Дмитрий Хвостов: «800 тысяч евро? Да у меня и половины этого не набралось»

«Это не я сам придумал, что буду звездой. Делаю, что умею». Фото: Максим Поляков

– Кажется, я даже знаю, с чего вы начнете…

– С интервью, которое Sports.ru дал Владимир Гомельский.

– Да я вообще не понял, что происходит. Сначала про зарплату. Сколько? 800 тысяч евро? Хорошие деньги. На самом деле, если за 7 лет, что в «Динамо» был, сложить все мои контракты… 800 тысяч евро – это 1,2 миллиона долларов? У меня даже половины этой суммы не наберется.

– Откуда взялись эти цифры?

– Пусть Владимир Александрович у своего дяди Евгения Яковлевича узнает, хоть примерно, сколько я зарабатывал. Я не знаю, откуда он взял. На следующий день после интервью мне SMS пять пришло, и все мне написали: «Привет, инвалид, как дела? Куда все деньги дел? Отдай деньги».

«После интервью мне SMS пять пришло, и все написали: «Привет, инвалид. Куда все деньги дел?»

Ну а про «инвалида» больше нервничала, наверное, мама. Ей же неприятно, даже если это в каком-то баскетбольном отношении, все равно не каждый день так сына называют. Она еще на чемпионате мира про меня наслушалась, когда он про меня там… Он же взрослый эрудированный человек, начитанный, умный, мог бы что-нибудь другое придумать. Например, не хватает арсенала, зачем же про «инвалида»? Я не обижаюсь, спокоен. У нас в стране свобода слова.

– Какой смысл вкладывается в слово «инвалид»?

– Он любит яркие выражения, типа «недочеловек». Ну, многого не хватает, что-то есть, чего-то нет. Еще я не понял, когда он начал сам себе противоречить. Сначала сказал про зарплату, будто «Хвостов, которого вообще не считаю талантливым, получал 800 тысяч». Вот эти вот нереальные цифры, на которые бы я не знаю, что себе купил, у меня бы три квартиры было уже... А в следующем ответе, когда вы спрашиваете его про «Химки», про мое дальнейшее будущее, он говорит: «Дима мне нравится, он не обделен талантом». Я так и не понял, я талантливый или нет, хотелось бы узнать. А так я и не понял, что там за «сильные голеностопы», что за «за 2 секунды на развитие атаки».

– Получается, квартиры в Москве у вас нет?

– Даже близко нет.

– Многие решили, что вы в «Динамо» деньги гребли лопатой.

– Я начал вспоминать, когда это было, но так и не вспомнил. Я даже с «Химками» сейчас контракт подписал – там сумма в разы меньше, чем была написана.

– Мама за всеми новостями о вас следит?

– Да, она у меня молодая, но в интернете ей пока трудновато. У меня брат самый главный хакер, все находит, даже что мне не удалось. Сразу звонят мне, присылают: «Что такое?» Мама очень резко отреагировала на это интервью.

– Что она сказала?

– Лучше промолчу.

– За эти семь лет вас много критиковали?

– Два года я был во второй команде, меня никто и не видел. Первый год в «Динамо» всем все нравилось. Ну я же сам себя не обманывал: будто придя в 17 лет, буду сам себе и тренера, и команду выбирать. Так получилось, что с Пешичем играл от матча к матчу. Потом пришел Блатт, были поставлены высокие задачи, и бюджет большой был. Я, получалось, был четвертым на своей позиции. Опять же не я взял Парго. Типа я посижу, посмотрю. Вы поиграйте, а я наигрался. Первый и последние два года в «Динамо» очень хорошие впечатления оставили, на всю жизнь. Есть что рассказывать и детям, и внукам.

«Пусть Владимир Александрович у своего дяди узнает, сколько я зарабатывал»

– Что влияет на вашу самооценку? Вы ведь постоянно читаете что-то вроде «вечно подающий надежды».

– Я даже не знаю, как это сформулировать. Это не я сам придумал, что буду звездой. Ждите два года, и в 19 лет буду взрывать, в НБА поеду. Я делаю, что умею, что могу, то и делаю. Вот я умею быстро бегать, я и бегаю, не умею бросать 1 на 1 – не буду этого делать. В сборную меня взяли, да я могу разыграть – сыграть впятером, отдать, уйти в угол, мне откинут, и я брошу. А что не умею, то по чуть-чуть буду развивать. И сильные стороны нельзя забывать, за счет их начинал. Ведь не все десять лет ты же будешь бегать на одной скорости. Понятно, что с 25-27 лет ты будешь уже не такой быстрый.

Тренеры публично многое не говорят, они больше лично разговаривают, а вот мнения остальных – это уже по статусу. Например, наш тренер Базаревич – я прислушивался к каждому его слову. А вот журналисты, например, в прошлом году перед четвертьфинальной игрой с «Кубанью», самой скандальной, написали что-то вроде: «Вот, у них есть молодые Швед и Хвостов, но мы не знаем, где они будут готовиться – в ночном клубе или баскетбольном зале?» У меня осадок остался. Тебя нигде не видели, не схватили за руку. Просто так писать, чтобы PR какой-то получить – это бред, мне кажется.

– Вы ведь посещаете ночные клубы?

– Я не отрицаю. Как говорится, каждый отдыхает, как он может, в силу возможностей. Делает то, что любит. Почему нельзя в клуб после игры перед выходным? Если, например, вы побегаете два часа на беговой дорожке, придете в девять домой, вы когда уснете? Через часа три точно. Честно, я не люблю дома сидеть, могу пойти посидеть в каком-нибудь хорошем месте. Ну, когда зарплату платят, конечно же.

Но это не значит, что мы все там упиваемся, что все друг друга несут, раздеваемся и голые где-то танцуем. Этого же ничего нет. Я люблю потанцевать, сходить познакомиться с кем-то, но так писать, где мы готовимся к играм – в клубе или зале – это, конечно, чересчур.

– Почему вы перешли в «Химки»? Какие еще клубы вами интересовались?

– Я так и не понял, сколько клубов на самом деле мной интересовалось. Я даже не считал. Было штуки три-четыре, но мы как-то с агентом больше к «Химкам» склонялись. Пообщались с ними. Владимир Александрович рассуждал, будут ли меня «Химки» разыгрывать... Он сказал, что это абсурдно само по себе. Как нам сказали, им нужен русский первым номером, сказали, что буду играть по 15-20 минут.

«Химки» – одна из самых стабильных команд, отличный клуб, мне нравится. Надеюсь, что они, как и «Динамо», станут мне домом вдали от дома. Тут хорошие деньги, лучше, чем в «Динамо». Я играл там не за эти нереальные цифры, я играл за хорошие деньги для обычного человека.

«Это не значит, что мы все там упиваемся, что все друг друга несут, раздеваемся и голые где-то танцуем»

– Пока играли за «Динамо», вам предлагали сменить клуб?

– У меня контракт был на 5 лет, как я мог перейти? Когда были Блатт и этот всемирный кризис, я решил подождать полгода и потом попросился в аренду. В питерский «Спартак», кажется. А там же все начали расходиться, денег нет, не платят. Мне сказали: «Останься, может, будешь играть». За год сыграл матчей десять, в конце сезона уже. На самом деле на Блатта зла не держу. Все понятно было – такой бюджет давали, задачи поставили и игроки такие. Он мне отплатил все в прошлом году в сборной.

– А если в «Химках» лишитесь игрового времени?

– Над этим я задумывался. Веря, верь, но ведь вдруг у них тоже задачи будут какие-то сверхъестественные, а я не справлюсь, не покажу того, чего от меня ожидают. Не знаю, проблему надо решать с момента ее появления, а не заранее.

– К Базаревичу бы поехали в «Красные крылья»?

– Не звонили. Он сам долго определялся с клубом, мне сказали: «Подожди-подожди, мы тебе позвоним». Но время уже поджимало, у меня ни клуба, ни денег, а уже в сборную надо ехать. А вдруг там травму заработаешь, кто тебя потом подпишет? Суперлига? Поступило хорошее предложение от «Химок», решили подписать. Не знаю, почему он на нас злился. Я бы тоже, наверное, злился. Но мне было бы приятно, что стольких человек поднял. Джони Воронов в ЦСКА, мы с Жуком в Химках, Шабалкин в «Локомотиве»... Всех подписали... Позлится, перестанет. Он подходил на сборе, поздравил. Я тоже поздравил его с новой командой, вот и все.

– Деньги по-прежнему обещают?

– Обещают. Сказали, что в июле переведут, но пока мне не придет SMS, что баланс пополнен, я не верю ничему. В сезоне было всегда «на следующей неделе, на следующей неделе», но никто не пытался бастовать, мы все играли для себя, для имени. Думаю, что с ребятами будем созваниваться. Может, коллективный иск писать будем, может, по очереди. Надо еще обсудить с ребятами, с Дмитрием Домани.

– А Дмитрий сейчас где?

– Нигде, отдыхает. Давно не общались. Он звонил, поздравлял с новой командой. Пока ищет. То ли менеджером, то ли на другую должность.

«На Блатта зла не держу. Он мне отплатил все в прошлом году в сборной»

– Вы поработали со многими тренерами. Чему у каждого научились?

– На площадке я исполнительный: что сказали, то и делаю – это заслуга Ивковича и Пешича. От Блатта – какая-то импровизация. В мои годы что сказал тренер, то и должен делать, но, если Блатт разрешает импровизировать, то можно импровизировать. Базаревич научил тактике: здесь лучше так сделать, здесь так.

Раньше я понаглее был. Молодой, вышел с огромными глазами, Евролига не Евролига, прошел, как в ДЮБЛ делаешь, фол, не фол. Если раньше мне тренер это прощал, то сейчас, если пару раз не пройдет, могут и отправить посидеть, остыть, после игры на тренировке будешь это исполнять.

Мне кажется, это правильно. Надо быть наглым, но в меру, соединить наглость с исполнительностью, и все будет отлично. Иногда получается, иногда нет. С возрастом просто наглость куда-то отошла на второй план. Сейчас хочется побольше поиграть, все правильно делать. Мое мнение – лучше сейчас так действовать, не перебирать ни с чем.

– В июне вы ездили на Adidas Eurocamp 2011…

– В этот лагерь приезжают все скауты из Америки, тренеры, делятся на команды. Утром тренировки, потом играют. Я ведь после травмы туда поехал, думал, что упаду там после первого дня, уже на разминке устал. Я даже на второй день проснулся, еле дошел до зала. Этот лагерь многое дает. Я в первый раз был. Мне очень понравилось. Там очень-очень талантливые люди, со многими подружился.

– На каком языке вы со всеми общались?

– На английском. У меня с ним плохо, но пытался. Еще знаю всякие маты на греческом, на испанском. Иногда пользовался этими знаниями при общении с греками и испанцами.

– Сейчас не боитесь встык идти?

– Не знаю, уже забыл. Забыл и нормально. Не боюсь.

«Это честь играть за «Динамо», но так уж получилось. Мне жаль»

– Что вам не нравится в российском баскетболе?

– В прошлом году, думаю, все поняли, что нам не нравится. В этом году намного лучше и с судейством, и вообще. А так, главное, чтобы лимит на легионеров не увеличили, чтобы их там не четверо и не пятеро играло, а то можно так и покинуть дом, Россию. Если разрешат четыре-пять иностранцев, что еще делать?

– Сражаться.

– Это да, но так и на квартиру можно не заработать.

– Как будто вы играете, чтобы заработать на квартиру.

– Нет, честно. Я не могу отделить жизнь от баскетбола, а тратить жизнь на зарабатывание денег? Они нужны. Без них как-то трудно. Я не алчный человек, но они нужны. Гречка сто пятьдесят рублей стоит. Что дальше будет?

– Вы следите за уехавшими ребятами? За Королевым?

– За Яриком следил, он играл в D-лиге. В паре матчей даже по 15 очков забил, потом его отпустили в Испанию, где он также нормально играл, даже в конкурсе данков участвовал. Молодчик, но потом травму колена получил. Я ему написал, он ответил, что все нормально, быстро восстановлюсь. Сейчас все хорошо, он в Лос-Анджелесе. Тоже пытался узнать что-то по поводу денег, которые еще ему должны. Я ему ответил: «Ярик, глушь такая...» Будем надеяться, что в «Динамо» будут честны и перед нами, и перед собой, отдадут хотя бы что-то.

«Я не алчный человек, но деньги нужны. Гречка сто пятьдесят рублей стоит. Что дальше будет?»

– Вы верите в возрождение «Динамо»?

– Честно, верю. Хотелось бы, чтобы «Динамо» вернулось, но пока что-то не очень похоже. Я пожелаю только удачи и терпения Евгению Яковлевичу. Скажу спасибо за то, что они делали для меня за эти семь лет. Это честь – играть за «Динамо», но так уж получилось. Мне жаль. Думаю, это не наша вина – мы играли, и контракт свой отработали.

– Как насчет попробовать себя за рубежом?

– Мне кажется, я не тот игрок, который может войти в состав команды из НБА. Я реально оцениваю свои силы. Мне бы вот в сборную сейчас попасть и не разочаровать после травмы, потому что трудно все начинать. Вроде недельку потренировался в сборной, кое-что вспомнил, как мяч переводить, как с народом играть. Радостно было.

– Самый колоритный иностранец, с которым удалось поиграть?

– Это литовцы. Лавринович и Явтокас. Вот на тренировке, например, мы усердно работаем, а они начинают какую-то фигню нести, у них еще акцент интересный: «Чт-о-о ты-ы де-е-ла-е-е-шь? Те-е-бя в Аме-е-е-ке э-э-тому научи-и-и-ли?» Они и в жизни такие – прикол на приколе.

– Сложная ситуация, из которой приходило выпутываться?

– Забрать документы из старого института. Меня мама полтора года просила их забрать. Меня отчислили давно, а я никак все не мог доехать, они в Пушкино находятся, мне было очень лень. Этим летом съездил, забрал. С третьего курса отчислили, потом были небольшие проблемы с армией, решали все. Сейчас заново пойду учиться, на тренера. В понедельник был первый экзамен. Писали диктант – Борис Пастернак «Доктор Живаго».

«Может быть, кто-то мне подскажет в комментариях, какая у меня баскетбольная ошибка была»

– А почему на менеджера не пошли?

– Не знаю, ну баскетбол – баскетбол, тренер – тренер. Больше, чтобы мама была рада.

– Мама считает, что без диплома о высшем образовании нельзя?

– Да, главное – мамулю порадовать.

– Хотели бы что-то изменить в своей карьере?

– Я бы многое хотел изменить с 12 лет, но прожил, как прожил, и мне сейчас не очень плохо. Опять же я не верю в судьбу, в предначертания. Все можно самому поменять, если захочешь. Читал год назад книгу по психологии, меня другие очень сложно заставить. Серега Быков такие книги любит – по психологии, по спортивной психологии. Я прочитал такую жизненную, про то, что не все предначертано, и, если ты позитивно настроен, то ты можешь многое поменять, а если ты будешь мрачным, то уже вряд ли.

Может быть, кто-то мне подскажет в комментариях, какая у меня баскетбольная ошибка была. Может, вообще ошибка, что я в баскетбол пошел? Лучше был бы хоккеистом? Но это вряд ли.

– Может, как брат?

– Брат – волейболист, но посмотрите на меня. Может, только пасующим или либеро. Но как-то к волейболу не очень. Отец на тренировки брал. А в баскетбол я пришел и сразу почувствовал, что это мое. Не знаю, посмотрим. Надеюсь, ошибок не будет.

– Давно не спрашивали, переписанный ли вы?

– Это в прошлом году тему подняли? После интервью Чернова? Я приехал в Москву в 12 лет, до этого играл в Тверской области, в городе Удомля. У меня родители уехали туда из Иванова работать. Раньше как – получил диплом и едешь по диплому работать. Я играл, как скажет Владимир Александрович, как провинциал. Может, и сейчас я так играю? Не знаю. Было трудно. Потом я стал с хорошими людьми тренироваться, начало получаться, получше, чем у других. И все, пошли 87-й, 86-й годы.

Когда рождается ребенок, ты ведь не думаешь его переписать. Один раз, лет пятнадцать мне было, у меня «крышняк» поехал, я маме написал SMS: «Мам, можешь правду мне сказать, какого я года рождения?» Она: «Ты что? Дурак?» Знаете, раньше были такие больше медицинские книжки? Там вот написано, во сколько у нее начались схватки и во сколько родился. Я посмотрел и успокоился.

«Я бы многое хотел изменить с 12-ти лет, но прожил, как прожил, и мне сейчас не очень плохо»

До двадцати лет об этом много писали, задевало меня это лет до восемнадцати, а потом я понял, что все это фигня. А сейчас спрашиваю: «Какого? 87-го?» «Пожалуйста, любого». Не знаю, откуда Чернов это взял. У него спросили про разыгрывающих, что с Хвостовым. Он ответил, что Хвостов был старше всех, своего уровня достиг. Все начали дальше расти, а я типа на своем уровне остался и больше ничего не показываю. А то, что не пытаются даже первых номеров наигрывать... Им легче Холдена. Пожалуйста. Перкинс? Легко. Гордон? Может, Гордона возьмем. Может, ему и легче так сказать, что я переписанный.

Не хочу его ни в чем винить, он хороший человек. Отец моего лучшего друга и он очень хорошо общаются. Я своего друга пару раз подкалывал: «Будешь встречаться, спроси, где мой паспорт настоящий».

– Кто лучший разыгрывающий в чемпионате России?

– Мне очень нравится Уильямс. У него так все легко, хоть выглядит он пухленьким, на мишку похож, но резкий. Дриблинг, бросок, площадку видит... Сразу видно, что из НБА. Бремер еще.

– А есть команда, матчи которой вы стараетесь не пропускать?

– Наверное, ЦСКА, потому что там и Леха Швед, и Андрюха Воронцевич, и Серега Быков этот год играл. Только ЦСКА, потому что там друзья играют. Но статистику всех игр смотрю, ищу всех, кого знаю там.

– На игры ЦСКА продолжаете ходить?

– Ходил, но в последнее время реже.

– Телевизор часто смотрите?

– Нет. Люблю ТНТ. Например, «Интерны» очень нравятся. С Домани смотрели, смешно. А так, чтобы прям бежать с тренировки и включать что-то, такого нет. Могу скачать какой-то фильм или сериал из сети на компьютер.

– А что за сериалы?

– Мне понравился очень «Побег» американский, а еще, когда в больнице лежал, смотрел «Обмани меня», буквально за неделю три сезона посмотрел. Если ли такая наука, то это прям вообще «бомба». В больнице лежал, делать нечего, насмотрелся, вышел в коридор, сел, смотрю на сестер, у кого там что – радость, ненависть, презрение. А сбежать, как в «Побеге», не пробовал.

– На какой концерт в последний раз ходили?

– Своих друзей. Они поют. Два парня, вживую, отлично выходит. Не такие большие концерты, человек сто собирают. Все танцевали, всем понравилось. В последнее время стараюсь не пропускать их концерты, сейчас они клип выпускают, на радио пытаются. Дай бог, чтобы у них получилось.

«Маме написал SMS: «Мам, можешь правду мне сказать, какого я года рождения?» Она: «Ты что? Дурак?»

– Пропиарите их?

– Можете? Группа «Young and Free». Рэп, есть и про любовь, и гангстерские, ну, как у всех.

– Сколько еще будете обходиться без машины?

– Надеюсь на «Динамо». Надеюсь, в этом сезоне и куплю, но не хочу сам водить, боюсь. Хочу найти водителя, чтобы возил в магазин, на тренировки.
Почему-то боюсь в водительское кресло. Вроде как думаешь: «Нет-нет, не боюсь». Садишься, кто-то быстро начинает ехать, а ладошки вспотели. В самолетах – так же. В последнее время вообще их не переношу, просто трясет.

– Были ли случаи с машиной или самолетом, когда вы думали: «Бог миловал»?

– В церкви был в прошлом году после аварии. Тогда вот, мне кажется, мы легко отделались. Залетели с друзьями под грузовик с бетонными плитами, переда вообще не было. Милиционер приехал и спросил: «А где все? Увезли уже?» «Да, нет. Вот водитель». У меня шок был. Меня когда друзья из Боткинской забрали, я минут двадцать им пытался что-то рассказать и не мог. Все вперемешку было. Даже хотел татуировку делать. Но потом решил, что не надо, некрасиво будет, и пожалею.

– Почему некрасиво?

– На мне некрасиво будет смотреться. Ну, я такой, как называет меня Зозулин, птенец. Татуировка вроде бы добавляет мужества, а я не такой брутальный парень. Может, и сделаю, где не особо видно будет, на ноге, например. Меня все отговаривают, а кто-то наоборот. У меня бабушка такая веселая. Она мне ухо проколола лет в 15-16, потом сама себе сделала тату в 50 или 60 лет и мне предлагала. А еще предлагала в блондина перекраситься. Она у меня веселая.

– В последний раз когда дрались?

– У-у-у, не помню. В школе, наверное. Это давно было, лет семь назад получается. Я, наверное, не умею драться, как «мельница». Да и не хочется. У меня всегда какие-то мысли, что при драке или ты ему попадешь, или он тебе. Он может упасть, головой ударится, все плохо кончится. Я пытаюсь все решить словами, даже если я и не участвую в драке.

– Лучший отдых?

– Мне понравилось на даче с шашлыками.

«Татуировка вроде бы добавляет мужества, а я не такой брутальный парень»

– Песни под гитару?

– Нет, мы до этого как-то не дошли. Я, если честно, хотел бы научиться на гитаре играть, на пианино и петь круто – у меня почему-то мечта такая, иногда даже снится. А были на даче с парнями, весело. И солнце было, и шашлычки, душевно.

– Вы вкладываете деньги в какой-нибудь бизнес?

– В себя вкладываю. На самом деле я задумывался над этим, в Иваново же можно открыть, там ведь дешевле. Даже если здесь ту же палатку открыть, но для продажи нужны связи, поставки. В Иваново полегче, мне кажется, да и папа у меня такой деятельный, без работы не сидит. Я подумаю, но почему-то хочется, чтобы была своя квартира. Здесь или в Подмосковье. Питер еще нравится.

– А в Иваново часто бываете?

– Не так часто, как хотелось бы. В прошлом году летом был, в этом хотел съездить, но не получилось.

– Чем можно удивить Дмитрия Хвостова?

– Да меня можно много чем удивить. Даже новыми кроссовками: «Вау, какие легкие». Я удивляюсь всему, чему можно, но обычно держу это в себе, могу только маме рассказать и близкому другу.