Суданская рулетка.
Отнюдь не завышенные ожидания и высоченные рейтинги матчей с участием «Сперс» (согласно Nielsen, 6-я команда НБА по количеству средних просмотров) и конкретно Виктора Вембаньямы (второй самый просматриваемый игрок в соцсетях – 2,43 млрд просмотров, впереди только Леброн – 2,85 млрд) вновь подняли вопрос о том, а имеет ли рост значение.
Предмет дискуссии распространился на все сферы медиа, часть из которых по привычке отреагировали вирусным контентом. В частности, обнаружением «нового Вембаньямы». Летом хайлайты и нарезки тренировок 18-летнего австралийца Джонгкуча (или просто Джей Кея) Мача сперва набирали миллионные просмотры, а затем стали вызывать антропологический интерес, связанный с происхождением необычного паренька.
Тут же оказалось, что уникальная физиология Мача уходит корнями в Южный Судан, а конкретнее в племя динка, которое пусть и регулярно, но без особо успеха поставляет сухопарых гигантов в НБА. Для того чтобы понять, почему люди, идеально сложенные для игры в баскетбол, не способны преуспеть в ней, всего-то достаточно заглянуть в IX-й век до нашей эры.
Что за динка и откуда они взялись?
Вы наверняка слышали теорию о том, что первые люди появились на территории современной Африки.
Что ж, для самих динка это никакие не теории, согласно их собственным представлениям первыми людьми, созданными Богом (на их диалекте – Денгдит, «великий дождь»), были Гаранг (мужчина) и Абук (женщина), которых считают аналогами Адама и Евы. Денг был их первенцем, от которого и произошли все люди, включая представителей динка.
Относиться к подобному мифотворчеству можно как угодно, но так или иначе упоминания динка присутствуют в Библии. В частности, в пророчестве Исайи 18:1-7, обращенном к царству Куш (древней Эфиопии/Нубии), существовавшему на территории современного Северного Судана и Южного Египта. В нем описывается могущественная страна, населенная гигантскими людьми с гладкой кожей и разделенная реками. Именно кушиты и считаются историческими предками суданцев.
Этот регион Нубии был колыбелью ранней цивилизации, породившей несколько поколений обществ, занимавшихся торговлей и промышленностью. Столь бурное развитие в итоге и привело к тому, что кушиты стали одними из главных конкурентов Египта, который впоследствии на протяжении веков воевал, торговал и обменивался с Кушем культурными ценностями.
Сперва, будучи не столь искусным в военном деле, как огромные армии египтян, на протяжении практически пятисот лет Куш был низведен до уровня небольшого протектората Египта, вынужденного платить дань фараону и балансирующего на грани полного культурного уничтожения. Но в 750-м году до нашей эры после многовековой доминации Египет оказался в крайне шатком положении. Империя теряла ближайших союзников, а ее территории постепенно переходили во владение многочисленных соперников. Тогда-то кушитский царь Кашта увидел свой шанс и возглавил нападение на ослабленного врага, что привело к историческому результату – в течение следующего столетия Египтом правила династия кушитских царей и цариц.
Причем, как ни странно, триумфальное завоевание Египта не обернулось катастрофой для покоренных, а скорее наоборот.
Портал worldhistory.org в своих исследованиях подчеркивает, что кушитские фараоны продолжали следовать египетской политике и уважали египетские верования. Они активно восстанавливали храмы и памятники по всей долине Нила и строили новые монументы, тщательно соблюдая традиционные египетские верования и строительные традиции. Согласно данным Heritage Daily, некоторые из самых узнаваемых египетских исторических мест – Мемфис, Карнак и Джебель-Баркал – были восстановлены именно в период кушитского правления в Египте.
Оборотной стороной столь уважительного отношения к культуре, а также развитию строительства и земледелия стало ослабление военной мощи. Если Египет строил империю, основываясь на завоевании новых земель и наращивании войск, то Куш распределил приоритеты иначе, за что и поплатился. По прошествии ста лет – мизерные сроки в исторической перспективе – ассирийцы изгнали кушитов сначала из Мемфиса, а затем и с оставшейся части их египетских территорий.
Кушитское царство отступило от Египта и больше никогда не обладало там значительной властью.
Звучит как история с плохим концом, хотя в действительности это было только начало. В период с 600 года до нашей эры до 300 года до нашей эры ассирийцы и египтяне упрямо оттесняли кушитов на юг, пока наконец не ослабили давление. После долгих лет гонений кушиты пришли в себя и начали заниматься тем, к чему у них всегда лежала душа. Выбрав новую столицу – Мероэ, царство приступило к восстановлению и расширению влияния за счет торговли, разработки новых методик строительства и даже открытию оригинальных принципов металлургии.
Некоторые исторические записи свидетельствуют о том, что после вынужденного ухода на юг Куш стал настолько влиятельным, что сам Александр Великий предпочел оставить его в покое.
К 300 году до нашей эры Куш официально вступил в годы своего прайма. Царство отказалось от использования иероглифов, создало свой язык (мероитский) и всячески старалось уходить от египетской эстетики, все больше ориентируясь на создание собственной культуры.
С запросом на свою культуру росли и территориальные аппетиты. Только вот повторить трюк, который некогда был проделан с Египтом, во второй раз не вышло.
В первом веке до нашей эры кушиты разграбили Асуан, город, находившийся на границе между Кушем и Римской империей. Римляне, не привыкшие мириться с территориальными вторжениями, в ответ отправили военную экспедицию в самые недра Кушитского царства. Столица Куша была захвачена в 22 году до нашей эры. Тогда же был создан постоянный гарнизон для поддержания римского господства. После нескольких безуспешных попыток вернуть территории некогда величественное, хотя и достаточно своеобразное, царство превратилось в вассала Римской империи, крошечную грядку на заднем дворе величайшей цивилизации, которую когда-либо видел древний мир.
Само царство пришло и ушло, но многочисленные племена, произошедшие от него, рассредоточились по территории Африки, хотя бы одним своим видом напоминая о былом величии Куша.
И наиболее внушительно в данном случае выглядят двухметровые представители племени динка, которое – как считается – выделилось среди остальных нубийцев после крушения государства Алва, наследовавшего Кушу в средние века. Начиная с XIII века царство, расположенное на территории современного центрального и южного Судана, стало приходить в упадок из-за засухи, изменения торговых путей, военных конфликтов, а потом и чумы. Официально конец Алвы датирован началом XVI столетия, когда под натиском арабов пала столица Соба, и тогда же и фиксируют, что предки народа динка мигрировали на юг с территорий вокруг современного Хартума, на слиянии Голубого Нила и Белого Нила.
Именно сложное происхождение племен, не затронутых исламизацией, привело к гражданской войне в Южном Судане, которая продолжается с 80-х годов XX века и привлекла внимание к региону после нескольких этнических чисток.
Почему эти динка такие огромные?
Для столь гигантских габаритов одной причины недостаточно, поэтому здесь уместно говорить именно о совокупности факторов.
• Генетика
В науке он обозначается как полигенная обусловленность роста. 70% этнических групп в Южном Судане относятся к нилотской этнической группе. Все эти этносы – не только динка, но, например, нуэр и шиллук – обладают генами, которые смещают распределение роста в сторону более высоких значений. Исследования британских ученых показали, что аллели и полигенные показатели, связанные с высоким ростом, более распространены в этих группах, чем во многих других популяциях.
Что интересно, динка на фоне других нилотов не отличается ростовой доминацией, их средний рост составляет 182-190 сантиметров по разным оценкам, и этот показатель более или менее сопоставим с остальными. Главное отличие племени в том, что само количество ростовых аномалий случается чаще, чем в случаях с другими этносами, обитающими не только в Южном Судане, но и других странах Африки вроде Руанды.
• Рацион
Коровы для племени динка не просто священные животные – это валюта, приданое, предмет торга, способ бартера и, разумеется, источник питания. Но в случае с данным африканским племенем речь в большей степени о молочных продуктах и их производных, богатых белком и жирами (молочные сыворотки, блюда из домашнего сыра и тому подобное).
Мясо тоже потребляется, но оно не является основой диеты динка, а даже если бы и было, то его роль все равно не была бы столь велика. Потому что в данном конкретном случае высокий рост – это результат не только потребления большого количества белка и калорий, а потребления их в раннем возрасте. Динка впитывают их, начиная с внутриутробного развития, тем самым еще не родившись реализуя генетический потенциал для высокого роста.
В регионах с достаточным питанием генетический потенциал для высокого роста реализуется в полной мере. И наоборот, широко распространенное недоедание в детском возрасте может привести к замедлению роста во взрослом возрасте, даже если генетически человек предрасположен к высокому росту. В сельских районах Южного Судана в рацион некоторых групп традиционно входят злаковая культура сорго, молоко, мясо и рыба – источники белка и кальция, способствующие росту.
Диета, которую большинство спортсменов по всему миру скрупулезно выстраивают при помощи дорогостоящих нутрициологов, для динка естественный рацион, к которому они привыкают, едва выбравшись из материнской утробы.
• Экология и естественный отбор
Человек – тоже животное, и это утверждение без язвительного подтекста. Когда речь заходит о терморегуляции, ученые сходятся во мнении, что более высокие и худощавые люди с длинными конечностями (эктоморфы) лучше отводят тепло в жарком и засушливом климате. Это же соответствует правилу Бергмана и Аллена, которое утверждает: теплокровные животные меняют форму и размер тела в зависимости от климата. Северные виды крупнее южных, а у особей, обитающих на юге, длиннее уши, ноги и хвосты. Иными словами за долгое время обитания в субэкваториальном климате физиология племени Динка адаптировалась к местным особенностям естественным образом.
Конечно же, это не случилось само по себе, приходилось прилагать некоторые усилия. Поскольку основной вид деятельности динка – скотоводство, а часть племен и вовсе ведет кочевой образ жизни, предполагающий физическую нагрузку, то это тоже сыграло свою роль. Длительные пешие переходы как минимум могли способствовать закреплению высокого роста за счет дифференциальной выживаемости – процесса, при котором особи с полезными и часто приобретаемыми признаками живут дольше и оставляют больше потомства, чем другие.
В эту же категорию попадает и половой отбор. Для начала брак в племени динка обязателен. Можете считать это повинностью, как угодно, но истории про одинокого альфача или самостоятельную и независимую – это в другое окошко. Здесь каждый мужчина должен создать семью и может жениться, как минимум, на одной женщине. Большее количество – приветствуется.
При этом, как и у других нилотских народов, половые отношения у динка предназначены только для социального воспроизводства. То есть прелюбодеяние запрещено. Накосячивших перед супругой (одной или всеми сразу) массово презирают и подвергают крупным штрафам (отнимают коров, наличные и все что есть). Иногда измена и вовсе становится источником конфликтов и межклановых столкновений. Инцест немыслим и вызывает редкое отвращение.
Все это создает модель в основе своей цивилизованного брака, где семьи образуют люди со схожей генетикой, разнятся только география племен или их социальная принадлежность. Мужчины, у которых много потомков, это относительно богатые люди, отличающиеся высоким ростом. Известно и то, что предпочтение в этом обществе отдается высоким женщинам. Из-за географической изоляции динка женятся в основном на соплеменниках. При таких раскладах шансы, что у двухметрового супруга и такой же избранницы вырастет сын, способный поставить пепельницу на верхний край баскетбольного щита, довольно высоки.
• Исключительность
Любопытный фактор, который часто оказывается на задворках всеобщего внимания. А зря, ведь это то, о чем мы говорим.
Исключительность физиологии динка часто увеличивается сугубо за счет неоднородности выборки. Посудите сами, мы вспоминаем об этих удивительных людях, когда речь заходит об уникальных атлетах, беженцах, новостных сводках и так далее. Только когда есть медийный повод упомянуть об аномальных гигантах из Африки. В действительности не каждый представитель динка – это Манут Бол, хотя мы так часто думаем, потому что знаем в основном о нем и ему подобных.
Средний рост жителей Южного Судана различается в зависимости от региона, и не все этнические группы могут похвастаться высоким ростом. Даже в рамках одного отдельно взятого племени как динка есть те, кто ниже средних 180+ сантиметров. Но поскольку мы реагируем на примеры конкретных, гипервысоких представителей племени, то часто на основе этих данных и делаем обобщенные выводы.
Здесь сама собой напрашивается инициатива: почему бы НБА или любой другой лиге не заслать в Южный Судан своих скаутов, чтобы они мониторили самых породистых представителей динка с целью потокового трудоустройства в США или Европе. Но все не так просто.
Почему динка не шибко преуспели в НБА?
Глобализация и прогресс неизбежны, это испытывают на себе и представители динка, в культуру которых проникли современные культурные идеи, потихоньку вытесняющие их традиции и обычаи. Многие динка приняли христианство или ислам и носят европейскую одежду: нагота и ношение шкур – редкое явление даже в скотоводческих лагерях.
И все же среди большинства племен Южного Судана динка, несмотря на то что являются самым крупным (4,5 миллиона), меньше всего затронуты модернизацией. Причиной такого упрямого консерватизма считают гордость и этноцентризм, берущий начало еще со времен царства Куш. Тем более у динка есть стержневой элемент культуры – скотоводство, которое обеспечивает их всем.
В том числе и развлечениями. Традиционный спорт среди племени динка популярен, но не слишком, куда большим почетом пользуются соревнования по танцам, в ходе которых участники имитируют битвы быков. Здесь никто не стремится стать Джей Джей Окочей или Дикембе Мутомбо, поэтому скаутить здесь «нового Вембаньяму» – дело неблагодарное.
Куда больших шансов отыскать спортивный талант у выходца племени динка среди переселенцев. У бегущих от постоянных междоусобных конфликтов и желающих осесть в цивилизации не так много конечных адресов, часто это Египет, в единичных случаях Англия, но в основном – Австралия. Именно там приживаются либо уже рождаются те, в чьих жилах течет кровь динка. Просто потому, что для австралийского спорта Южный Судан является чем-то вроде Суринама для Нидерландов. Огромное количество австралийских скаутских программ созданы либо в соавторстве с лагерями беженцев из Судана, либо ведут рекрутинговую работу напрямую. Баскетбольные организации Savannah Pride, Canberra Eagles Sports Association, Basketball Australia Centre of Excellence (именно они нашли Мача) проводят турниры, инициируют мастер-классы и всячески пытаются раскопать тот самый бриллиант среди стада коров.
Пока не сказать, что получается.
И причина не только в нехватке кандидатов, а все в тех же уникальных физиологических свойствах высокорослых экземпляров племени динка. Дело в том, что для их исключительной длины рук и ног у них непропорционально короткое тело, которому сложно контролировать механику таких конечностей. Тем более, когда речь идет о динамичной, контактной, построенной на ускорениях игре вроде баскетбола. У ярко выраженных суданских эктоморфов есть длинные руки и ноги, но отсутствует мышечный каркас, который при их телосложении крайне тяжело нарастить.
Более того, попытки сделать это наверняка будут сопряжены с частыми травмами, поскольку сама структура скелета не в состоянии нести на себе такой вес мышц.
Опять же, надо оговориться, что речь именно о гигантах типа Манута Бола, Тона Макера или Атера Маджока. В современном спорте достаточно примеров, когда среднестатистический динка (тот, который не обязательно под 211 сантиметров) при правильном выборе вида спорта вполне способен преуспеть. Например, кузен Матура и Тона Макера Алиир Алиир, который при росте в 194 сантиметра нашел себя в жестком австралийском футболе и стабильно выступает за «Порт-Аделаида». Есть удивительный прецедент Авира Мабила, миниатюрного (178 сантиметров) динки, родившегося в Кении, а после переехавшего в Австралию. Там он профессионально начал заниматься футболом, получил гражданство и после успешного сезона-2025/2026 в испанском «Кастельоне» съездил в составе сборной Австралии на недавний чемпионат мира.
Но и это не предел мечтаний. Одним из грядущих олимпийских сюрпризов и очередным претендентом на титул «преемника Усэйна Болта» справедливо считают австралийского 18-летнего спринтера Гоута Гоута. И пусть родился он в австралийском Ипсвиче, имя с головой выдает его происхождение. При росте 183 сантиметра, длинных и тонких ногах Гоуту пока не хватает техники и изящества ямайца, но талант и необходимые физические данные там точно есть. Это признал и сам Усэйн, после того как в апреле Гоут побил его юношеский рекорд на 200 метров.
Так что не все динка высокие, и не все должны играть в баскетбол. А если и должны, то не факт, что получится. Из тех, что были замечены в НБА, доказательного и бесспорного успеха добились только двое: Манут Бол и Луол Денг. Тон Макер, Бол Бол, Атер Маджок, Мариал Шайок, Уэньин Гэбриэл не снискали особого успеха и, помыкавшись между лавкой запасных, клубами G-лиги и больничной койкой, в лучшем случае переехали в Европу.
Сейчас суданское великолепие представлено двумя «большими» «Финикса»: Хаманом Малуачем, отыгравшим один сезон, и Дуопом Ритом, а также центровым Тоном Макером, который пытается вернуться в лигу в составе «Филадельфии».
И тут тоже не стоит торопить события. Как показывает опыт, за карьерой каждого представителя динки в НБА стоит такая же тяжелая и нестабильная история, которая была свойственна самому племени на протяжении долгих веков.
Фото: Gettyimages.ru/Bongarts, Paula Bronstein, Spencer Platt
Комментарии