7 мин.

Алексей Швед: «Однажды пришел на тренировку в пижаме»

Прическа, Миннеаполис

– После Москвы не скучно вам здесь? Уж больно тихий город Миннеаполис.

– На самом деле, я уже привык ко всему, мне комфортно, мне нравится… Я уже нормально погулял в свое время, можно теперь и спокойно пожить. Конечно, я ожидал, что здесь любят баскетбол, но чтоб настолько… Это даже не объяснить, как приятно здесь играть. Болельщики подходят, просят сфотографироваться, нормально общаются. Тут нет таких людей, которые пристают, чушь какую-то спрашивают. Все – адекватные хорошие люди.

– Ритуал встречи новичков в команде есть?

– Смотря, в какой команде. У нас как такого ритуала нет. Подарили только розовый рюкзачок. У меня в машине лежит. А кому-то игрушечные детские коляски к шкафчикам ставят. Вообще, у нас молодая команда. Киря – главный ветеран. Поэтому все шутят над всеми, дедовщины нет. Я вот пришел на тренировку один раз в пижаме, было тепло, надел штаны пижамные и пришел на тренировку, все посмеялись, сказали, что классно.

– А с английским у вас как?

– Ну, я в школе его начинал учить. Здесь уроки не брал, просто общаюсь, спрашиваю у Андрея некоторые слова, которые не понимаю. Брат приехал – тоже подсказывает мне. Уже фильмы смотрю, не все могу сказать, но практически все понимаю, и меня начинают понимать.

– Прозвище вам в Америке придумали?

– Называют Алекси, некоторых американцев научили выговаривать Алешка, а еще Слимом зовут – как Slim Shady.

– Вы фанат «Симпсонов» и персонально Гомера Симпсона. Что по приезде в Америку заставило вас вспомнить какие-то моменты из мультфильма?

– Ну, то, что пончики здесь все любят, я их тоже ем. Пиво пьют в основном, крепкие напитки не употребляют – точно как в «Симпсонах».

– Почему вы решился постричься только в Америке, а, играя за ЦСКА, игнорировал все намеки по этому поводу?

– Захотелось поменять что-то. А сейчас уже скучаю по своим волосам. Мне все равно, что мне советуют делать посторонние люди. Я прислушиваюсь только к родным и близким, которые всегда мне объяснят, что мне нужно делать. Захочу – опять волосы отращу. Играть это не мешает.

Алкоголь, машины

– Кто вас навещает в Миннеаполисе?

– Сейчас все уехали уже. А были родители, сестры и их мужья, племянник один – младший самый. У нас большой дом, все поместились, весело отметили Новый год. Мама приезжала – пельменей налепила, закончились, теперь будет девушка лепить. Она у меня постоянно готовит. Очень хорошо готовит. Русская кухня, итальянская, испанская… любая!

– А со стороны клуба в плане еды и алкоголя есть какие-то предписания?

– Особых нет. Если хочешь пива выпить, никто не будет против, главное – меру знать и отрабатывать на тренировках.

– А если с похмелья на тренировку прийти?

– Такого пока не было.

– За рулем тоже правильно себя ведете?

– Я тут на права сдавал американские, сдал не с первого раза, потому что у них очень строго. Поворотник забыл включить – значит, не сдал. Уже, наверное, привык здесь ездить. Здесь тебя не останавливают, если не нарушил, так вот меня ни разу не остановили. Если сейчас приеду в Москву, первые дни буду в шоке.

– А какая у вас любимая машина?

– BMW X5 и X6. Здесь взял X5, сразу как приехал. Здесь водить очень классно, пробок нет. Мне пять минут ехать до зала. Говорят быть в 12:30, а я выезжаю в 12:20 из дома и не опаздываю никогда.

Сборная

– Как вы считаете, новый тренер сборной России Кацикарис равнозначная замена Блатту?

– Я не могу так сказать. Блатт очень многое сделал для сборной. Было непонятно, почему его не оставили. Выиграли с ним европейское золото и бронзу, взяли бронзу на Олимпиаде, и потом его не подписывают… Я не знаю всего, что происходило, я вообще находился здесь, когда это решалось. Хорошо было бы, если б Блатт остался. Но пришел Кацикарис, будет строить что-то заново. Я знаю Кацикариса по «Бильбао», мы играли против них. Он ставит своим командам быстрый баскетбол, с большим количеством пик-н-роллов. В принципе, как я люблю.

– Как вы отнеслись к жесткой критике в свой адрес из уст уважаемого комментатора Владимира Гомельского, которая звучала во время трансляций матчей Олимпиады?

– Меня это не задевает, но это неприятно было слышать моим родственникам, моим друзьям. Я очень уважаю этого человека, но считаю, что комментатор не должен так делать. И не только про меня плохо говорилось в эфире, а про половину сборной.

– То есть вы считаете, что на Олимпиаде не зарывались в каких-то моментах?

– Я на Олимпиаде делал так, как считал нужным. Я не должен оправдываться перед кем-то за какую-то ошибку, в тот момент я считал, что должен действовать именно так!

– Андрей Кириленко сейчас размышляет, продолжать ли ему карьеру в сборной. Вы с ним эту тему обсуждаете?

– Не, я в это не лезу, пускай он сам принимает решение. У Андрея большая семья, и все эти годы он толком не мог проводить с ней время. Хотя он вполне может продолжить, бегает на тренировках быстрее меня…

– Бронза Лондона в обозримом будущем – это потолок для сборной России?

– Я так не считаю, но для меня это очень важная, на данный момент главная награда. В будущем может случиться что угодно, один матч играешь в плей-офф большого турнира неудачно, и все. Но я знаю, что медаль у меня уже есть, чего-то я достиг.

Айверсон, журналисты, брекеты

– Вы сейчас работаете под руководством великого тренера Рика Адельмана. Главное ваше впечатление?

– Он очень спокойный человек. Не будет на тебя кричать, спокойно все объяснит, ты все поймешь и сам захочешь в следующий раз сделать правильно. Человек полностью доверяет, и не только мне, но и многим нашим игрокам.

– У вас есть какой-то лимит по количеству бросков с игры от тренера?

– Здесь по-другому, промахиваешься, но тебе все равно говорят: «Бросай!». Если открытый – бросай. И не надо думать, что ты промахнулся пять раз до этого, можешь еще пять раз бросить.

– Как к вам относятся местные журналисты?

– В НБА, даже если ты что-то неправильно сделал, все равно тебя стараются поддерживать – и журналисты, и болельщики. Ни разу мне ничего плохого не говорили даже после неважной игры.

– После травмы голеностопа как вы собираетесь оберегать опорную ногу?

– До конца года буду ее тейповать, а потом перестану, потому что не могу так играть – мне надо, чтобы нога чувствовала себя свободно, а в высоких кроссовках и с тейпом это невозможно…

– Вы играете с брекетами – специальную капу отливали под них?

– Я вообще без капы играю. Три раза уже за карьеру очень сильно по зубам получал, но с капой не могу – дышится плохо. А брекеты через три месяца снимаю. После трех лет, как я их ношу, очень этого жду!

– Вы называете своим кумиром Аллена Айверсона, как многие считают, антибаскетболиста, который играл только на себя и ради себя. С годами вкусы меняются. Или нет?

– Аллен Айверсон – гений. Да, он так и не выиграл перстень, но он мог обыграть на площадке всю команду соперников. Считаю, что он самый техничный баскетболист НБА всех времен.

– Какое место в НБА вы отводите себе? Ну, хотя бы среди дебютантов Ассоциации.

– Считаю, что я играю не хуже тех людей, которые пришли с драфта в этом году. Я и постарше – мне уже не 20 лет, а 24.

– В чем вам нужно прибавлять, чтобы сделать успешную карьеру в НБА?

– Да во всем! И физикой буду заниматься, и над техникой тоже собираюсь летом поработать. Чтобы прям никто не мог у меня мяч забрать.

Люди года. Алексей Швед как зеркало русского баскетбола