Пьянич о переходе в РПЛ: «Некоторые страны в похожей ситуации, но отношение к ним другое – так не должно быть. Надеюсь, ФИФА вернет Россию»

Ранее футболист сборной Боснии и Герцеговины, перешедший в ЦСКА, выступал против проведения товарищеского матча со сборной России.

– Мог ли ты представить два года назад, когда давал то интервью о нежелании играть со сборной России, что окажешься в ЦСКА?

– Из-за ситуации, которая складывалась на тот момент, нет.

Но нужно кое-что прояснить: в том самом интервью я говорил лишь о личной безопасности. Тогда только-только начались события на Украине, и мы не знали, что вообще происходит в стране.

Сейчас я в России, и, несмотря на то что ничего не закончилось, я вижу, что здесь безопасно. Да, к сожалению, что-то происходит. Но я приехал из страны, где уже случалось подобное... И я видел, сколько людей страдало.

Мой комментарий был исключительно о том, что мы не знали, насколько безопасно проводить матч в России. Это была позиция всей сборной на тот момент.

Сейчас я здесь, и мне нечего стыдиться, не из-за чего переживать. Все мои слова касались лишь безопасности. Ничего более.

Я хорошо знаю страну, уважаю россиян, равно как и любого человека другой национальности. У меня никогда не возникало проблем в этом плане ни с одной командой, ни с одним игроком.

Для меня было странно, что мне задавали такого рода вопросы в последнее время. Ведь эти слова не были сказаны против страны.

– Переходя в ЦСКА, ты о них не жалел?

– Опять же, я не знаю, о каких именно словах вы говорите. Поэтому не понимаю, о чем должен жалеть.

Я не говорил ничего плохого – про Россию, Бразилию, Францию или любую другую страну. Этого просто не было. О чем жалеть, если я беспокоился о своей безопасности?

Но знаете, я надеюсь, что завтра же ФИФА вернет Россию к участию в международных соревнованиях.

Потому что вижу, что происходит во всем мире. Некоторые страны в похожей ситуации, но отношение к ним совершенно другое. Так не должно быть.

Конечно, я надеюсь, что все закончится как можно скорее. Не хочу, чтобы кто-либо в мире страдал. Это мое желание, которое, надеюсь, скоро осуществится, – сказал Миралем Пьянич.