«На это потребовалось время, но всё было сделано стильно — ведь Париж не делает ничего так, как все остальные». Именно так Франсис Борелли, президент парижского клуба, описал первую победу Пари Сен-Жермена в Кубке Франции, одержанную 15 мая 1982 года в матче против Сент-Этьенна, флагмана французского футбола 1970-х. Мы вспоминаем тот поистине выдающийся вечер, когда парижане завоевали первый трофей в своей истории.
КОНТЕКСТ
Мы всегда жаждем таких финалов Кубка Франции, которые дарят нам захватывающую развязку. В 1982 году мы как раз и стали свидетелями именно такого драматичного зрелища. Но не только этим запомнился тот матч. Финал Кубка Франции 1982 стал своеобразной вехой, когда фактически завершилось доминирование одной из величайших команд французского футбола и впервые заявила свои претензии на опустевший трон новая сила в лице столичного клуба.
В субботу, 15 мая 1982 года, в финале 65-го розыгрыша Кубка Франции должны встретиться уже экс-чемпионы страны, Сент-Этьенн и Пари Сен-Жермен. Это будет уникальное противостояние: ранее эти клубы ни разу не играли друг с другом в рамках данного турнира.
В 1967 Зеленые (прозвище Сент-Этьенна) выиграли свой третий чемпионский титул. В следующие пятнадцать лет Сент-Этьенн превращается в один из лучших клубов Европы, чудом не завоевывает кубок чемпионов, становится рекордсменом по французским титулам (10 чемпионских титулов и 6 кубков). По итогам сезона 1981/82 Сент-Этьенн уступил чемпионский титул Монако, но всё же сумел занять второе место (уступив сопернику всего одно очко). Команда подошла к финалу с серией из девяти матчей без поражений; в последнем туре чемпионата она разгромила Мец со счетом 9:2 на стадионе Жоффруа Гишар.
Состав Сент-Этьенна представлял собой сплав опыта и молодости: ветераны вроде Жанвьона и Кристиана Лопеса играли бок о бок с невероятно талантливыми новичками — такими как миниатюрный и неутомимый Лоран Паганелли (чья карьера, к сожалению, не сложилась так блестяще, как предрекали эксперты) и Лоран Руссей. Дирижером этого великолепного ансамбля выступал маэстро французского футбола Мишель Платини (уже выигрывавший Кубок в составе Нанси в 1978 году). Сент-Этьенн является одним из базовых клубов столь восхитившей мир на Мундиале -82 сборной Франции (в Испанию отправятся шесть представителей Зеленых).
ПСЖ, которому тогда даже не исполнилось и двенадцати лет, вообще ничего не имел в своем призовом шкафу, зато он располагал амбициями и ему чрезвычайно хотелось хоть что-то туда поместить. Задача однако оказалась непростой. ПСЖ развивается сложно. Часто ожидания ничем не оправдываются. Клуб даже приобрел пару игроков из того легендарного Сент-Этьенна 76’, чтобы пропитаться его духом. Это «Зеленый ангел» Доминик Рошто и лидер обороны Доминик Батеней.
Годом ранее ПСЖ провел свой лучший на тот момент сезон, хотя результаты были весьма скромными: пятое место в первом дивизионе и вылет в 1/16 финала Кубка Франции. До этого лучшим достижением клуба в данном турнире был выход в полуфинал в 1975 году. В сезоне 1981/82 годов парижане сдали позиции на финишной прямой: четвертое место, которое они занимали в марте, осталось лишь в воспоминаниях. Одержав всего две победы (при пяти поражениях) в последних девяти матчах, ПСЖ в итоге финишировал седьмым, оказавшись далеко от зоны еврокубков.
Последним шансом спасти сезон мог стать успех в Кубке Франции. По ходу турнира парижане поочередно обыграли Ним (второй дивизион — в серии пенальти), Nœux-les-Mines (второй дивизион), Марсель (второй дивизион) и Бордо (первый дивизион — в дополнительное время). В полуфинале, состоявшемся за несколько дней до финала, ПСЖ выбил из борьбы Тур (первый дивизион) в серии пенальти благодаря блестящей игре Доминика Барателли, отразившего четыре из пяти ударов игроков соперника.
Тем временем Сент-Этьенн в полуфинале обыграл Бастию — команду, которой неожиданно уступил в финале прошлого Кубка Франции. Как и тогда, они вновь считаются фаворитом на победу в турнире. Чтобы найти парижский клуб, побеждавший в финале Кубка Франции, нужно вернуться в 1949 год — тогда успеха добился Рэсинг Пари. Тридцать два года без побед. Долгий срок…
«ШАМПАНСКОГО СЕГОДНЯ НЕ БУДЕТ»
Примерно за полтора часа до стартового свистка игроки Пари Сен-Жермена собрались в своей раздевалке на стадионе парк де Пренс, чтобы выслушать своего тренера Жоржа Пейроша. «Если мы здесь, — особо отметил тренер, — то, безусловно, не случайно. Сент-Этьенн — команда, внушающая уважение, но она не непобедима. Мы сами доказали это в чемпионате, да и Бастия продемонстрировала это в прошлогоднем финале Кубка. Так что мы не собираемся играть робко; напротив, мы будем действовать на поле совершенно свободно». Тренер также вновь озвучил свои тактические установки: Лему не должен был отходить от Платини ни на шаг — независимо от того, какую роль тот будет выполнять; Пилорже было поручено опекать Репа; Колю — Паганелли; а Луису Фернандесу была поставлена задача внимательно следить за тем игроком Сент-Этьенна, который будет располагаться ближе всех к чужим воротам, находясь за спиной Платини — вероятнее всего, это будет Ларио.
Приближался самый деликатный момент дня и именно тренер подает сигнал: «Пошли!» Пути назад теперь нет. Стук бутс о бетон тоннеля, последние слова ободрения, рев Парк де Пренса, торжественные ритуалы, президент Франции Миттеран, говорящий несколько приветственных слов каждой из команд. Впрочем, капитан парижан Доминик Батеней уже после матча скажет, что «сегодня мне стыдно в этом признаться: он говорил недостаточно громко, и я ничего не понял. Возможно, я думал о чём-то другом...» Одно можно было с уверенностью сказать: в 19:25, когда парижане выходили на поле, они уже были полностью погружены в игру.
Итак, Доминик Батеней не уловил смысла тех немногих слов, что произнес президент страны, зато слова Пейроша он запомнил на редкость хорошо. Его Пари Сен-Жермен собирался сыграть этот финал с легким сердцем, будучи уверенным, что «ничего больше не может случиться», как гласила фраза, которая ходила в раздевалке с момента серии пенальти в полуфинале. И Батеней уже живо представлял, как он сам будет носиться по полю Парк де Пренс, рукоплеща дриблингу Рошто, финтам Дахлеба и стремительным прорывам Шуряка — комбинациям, которые будут поддерживать полузащитники Лему и Бубакар, к которым тут же станут подключаться, идя вперед из глубины поля, Пилорже или Фернандес. Искрометный футбол, «шампанское» на поле, футбол без оглядки на расчет — игра ради того, чтобы покорить «Парк» и завоевать Кубок.
Бедняга Доминик Батеней! Возможно так когда-то и будет, но только не сегодня. Начать хотя бы с того, что стояла жара. Жара невыносимая. Тяжелая, душная атмосфера давила на плечи, сдавливала грудь и заставляя игроков то и дело поворачиваться к бровке, умоляя дать хоть немного воды. Французские футболисты — привыкшие к прохладе вечерних матчей — всего несколько недель спустя в Бильбао наглядно докажут: они — не «дети солнца». В 8 часов вечера того 15 мая солнце уже зашло, однако температура воздуха оставалась высокой. Слишком высокой в первом тайме, чтобы кто-либо мог продемонстрировать свой привычный динамизм.
Тактика Сент-Этьенна заставила парижан действовать с определенной осторожностью. Ожидалось, что Платини будет играть в полузащите, но Жан-Клод Лему, которому поручили опекать его, с удивлением обнаружил, что тот играет в нападении.
Поскольку Платини постоянно барражировал в свободной манере прямо за спинами нападающих, требовались особые меры предосторожности, и Пари Сен-Жермен был вынужден придерживаться весьма строгой системы игры с персональной опекой. Лему играл против Платини, Пилорже — против Репа, Коль — против Паганелли, а Фернандес — в роли «чистильщика», из-за чего часто оказывался на пути Ларио. Поскольку и Сент-Этьенн под руководством Робера Эрбена не был склонен к безрассудному риску, было предсказуемо, что мы не увидим безумного, хаотичного матча.
С первых же минут стало ясно: никто не собирается играть в поддавки. Это была мужская битва — жесткое противостояние характеров, — и даже «художники» на поле были полны решимости действовать сурово. Дахлеб, к примеру, за первые двадцать минут совершил четыре фола, приведших к назначению штрафных ударов. И это был тот самый мягкий, покладистый игрок, о котором президент парижан Франсис Борелли однажды сказал, объясняя причину одного из его многочисленных пропусков матчей: «Он травмирован. Ему на ногу села бабочка...» Однако в те стартовые минуты Дахлеб словно разрушал часть собственной легенды; он стал ключевой фигурой матча, который поначалу развивался неспешно, но с каждой минутой набирал обороты. И это при том, что по-настоящему верные голевые моменты возникали крайне редко.
Удар Рошто, при отражении которого Кастанеда продемонстрировал именно те качества, благодаря которым, как он полагал, ему предстояло стать основным вратарем на чемпионате в Испании. Штрафной удар в исполнении Шуряка, мяч после которого влетел прямиком в ворота Сент-Этьена — к огромной радости тех…, кто не понял, что это был свободный удар.
А затем, после акции в исполнении стефануа Баттистона, последовало совершенно бездарное завершение от юного Паганелли — игрока, который, кажется, позволяет своей многообещающей карьере тихо сходить на нет.
КОМАНДЫ СБРАСЫВАЮТ С СЕБЯ ОКОВЫ ОСТОРОЖНОСТИ
Итак, к перерыву матч так и не раскрыл ни малейшей части своей интриги. Всё, что мы знали, — это то, что вечер обещает быть жарким, что стефануаский исполин не поглотит своего соперника и что парижане сохранили все свои амбиции в целости и сохранности.
Их боевой дух оставался несломленным — и даже получил мощнейший заряд на 58-й минуте, когда после стремительного флангового прорыва Шуряка на завершении атаки оказался рослый Токо, открывший счет — голом, который был на вес золота. А какой стоял шум! Парк де Пренс буквально взорвался. Все эти «мини-Копы» извергали пламя, дымовые шашки и громогласный рев — словно Кубок уже был у них в руках.
Но когда ты облачен в легендарную зеленую форму — от первого номера до одиннадцатого, — и когда национальный титул уже ускользнул сквозь пальцы с разницей всего лишь в одно очко, ты не можешь позволить вырвать из своих рук столь престижный трофей без боя. Внезапно сбросив с себя оковы осторожности, в которые их так часто загонял тренер Робер Эрбен, стефануа решили решили перейти на парижскую половину поля — и, прежде всего, вспомнить о том, что в их рядах есть некий Мишель Платини.
В первом тайме, действуя на выдвинутой позиции, он оказался отрезанным от партнеров - столь безупречной была организация игры, выстроенная проницательным тактиком Жоржем Пейрошем.
Игроки Сент-Этьенна решили отказаться от розыгрыша мяча через центр поля и стали делать длинные верховые передачи на свою главную звезду. Идея была неплохой, особенно если учесть что опекавший его Жан-Клод Лему не отличался высоким ростом. На 76-й минуте — когда Платини действовал всё активнее, а тренер Пейрош нервно жевал травинки на скамейке запасных — длинная диагональная передача Занона, которую головой продлил Ногес, пролетела над головой Лему; Платини тут же поразил ворота ударом с лета правой ногой — это был первый из его голов в тот исторический вечер, ставший прощальным матчем за Сент-Этьенн перед переездом в Турин (через Испанию).
Парижане, вложившие столько сил в эту кубковую кампанию — и особенно в изнурительный полуфинальный матч против Тура, продлившийся все 120 минут и сыгранный всего четырьмя днями ранее, — вполне могли бы оказаться сломленными от такого удара. Безусловно, так оно и было, однако они нашли в себе душевные и физические силы устоять: стиснув зубы и сплотив ряды, они укрепили оборону и дотянули до дополнительного времени — отрезка игры, встреченного овациями публики, которую всё больше захватывал нарастающий накал страстей.
«НЕВОЗМОЖНО - ЕСЛИ ТОЛЬКО ЭТО НЕ КАСАЕТСЯ РОШТО»
До наступления тех последних тридцати минут — которые, по всеобщему убеждению, должны были стать последними, — мало кто отводил ПСЖ хоть сколько-нибудь реальные шансы; настолько, казалось, исчерпали к тому моменту свои силы Батеней и его товарищи. Более того, статистические данные служили тому прямым подтверждением: 17 ударов по воротам со стороны ПСЖ в первом тайме против шести во втором, а также 7 угловых за первые 45 минут игры против четырех за последние 45.
То, что поначалу было лишь предчувствием, вскоре стало реальностью. Не прошло и десяти минут дополнительного времени, как очередной пас Занона пролетел над головой Лему и опустился прямо в ноги Платини, оказавшемуся совершенно неприкрытым перед воротами Барателли. Парижанам оставались лишь слезы. Пейрош, переживавший тяжелые минуты на тренерской скамейке, буквально ощущал, как на него обрушивается вся тяжесть отчаяния. Лему — один из его любимых игроков — дважды упускает из виду Платини, и оба раза это приводит к голу. Кажется, Пари Сен-Жермен снова остается без еврокубков...
И всё же, говорил себе Пейрош, у его команды - самое пламенное сердце во французском футболе. Без этого они не выстояли бы в дополнительное время в кубковых матчах против Нима, Бордо и Тура, и не спаслись бы на 119-й минуте в Бордо. Как и он сам, думал Пейрош, они умели преодолевать самые тяжелые моменты в своей судьбе и выходить победителями. И всё-таки... Отыграть мяч у могучего Сент-Этьенна в тот самый момент, когда президент стефануа Роже Роше уже готовит речь с благодарностью Франсуа Миттерану? Нет, это просто невозможно.
Невозможно — если только это не касается Рошто... Ему такое уже удавалось. Это было в матче против могучего киевского Динамо, шесть лет назад. В тот критический момент на исходе дополнительного времени, когда все на поле были совершенно без сил, Рошто — Бог весть, где он отыскал эти силы — всё же сумел рвануться вперёд и забить гол, который обеспечил стефануа выход в следующий раунд.
Но в то время он выступал за Сент-Этьенн. И, что еще важнее, он не был в той форме, в какой находится сейчас. В сегодняшнем матче у Рошто не получается ровным счетом ничего: ни скидки, ни дриблинг, ни удары, ни прием мяча — всё шло наперекосяк. Классический «неудачный день».
И не было никаких оснований полагать, что ситуация изменится — ведь до финального свистка оставалось едва ли сто секунд. Надо признать, он занял отличную позицию в центре, наблюдая за действиями игроков на правом фланге — сперва Н’Гома, а затем Шуряка. Югослав отчаянно боролся и внезапно сумел вырваться из «мертвой хватки», в которой, казалось, его надежно зажали Лестаж, Занон и Ларио. Ситуация принимала серьезный оборот. Навес Шуряка придал моменту поистине критический характер. Лопес оказался застигнут врасплох отскоком мяча; теперь полновластным хозяином положения стал Рошто.
Даже когда команда не в форме или измотана, класс не исчезает бесследно. В том добивании с лёта чувствовалась абсолютная чистота исполнения — и непоколебимая решимость клуба, твердо намеренного стереть из памяти годы сомнений и скандалов.
Радость, охватившая всех в тот миг, пожалуй, никогда прежде не ощущалась на этом стадионе с такой невероятной силой. После второго гола Платини исход игры казался предрешенным, отчего последовавший за ответным мячом взрыв эмоций оказался еще более мощным. Люди кричали, обнимались, катались по газону, танцевали, плакали, вскидывали кулаки, аплодировали и пели, а кто-то застыл на месте, не в силах пошевелиться. На трибунах — где преобладали верные парижские болельщики, заполнявшие половину Парк де Пренс, — накал страстей достиг совершенно немыслимых, запредельных высот.
Среди всех этих образов есть один — разительно отличающийся от остальных, словно скрытый в тени, — но такой, от которого любого любителя футбола, слушающего этот рассказ, бросило бы в дрожь (только не вспоминайте при этом матч за третье место с поляками). Глубоко в своих воротах Жан Кастанеда лежал ничком, прижимая к себе мяч, который он только что достал из сетки; он смотрел на него ошеломленным взглядом, со слезами на глазах — словно требуя объяснений или безмолвно упрекая мяч в том, что тот разрушил мечту всего за сто секунд до триумфа.
Кадры, на которых президент ПСЖ Франсис Борелли целует газон стадиона Парк де Пренс — сразу после того, как Рошто сравнял счет на последних секундах дополнительного времени, — обошли все телеканалы. После матча президент парижского клуба так объяснил свой поступок в эфире телеканала TF1: «Обычно я не склонен к подобной демонстративности — хотя я и южанин, — но такую радость невозможно сдержать. Подобный триумф настолько исключителен, что тебя целиком захватывает счастье; ты не останавливаешься, чтобы оглядеться или что-то просчитать, здесь нет никакой игры на публику — всё происходит спонтанно. И должен признаться, я невероятно рад за парижан...»
ВТОРЖЕНИЕ НА ПОЛЕ
Дальнейшие события скорее напоминали сенсационную хронику, нежели спортивное состязание. Сначала на поле выбежали болельщики, однако арбитр Вотро — после пятиминутной паузы — возобновил игру еще примерно на минуту. Пейрош воспользовался этой короткой передышкой, чтобы выпустить на поле Рено, предвидя грядущую развязку, — что привело в ярость тренера соперников Робера Эрбена, терявшего самообладание по мере того, как становилось все более очевидным, что исход матча будет решаться в футбольной рулетке.
Впервые в истории было решено не проводить переигровку финала в случае ничьей. Французские футбольные чиновники хотели, чтобы сезон окончательно завершился 15 мая, дабы Идальго мог начать готовить сборную Франции к испанскому Мундиалю уже в следующую среду.
Однако чиновники не предвидели, что поле стадиона Парк де Пренс будет буквально наводнено толпой. Толпой болельщиков? Отчасти. Детей, жаждущих подобраться поближе к кумирам и разделить с ними радость праздника? Да, и их тоже. Или же сборищем тех самых буйных элементов, которых можно встретить на протестных акциях низкого пошиба? К сожалению, отчасти и ими.
И именно в отношении последнего обстоятельства чиновники — будь то представители Федерации, министерства или мэрии Парижа — заслуживали упрека: они не извлекли уроков из событий матча Франция — Кипр в декабре 1981 года, когда уже имели место подобные инциденты. Правда, не в таких масштабах.
Служба безопасности (численностью в 200 человек — по крайней мере, так утверждалось), чьи сотрудники были скорее склонны охаживать дубинками одинокого фотографа, нежели противостоять орущим толпам, хлынувшим с трибун, была мгновенно смята. Вскоре зеленый газон Парк де Пренс превратился в бурлящую людскую массу, а игроки — ошеломленные и едва не поддавшиеся панике («Однажды нас просто пырнут ножом», — скажет позже Платини) — бросились бежать в раздевалки.
Снаружи царила паника. В высших сферах, под изумленным взглядом президента Миттерана, чиновники буквально рвали на себе волосы. Зрители на трибунах скандировали: «Долой, долой — полицию за работу!» Захватившие поле люди не двигались с места: они резвились на траве, трогали штанги ворот и изображали удары с лета. Их было больше тысячи, и первые призывы, звучавшие из громкоговорителей, не возымели никакого действия. Что делать?
Прибегать к жестким мерам, способным испортить вечер, не хотелось. Но сомнения вызывала и идея переигровки матча. Наконец, казалось, что идея переигровки, в виду непредвиденных обстоятельств, восторжествует, однако двое выступили решительно против: судья, мсье Вотро, справедливо заметивший, что проигравшая в итоге команда может подать официальный протест, и Жорж Пейрош, который не только опирался на регламент (по мнению тренера не подлежащий изменению по чьему-либо капризу), но и был окрылен успехом.
Действительно, в раздевалке парижане излучали полное спокойствие. Вернувшись с самого края бездны, они были полны уверенности и источали невероятное спокойствие и непринужденность.
«Когда мы вернулись на поле, — скажет потом Пейрош знакомому журналисту, — казалось, будто мы начинаем второй тайм матча чемпионата». Соперник же, напротив, никак не мог оправиться от шока после гола Рошто, а случившимся инцидентам придал чрезмерно большое значение.
Наконец, спустя полчаса, нарушителей порядка удалось — мягко — убедить покинуть поле. Сначала поодиночке, а затем целыми толпами они потянулись обратно на трибуны, чтобы вместе с остальными 50 000 зрителей — и миллионами телезрителей, пропускавшими транслировавшийся тогда сериал Даллас, но затаивших дыхание у экранов благодаря комментариям Мишеля Денизо, Дидье Рустана и Жоржа Доминика, — увидеть развязку этой невероятной драмы.
ДРАМАТИЧНАЯ РАЗВЯЗКА
Когда игроки вернулись в центр поля, Патрик Баттистон первым вышел к «точке». Напротив него стоял Доминик Барателли — герой полуфинала, которого, как гласила молва, невозможно было переиграть в серии пенальти. Баттистон хладнокровно отправил вратаря не в тот угол и забил. 1:0.
Теперь очередь капитана парижан Батенея — мастера финтов. Но на этот раз он не решается на обманный маневр; он бьет открытой стопой, и мяч улетает высоко в сторону табло. С трибун доносится стон разочарования: однако судья Вотро фиксирует, что Кастанеда сдвинулся с места, и назначает перебитие. «Мне было жутко страшно, — рассказывал потом Батеней журналисту Шарлю Бьетри. — Больше я никогда не буду бить пенальти. Я лихорадочно соображал, что делать. Просто ударил изо всех сил, стараясь ни о чем не думать». Он зацепил бутсой газон, но удар получился сильным и плотным, голкипер просто не имел времени среагировать. 1:1 (в этот момент Зеленые почувствовали себя засуженными, и перед повторным пробитием Платини даже отправил Лопеса выразить протест судье Вотро).
Стефануа Занон метит в верхний угол, но вместо этого - пушечный удар в облака. В стиле парижан. Но мсье Вотро хмурится: «Вы дернулись раньше свистка, Барателли». Перебиваем. Занон целит опять в верхний угол, только бьет спокойнее и точнее — без шансов для голкипера (в Сент-Этьенне больше не говорят о «грабеже»). 2:1.
Рено. Самый свежий из всех (вышел на замену на последней минуте матча). Парень без эмоций. Мяч после его удара влетает в ворота практически рядом со штангой. 2:2.
Реп. На этого голландца можно положиться в решающие моменты. И также никаких эмоций. 3-2.
Рошто. И речи не может быть о том, чтобы запятнать ореол героя, подарившего ничью. Мощный удар — впритирку со штангой. Лучшее решение и счет опять сравнялся (хотя вратарь и угадал направление удара, но...). 3:3.
Ларио. Именно он – штатный пенальтист в сборной Франции... когда выходит на поле (тонкий намек на Севильскую рулетку). Крестное знамение — и мяч, словно ракета, летит со скоростью ста км/ч. 4:3.
Шуряк. Если уж он может забить с расстояния более 30 метров, так уж с одиннадцатиметровой отметки он точно не собирается промахиваться. 4:4.
Платини. Он ковыляет вперед. Страдая от растяжения мышцы, он едва мог бежать в конце матча. Какая дерзость! Он рисковал своей репутацией, нанеся несильный удар. Барателли угадал направление удара, но не успевает дотянуться до мяча. 5:4.
Фернандес. Напряжение мучительное, невыносимое. Пейрош больше не в силах смотреть: он ложится на траву и не смотрит на происходящее. Отважный и порывистый «испанец» Луис провел великолепный матч, но теперь ему — всё еще полному эмоций — предстоит выполнить задачу, с которой он прежде не сталкивался. «Парк» затаил дыхание. Фернандес разбегается! Мяч летит в правый от Кастанеды угол. Вратарь Сент-Этьена бросается за мячом. Его огромные ладони касаются снаряда, но лишь замедляют его полет. Париж снова может дышать. 5:5.
Нужно найти других добровольцев для второй серии пенальти. Но среди Зеленых нет желающих. Лопес на правах капитана команды подходит к Кастанеде. У того мощный удар, но особого энтузиазма голкипер не проявляет. Лопес оглядывается по сторонам. Все отводят взгляд. Остается лишь одно решение: сделать всё самому.
Он не выпячивает грудь так сильно, как обычно. Возможно, вспоминает тот незабитый пенальти в Москве, в 1/4 финала молодежного Евро-76. Барателли смотрит ему прямо в глаза. Усы против усов. Барателли бросается вправо, а Лопес бьет по центру. Барателли уже заваливается — но его спасает правая нога. Мяч взмывает в воздух. Париж ликует. Лопес возвращается назад с невозмутимым видом. Некоторые посчитают, что он предвидел такой исход. Счет по-прежнему 5:5.
Пилорже. Не из тех, кто склонен к сентиментальности. В этом сезоне у него случались конфликты, но всё это уже позади. Мы видим мощный удар. Но при этом он решает пробить изящно — внутренней стороной стопы. Это приговор. 6-5!!! Париж в экстазе. Париж на седьмом небе. Борелли на поле. Пейрош в трансе. Батеней в самой гуще событий. Барателли погребен под грудой тел. Парк де Пренс— в Европе!!!
Телевидение транслирует кадры, запечатлевшие развязку этого невероятного триллера: президент ПСЖ Борелли, обнимающий Миттерана; Батеней со слезами на глазах; дымовые шашки и файеры. Не хватало лишь круга почета. Если бы болельщики, выбежавшие на поле, осознали, каких эмоций они лишают победителей, они, несомненно, остались бы на трибунах.
Так что объятия и бурные проявления чувств — все эти дружеские похлопывания по спине — пришлось отложить до момента, когда команда оказалась в раздевалке, уже заполненной друзьями (как старыми, так и новыми), журналистами и фотографами. «Я знал, что забью, поэтому и пробил», — твердит Рошто. «Я был уверен, что после второго гола Платини всё кончено», — признается Токо. «Я был спокоен», — вспоминает Пилорже. «Будем готовиться к Кубку кубков», — торжествует Борелли. «Больше не хочу уезжать», — буквально плачет Шуряк, который уезжает в Италию ради прибавки в 20 тысяч франков в месяц и обещания (выполненного уже через два часа после подписания контракта) о том, что новый клуб оплатит завершение строительства принадлежавшего ему отеля-ресторана в Сплите.
А это репортаж о матче от легендарного Тьерри Ролана
ТРЕНЕР ПОБЕДИТЕЛЕЙ БЫЛ НА ГРАНИ ОТ УВОЛЬНЕНИЯ
Были шампанское, крики, смех и фотографии — для всех. Для всех? Не совсем так. Посреди всеобщего ликования и объятий — в павильоне Габриэль в садах Елисейских полей — не хватает одного человека: Жоржа Пейроша.
На последовавшем за игрой торжественном приеме он появляется лишь для того, чтобы отдать дань вежливости, и не стал участвовать в общих объятиях с официальными лицами. Вместо этого он предпочел первым делом разделить радость со своими игроками — только с ними — в раздевалке, позволяет своему сыну прикоснуться к Кубку, а затем тихо отправляется пить пиво со своими старыми приятелями. Точно так же, как и после любого другого матча.
Во-первых, потому что на нем сказывалось физическое бремя того невыносимого нервного напряжения, которое неизбежно сопутствует работе тренера. Во-вторых, потому что он не мог смириться с тем, что происходило за кулисами в последние дни. Он попросту был на волосок от увольнения — и, скорее всего, лишился бы поста, если бы не промах Лопеса...
Эта досадная для Пейроша история стала одним из последствий начинавшего набирать обороты сенсационного кризиса в Сент-Этьенне. Знаменитый скаут Зеленых Гароннэр — который вовсе не был уверен, что выйдет победителем из противостояния с президентом клуба Роше, — в день полуфинального матча Кубка Франции между Пари Сен-Жермен и Туром в Ренне намекнул некоторым представителям парижского клуба, что они с тренером Робером Эрбеном вполне могли бы перебраться в столицу, если бы получили соответствующее предложение.
Перспектива появления звездного делателя чемпионов Робера Эрбена в Париже, безусловно, была заманчивой для определенных именитых господ — тех, кто интересуется футболом, лишь наблюдая за матчами из VIP-лож или попадая в объективы телекамер, но при этом едва ли знает, где находится тренировочная база в Сен-Жермен-ан-Ле. Ситуация приобретала явно скандальный оттенок.
К счастью, возобладало благоразумие. Состоялось тайное совещание, и лишь авторитет Франсиса Борелли — в прошлом футболиста, всегда защищавшего интересы тренеров, — позволил замять это дело. Решающую роль сыграла и победа в Кубке, ставшая подтверждением того, что усилия Жоржа Пейроша не прошли даром. Ведь тем, кто поспешил списать ПСЖ со счетов — мол, команда звезд не оправдывает вложенных в нее ресурсов, — Пейрош мог бы напомнить: еще несколько месяцев назад перспективы клуба выглядели весьма туманными. Барателли уже не вызывали в сборную Франции, Батенея дразнили «Толстяком», Рошто — бывший «зеленый» — больше никого не пугал, а такие игроки, как Пилорже, Лему, Коль, Рено, Фернандес, Бубакар, Токо, Префачи и Тоффоло, отнюдь не пользовались спросом у скаутов.
Жорж Пейрош, безусловно, заслуживает признания за то, что превратил этот уже вызывавший шутки «ФК Голливуд» в команду, впервые добравшуюся до европейской арены; он совершенно не заслуживал той чудовищной травли, которую развернули против него внутри самого клуба — травли, едва не заставившей его оставить профессию. Несмотря на всю скандальность ситуации, Пейрош постарался минимализировать её влияние на команду и прежде всего он оставался близок со своими игроками, прекрасно понимавшими, какую роль он сыграл в том сезоне. Даже в сериях пенальти — ситуациях, когда игроки, казалось бы, предоставлены самим себе, — успех команды в столь изматывающих кубковых поединках невозможно было списать на простую случайность. Журналисты верили, что существует какой-то секрет. И он действительно был, хотя при этом казался поразительно простым: Жорж Пейрош никогда не упоминал о возможной серии пенальти перед игрой, не проводил специальных тренировок и заранее не назначал тех, кто будет бить мяч.
«Очевидно, что игрок высшего дивизиона способен реализовать пенальти и не нуждается в специальной подготовке, — объяснял он. — Поэтому всё сводится к психологическому состоянию. Если футболист допускает, что ему, возможно, придется участвовать в такой лотерее, он постоянно думает об этом по мере приближения конца матча — подсознательно замедляя игру и изматывая себя нервным напряжением. Именно потому, что Бубакар был сосредоточен исключительно на самой игре, он и забил гол в ворота Бордо на 119-й минуте. И когда приходит время решать, кому выполнять удар, я выбираю только уверенных в себе добровольцев и даю им лишь один совет: бейте точно в створ».
Вот и всё, проще простого. Нужно просто не думать об этом... заранее. А после этого... мы уже играем в еврокубках.
ЗЫ. Ах, за торжествами совсем забыл… Маленькое замечание. Спустя два дня после финала, в понедельник, Роже Роше подаст в отставку с поста президента Сент-Этьенна. Утром 18 мая миллионы французов через газету L’Equipe официально узнали что с лучшим представителем французского клубного футбола что-то неладное. Они уже поняли. что со знаменитым президентом на их глазах завершается целая эпоха. Но на самом деле хождение Сент-Этьенна по кругам ада только начиналось. Спустя всего год величайший на тот момент клуб Франции практически исчезнет. То, что останется от него будет всего лишь фантомом. Впрочем, даже после этого ПСЖ потребуется 40 лет, чтобы обойти «тот» Сент-Этьенн по количеству чемпионских титулов…
Комментарии