Виктор Стинфале защищал главарей барра-брав, торговца оружием и обвиняемого по делу о теракте. В 2012-м он взял под контроль Депортиво Риестру — не подписав ни одной бумаги. Через одиннадцать лет клуб играл в аргентинской Примере, а ненавидела его вся страна. Разбираемся, как это устроено.
Почти век существования — взлёты и падения в анонимности низших лиг — не дал Депортиво Риестре и доли той известности, которую принесли 78 секунд, идеально упакованных под соцсети.
11 ноября 2024 года новичок аргентинской Примеры из Бахо Флореса, района на юге Буэнос-Айреса, устроил себе рекламную акцию: в стартовом составе на домашний матч 22-го тура с Велесом Сарсфилдом вышел Иван Бухахерук, он же Spreen (Сприн). 24-летний стример, у которого к тому моменту было почти десять миллионов подписчиков на Twitch и около шестнадцати миллионов на всех площадках разом.
Через 78 секунд инфлюенсера заменили, так и не дав ему коснуться мяча. Матч закончился вничью — 1:1, но счёт в тот вечер не интересовал никого. В стране чемпионов мира — всеобщее возмущение.
«Обществу и детям посылают неправильный сигнал», — негодовал форвард Велеса Брайан Ромеро. «Полное неуважение к футболу и футболистам», — вторил ему Хуан Себастьян Верон, сыгравший 73 матча за сборную Аргентины, а ныне президент Эстудиантеса.
Пара притворно покаянных извинений, штраф от Ассоциации Футбола Аргентины (АФА) — и Риестра получила ровно то, чего добивалась.
Полугодом ранее, 16 мая 2024-го, тренер Кристиан Фаббиани выпустил в матче 1/16 финала Кубка Аргентины с Ньюэллс Олд Бойз левого защитника Матео Аполонио — подростка, которому на тот момент было 14 лет и 29 дней. Фаббиани заранее предупредил, что приоритет клуба — выживание в чемпионате, поэтому на кубок поедут резервисты и юниоры. Аполонио вышел на 84-й минуте, провёл на поле считаные минуты, мяча тоже не коснулся, а Риестра проиграла 0:1. Зато подросток стал самым молодым дебютантом в истории аргентинского футбола, побив рекорды Серхио Агуэро и Диего Марадоны. За основу он с тех пор не сыграл ни разу.
Тогда зашумел уже весь континент. Сприна спонсирует Energy Group — компания, которая негласно владеет Риестрой с 2013 года. Его контракт клуб зарегистрировал ещё в феврале 2024-го, за девять месяцев до игры с Велесом: всё было спланировано заранее.
Свалка, кладбище угнанных машин и клуб без дома
Стадионы Нуэво Гасометро — домашнюю арену Сан-Лоренсо почти на 48 000 мест — и Гильермо Ласа, притон Депортиво Риестры на несколько тысяч человек, разделяет автострада. Бугристый газон, три ветхие трибуны, два бетонных загона за воротами.
Ноябрьский вечер 2025 года. Хозяева принимают Индепендьенте в предпоследнем туре регулярной части чемпионата. Прописку в элите бело-чёрные обеспечили себе ещё семь туров назад и теперь готовятся к плей-офф во втором своём сезоне в высшем дивизионе. Дома они не проигрывают уже полтора года — нередко благодаря спорным решениям арбитров.
«В этом поле есть что-то особенное», — божится Карлос, давний член клуба и по совместительству водитель автобуса. «Не знаю, в чём его секрет и почему у нас 25 матчей без поражений. Дело в жажде побед и славы. В конце концов, все 22 игрока на поле — люди. Кто-то зарабатывает больше, кто-то меньше, но наши парни будто собрались завоевать мир».
В этом поле действительно есть что-то особенное. Мало того что это одна из немногих арен в элите, где не играют вечером — не хватает освещения, — здесь однажды одна штрафная площадь оказалась больше другой. Исключительно ради удобства хозяев. Одна из многочисленных проделок человека, который дёргает за ниточки из тени, — Виктора Стинфале, адвоката и бизнесмена.
Задолго до его появления Депортиво Риестра была обычным гражданским объединением, основанным 22 февраля 1931 года «парнями с улицы Риестра» — пацанами, которым нечем было себя занять. Пятнадцать лет спустя клуб вступил в АФА и надолго осел в четвёртом-пятом дивизионах.
В 1981-м военная диктатура экспроприировала земли на углу Лакарре и Риестры под строительство автострады: эстакада в итоге нависла над полем, которое клуб занимал с 1950 года. В 1990-м «бездомных» едва не вычеркнули из федерации вовсе — из-за спортивных, финансовых и структурных проблем в Примере D, тогдашнем пятом дивизионе.
Гильермо Ласа, скромный продавец газет, чьё имя теперь носит стадион, бросился искать логово для любимого клуба. Вместе с руководителями и жителями района он положил глаз на пустырь в самой малонаселённой части Буэнос-Айреса: почти три гектара, купленные в рассрочку на 234 месяца.
«Это был огромный пустырь, который постоянно затапливало», — рассказывает Пабло Менендес Портела, бывший студент-экономист Университета Лануса, ставший официальным историком клуба. «Настоящая свалка, кладбище угнанных машин, грузовиков и автобусов. Весь этот металлолом в итоге и придал сил траве, которую вы видите сегодня. Если сейчас выйти на поле и выкопать яму метра на три-четыре, обязательно наткнёшься на двигатель».
Одиннадцать банок энергетика на поле
В тот ноябрьский вечер Риестра проигрывает Индепендьенте 0:1 и обрывает свою полуторагодовую домашнюю серию — и всем плевать. В нескольких метрах от построек прошлого века диджейка миксует электронную похлёбку в высоком ритме для Стинфале и его свиты. Её зовут Лиз Гамес, и выглядит она как гостья из будущего. Потому что клуб умеет принимать современность.
Взять хотя бы тренировочный центр Ла Кандела, доступный только основной команде. Бывшую базу Боки Хуниорс — где у Стинфале полно друзей — Риестра выкупила за восьмизначную сумму. На какие деньги? Никто толком не знает. Адвокат взял клуб под контроль в 2012 году, не подписав никакого контракта, и в клубных бумагах не фигурирует нигде, хотя все прекрасно понимают, кто здесь хозяин.
Поклонник электроники и рейвов, Стинфале навязал клубу одного-единственного спонсора — энергетик Speed Unlimited от Energy Group, где его собственная роль тоже не поддаётся расшифровке: юрист? пресс-секретарь? кто-то повыше? И тут всё туманно. Зато бизнес-план клуба куда прозрачнее.
«Единственный спонсор на футболке — Speed», — объяснял Диего Фигероа, человек Стинфале по грязной работе, в ноябре 2024 года ежедневной газете La Nación. «Идея была в том, чтобы получилось то, что вы видите в Риестре сегодня: одиннадцать банок энергетика Speed, разбросанных по полю».
Такое видение футбола ставит в тупик многих, начиная с Мариано Кона — режиссёра, продюсера и болельщика Экскурсионистаса, клуба третьего дивизиона.
«Риестру ненавидят все, игроки там — изгои, наёмники», — объясняет он. «Они готовы на всё, а после карьеры там уедут в Перу или Мексику. Этот клуб, как и другие, вылез из недр аргентинского футбола. Это демонстрация теневой власти: влиятельные бизнесмены скупают маленькие клубы и используют их для куда более крупных дел. Они связаны с политикой, а кое-кто и с мафией. В Аргентине всегда играют на грани регламента, на светофоре всегда проскакивают на жёлтый. Именно это и позволяет Риестре быть в элите: все знают, что это незаконно, но по бумагам не подкопаешься».
За десять лет — с 2013-го по 2023-й, от пятого дивизиона до первого — в клубе выстроили собственную модель, которая изнутри порой напоминает военизированную организацию. Что-то вроде Осера времён Ги Ру, только куда более закрытое и клановое.
«Не все футболисты приживаются в модели Риестры», — рассказывал Гильермо Сесурак, второй тренер эпохи Стинфале (2014–2015), первый, кто поднял клуб с пятого уровня на третий. «Подход может показаться необычным. Но у игроков из низших дивизионов есть жажда роста и мотивация играть на высшем уровне — это даёт им преимущество».
В Speed Camp, как называют Ла Канделу, есть корты для падела, натуральные и синтетические поля, тренажёрные залы и вообще всё необходимое профессионалам. После разминки игроки сворачивают коврики и складывают их стопкой, как исправные солдаты. Дисциплина — мантра для всех участников проекта. Она идёт рука об руку с предсезонкой, похожей на сборы спецназа.
В январе 2025-го Риестра с гордостью отчиталась об адском графике, которым открывала год в Пинамаре, элитном городе-курорте на атлантическом побережье: подъём в три ночи, отбой в 22:30 и четыре тренировки в день. Завершил сборы открытый для публики рейв прямо на пляже — пока игроки в паре метров потели на песке.
«Мы знаем, что привело нас сюда, и не должны от этого отступать», — доказывал в интервью ежедневной спортивной газете Olé Густаво Бенитес, экс-игрок Риестры, отдавший клубу десять лет. «У большинства соперников репутация лучше и техника выше, но наш стиль, пусть и кажется однообразным, выбивает их из колеи. Возможно, мы бьём по воротам меньше всех, но когда со страстью защищаешь то, ради чего пахал, большая часть битвы уже выиграна».
Круговая порука: Грондона, Тапия и очень удобные арбитры
На самом деле бело-чёрные начали выигрывать свою битву совсем в другом месте. Взлёт Риестры Виктора Стинфале в 2013-м совпал с закатом эпохи Хулио Грондоны, правившего АФА с 1979 по 2014 год, и с последовавшим безвластием. А главное — со щедростью его преемника, всесильного Клаудио Тапии по прозвищу Чики, который занял кресло в 2017-м. Президент Барракас Сентраль, ещё одного клуба с юга Буэнос-Айреса, союзник выскочек и достойный наследник клиентелизма предшественника.
Официально Стинфале и Тапию не связывает ничего, кроме годичного спонсорского контракта Speed Unlimited с Барракасом и одного имени. Говорят, Грондона, тридцать пять лет державший АФА в кулаке, попросил у первого финансовой помощи для второго.
«Систему круговой поруки придумал именно Грондона», — отмечает Мариано Кон. «Он пришёл из Арсенала, маленького клуба из Авельянеды, потом возглавил Индепендьенте, а затем и АФА. Каждый клуб — это один голос. Ривер весит не больше, чем безвестная команда из Примеры D. В ФИФА, где он был вице-президентом с 1988 года до самой смерти, всем заправлял он. Блаттер был громоотводом, мальчиком для битья. Функционеры отовсюду приезжали целовать его перстень с гравировкой todo pasa — „всё проходит“. Тапия построил свою власть точно так же, опираясь на низшие дивизионы».
Во главе АФА Тапия устанавливает собственные законы: правила меняются посреди сезона, архитектура лиг перекраивается, а арбитров назначают не без влияния. Тех самых арбитров, что так снисходительны к одиннадцати банкам энергетика Стинфале.
«Риестра вызывает подозрения», — признаёт Густаво, 37-летний преподаватель английского языка и болельщик клуба. «Долго клуб был вне радаров, но после выхода во второй дивизион решения федерации и судей всегда стали падать в одну сторону. Не говоря уже о стиле игры и агрессивном маркетинге…»
Внутри при этом делают вид, что ничего не происходит. В 2025-м клуб сыграл в плей-офф обоих годовых турниров — оба раза вылетев в 1/8 финала — и даже пробился в первый в своей истории международный турнир, Южноамериканский Кубок-2026. Ровно как Ривер, Расинг или Сан-Лоренсо.
«Риестра — нетипичный клуб, который только пришёл и уже наводит шороху», — защищает своих Гильермо Сесурак. «Собаки лают — караван идёт…»
Пять минут, которые всё решили
АФА готова крутить регламентом как угодно и в любой момент сезона, но в главном на компромисс не идёт: цвета формы менять нельзя, иначе клуб лишится лицензии. Зато Риестра совершенно легально носит на форме второй логотип помимо Speed — Irak, из-за которого чёрная футболка порой напоминает военизированную форму. Irak — это дань уважения любительской команде, которую в прошлом создал и содержал Виктор Стинфале вместе со своими друзьями.
«Стинфале и его приятели назвали эту любительскую команду так, потому что страна с таким названием воевала почти со всеми соседями, даже с США», — объясняет Мариано Кон. «Они хотели сохранить этот воинственный ярлык и с тех пор набирают „солдат“».
30 июля 2017 года, ответный финальный матч редусидо Примеры B Метрополитаны — турнира за вторую путёвку в Примеру B Насьональ, то есть во второй дивизион. Соперник — Комуникасьонес, выигравший первую встречу 1:0. Риестра ведёт 2:0 и по сумме двух матчей 2:1, до конца пять минут, гости лезут вперёд, чтобы вырвать серию пенальти. И тут на газон выбегает Леандро Фрейре — футболист хозяев, которого на игру даже не заявляли, — с очевидной целью сорвать матч.
Следом на поле высыпают тренеры, запасные, охрана, болельщики и журналисты. Арбитр Пауло Вильяно, потеряв контроль, останавливает игру. Хозяева ликуют и празднуют повышение, но дисциплинарный трибунал АФА неожиданно постановляет доиграть эти пять минут четыре дня спустя — на стадионе Дефенсорес де Бельграно, без зрителей. Для полноты сюрреализма остаток делят на два тайма — три минуты и две, со сменой сторон.
Капитан Комуникасьонес пользуется паузой и рассказывает о методах Риестры: недокачанные мячи и даже угрозы убийством в адрес его партнёров.
3 августа 2017-го, пустой стадион, пятиминутный матч в прямом эфире на всю страну. Игроки и штаб Комуникасьонес выходят на поле с высоко поднятой головой и растяжкой с цитатой Марсело Бьелсы: «Игра создана для того, чтобы побеждать соперника, раскрывая красоту её внутренних составляющих, а не нарушать правила ради преимущества». Счёт не меняется, и бело-чёрные всё равно поднимаются во второй дивизион.
Правда, счёт за тот вечер пришёл сразу: трибунал снял с Риестры очки и закрыл её стадион на десять матчей. В Примере B Насьональ команда не удержалась и через сезон вернулась в третий дивизион. Наверх — теперь уже без остановок — она пошла с 2019-го.
«В каком-то смысле Риестра предлагает либертарианское видение футбола, от которого не отказался бы и Хавьер Милей», — рассуждает экономист Фабиан Бритто, имея в виду президента Аргентины, вступившего в должность в декабре 2023 года. «Надо бы вести список всех тёмных схем, сопровождающих клуб с 2013 года. Правила обходят, делая вид, что их соблюдают. Кто в это поверит?»
Диего Фигероа, оруженосец Стинфале, отбивается на полном серьёзе: «Мы уважаем правила, но раздвигаем их границы и любим играть агрессивно. Мы стараемся подчеркнуть то, что считаем своими сильными сторонами, — и это абсолютно допустимо, пока ты внутри правил».
Вот так в декабре 2023-го, обыграв Депортиво Майпу (1:0), Депортиво Риестра добралась и до Примеры.
Секта имени Сунь Цзы
С тех пор Валентин Торрес, юный пресс-атташе клуба, повторяет одно и то же: «Никто из игроков с прессой не разговаривает». Изнутри контора из Бахо Флореса напоминает секту.
На собеседовании перед подписанием контракта игроку объясняют: есть строгий внутренний регламент, убирать раздевалку — его обязанность, следить за экипировкой — тоже. И что в игровые дни в раздевалке звучит только электроника.
У кабинета Диего Фигероа ему настоятельно советуют посмотреть «Человека, который изменил всё» с Брэдом Питтом — кино про бейсбол и данные. Потом добавляют в групповой чат, где предстоит усвоить мантры Винса Ломбарди, легендарного тренера по американскому футболу, чьи цитаты давно стали каноном мотивационной литературы.
Перед личной встречей с гуру Стинфале ему также напоминают, что он не может плохо отзываться о компании на публике, и вручают «Искусство войны» Сунь Цзы — любимую книгу босса.
«Уже два года по трибунам ходит одна история», — язвит Густаво, преподаватель английского. «Якобы новичку, в чьей ментальности сомневались, в начале сезона задали вопрос: „Если бы твоего сына похитили, как далеко ты готов зайти, чтобы его вернуть?“ Никто не знает, правда ли это, но звучит абсолютно правдоподобно».
И на поле, и вне его всё строится на повторяющихся схемах: каждый полевой игрок обязан набегать 12 километров за матч и никогда не отдавать мяч вратарю.
«Риестра — это полное отрицание футбола», — негодовал бывший игрок сборной Аргентины, пожелавший остаться анонимным. «Футболисты выполняют задачи, всё будто управляется компьютером. Хуже всего то, что руководство строит теории — и это работает…»
Адвокат мафиози и главарей барра-брав
Этим компьютером вполне может быть сам Стинфале — человек, который раздаёт указания по рации из княжеской ложи. Босс долго мечтал о профессиональной карьере. Звёздный час в бутсах? Одно попадание на скамейку запасных клуба Нуэва Чикаго из западной части Буэнос-Айреса в элите в 1984 году. Потом пара лет в Платенсе, затем Морон и Колехьялес в четвёртом дивизионе — и наконец поворот в уголовное право.
«Футбол не приносил денег, да и игрок я был средний. Я из провинции, учился в государственной школе. Узнал футбол и болельщиков изнутри. Это научило меня защищать людей с огромным эго и помогло собрать клиентуру», — говорил он в 2022 году круглосуточному информационному телеканалу C5N.
Стинфале специализировался на защите одиозных персонажей. Начал с Хосе Барритты, главаря La Doce — барра-бравы Боки Хуниорс и одной из самых влиятельных фанатских группировок Аргентины, — и Уильяма Шленкера, вожака Los Borrachos del Tablón, фанатской группировки Ривер Плейт. Оба сидели за убийство.
В его клиентском портфеле есть и такие фигуры, как Луис Валор, один из самых знаменитых аргентинских преступников последних сорока лет; сирийский торговец оружием Монзер аль-Кассар; бывший полицейский Карлос Тельедин, которого обвиняли в подготовке фургона, использованного в 1994-м при теракте против штаб-квартиры AMIA, еврейской общинной организации в Буэнос-Айресе. Тогда погибли 85 человек, сотни получили ранения.
По итогам последнего процесса коллегия адвокатов на год отстранила Стинфале и ещё троих юристов за многочисленные нарушения.
«Это адвокат крупных преступников и безнадёжных дел», — говорит экономист Фабиан Бритто. «Он не умеет ни играть, ни вести процесс без жульничества. Никто толком не знает происхождения его денег. Он умеет говорить с судьями, политиками и людьми с весом — и, соответственно, прокладывает маршрут. Наказание от коллег не помешало ему руководить Риестрой, и никого это не смутило. Он утверждает, что его девиз — держаться в тени и не гнаться за славой, но вся его жизнь доказывает обратное».
Помимо запрета на профессию, у Стинфале были и другие проблемы с законом — дело электронного фестиваля Time Warp, где в апреле 2016-го пятеро молодых людей умерли от передозировки. По версии федерального прокурора, имелись доказательства, что вечеринка была организована так, чтобы облегчить наркоторговлю и заставить публику покупать как можно больше воды (Energy Group торгует и водой Block). Вдобавок в туалетах не было воды, а вокруг сновали бесчисленные дилеры с экстази.
Как организатор и предполагаемый владелец Energy Group, спонсора мероприятия, Стинфале отправился за решётку по обвинению в предоставлении места для продажи наркотиков, непредумышленном убийстве и причинении тяжкого вреда по неосторожности. Через 70 дней в СИЗО федеральный суд его выпустил, а по итогам процесса аргентинское правосудие его оправдало.
«У него есть связи и досье на всех — и в футболе, и за его пределами», — объясняет Мариано Кон. «Он связан с политикой, с властью, с электронной музыкой, которую обожает. Так или иначе он держит бизнес на таблетках, на синтетических наркотиках. Это человек, которому больше всего на свете нравится нарушать правила. В Риестре, в электронике, где угодно».
«В футболе ничего не даётся даром»
В описании своего аккаунта в соцсетях Стинфале долго представлялся так: «Родом из Буэнос-Айреса. Адвокат. Болельщик Боки Хуниорс. Президент Депортиво Риестры» — именно в таком порядке. Наверное, поэтому его окружение годами намекало, что он человек Даниэля Анхеличи, президента Боки 2010-х и бывшего заместителя Клаудио Тапии в федерации. А главное — базу Ла Кандела он выкупил, чтобы угодить Диего Марадоне, клиенту одного из его приятелей-адвокатов.
В 2013-м Марадону зазвали на стадион Ласа и на базу. Первый хайп эпохи Стинфале. Марадона тогда ходил по красной дорожке в статусе посла клуба, лектора, эксперта по штрафным, тактического советника — и кого угодно ещё, что взбредёт в голову.
Он же был на том самом ответном матче с Комуникасьонес и мотивировал команду речью, которая разлетелась по сети: «В футболе ничего не даётся даром. Я забил рукой англичанам и умирал со смеху. Если можете воспользоваться хоть малейшей лазейкой — пользуйтесь». Его услышали.
С успехами Депортиво Риестра, разумеется, почувствовала себя неприкасаемой — под благосклонным крылом АФА и собственных болельщиков. В пандемию группа игроков и сотрудников штаба нарушила меры социального дистанцирования и комендантский час, чтобы потренироваться. Клаудио Тапия громко возмутился, Стинфале прикрыл своих.
«У мафии нет цветов», — уверяет Мариано Кон. «Пусть Стинфале и ближе к Тапии, чем к Хавьеру Милею, друзьями они не являются. У них два разных типа нелегальной деятельности. Они терпят друг друга, у них есть общие интересы и общие враги, но на расстоянии. Это как чикагский клан против нью-йоркской группировки».
В 2026-м в Аргентине Тапия повсюду, включая рекламу Adidas, где он красуется в компании Леандро Паредеса, Алексиса Мак Аллистера и Эмилиано Мартинеса. Первый за 28 лет глава федерации, при котором сборная Аргентины выиграла международный трофей (не считая Олимпиад), он получил министерский статус, охрану и, главное, почти полную безнаказанность.
В начале марта девятый тур аргентинского чемпионата и вовсе отменили по требованию лиги и президентов клубов — в знак «протеста» против иска ARCA, аргентинской налоговой службы, к АФА и её президенту по делу о предполагаемом уклонении от налогов на 19 миллиардов песо. Иск добавился к расследованию о предполагаемом отмывании денег и обыску в штаб-квартире федерации в декабре прошлого года. В АФА всё это называют кампанией по дискредитации и уверены, что во всём замешан лично Хавьер Милей.
Некоторые подозревают у Тапии большие политические амбиции.
«Он вроде как новая надежда перонизма», — роняет Мариано Кон.
Сам Тапия это отрицает. В его тени Виктор Стинфале, верный привычкам, не появляется нигде, кроме президентской ложи на стадионе Гильермо Ласа. Оттуда адвокат наблюдает за слабым выступлением своей паствы в текущем сезоне: одиннадцать очков в шестнадцати турах и пятнадцатое, последнее место в таблице группы А на момент написания этих строк.
Многим хотелось бы увидеть в этом конец Депортиво Риестры. Но зарекаться не стоит: перед нами человек, который в телеинтервью 2024 года заявил прямо в камеру: «Если бы Гитлер дал мне миллион долларов, я бы его защищал».
Подписывайтесь на блог The Ballers и его соцсети— Телеграм | Вконтакте
Комментарии
Интересно.