Олег Браташ: «Когда узнал о смерти Гимаева, сильно расстроился. Заснуть сумел только под утро»

Главный тренер олимпийской сборной России Олег Браташ прокомментировал победу над Южной Кореей (5:2) во втором контрольном матче и высказался по поводу смерти Сергея Гимаева. 

– После первой игры разобрали давление и раскаты соперника и этот матч уже провели получше. Ребята знали, что требуется делать, поэтому игра получилась более содержательная, причем со стороны обеих команд.

– Тем не менее, она складывалась непросто. Наша команда даже уступала в счете.

– Не все получалось. Один нюанс изменили: по-другому стали начинать атаки. Со второго периода это заработало. Нападающих соперника стали отыгрывать одним пасом, переводить шайбу в среднюю зону, так как они активно играли тремя форвардами. Наши нападающие стали лучше открываться, и игра с нашей стороны сразу стала намного интересней.

– Судя по характеру матча, хоккеисты подошли к нему более ответственно.

– Совершенно верно. Психологический настрой был лучше. Перед первой встречей мы хоть и предупреждали, что нужно быть готовыми на 100 процентов, все равно у них в головах сидело, что соперник слабый. Хотя, как оказалось – совсем не слабый.

– Когда команда соберется в следующий раз?

– 27 марта начнется следующий сбор. После этого мы отправимся в Ригу на товарищеские матчи против сборной Латвии. Мы получим рекомендации от тренерского  штаба национальной сборной, от Олега Знарка, кого нам нужно готовить. После этого определим состав. В прошедших двух матчах мы проверили большую группу ребят. Каждый проявил себя по-разному, но теперь мы имеем представление об этих хоккеистах.

– Вчера, когда в Корее был поздний вечер, умер Сергей Гимаев.

– Меня многое связывало с Сергеем Наильевичем. В свое время, когда меня призвали в ЦСКА, он как раз закончил карьеру. Я переодевался в раздевалке на его месте. Это был 1985 год. Потом мы с ним тесно сотрудничали, когда работали на телевидении, очень много общались. Я очень потрясен. Сильно расстроился, когда узнал. Ночью смог заснуть только под утро, – сказал Браташ.