Станислав МАКШАНЦЕВ: "В игре нельзя думать. Надо реагировать"
''Новосибирский "Локомотив-Сибирьтелеком", дебютирующий в суперлиге "А" российского чемпионата, первый отрезок сезона провалил, прочно утвердившись в подвале таблицы. Руководство клуба, признав финансовые трудности, избавилось от сенегальца Шейха Диа Яя и американца Брайана Нотри, и перспективы "Локо" казались плачевными. Однако в последних 9 матчах "Локомотив" неожиданно одержал 5 побед. Одним из основных "виновников" всплеска стал нападающий Станислав Макшанцев, с 23 очками в среднем за матч возглавляющий список снайперов чемпионата России. С лидером "Локомотива" побеседовал корреспондент "Известий" Владимир Данилевич.
- Мало кто предполагал, что с уходом легионеров "Локомотив" не развалится, а напротив, прибавит в игре.
- С уходом иностранцев изменилась психология российских игроков. Раньше у нас была одна задача -- снабдить мячом Диа или Нотри, и ждать, чем закончится их атака. Теперь никто не тянет одеяло на себя. Появилось взаимное доверие, чувство локтя. Отсюда и результат. Конечно, попасть в восьмерку будет тяжело, но шанс остается.
- Вы возглавляете список снайперов российского чемпионата, хотя еще в прошлом сезоне подобной результативностью не выделялись...
- Особых секретов нет. После тренировок часто остаюсь ради индивидуальной работы -- над броском, над скоростью, над выносливостью. Не думаю, что у меня есть талант. Просто я очень настырный. Если раньше спокойно относился к профессии баскетболиста, то теперь просто заболел. Бывает, что проснусь в три часа ночи и начинаю придумывать упражнения, чтобы улучшить технику броска, скорость. В выходные дни мы с братом изучаем видеокассеты с нашими играми и делаем коррективы в тренировочном процессе.
- В Новосибирске вы оказались после сезона в подмосковном "Динамо". Не жалеете о своем выборе?
- Нисколько. Перед сезоном у меня было несколько предложений, но самые реальные -- из Германии и Новосибирска. Новосибирцы заинтересовали меня больше.
- В России довольно плохо знают об американском этапе вашей карьеры...
- Началось все с того, что я выезжал с молодежной сборной на разные турниры и на одном из них получил предложение от тренера Лэрри Дэвиса из университета Миннесоты. В 17 лет полетел в США, отучился два года в колледже, а затем еще два года в Университете Фурман, куда перешел Дэвис. Это были самые сложные годы в моей жизни: сумасшедшие нагрузки, тренировки по три раза в день. При этом надо было успевать учиться, потому что американские преподаватели за неуспеваемость могут не допустить игрока до игр. Сражался на обоих фронтах, из-за чего страдал от хронического недосыпа. Несмотря на эти лишения, считаю, что американский период стал прекрасной школой.
- Варианты продолжения карьеры в Америке были?
- Предложили вариант в АВА (одна из низших лиг. -- "Известия"), но меня это никак не устраивало. Решил, что лучше отправиться в Европу, отыграть там несколько сезонов, а затем -- если получится -- попробовать силы в НБА.
- У вас есть какой-нибудь ритуал перед началом игры?
- Да, перед матчем я пытаюсь войти в особое состояние, которое в свое время Майкл Джордан называл "зоной". Суть "зоны" в том, что изначально на тренировке ты оттачиваешь каждое движение, каждый бросок, а во время игры отключаешь мышление, и тело начинает автоматически реагировать на ту или иную ситуацию. Баскетбол настолько быстрая игра, что думать во время матча нельзя. Надо просто реагировать.