы. Поменяли построение в средней зоне, начали играть по-другому.
— Как вам кажется, можно сказать, что то, во что играли после октября ближе к понятию «современный хоккей»?
— Каждая система хороша, если она понимается и доходит до игроков. Я сталкивался со многими системами и в каждой системе есть плюсы. Считаю, что современный хоккей— это когда шайба двигается вперёд. Надо выполнять огромный объём работы, надо чтобы защитники двигали шайбу вперёд, а нападающие бежали. Чтобы мы не играли в нашей зоне, быстро проходили среднюю, нагружая защитников противоположной команды. Надо делать так, чтобы были умные забросы в зону, чтобы шайба отскакивала нашим нападающим. Это всё равно приведёт или к ошибке, или к опасному моменту, или к голу. Когда хорошо проходишь среднюю зону, когда двигаешь шайбу вперёд, когда нападающие бегут и классно играют клюшкой, чтобы шайба оставалась в зоне атаки, соперник нагружается и устаёт, а вратарь всегда на щитках и вынужден перемещаться.
Когда смотришь на приезжающих североамериканских игроков они много бросают с любой позиции, постоянно уделяют внимание тому, чтобы встать перед вратарём, находить зоны на пятаке и добивать шайбу. У нас другой менталитет — мы больше хотим поиграть, отдать передачу, подержать шайбу. И то, и то хорошо. Просто нужно к каждому звену и игроку найти подход и за счёт этого выстраивать игру команды.
— После завершения регулярного чемпионата КХЛ опубликовала данные продвинутой статистики. Олег Ли лучший и по дистанции с шайбой, и по дистанции без неё…
— Олег— это мотор команды. Бежит, старается, всегда «с ногами». Сильный игрок с сильными лидерскими качествами, набрал около 30 очков. Никогда в нём не сомневался.
— Как думаете, кто лучший по выигрышам шайбы среди защитников?
— Могу предположить, что Витя Балдаев, я, может, где-то недалеко.
— Верно, вы. 337 выигрышей.
—Молодцы, посчитали (смеётся).
— Как вам кажется, больше за счёт отборов клюшкой это делали или за счёт игры в тело?
— Я считаю, что клюшкой, думаю, это процентов 70. Умно играть клюшкой может не каждый защитник. Клюшка— это большое оружие, ей можно выиграть много единоборств и стыков, не позволить ничего сделать сопернику. Все тренеры, и наш тренерский штаб в том числе, уделяют много внимания игре клюшкой. Клюшка встык— это основа.
— Роль блюлайнера, то есть защитника, играющего на синей линии, в современном хоккее велика?
— Конечно, классное качество, когда умеешь двигать шайбу по синей линии. У нас много в лиге универсальных защитников, которые и в меньшинстве могут здорово сыграть, и на синей линии. Многие игроки с перекосом в оборону или в атаку. Я старался уделять время обеим сторонам площадки, но каждый игрок ценен по-своему.
— Егор Рыков один из примеров успешного блюлайнера?
—Да, уверенно играет на синей линии, двигает шайбу, шагает. У него есть понимание как правильно это делать. Есть чему поучиться. Мы с ним давно знакомы и много где играли вместе.
— Помимо Рыкова вы давно знакомы и с Максимом Дорожко…
— Да, с Максом бы вместе заканчивали школу в Подольске. Максим здорово помог нашей команде, это лидер команды и хороший вратарь. Но нам всем есть чему учиться и в чём добавлять. Будем двигаться дальше.
— Уже наверняка привыкли к его манерам при игре клюшкой?
— На самом деле мне всегда спокойно с Максом. Может быть, где-то мы пропустим гол или два, но когда игра будет складываться ровно я знаю, что он сделает всё что может. Я думаю, хороший вратарь— это не тот, который отразит каждый бросок, а тот, кто подтащит где надо. Максим именно такой. Он много игр выиграл, когда подтащил в нужный момент.
— Когда вратарь может отдать под чужую синюю линию, начав атаку—это большое подспорье?
—Да, Максим хорошо выходит, когда идёт заброс в нашу зону. Мы пытаемся взаимодействовать, хотя не всегда получается— игра быстрая. Но когда вратарь выходит, не боится, играет— это дорогого стоит.
— Вся эта коммуникация оттачивается на тренировках?
— Да, но иногда ещё идёт такой заброс, когда сам ещё не знаешь что делать с шайбой и не успеваешь ничего сказать, а Максим её выбрасывает (смеётся).
— Через школу «Витязя» проходили Панарин, Подколзин, но из тех, кто сейчас играет в КХЛ только вы, Максим и Герман Рубцов?
— Да, всё правильно. Наша школа воспитала многих игроков, была конкурентноспособная в регионе Москвы и Московской области. Спасибо «Витязю» и Подольску за воспитание хороших игроков.
—
— Когда команда закрылась вам было очень непросто?
— Конечно, было обидно. Столько лет отдал этой организации... Ничего хорошего в этом нет. Я, думаю, и для Лиги тоже. Потому что, мне кажется, нужно больше команд. Если посмотреть на НХЛ, то там 32 команды. А у нас команды закрываются и это очень грустно.
— Помните свои первые шайбы в МХЛ и КХЛ?
— В МХЛ точно не вспомню, а в КХЛ я, кажется, на предсезонке много забрасывал. Честно говоря, не помню. Дома лежит, но не помню кому и как забивал (смеётся).
— В официальных матчах обе шайбы заброшены с передач Артёма Швец-Рогового…
— Прикольно.
— В своём первом плей-офф КХЛ вы немного играли, но против вас в составе СКА выходили Дацюк и Ковальчук. Что вы чувствовали?
— Да, я помню, что немного играл. Да что тут говорить? Это одни из лучших в мире хоккеистов и мы, конечно, в тех сериях не были им конкурентами. Уровень игры был такой, что было сложно что-то понять, опередить их мысль, не говоря уже о каком- то техническом оснащении. Люди в большинстве выходили и разбирались. Было прикольно ощутить эту атмосферу, поиграть против таких мастеров.
— Дацюк мог обыграть один в один практически любого. Ведь у всех защитников случается, когда он попадает в хайлайты?
— Конечно, постоянно кого-то «подкручивают» (смеётся). В этом нет ничего такого, просто надо всегда «держать ухо востро». Если на шайбу засмотрелся или концентрацию потерял такие неприятные моменты бывают. На этом тоже надо учиться. Обидно, неприятно, но такое бывает. Ошибки, проигрыши— всё это бывает. Отличие в том, что одни команды выходят следующую игру, всё забывают и играют, а другие не могут собраться по две-три игры.
— Самое важное после такого выйти на следующую смену с холодной головой?
— Да, и всегда хочется быстрей исправить ошибку, а когда выходишь с такими мыслями, как правило, ещё больше начинаешь привозить. Тут и опыт тренеров, нужно немного подсадить, приземлить игрока. Когда более-менее вырос понимаешь, что потом не нужно торопиться, нужно взять паузу, выйти и сыграть попроще следующую смену. А когда молодой хочется сразу всё исправить, подхватываешь шайбу и начинаешь ещё больше «кувыркаться». Нужно угомонить эмоции, довериться тренерам и дальше стараться делать правильные вещи. Не зря существует правило, что пропустившая или забросившая пятёрка должна смениться, а не продолжать смену под влиянием эмоций.
— Мы уже говорили о продвинутой статистике. А по статистике обычной у вас 62 силовых приёма, 64 заблокированных броска, третье среднее игровое время команде среди защитников, игра в меньшинстве. Можно вас назвать шатдаун защитником, то есть играющим против ведущих троек соперника?
— Я всегда вижу моменты, где можно добавить в игре, считаю, всегда надо расти, пока есть возможность играть в КХЛ. Можете называть меня как угодно, но не хочется, чтобы ярлыки ставили (улыбается). Хочется каждый год расти, добавлять в содержании игры и помогать команде где получится. В большинстве, меньшинстве…
— Смотрел ваши матчи перед переходом в «Амур» и пришёл к выводу, что вы, наверное, скорее универсальный защитник.
— Хочется двигаться в этом направлении, конечно. Замыкание на меньшинстве не совсем двигает тебя вперёд. Хочется играть в хоккей.
—Ваш максимум 88 блокированных бросков в сезоне 23/24…
— Тут важно ещё хорошее качество формы, важно, чтобы форма на тебе нормально сидела (смеётся). Важно научиться подстраиваться под шайбу, ловить её, позицию выбирать правильно, правильно группироваться и хотеть её поймать. Бывают моменты, когда вроде не хотел её поймать, она в тебя летит и как на зло всегда больно попадает, когда не готов. Не всегда надо лезть под шайбу. Например, у меня был матч, когда я начал ловить и Максу заслонил обзор, он ничего не видел. Мы с ним об этом много разговаривали: я говорил, где буду её ловить, а где отойду. Всё это надо делать с холодной головой. Не так важно количество заблокированных бросков, нужно именно вовремя это делать. Читать игру.
— Дополнительную защиту на коньках используете?
— Я использовал, но в этом сезоне нет, потому что поменял пару коньков и они были достаточно плотные. Не чувствовал каких-то проблем.
— Важно для команды помимо хоккея с обилием блоков уметь играть и в другой?
—Тут всё зависит от игры, многое зависит от команды, с которой ты играешь. Один тренер говорил мне: «Мы должны быть адаптивными. Всегда должны уметь сыграть в этот хоккей, особенно в плей-офф». Потому что выходишь против одной команды, она играет, например, в североамериканском стиле и ты должен понять, переиграть их. Другой командой может быть условный Магнитогорск — они вообще в другой хоккей играют и ты должен сыграть по-другому. Всегда ты должен быть вариативными уметь действовать в зависимости от ситуации.
— Габариты, физическая сила и катание. Есть что важнее для современного защитника?
—Мне кажется, сейчас все уходят в катающиеся. Но тут много нюансов. Есть очень грамотные большие защитники, которые быстро не бегают и играют правильно позиционно с помощью клюшки. Но мобильности стало намного больше. Когда я начинал карьеру были огромные площадки и не было такой скорости игры. Сейчас больше скорости и многие команды в КХЛ бегут. Очень важно катание.
— Что самое важное в игре защитника на ваш взгляд?
— Голова и понимание игры. Остальное — это моменты, которые можно улучшить. Ты можешь улучшить бросок, точность и качество передач, игру один в один. Но когда защитник читает игру— это самое важное.
— Нападающие соперника мгновенно считывают какой перед ними защитник в плане сильных сторон?
— Да, изучают и смотрят нас. В КХЛ есть много классных игроков, которые могут сыграть на паузе, придержать шайбу, есть много быстрых игроков, против которых тяжело.
— Если в моменте последним к своим воротам оказывается нападающий, это прочитывается соперником?
— Я думаю, что в этом плане не особо. Пятёрка постоянно перемещается, поэтому такого нет. Соперник не успевает понять, что перед ними нападающий, а не защитник.
— Какие команды больше всего забрасывали шайбу в зону и бежали накрывать и бить защитников?
— «Авангард», «Ак Барс», «Локомотив» — эти команды больше играли в канадский стиль и шли в силовое давление. «Северсталь» и «Торпедо» не играют в тело, но все очень быстрые и постоянно идут клюшкой встык. Минское и московское «Динамо» тоже били часто.
— Вы назвали «Локомотив». Есть у вас понимание, что было у той команды, которая забросила шесть шайб «Локомотиву» и «Трактору» и не было у той, которая не попала в плей-офф?
—Да, если взять эти две игры, то совершенно две разные команды (смеётся). На самом деле, у меня нет ответа. До этого у нас тоже были поражения, а потом мы съездили классный выезд. Можно сказать раньше копили, а потом выплеснули. Были все свежие, все бежали. Но проанализировать я не могу.
— Когда защитник на синей линии зоны атаки, как происходит процесс принятия решения идти в глубину, или начать откатываться?
—Тренеры говорили, что защитник идёт на полборта всегда, когда у тебя есть центральный на вершине. Если его нет – идти на полборта не надо. Когда нападающие работают, пытаются зацепиться за шайбу, она уходит на полборта, а защитник не идёт, хотя подстраховка имеется, игра сбивается. Но если идёшь и на подстраховке никого нет— это сразу выход два в один. Хорошая команда всегда быстро перестраивается с обороны на атаку. Если шайба нейтральная, надо понимать, как играть.
Нельзя, чтобы нападающие были втроём за лицевой линией в зоне атаки, потому что это как минимум выход три в два — шайба отбрасывается, а защитник в такой ситуации никогда не пойдёт на полборта. Чтобы сохранить плотность игры, защитники должны идти на этот пинч (приём, при котором защитник в зоне атаки активно идёт на борт, пытаясь оставить шайбу в зоне). Нападающие ведь хотят цепляться за шайбу, хотят опасных моментов, они проделывают много работы. Если они только зацепились, а защитник скатился— это неправильно. Им назад бежать 60 метров, а потом на смену (смеётся). Это тонкие вещи, которые разбираются на собраниях и должны освещаться тренерами.
— Один из матчей «Амур» проиграл после выброса шайбы за пределы площадки. Есть роль случайности, но отрабатывают ли защитники хотя бы иногда выбросы по стеклу на тренировках?
— Стараемся отрабатывать. Но в игре защитников очень важно, когда они разговаривают, потому что многих ситуаций не видишь. Когда отскребаешь шайбу от борта и партнёр с тобой разговаривает, у тебя есть хотя бы примерное понимание что делать дальше. А когда подбираешь шайбу и тишина — не знаешь кто и где располагается и начинаешь немножко суетиться. Тоже вроде бы мелочь, но каждый день ты должен стараться делать это на тренировках, всегда разговаривать со своим партнёром, когда катаетесь по чистому льду. Потом, когда натренируешь эту коммуникацию, подсказал партнёру в игре и ему легче.
Шайбу выбросить тоже не всегда легко. Флип (выброс шайбы верхом) по льду, или через стекло, чтобы не было проброса, дорогого стоит. Если на тебя бегут, если последняя минута и всё на кону — это большое мастерство защитника.
Хороший флип в среднюю зону ещё ни к чему плохому не приводил. Это способ обезопасить свою зону. Это не панацея, каждый раз так делать глупо, но это оружие против атакующих команд. Если, например, они завалились, ты выбрасываешь шайбу правильно, нападающие могут выйти три в два и забить. Повторюсь, это дорогого стоит.
— Что происходит в голове и в мышцах, когда смена длится больше минуты?
— Просто начинаешь принимать неправильные решения. Трудно сказать, как это работает (смеётся). Принимаешь непонятные решения, а потом сидишь и думаешь: что это было за решение? Это я вообще был или нет?
— В прошлом сезоне впервые сменили клуб. Какие воспоминания остались об «Авангарде», учитывая, что в плей-офф играли немного?
— Большой опыт для меня, мне многое нравилось. Многому научился у канадского тренера, он открыл мне другой взгляд на хоккей. Никогда особо не вникал в североамериканский стиль, он совершенно другой. Много моментов, много тактик, были очень большие собрания — по часу-полтора мы смотрели видео, особенно, когда он только приехал. Но, к сожалению, не остался. Зато подписал контракт с «Амуром».
— До подписания контракта продолжительное время в межсезонье вы были без контракта. Давила неопределённость?
— Да, когда команды уже собираются на предсезонные сборы, а ты сидишь без контракта, конечно, начинаешь нервничать. Но слава Богу, что «Амур» дал мне шанс.
Сезон неоднозначный, но я считаю, что надо искать позитив. Мы много праздников подарили людям, люди приходили, радовались нашим победам и за это мне не стыдно. Конечный результат другой, но надо идти дальше и смотреть в будущее с позитивом.
— Игроки «Авангарда» Боба Хартли говорили и про длинные собрания, и про то, сколько внимания уделяется деталям. Ги Буше тоже очень дотошный специалист?
—Бесспорно. Я понял, что в хоккей можно играть по-разному. Понял, что очень важен размер площадки. Понял, что очень важны детали игры на пятаке: защитнику не пустить на пятак, а нападающему туда залезть. Понял, что надо больше бросать по воротам. Наверное, не делал этого в этом сезоне (смеётся), но понял, что это очень важно. Понял, что важны флипы, что это правильная игра и нападающие должны бежать и цепляться за шайбу. Много интересных вещей.
— Сами посматриваете за действиями других защитников?
— Не особо. Конечно, иногда смотрю хоккей, но в сезоне только свой (улыбается). Других матчей могу посмотреть голы и хайлайты, но немного.
— Вы были в Канаде на МЧМ, но не были задрафтованы. Были контакты со скаутами?
—Особо нет. Так, может мельком были, но интереса серьёзного не было.
— Северную Америку никогда не рассматривали?
— Вообще никогда.
«Семья — мой главный двигатель». Про личную жизнь и переговоры с «Амуром»
— Не так давно у вас появился ребёнок. Чему вас научила роль отца?
—Добавила очень много красок в жизнь. Живёшь, кайфуешь. Сын недавно сделал первые шаги, уже вовсю топает. Добавляет теплоты, семья— мой главный двигатель. Я рад, что они на меня смотрят и каждый день гордятся мной, для меня это самый главный критерий. Походили, посмотрели на Хабаровск—это классный и красивый город. Никогда не думал, что окажусь на Дальнем Востоке. В Хабаровске меня всё устраивает.
— Взгляды на жизнь изменились после появления ребёнка?
—На самом деле нет. Как было всё, так и осталось.
— Что самое важное в отцовстве?
—Пока не смог понять. Ещё слишком маленький ребёнок и на такие глубокие вопросы не могу ответить (улыбается).
—Первое слово было?
—Так, что-то бормочет. «Ма-ма, Па-па» может сказать, но чёткого ещё не было.
—Последний вопрос. Вы сказали про Хабаровск. Переговоры по новому контракту идут?
—Переговоры ведутся. Но пока не могу ничего сказать по своему будущему.
Егор Денисович Воронков
Карьера: Карьера: 2013- 2015 «Русские Витязи» ( МХЛ), 2015-2018 «Витязь» КХЛ, «Русские Витязи» МХЛ, ТХК ( ВХЛ), 2018-2020 «Витязь» КХЛ, Динамо Санкт-Петербург ВХЛ, 2020- 2024 «Витязь» КХЛ, 2024/2025 «Витязь», «Авангард» КХЛ, 2025/2026 «Амур» КХЛ
Достижения: Серебряный призёр молодёжного Чемпионата мира 2016, Бронзовый призёр молодёжного Чемпионата Мира 2017
Фото на обложке: Дмитрий Кулинич
Комментарии