Одиннадцать друзей имён Чарли Оутвэя.
Родители, которые называют детей в честь любимых футболистов, не редкость. Дальше всего в этом плане пошли в Индонезии, где в заявках команд местной лиги можно встретить Буффона Альфхареззи, Кака Архана, Фигу Денниса, Ривалдо Тодда и Джанлуку Пальюку Росси Пратама.
Но в Англии бывали не менее любопытные случаи. Так легенда «Брайтона» Чарли Оутвэй родился в семье преданных фанатов «Куинз Парк Рейнджерс», но почти всю карьеру провёл в составе «Альбиона»: почти десяток лет в качестве игрока, а затем ещё несколько – в тренерском штабе Густаво Пойета. Но даже среди преданных фанатов «Брайтона» немногие знали, что настоящее имя их полузащитника – Энтони Филип Дэвид Терри Фрэнк Дональд Стэнли Джерри Гордон Стивен Джеймс Оутвэй.
Почему так длинно, спросите вы? Дело в том, что родители «Чарли» были настолько яростными фанатами «Куинз Парк Рейнджерс», что решили дать сыну имя в честь сразу всех одиннадцати игроков основного состава клуба 1973 года. Но почему же весь футбольный мир привык звать его Чарли, ведь этого имени даже нет в длинном перечне, прописанном в паспорте Оутвэя? Всё благодаря его тёте. Когда родители показали ей карапуза и поведали о том, как его назвали, она смогла лишь с удивлением произнести: «А выглядит как типичный Чарли». Это имя прижилось куда лучше, чем данное родителями.
Любопытно, что сына экс-капитана «Брайтона», тоже поигравшего в низших английских дивизионах, также зовут Чарли Оутвэй. Но уже по паспорту. Намучившийся со своим бесконечно длинным именем Оутвэй-старший не стал экспериментировать на сыне.
Сложнее всего при заключении контрактов было признаваться: «Послушайте, я не умею писать»
Но Энтони Филип Дэвид Терри Фрэнк Дональд Стэнли Джерри Гордон Стивен Джеймс Оутвэй – не просто парень со странным именем. Его судьба – готовый сюжет для фильма.
Легенда и экс-капитан «Брайтона» почти всю карьеру… не умел писать и читать. Оутвэй – выходец из крайне неблагополучной семьи. Самое яркое его воспоминание о родителях (тех самых, что дали ему столь причудливое имя, но не дали образования) – как их лицом в пол кладёт полиция, а дом обыскивают. Его отец долгое время скрывался после совершения ограбления у братьев Крэй – тех самых, о которых снято множество фильмов и которые вдохновили Джоан Роулинг на образ Воландеморта. Даже дяди и двоюродные братья Чарли имели тесную связь с криминальным миром и не раз оказывались за решёткой.
Естественно, что в такой семье мальчику было не до школы. И лишь футбол спас его от тюрьмы… почти спас. Едва перейдя в свой первый профессиональный клуб, «Кардифф Сити», Чарли попал под суд за нанесение телесных повреждений. Юный футболист тогда просто не знал, как иначе решать конфликты, нежели кулаками: «Я только-только познакомился с Терри Йоратом, который накануне заступил на должность тренера. В субботу, за пару часов до начала матча, я сказал ему: «Мне нужно идти в суд в понедельник, так что я пропущу тренировку». Он ответил: «Не волнуйся, всё будет хорошо, приступишь к занятиям во вторник». Но я вернулся лишь через два месяца, отсидев срок».
Во время игровой карьеры неумение читать и писать создавало Чарли немало трудностей. Он признавался: «На встречах с болельщиками в «Брайтоне» я девять лет сидел рядом с Ричардом Карпентером. Если кто-то из фанатов просил автограф в духе «наилучшие пожелания Джо Блоггсу», тот писал «наилучшие пожелания Джо Блоггсу от Ричарда Карпентера», а я дописывал «и Чарли Оутвея». Но сложнее всего мне приходилось при заключении контрактов. Тяжело было признаваться секретарям клубов: «Послушайте, я не умею писать».
«Что я буду делать, когда закончу играть в футбол?»
Лишь в 30-летнем возрасте Чарли взялся за обучение. Он обратился в Королевский военный фонд и поступил на курсы повышения грамотности для взрослых. Дело в том, что Оутвэй меньше всего на свете хотел после завершения карьеры вернуться в тёмное прошлое, из которого выбрался с таким трудом. Он вспоминал, как однажды на вопрос одноклубника по «Брайтону» Махета Моланго, что пугает Чарли сильнее всего на свете, ответил: «Что я буду делать, когда закончу играть в футбол».
Как мы уже знаем, завершение карьеры вышло не таким страшным: повесив бутсы на гвоздь, Оутвэй вошёл в тренерский штаб Густаво Пойета. Сначала поработал в любимом «Брайтоне», а затем отправился с ним в путешествие по миру: холодный Сандерленд, где они чудом спасли «чёрных котов» от вылета, жаркая Испания с негостеприимным «Бетисом» и загадочный Шанхай, где Чарли уговаривал Карлоса Тевеса, имевшего в клубе личного повара и тренера по гольфу, бегать на тренировках.
«Когда родственники звонят мне и плачут в трубку, говоря: «Спасибо, что вернули нашего ребёнка»… Это ни на что не променяешь»
Заработанные в Китае деньги Оутвэй не потратил на развлечения и дорогие машины. После Шанхая он попрощался с Пойетом и отправился в родной Лондон, где присоединился к фонду, спасающему таких же неблагополучных детей, каким был он сам. На вопрос, трудно ли иметь дело с проблемными подростками, Чарли с присущим ему чувством юмора отвечает: «Если они меня и обзывают, то всё равно не так часто, как Гус Пойет, когда я слишком быстро отдавал мяч сопернику».
Чарли не раз получал предложения войти в тренерский штаб того или иного клуба, но он уже полностью посвятил жизнь новому вызову. К тому же Оутвэй считает, что карьера и так вышла неплохой: «Мы были с «Бетисом» на предсезонной подготовке в Германии, когда стало известно, что в первом туре нам играть на выезде против «Барсы». Я подумал: «Парень из ниоткуда едет в Барселону в составе тренерского штаба и готовит свою команду к матчу против Месси? Ну и ну». Я уходил с тренировки, не переставая чесать затылок».
Чарли с ностальгией вспоминает свою футбольную карьеру, но с ещё большим восторгом говорит о нынешней работе: «Когда родственники звонят мне и плачут в трубку, говоря: «Спасибо, что вернули нашего ребёнка»… Это ни на что не променяешь».
Текст: Даниил Шульман-Симаков.
Если вам понравилась эта статья, подписывайтесь на ROCK’n’BALL в соцсетях, где я ежедневно публикую интересные авторские материалы: VKи Telegram.
Комментарии