Джон Маллейни был на нервах. Для «Ковентри Сити» наступал день расплаты, и он боялся того, что должно было произойти. Все утро его не отпускала тревога: он думал о том, каково это — вылететь после 34 лет в высшем дивизионе, да еще и на «Вилла Парк». Ему хотелось лишь одного — чтобы все это поскорее закончилось, но приятель, который должен был заехать за ним, опаздывал, и от этого становилось только хуже.
Чувствуя, что нужно сделать хоть что-нибудь, чтобы успокоить нервы, болельщик «Ковентри» нашел синий маркер и написал на листке бумаги: «Мы вернемся». В этих словах читалось смирение с неизбежным, но одновременно и вызов — и вера в то, что вылет станет лишь временной неудачей, а уже через год команда вернется в Премьер-лигу.
Много лет «Ковентри» каким-то чудом удерживался в высшем дивизионе, несколько раз совершая драматические спасения — до и после славной победы в Кубке Англии в 1987 году. Но к маю 2001-го, когда команда отправилась в короткую поездку к «Астон Вилле» на предпоследний матч сезона, ей требовалось уже небольшое чудо.
И оно едва не случилось: «Ковентри» быстро повел 2:0. Но затем появилось то самое гнетущее предчувствие, и поражение 2:3 отправило клуб во второй дивизион впервые с 1967 года. Именно тогда Маллейни достал свой самодельный плакат и поднял его над головой: «Мы вернемся».
Час спустя, когда он вместе с друзьями заливал горе в пабе неподалеку от «Вилла Парк», Маллейни с ужасом увидел, что телекамеры выхватили из толпы и его самого, и его плакат.
Он вовсе не пытался привлечь к себе внимание. «Это было просто послание болельщикам „Виллы“, потому что я работал со многими из них и всю неделю они надо мной подшучивали, — рассказывает 69-летний Маллейни The Athletic. — Но я и правда был уверен, что мы сразу же вернемся обратно. Если бы тогда мне сказали, что на это уйдет 25 лет…»
За эти 25 лет случились три вылета, одна процедура внешнего управления и, хуже всего, два периода изгнания из собственного города: «Ковентри» был вынужден проводить домашние матчи в Нортгемптоне и Бирмингеме из-за ожесточенного спора об аренде между городским советом Ковентри, которому принадлежала доля стадиона, и хедж-фондом SISU Capital, купившим клуб в 2007 году.
На какое-то время «Ковентри» стал едва ли не главным символом того, насколько английскому футболу необходима реформа системы управления: команда играла перед жалкими по численности аудиториями в Нортгемптоне, в 35 милях от дома, в то время как ее собственный стадион пустовал. Самые преданные болельщики ездили поддерживать команду, но в знак протеста смотрели матчи не с трибун, а с холма, возвышавшегося над нортгемптонским стадионом «Сиксфилдс». Это были мрачные времена. «SISU едва не уничтожил клуб», — говорит Маллейни.
А теперь, к смеси восторга и неверия, они вернулись — уже при владельце Даге Кинге и под руководством бывшего полузащитника «Челси» и сборной Англии Фрэнка Лэмпарда. В пятницу, в первом матче нового сезона Премьер-лиги, «Ковентри» сыграет на выезде с чемпионом — «Арсеналом». Годы скитаний остались позади, но болельщики клуба забудут их еще очень нескоро.
Маллейни вырос буквально в паре шагов от «Хайфилд Роуд», который оставался домашним стадионом «Ковентри» на протяжении 106 лет. Он вспоминает, как по вечерам тайком пробирался туда поиграть на поле — «вместе со всей местной ребятней-сорванцами», — а иногда к ним присоединялись молодые игроки клуба, жившие неподалеку на съемных квартирах. Когда главный тренер (а позднее и председатель клуба) Джимми Хилл заезжал на парковку, они мыли его машину. Связь между футбольным клубом и местным сообществом казалась неразрывной — такой, какой она и должна быть.
«Когда я рос в 1980-е и 1990-е, мы всегда играли в турнире, который сейчас называется Премьер-лигой, — говорит Дэйв Айлс, бывший председатель Sky Blue Trust, организации, созданной в 2003 году и возглавлявшей протесты против владельцев клуба в годы изгнания. — У нас никогда не было таких денег, как у больших клубов, но в 1987-м мы выиграли Кубок Англии и всегда старались конкурировать. К середине 1990-х мы уже тратили больше, чем могли себе позволить, а „Хайфилд Роуд“ выглядел довольно обветшавшим, поэтому начались разговоры о новом стадионе».
В 2005 году — на пять лет позже запланированного и через четыре года после болезненного вылета из Премьер-лиги — «Ковентри» переехал на новый стадион, первоначально получивший название «Рико Арена». Как это часто бывает, новую арену представляли символом светлого будущего.
Но переезд с самого начала сопровождался проблемами. «Ковентри» уже много лет был в долгах, а вылет и крах коммерческого соглашения Английской футбольной лиги (EFL) с ITV Digital только усугубили ситуацию. В строительство нового стадиона клуб вложил лишь небольшую часть средств. Практически полностью проект профинансировали городской совет Ковентри и благотворительный фонд Alan Edward Higgs Charity, которые получили «Рико Арену» в собственность через совместное предприятие Arena Coventry Limited (ACL).
По новой схеме «Ковентри» стал арендатором, выплачивая около £100 тысяч в месяц (примерно $180 тысяч по курсу 2005 года), при этом клуб не получал доходов от кейтеринга, парковки и мероприятий, проводившихся на стадионе в нематчевые дни.
Вместо того чтобы сделать шаг вперед, «Ковентри» продолжал медленно погружаться в проблемы. Команда топталась на месте, ожидаемого роста посещаемости не произошло, и к 2007 году клуб оказался под угрозой введения внешнего управления. Тогда его приобрел SISU Capital — лондонский хедж-фонд.
И снова это преподносилось как начало новой эпохи, важный шаг к светлому будущему. Главный тренер команды Иан Доуи говорил о «захватывающих временах для всех, кто связан с „небесно-голубыми“» и утверждал, что период неопределенности закончился.
«В тот момент я был за границей и радовался этой новости, потому что думал, что нас спасли, — говорит Айлс. — А потом понял, что на самом деле мы заключили сделку с дьяволом».
В апреле 2012 года «Ковентри» снова вылетел — впервые с 1964-го опустился в третий дивизион. Но еще более серьезный ущерб нанес спор вокруг аренды стадиона. SISU перестал вносить арендные платежи, рассчитывая таким образом добиться пересмотра условий договора. ACL предложила снизить сумму, но стороны зашли в тупик. Угрозы сменялись встречными угрозами, дело дошло до судебных разбирательств, а пострадали в итоге, как и следовало ожидать, клуб и его болельщики.
В марте 2013-го, через несколько дней после того, как офисных сотрудников перевели со стадиона на тренировочную базу, а из клубного магазина вывезли все товары, в «Ковентри» ввели внешнее управление: клуб заявил, что не в состоянии погасить задолженность по аренде в размере £1,3 млн. Возникла реальная угроза остаться без стадиона, и незадолго до начала следующего сезона клуб объявил, что в течение трех лет будет проводить домашние матчи в Нортгемптоне. EFL одобрила это решение «с глубоким сожалением».
«Это было просто ужасно, — говорит Моз Бейкер, еще один бывший председатель Sky Blue Trust. — Никто толком не мог поверить, что такое вообще произошло».
В американском спорте подобный переезд вызвал бы куда меньше удивления: культура спортивных франшиз и огромные размеры страны означают, что связь между командами и местными сообществами там не всегда считается чем-то неприкосновенным. Даже переезд с «Хайфилд Роуд», расположенного в самом центре города, на «Рико Арену» на северной окраине Ковентри стал культурным шоком, на который пошли ради надежды на прогресс. Но перебраться в Нортгемптон, через два графства, — это казалось немыслимым, ненужным и крайне разрушительным решением.
Средняя посещаемость матчей «Ковентри» в чемпионате упала с 21 302 зрителей в первом сезоне на «Рико Арене» до 10 950 в восьмом — по мере того как росли разочарование и злость болельщиков на владельца. Теперь же она рухнула до 2348 человек: тысячи фанатов в знак протеста бойкотировали матчи в Нортгемптоне. Небольшая группа других болельщиков смотрела игры с холма, надеясь, что абсурдность происходящего привлечет внимание к бедственному положению клуба.
«Я был одним из тех, кто ходил на холм, — говорит Айлс. — На самом деле ты даже не смотрел матч, потому что оттуда было видно лишь примерно половину поля. Но казалось, что таким образом ты заявляешь о своей позиции: это помогало клубу оставаться в центре общественного внимания, а публикации в СМИ оказывали определенное давление на владельцев, заставляя их задуматься: „Черт возьми, что же мы натворили?“ Но все это было очень тоскливо».
«Поначалу на холме собиралось, наверное, человек сто или даже больше, — говорит Бейкер. — Но по ходу сезона погода становилась все хуже, атмосфера — все мрачнее, и людей постепенно становилось меньше. Хотя были и те, кто приходил на холм на каждый матч.
В какой-то момент я понял, что больше просто не могу себя заставить. На выездные матчи я продолжал ездить, но ехать в Нортгемптон уже не мог. В итоге по субботам я пытался найти себе какие-то другие занятия, но сердце у меня было разбито».
Непростое перемирие позволило «Ковентри» уже в следующем сезоне вернуться домой — если это место еще можно было называть домом. Но возможность выкупить «Рико Арену» была упущена. Вместо этого стадион продали регбийному клубу «Уоспс», который прежде никак не был связан с городом.
Кроме того, переезд в Нортгемптон нанес огромный ущерб. Отношения между SISU и болельщиками были разрушены. Протесты стали регулярными: в частности, фанаты несколько раз устраивали марши к лондонскому офису владельца, требуя ответов, которых так и не получили.
«Это изматывало, — говорит Айлс. — Мы ведь просто болельщики. Все, чего мы когда-либо хотели, — поддерживать команду. Мы протестовали, потому что хотели защитить клуб от действий владельцев. В то время с похожими проблемами столкнулись многие другие клубы: „Блэкпул“, „Чарльтон Атлетик“ и не только. Разные объединения болельщиков помогали друг другу. Мы просто пытались донести свою мысль: футбольные клубы не принадлежат хедж-фондам или инвесторам. Они принадлежат болельщикам. Без болельщиков нет ничего».
Каким-то образом на фоне всего этого бунтарского настроения в клубе появилась определенная стабильность. Маллейни, Айлс и Бейкер высоко оценивают работу Стивена Прессли, возглавлявшего команду с 2013 по 2015 год, и его преемника Тони Моубрея, но особенно тепло отзываются о Марке Робинсе.
Робинс вернулся в «Ковентри» во второй раз в марте 2017 года, незадолго до вылета команды в четвертый дивизион. Но победа над «Оксфорд Юнайтед» на «Уэмбли» в финале Трофея Английской футбольной лиги дала то, что Айлс называет «проблеском надежды», — намек на то, чего клуб способен добиться, если только удастся решить многочисленные проблемы за пределами поля.
С первой же попытки Робинс вывел команду из Лиги 2, победив «Эксетер Сити» в финале плей-офф, — еще один солнечный день на «Уэмбли». «В тот день на „Уэмбли“ приехало около 40 тысяч наших болельщиков, и атмосфера была невероятной, — говорит Айлс. — Наверное, именно тогда впервые появилось ощущение, что мы можем вернуть себе наш клуб».
Пропасть между болельщиками и владельцем преодолеть было невозможно, но Робинс старался создать команду, которую город мог бы по-настоящему поддерживать. За кулисами новый генеральный директор Дэйв Бодди пытался наладить отношения с болельщиками, которые прежде чувствовали, что клуб обращается с ними как с врагами.
В 2019 году, когда спор вокруг «Рико Арены» так и не был урегулирован, «Ковентри» снова пришлось переехать — на стадион «Бирмингем Сити». Расстояние составляло «всего» 18 миль — и по крайней мере команда оставалась в родном графстве Уэст-Мидлендс, а не возвращалась в Нортгемптоншир. Но Ковентри, вопреки представлениям людей со стороны, вовсе не является городом-спутником Бирмингема. Многие болельщики снова бойкотировали домашние матчи в знак протеста. «В тот момент казалось, что вернуться к матчам в Ковентри уже не получится», — говорит Айлс.
Вопреки всему, «Ковентри» добился повышения в Чемпионшип по итогам сезона, прерванного из-за пандемии COVID-19. В марте 2021 года клуб заключил новое десятилетнее соглашение об аренде и вернулся на «Рико Арену», которую вскоре переименовали в «Ковентри Билдинг Сосайети Арену». Пять месяцев спустя, в первом туре нового сезона Чемпионшипа, 20 843 зрителя увидели, как «Ковентри» во главе с новичком Виктором Дьокерешем отыгрался и победил «Ноттингем Форест» — 2:1.
Год спустя SISU наконец продал клуб. Новым владельцем стал Кинг, заработавший состояние на торговле сырьевыми товарами. «Скепсиса было много, потому что никто не знал, кто он такой, — говорит Айлс. — После многих лет, за которые SISU приводил в клуб самых разных людей, мы опасались, что он окажется очередной марионеткой. Но он быстро показал, что у него есть очень четкое видение: он хотел развивать клуб и вернуть его в Премьер-лигу».
В 2023 году «Ковентри» совсем немного не хватило до повышения: в финале плей-офф команда уступила «Лутон Таун» по пенальти. Следующий сезон принес мучительное поражение от «Манчестер Юнайтед» в полуфинале Кубка Англии — снова по пенальти, после того как «Ковентри» отыгрался с 0:3 и довел матч до ничьей 3:3. Увольнение Робинса в ноябре 2024 года расстроило многих болельщиков. Назначение Лэмпарда, несмотря на громкое имя нового тренера, почти не помогло их успокоить.
Но Лэмпард принес свежие идеи и новый импульс. Впечатляющая серия позволила команде пробиться в плей-офф за выход в Премьер-лигу, где она уступила «Сандерленду». А в прошлом сезоне «Ковентри» было уже не остановить: команда поймала кураж, играла в раскрепощенный, атакующий футбол и забивала один гол за другим. Под всеобщее ликование повышение было оформлено за три тура до конца чемпионата. А в день, когда команда подняла над головой трофей на «Си-Би-Эс Арене», клуб напечатал тысячи плакатов со словами «Мы вернулись», воспроизведенными почерком Маллейни.
Маллейни, которому сейчас 69 лет, с улыбкой наблюдал за всем происходящим более чем за 10 тысяч миль — из австралийского Брисбена. После эмиграции в 2006 году он следил за судьбой «Ковентри» издалека, переживал из-за всех испытаний и потрясений эпохи SISU и сочувствовал друзьям, которые продолжали каждую неделю ходить за командой — даже на холм в Нортгемптоне.
Но за последние девять лет его прежняя страсть вспыхнула с новой силой. Маллейни часто встает в три часа ночи, чтобы посмотреть матчи любимой команды, переписывается с сыном, «а потом, если игра получилась отличной, никак не может снова заснуть — настолько переполняют эмоции».
Бейкер прекрасно его понимает. «Моему сыну Джорджу 28 лет, — говорит он. — На первый матч я отвел его в 2003-м, так что он рос в самые тяжелые годы: три вылета, матчи в Нортгемптоне и Бирмингеме. Очень многие ребята возраста Джорджа прошли через все это и все равно остались с клубом. Именно за них я рад больше всего, потому что они, наверное, уже думали, что никогда не увидят нас в Премьер-лиге».
«Если вспомнить все, через что мы прошли, в это просто невозможно поверить, — говорит Айлс. — Мы играли в Лиге 2 против — без обид — „Аккрингтон Стэнли“, „Флитвуд Таун“ и „Форест Грин Роверс“, а теперь снова в Премьер-лиге и встречаемся с „Ливерпулем“ и „Манчестер Юнайтед“.
Я никогда не думал, что мы туда вернемся. В какой-то момент даже стабильность в Лиге 1 казалась чем-то большим, чем мы могли надеяться получить. Мы играли в Лиге 2. „Олдем“ — единственный клуб, выступавший в Премьер-лиге и затем опустившийся до Национальной лиги, но на его месте запросто могли оказаться мы. Мы видели, как „Маклсфилд Таун“ и „Бери“ прекращали существование. И мы были не так уж далеки от подобного».
Но вместо этого «Ковентри» снова играет в родном городе — причем теперь не в качестве арендатора, а наконец на собственном стадионе, который клуб приобрел в августе прошлого года за £25 млн, — и вернулся в Премьер-лигу. Этим летом на новичков уже потрачено более £100 млн: клуб укрепляет состав Лэмпарда, добившийся повышения.
Даже по меркам американских горок, которыми порой напоминает жизнь клуба в Английской футбольной лиге, путь от такого отчаяния до такой эйфории поражает. По словам Бейкера, атмосфера в городе изменилась до неузнаваемости. «Такое ощущение, будто все вокруг ходят в футболках „Ковентри“, — говорит он. — Куда ни придешь, везде царит воодушевление. Мужчины, женщины, молодые, пожилые — клуб снова объединил весь город».
Эту атмосферу лучше всего передают строки песни местной группы The Enemy. We’ll Live and Die in These Towns стала официальным гимном клуба, а после всего, через что прошли «Ковентри» и его болельщики, ее слова приобрели особую остроту:
«Мы будем жить и умрем,
Мы будем жить и умрем в этих городах. Не позволяй этому сломить тебя,
Не позволяй этому сломить тебя сейчас».
«Для болельщика „Ковентри“ эти слова значат очень многое, — говорит Айлс. — Место этого клуба — в этом городе. И мы будем жить и умрем в этом городе. Так и должно быть».
Автор: Оливер Кей, The Athletic
Фото: express.co.uk, gettyimages.com/ R Viner / David Cannon / Jamie McDonald/ Bryn Lennon / Marc Atkins
Подписывайтесь на блог Пятка Ямаля — впереди еще много интересных историй, переводов и больших текстов о футболе.
Комментарии