Бывший капитан «Спартака» Егор Титов прокомментировал возможное назначение Мурата Якина, ранее возглавлявшего «Базель», на пост главного тренера московской команды.
«В последние годы его «Базель» не раз удивлял. Вспомните его матчи с «Челси», обыгрывал он «Тоттенхэм», «Зенит». Якин — амбициозный тренер, он показал, что может создать боеспособную команду, даже не имея звезд в составе.
«Базель» был мне очень симпатичен, играющая команда. Так что жду с нетерпением первого матча под руководством Якина.
Были у нас и Скала, и Лаудруп, и Эмери. Получалось не у всех. Опаска сейчас присутствует. Но нужно что-то пробовать. Если кандидатура Аленичева отпала, то будут пробовать Якина, хотя я не знаю, чем Аленичев хуже.
Дима за 3 года вывел команду из любителей в премьер-лигу. Но если назначат Якина, то давайте болеть за него, переживать за него. Я имею в виду себя и болельщиков «Спартака».
Аленичев? Да, он был готов возглавить «Спартак». Об этом знали все», – отметил Титов.
Комментарии
– Допижонились! – обречённо прошептал Титов.
"Спартак-Кола" - это класс,
"Пепси" вылей в унитаз!
Увидев ящик, у Робсона отвисла челюсть, и цвет его кожи приобрёл лиловый оттенок. Цымбаларь спрятался за Робсона, Робсон за Юрана, Юран притворился мёртвым, остальные просто оцепенели от ужаса.
Специальный нагрудной знак
– Я отказываюсь в это верить! Вашу мать!!! Сто тысяч болельщиков "Спартака" пришли посмотреть на лучший клуб мира. И что они видят? – Романцев остановился посреди комнаты, окутанный едким, густым облаком сигаретного дыма.
Футболисты дружно начали кашлять и махать руками. Наконец, Львов с грохотом опустил перед великим тренером на пол тяжеленный ящик и привычно заблокировал своим телом дверь. Игроки в полуобморочном состоянии заворожённо следили за каждым движением Олега Ивановича.
– Ты что же, сукин сын, не знаешь, что "Спартак" играет в Стеночки-Забегания? – воскликнул Романцев, с ненавистью глядя на Васю Баранова, и резким движением открыл ящик.
Становится понятным мистический ужас окружающих. В ящике посреди кусочков льда в двухлитровых пластиковых бутылках зловеще плещется … "Спартак-Кола"! Баранов хотел что-то возразить Олег Иванычу, но не успел. Ловко выхватив бутыль, тренер мастерски, почти без замаха, влепил её точно в лоб Василию. Бедняга медленно стёк со стула.
– А ты чему радуешься, бананоед?
Вторая порция Колы умчалась на встречу с Робсоном. Бразилец пробормотал что-то про режим апартеида в ЮАР и повалился на пол. Далее раздача прохладительных напитков и ценных указаний пошла по привычному сценарию.
– Ну кто же так бегает? Мешок с деньгами?!
И игрок стоимостью в три миллиона баксов безжалостно сражён веским двухлитровым аргументом тренера.
– Всего двадцать падений в штрафной за тайм!
И увесистая бутыль нашла удивлённого Юрана. Тот с диким воплем рухнул мордой вниз и по привычке потребовал пенальти.
– Соберитесь, уроды! Народная Команда не должна проигрывать каким-то оборванцам из пердяевки!
После каждой реплики ОИРа "Спартак-Кола" со свистом уносилась к очередному игроку. Ящик быстро пустел. Одновременно пустели и стулья, занимаемые игроками.
– Покажите этим засранцам, кто в России хозяин! – крикнул Романцев и гордо выпрямился.
Точный неожиданный бросок – и, тяжело охнув, на пол опускается Капитан Красно-Белых.
– А ты, мазила, долго ещё будешь мазать?
Ширко, сбитый могучим ударом, вместе со стулом отлетает к стене.
– Сколько можно долбить по своим воротам?
Ковтун, как всегда, отбил головой летящий к нему предмет и тут же пожалел об этом.
Романцев заглянул в ящик и увидел там последнюю бутылку с ритуальной жидкостью. Оглядев комнату в поиске последней жертвы, тренер в самом дальнем углу обнаружил лишь одиноко сидящего Филимонова.
– Вот ты где, дармоед! Как жрать, так ты – полкоманды!
Романцев выхватил бутыль, широко размахнулся, и, громко крякнув, швырнул снаряд в направлении физиономии лучшего голкипера всех времён и народов.
Бутыль, радостно побулькивая, понеслась к своей жертве. Но не тут-то было! Раскрыв свою огромную пасть, Филимонов приготовился сделать очередной сэйв. Выцелив двухлитровую бутылку, вратарь схватил её зубами поперёк, как щука карася, и быстро сжал челюсти. Раздался адский хруст, затем громкий хлопок и вся комната в одну секунду оказалась залита зловонной, шипящей жидкостью. Игроки вылезли из-под поваленных стульев и стали обалдело пялиться на Филимонова. Тот медленно разжевал бутылку и выплюнул пластиковый брусок под ноги тренера, улыбнулся и сказал:
– Да пошутил я!
Олег Иванович застонал, выронил изо рта сигарету и упал в обморок прямо на руки Львова.
– Врача! Врача! Где Васильков? – оглушительно завизжал пресс-портье, пытаясь вставить сигарету обратно, но не тем концом.
Больной задёргался, очнулся и, вскочив на ноги, заорал:
– Вон!!! Все – вон! Идите и выиграйте этот сраный матч!
Львов бросился к игрокам. Хватая их за шиворот, он пинками выпроводил их из раздевалки.
Филимонов единственный среди своих партнеров без видимых внешних повреждений бодро шёл в направлении зелёного газона. Остальные плелись, украшенные синяками и шишками, не отрывая изумлённого взора от крокодильей пасти своего голкипера, из которой ещё торчали куски пластика.
– Да пошутил я! – то и дело повторял вратарь…»
- Не знаю, чем Аленичев хуже Якина
Корр.
- А ваш свояк Гунько? Тоже не знаете?
Титов:
- Теперь уже знаю.