Загрузить фотографиюОчиститьИскать

    Вольфганг Пихлер: «Снижать нагрузки?! Мы их будем только увеличивать»

    Вольфганг Пихлер, разочарованный и уставший, не стал уходить от неприятного разговора и целый час откровенно отвечал на вопросы Нелли Каревой и Вячеслава Самбура. Почему не ехали лыжи у Зайцевой и Шипулина? Как вырастить такой талант, как Нойнер? Что не понимает российская пресса? Когда Слепцова перестанет «капать» на финишном круге? И, наконец, сколько медалей реально ждать на Олимпиаде в Сочи?

    Вольфганг Пихлер: «Снижать нагрузки?! Мы их будем только увеличивать»
    Вольфганг Пихлер: «Снижать нагрузки?! Мы их будем только увеличивать»

    - В России есть присказка, что лучше всего запоминается последнее. Не боитесь, что после неудачи в эстафете на чемпионате мира о предыдущих успехах никто не вспомнит?

    – Не боюсь. Я очень давно в биатлоне, знаю, что бывают взлеты и падения. Я предполагал, что такой момент наступит рано или поздно, и к нему нужно быть готовым. Говорил девочкам, что нужно продолжать работать и не зацикливаться на неудачах. После эстафеты я сказал, что был разочарован, это правда – у нас были хорошие медальные шансы. Но сейчас я четко вижу причины этого, и знаю, что мы можем их исправить.

    «Для того, что случилось здесь, неудача — не самое верное слово»

    Я и моя команда каждый день работаем так хорошо, как можем. Постоянно обсуждаем, что можно улучшить. В целом, мы довольны сезоном. Первым шагом стала борьба за Кубок наций. Сейчас у нас двое в топ-10 общего зачета, Слепцова — в топ-15. В эстафетах мы трижды были на подиуме. Для того, что случилось здесь, неудача — не самое верное слово.

    Ошибок было много: в миксте у Шипулина, который бежал на последнем этапе, были очень плохие лыжи. В женской эстафете то же самое случилось с Зайцевой. Также я принял неверное решение, поставив Богалий-Титовец на третий этап. Здесь 28 000 зрителей, особая атмосфера — нужны крепкие нервы, чтобы выступать. И я подумал: Богалий справится.

    — Сложилось ощущение, что вы возложили неудачу в эстафете на плечи одной Богалий.

    — Это неправда. Я сказал так сгоряча. Честно говоря, не собирался подставлять ее под удар — наоборот, хотел принять удар на себя. В конце концов, это я принял неправильное решение. Но давайте посмотрим: Слепцова пробежала хорошо, финишировала на 24 секунды позади Бахман...

    — Вы считаете, это хорошо?

    — Да, нас это устраивало. Конечно, она использовала три дополнительных патрона, но такое отставание не было проблемой. Не супервыступление, но все шло по плану.

    — План заключался в том, чтобы привезти отрыв Богалий?

    — Не совсем. Мы предполагали такой вариант: Света не должна привезти большое отставание, Зайцева подбирается к лидерам, затем Богалий пытается удержать позиции, а Гесснер, возможно, ошибается. Если бы, к примеру, Богалий использовала не больше одного доппатрона на стрельбу, мы могли бы продолжать бороться за медали. Расчет был и на ровное выступление Ольги Вилухиной, но к четвертому этапу ее усилия были уже напрасны.

    Мы долго выбирали между Богалий и Романовой. Романова, в принципе, проявила себя лучше. Но я побоялся, что она попросту не справится с нервами.

    ***

    — Вы не фокусировали внимание на большом проигрыше Ольги Зайцевой на ее этапе. Почему?

    — Единственная причина ее отставания — плохие лыжи. Уже с первых метров она не могла удержаться за чешкой. После первого километра стало понятно, что это катастрофа. В предыдущие дни с ее скоростью все было в порядке. В индивидуальной гонке Ольга показала шестой ход — в эстафете она, вероятно, была где-то в пятом десятке. Вероятно, вся проблема в марке лыж. Антон Шипулин тоже столкнулся с трудностями на «Мадшусе».

    — Проблема все-таки в марке или в работе сервис-бригады?

    — Скорее первое. С некоторыми марками возникают проблемы у всех сборных на Кубке мира. 80% спортсменов сейчас используют лыжи «Фишер». Зайцева — единственная из наших девушек, кто соревнуется на «Мадшусе». Это хорошие лыжи, но не суперракеты, которые нужны нам для победы. Если я вижу, что у производителя нет лучших лыж, как я могу быть зол на работу сервисеров? В одинаковых условиях хорошие лыжи и средние могут дать разницу в 30 секунд на круге.

    ***

    — И все же, какие-то позитивные моменты в эстафете вы для себя увидели?

    — Выступление Слепцовой. Неплохой ход, ровная стрельба. Я доволен ее работой.

    «Слепцовой нужно научиться менять тактику»

    — У Светланы есть давняя проблема: она часто много проигрывает на последнем круге. Есть ли рецепт против этого?

    — По большей части это черта ее характера. Она всегда топит на полную, атакует на первом круге, и из-за этого может что-то терять на последующих. Ей нужно научиться изменять тактику. В последнее время ей это все чаще удается. К примеру, в Оберхофе у нее был великолепный последний круг в масс-старте — второе время. В Эстерсунде она вообще была лучшей на дистанции. Рано ли поздно Светлана научится справляться с этой проблемой.

    — В начале чемпионата мира казалось, что у Слепцовой появилась уверенность. Хорошая стрельба в индивидуальной гонке — тому подтверждение. Что помешало раскрыться?

    — Я бы сказал, что у Слепцовой получился неплохой чемпионат. Она была действительно хорошо готова. Но падение в пасьюте стало большой проблемой. Света начала бояться и очень медленно проходила спуски и виражи.

    ***

    — Нет ли ощущения, что большая часть команды уже достигла своего «потолка»?

    — Думаю, Зайцева способна сделать шаг вперед. Она еще не достигла своего предела и имеет отличные шансы на Сочи. Богалий на текущий момент достигла всего что могла. Слепцова может улучшить свои результаты, ей всего 25, хороший возраст.

    Меня приятно удивила Шумилова в Антхольце. Глазырина не очень быстра, но хорошо стреляет — нужно присмотреться к ней. Эти девочки обладают хорошим потенциалом, но насколько он в действительности высок — сложно сказать. Пока что чаще выходит так, что спортсменки, которых я беру с Кубка IBU, занимают на Кубке мира 30-е и 40-е места.

    «Такие таланты, как Нойнер, не растут на деревьях!»

    — Бывший тренер сборной России Анатолий Хованцев сказал, что у вас, как и у него, нет особого выбора.

    — Это факт. Но с тем, что у нас есть — мы первые в мире. Две наши девушки — в топ-10. Кто еще может этим похвастаться? Германия, Франция и мы. В этом сезоне у нас 11 подиумов. Зайцева, возможно, проводит лучший сезон в своей жизни. В Кубке мира она лишь однажды была так высоко в общем зачете — в 2005 году.

    — Вы не раз говорили о том, что нам не хватает такого таланта, как Нойнер.

    — Разумеется, они ведь не растут на деревьях! Моя работа заключается в том, чтобы подвести команду к Сочи. Я слежу за результатами всех соревнований и вижу, что сейчас мы можем работать с тем материалом, который у нас есть. Например, талантливая юниорка Подчуфарова — в ней я заинтересован. Галич — не суперталант, но через 3-4 года она может вырасти в сильную спортсменку. Для этого нужно много работать. Хелена Экхольм тоже не была семи пядей, все ее успехи — результат большого труда.

    Очень позитивно смотрю на Ольгу Вилухину. Она молода, проводит отличный сезон, завоевала медаль чемпионата. Это большой шаг вперед. Возможно, она наша следующая большая звезда, увидим через пару лет.

    — Существует мнение, что прогресс Вилухиной — в меньшей степени ваша заслуга, так как в межсезонье она тренировалась в составе команды Б.

    — Это не так. Мы с Ольгой давно работаем вместе. Июнь и июль она провела в команде Б, но начиная с августа мы тренировались по моей программе на совместных сборах. Рупольдинг, Муонио, затем Кубок мира... Семь месяцев совместной работы!

    Меня удивляют подобные вопросы. Я пришел в Россию, будучи готовым помогать, и всегда говорю, что строить хорошую команду мы должны совместными усилиями. Но, как выяснилось, не все готовы работать друг с другом.

    ***

    — Недавно вы заявили немецкой прессе, что российская пресса устраивает на вас травлю. Вы действительно так считаете?

    — Российские журналисты иногда очень жестоки. Многие вещи подаются неправильным образом. Мне действительно кажется, что кто-то платит некоторым людям за то, чтобы они говорили о нас плохо. Допустим, сегодня у нас была неудачная гонка — критика справедлива. Но вот мы показываем хороший результат — например, три девушки в топ-6 в Хохфильцене — и нам говорят, что это плохо. В Контиолахти нас жестко критиковали после того, как в спринте мы заняли 4, 7 и 9-е места. В телерепортажах продолжают ругать на протяжении всего сезона.

    «Российские журналисты иногда очень жестоки»

    — Трое в шестерке в Хохфильцене — это отлично. Трое в топ-8, но без подиума на чемпионате мира — плохо. Таков менталитет российских болельщиков: считаются только медали.

    — Я это понимаю. Но как тренер не могу назвать этот результат плохим. Взять выступление Зайцевой в индивидуальной гонке — она шестая, но как близка она была к медалям. На один промах меньше, и она вторая. Да, это был не успех — но и не провал.

    Надо быть реалистами. Если в нашей команде нет суперзвезд, зачем разрешили уйти Кузьминой, Домрачевой? Еще одна русская девочка выигрывает медали для Казахстана — почему? С этим мы сейчас имеем дело. Посмотрите на юниорский чемпионат мира — спортсменка из Нидерландов выиграла два золота. А где наши девушки? Я привез чемпионку Европы Загоруйко на Кубок мира — она была 44-й и 28-й. Я вижу всю эту ситуацию и потому доволен результатами, которые мы сейчас имеем.

    Понимаю, что на чемпионате мира важны медали. Еще важнее они на Олимпийских играх. Если в Сочи мы финишируем на 4-м, 5-м или 6-м месте — это будет катастрофа. Я не волшебник, и понимаю, что выиграть в Сочи будет очень непросто. Я не обещаю медалей — но обещаю, что мы подготовимся настолько хорошо, насколько это вообще возможно.

    — В предсезонном интервью вы сказали, что не совершаете ошибок в подготовке спортсменов. Готовы признать, что во время двухнедельной подготовки к чемпионату мира ошибки все-таки были допущены?

    — Нет. Все девушки были в хорошей форме. Мы выиграли одну медаль. Количество медалей невозможно спланировать заранее. К примеру, мы не планировали, что Зайцева ошибется дважды в индивидуалке. Ее выступления здесь — вовсе не катастрофичный результат. Слепцова только однажды была так же высоко в личных гонках на чемпионате мира, как в этом году. Вилухина выиграла первую медаль в своей жизни. Окей, Богалий... может быть, было ошибкой ставить ее на спринт, но она была 7-й в Контиолахти, и мы решили дать ей шанс.

    За места на подиуме постоянно соревнуются девушки сразу из нескольких сборных. У нас таких — двое. Если бы мы завоевали медаль в эстафете — все бы сказали: отличный чемпионат!

    — Пожалуй, сказали бы — отличная гонка. Но не чемпионат.

    — В прошлом году в Ханты-Мансийске мы завоевали три медали. Все – у мужчин. Женщины не выиграли ничего. Будь у нас эстафетная медаль в Рупольдинге – я был бы полностью доволен нынешним чемпионатом.

    ***

    — С вашим приходом девушки стали выполнять больший объем тренировок. Некоторые эксперты считают, что спортсменки оказались перегружены...

    — Это не так. Как раз в предыдущий год нагрузок было явно недостаточно. Это вообще была не работа мирового стандарта.

    «Мало быть готовым хорошо: в биатлоне важна и удача»

    — Что поменяется в плане объемов? Будете их снижать?

    — Снижать?! Напротив — только увеличивать! У меня есть план на три года, я собираюсь добиться лучших результатов к Сочи. Женская сборная Швеции, с которой я работал, не была успешной все время с самого начала. Только тяжелая работа привела их к успехам, которых они добились в последние годы.

    — Почему для вас так важен Кубок наций?

    — Он отражает реальный уровень команды. Это значит, что не одна, а несколько девушек сборной показывают хорошие результаты. В конце концов, это престиж для команды.

    — Но победа в эстафете — тоже престиж.

    — Мало быть хорошо готовым: в биатлоне нужно еще и немного удачи. Нельзя говорить, что чемпионат мира — единственное, что важно для сборной. Для меня в этом сезоне основной целью было вывести команду на хороший уровень. В проследний раз российская сборная выигрывала Кубок наций семь лет назад. В олимпийский год мы работаем ради Игр, но в обычный — есть много других важных вещей.

    — Кто-нибудь оказывает влияние на ваши решения, настаивает на своем мнении?

    — Мы всегда советуемся внутри тренерского штаба, но окончательные решения в спорте я принимаю сам — и сам за них отвечаю. Мы показали не лучший результат, и я не особо в настроении говорить с журналистами, давать интервью — но я здесь, перед вами, открыт к общению. Однако я не готов отчитываться за решения, которые принимает кто-то другой.

    ***

    — Был ли какой-то план на этот чемпионат у вас в голове?

    — Две медали. Честно говоря, я ждал, что по крайней мере в одной из эстафет мы будем на подиуме.

    «Плохие дни бывают у всех. Но у нас отличная команда»

    — Насколько вы довольны / не довольны результатами сезона, скажем, в процентах?

    — 70 / 30.

    — Случались ли в вашей тренерской карьере поражения, подобные последней эстафете?

    — Конечно. Бывало гораздо хуже! На домашнем чемпионате мира в Эстерсунде во время смешанной эстафеты мы претендовали на медаль, но Россия опередила нас на последних метрах. Мы остались четвертыми. Вот это было настоящее разочарование!

    — Что для вас лучший способ морально восстановиться после таких гонок?

    — Хмм, дать интервью! Вообще в первую очередь после эстафеты мы с Павлом Ростовцевым глотнули витаминного коктейля. Сейчас, как видите, пропускаю стаканчик пива. Плохие дни бывают у всех. Но у нас отличная команда, в которую я верю. Нельзя оглядываться назад.

    КОММЕНТАРИИ

    Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

    Лучшие материалы